Нефритовые Тигры

Глаза Лань Си Чэня распахнулись удивленно, когда он пару раз втянул носом воздух, но его брат остался непоколебим, хотя и старший Нефрит тут же понял, что тот удивлен не меньше. И что он тоже чувствует. Чувствует запах своего партнёра. — Плохо. — только и говорит Лань Чжань и впивается взглядом в Вэй У Сяня, что копошится в болоте, помогая Цзян Чэну встать, и затравленно глядя на заклинателей, что стоит ему моргнуть — оборачиваются белыми тиграми. «Духи. Определенно какие-то могущественные духи…» — делает логичное заключение Вэй Ин, и сглатывает не то от страха, не то от изумления. Но духи не имеют плоти и крови — задетая когтями темной твари одежда незнакомца с янтарными глазами рвано колышется. Си Чэнь косит взгляд на Цзян Чэна, смотрит пытливо, и Вань Иню кажется, что практически полностью белый тигр с бледными полосами дергает усами, едва ли не мурлыча. — Не будь так строг, брат. — Только и парирует Лань Хуань, делая шаг навстречу обескураженным мужчинам. — Молодым господам не стоит вот так вот бродить по ночам среди гнилых болот. Что-то привело вас сюда? Цзян Чэн вскидывается, испуганно и раздосадовано — трупы его собак частями разбросаны по болоту и постепенно погружаются в воду. Он тянется ладонью к блестящему колокольчику, что сорвался с распоротой шеи одного из любимцев, сгребает его деревенеющими пальцами и тяжело выдыхает, оглядываясь в поисках второго. Лань Хуаня пробивает острая дрожь, когда он замечает скорбь в его глазах и тонкую пленку влаги — запах партнера меняется едва ли уловимо, но меняется, и Си Чэню хочется сдавленно зарычать. — Кто вы? — Вэй У Сянь растерянно вцепляется в плечо собрата, приводя его немного в себя и смотрит на заклинателей остро и с вызовом, да так, что Лань Хуань хмыкает, а Лань Ван Цзи за ним заметно напрягается, но не в раздражении, а в знакомой дрожи интереса. Старший Нефрит косит на него взгляд своих тёмных глаз «Значит, этот твой?» и снова возвращает внимание У Сяню. — Мы — заклинатели с гор Гу Су Лань. Мы пришли расследовать пропажи людей в этой местности. — Заклинатели? — Вэй Ин напряженно прикусывает губу. Цзян Чэн замечает второй колокольчик в нескольких метрах от себя и начинает пробираться сквозь трясину, совершенно не заинтересованный незнакомцами. Он слишком подавлен, слишком в неверии — он тренировал и выращивал этих собак долгие годы и скорбь скользит по его лицу, растерянная и отчаянная. — Да. Мы охотимся на тварей, что убивают и беспокоят людей, врачуем тех, кто в этом нуждается и путешествуем, чтобы постичь сущность вещей. Вэй Ину в принципе достаточно того, что он слышит слово «врачевать». — Вы лекари? Вы сможете вылечить нашу сестру? Цзян Чэн оступается — под его ногами глубокая зыбучая яма, что загребает его в свои объятия по самую шею и далее. Вэй Ин испуганно вскрикивает, тянется к Вань Иню рукой, а Лань Хуань срывается с места. Тигр плюхается в трясину с сильным прыжком, опускает вниз голову и хватает зубами Цзян Чэна за грудки своей огромной пастью, одним рывком вытягивая и отбрасывая в сторону, на твердую почву к Ван Цзи. Цзян Чэн откашливается, поднимает голову, глядя на запачканного хищника, чья шерсть теперь была в комьях грязи и ворохе тины. На клыке Лань Хуаня висит второй колокольчик, за которым тянулся Цзян Чэн, и уже человеческая рука протягивает маленький атрибут любимца прямо ему в руки. Ван Цзи смотрит на Вэй Ина все так же напряженно, не отрываясь. — Возможно. Нужно осмотреть её. Боюсь, моему брату теперь нужно привести себя в порядок. Вы не могли бы показать, где здесь ближайшие поселение с постоялым двором?