Не беги

Мы подолгу говорили, молчали, но мы не признавались друг другу в нашей любви и скрывали её робко, ревниво. Мы боялись всего, что могло бы открыть нашу тайну нам же самим. А.П. Чехов «О любви»

— Может, мы всё-таки поговорим? — спросила Саша, выходя на крыльцо отдела. Широков стоял к ней спиной, облокотившись на перила. Саша подошла к мужчине, встав рядом. — Хватит от меня бегать! В конце концов, я не кусаюсь! — Саш, что тебе от меня надо? — негромко спросил Широков, глядя куда-то вдаль. — Я целый год пытался тебя забыть, — он повернулся к Саше лицом, максимально чётко проговаривая каждое слово. — Я почти научился без тебя жить, у меня появилась девушка. Но ты опять вернулась в мою жизнь, и пытаешься в неё лезть. — Валя, — послышался женский голос со стороны. Широков обернулся. — Мне пора, — всё таким же холодным голосом сказал он, спустившись вниз, подошёл к девушке, обняв её, поцеловал в губы. — Ты освободился? — оплетая его шею руками, спросила девушка. — Да, на сегодня я свободен, — обернувшись, он бросил взгляд на Сашку, которая всё это время продолжала стоять на месте неподвижно, глядя, будто сквозь него. — Только сделаю один звонок.        Двое удалились в неизвестном направлении.        Саша долго стояла на крыльце, пытаясь осознать, что произошло. На минуту показалось, что земля ушла из-под ног. И только сейчас она поняла, что этот, с виду незаметный лейтенант, ей дорог. Но поняла она это слишком поздно, доведя их отношения до того, что они поменялись местами. Где теперь любит она, а ему плевать.

***

       Широков присел на тумбочку, обувая туфли, принялся завязывать шнурки. Задумавшись о чём-то своём, он даже не услышал, как девушка подошла к нему. Коснувшись руками его плеч, она наклонилась, поцеловав его в шею. — Ты сегодня заедешь? — Не знаю, сейчас встреча со свидетельницей, а после обеда ещё в суд надо, сегодня первое слушание по делу моего подзащитного, — проговорил он, поднявшись, взял папку с документами. — Я тебе позвоню. — Я буду ждать, — улыбнулась девушка, подойдя к Широкову, обняла, накрыв его губы поцелуем. — Мне пора, — отстранившись от девушки, проговорил Валя. Поцеловав её в губы, он вышел из квартиры.        Широков быстро добрался до места встречи со свидетельницей, заказав чашечку кофе, он достал телефон, посмотрев на время. Свидетельница опаздывала уже на пятнадцать минут. Сделав глоток кофе, он огляделся по сторонам, взяв папку с документами, отошёл в туалет.        Вернулся он через несколько минут, заметив вдалеке женщину лет сорока, которая крутила головой по сторонам, видимо, пытаясь найти именно его. — Алина Евгеньевна? — спросил он, подойдя к ней. — Да, а Вы Валентин? — Да, пройдёмте за столик, — предложил Широков. Двое присели за столик, за которым ранее сидел Валя. — Извините, что вчера не смогла с Вами встретиться, — проговорила женщина. — Уезжала из города. — Ничего страшного, у меня к Вам вопрос по поводу Михаила Николаевича Кондрашова. Знаете такого?        Опустив взгляд, женщина ничего не ответила. Её щёки залились румянцем. — По Вашей реакции, я вижу, что знаете его. — Да, он мой знакомый, — тихо проговорила женщина. — А что такое? — Он утверждает, что два дня назад был с Вами, — заметил Валя. — Это так? — Ну, — протянула она, явно не желая продолжать этот разговор. — Мне не интересно, что Вы с ним делали и где, мне просто необходимо установить факт того, что он был он с Вами или нет. Если был, то скажите — да, если нет — то нет! — Был, — проговорила она еле слышно. — Время? — С десяти утра до пяти вечера. — Спасибо, мне только и надо было это узнать, — делая записи у себя в ежедневнике, проговорил Широков. Женщина кивнула головой, что-то пробормотала невнятное и направилась к выходу. Валентин сделал ещё глоток кофе, а затем направился в контору.

***

 — Что это с Кушнир? — поинтересовался Олег, когда Саша скрылась в своём кабинете. — Бледная какая-то, глаза красные. — С Широковым у неё что-то случилось, — проговорил Игорь, очищая свою шляпу от пыли. — Она ещё вчера после разговора с ним закрылась в своём кабинете и плакала. — Так, хватит уже! — громко сказал Абашев, положив трубку телефона на аппарат. — Это не наше дело, что у них там происходит! Взрослые люди и пусть разбираются сами в своих отношениях. А сейчас собираетесь, у нас вызов. — Что случилось? — хмуро спросил Игорь, даже не сдвинувшись с места. — Убили кого? — добавил Олег. — Ещё нет, — ответил Саша. — В больницу поступил мужчина с отравлением рицином. Доза очень большая. — Хоть бы не серия, — поднимаясь со своего места, пробубнил себе под нос Бирюков, но, видимо, не настолько тихо это сделал, ибо Олег слегка стукнул его по плечу, бросив что-то навроде: «Сплюнь»!        Опера быстро добрались до больницы, узнав на посту у медсестёр номер палаты, в которой лежал пострадавший и фамилию его лечащего врача, все направились по указанному маршруту. — А какая фамилия у пострадавшего? — читая таблички на дверях кабинетов, обратился к капитану Жирков, идя чуть позади него. Бирюков шёл позади Олега. — Сейчас у врача и узнаем, — ответил Саша, остановившись перед дверью с табличкой: «А. К. Лемешев». Постучав костяшками в дверь, чуть её приоткрыл. Убедившись, что в кабинете нет никого из пациентов, прошёл внутрь. — Капитан Абашев, — демонстрируя удостоверение мужчине, представился он. — Вы нам звонили по поводу мужчины, которого доставили к Вам несколько часов назад с симптомами отравления рицином. — Да, это я звонил, — поднявшись с места, прошёл к мужчинам, пожав каждому руку. — Отравление рицином подтвердили только что мне из лаборатории, — повернувшись назад, взял со стола листок и протянул оперативнику. — Доза огромная, хватило бы ещё на четыре человека. Яд он выпил с кофе. — Подождите, — негромко проговорил капитан, внимательно вчитываясь в результаты. Затем посмотрел на врача, а листок протянул коллегам. — Там написана фамилия пострадавшего. — Широков? — Да, Широков, — кивнул головой доктор. — Валентин Алексеевич? — спросил Саша. — Да, а Вы его знаете? — немного удивившись, спросил мужчина. — Его доставили к нам из адвокатской конторы. Стало плохо, начал задыхаться и упал в обморок. Повезло, что коллеги быстро вызвали " Скорую». — Всё так плохо? — почти в три голоса спросили оперативники. — Да, иначе бы из конторы его доставили бы прямо к вам в МОРГ, а так, есть небольшой шанс, что останется жить. — Вы хотите сказать, что он сейчас не в сознании? — Нет, — помотал головой, сделав шаг в сторону двери. — Пойдёмте. Он сейчас в реанимации. Если до завтра не придёт в себя, то шанс на удачный исход вдвое уменьшится. — Андрей Константинович! — закричала одна из медсестёр, чуть не сбив доктора с ног. — Там у новенького из пятнадцатой палаты остановка сердца.        Ничего не ответив, он побежал в сторону, откуда прибежала девушка. Опера переглянулись, и словно сговорившись, по команде направились в ту же сторону. На входе в палату они столкнулись с другим врачом и девушкой медсестрой, которая закрыла дверь в палату после того, как второй доктор забежал в палату. — Что вообще происходит? — поинтересовался Олег, пребывая в шоке от всего происходящего. — Кто вообще мог отравить Широкова? — Я надеялся, что мы это спросим у него, — потерев лоб, отозвался Абашев. — Сейчас довольно сложно будет восстановить место, где он пил это чёртово кофе. — Я в контору, попробую узнать что-нибудь, — достав телефон, проговорил Бирюков. — Буду на связи. А вы сообщите Кушнир обо всём произошедшем. — Саш, — Олег хлопнул Абашева по плечу. — Я к медсёстрам. Заберу одежду Вали, может, есть телефон. Надо узнать, где он был сегодня, проверю историю звонков, может, есть зацепки, — договорив, он направился в сторону. — Это чё, мне Кушнир сообщать? — возмутился Александр. — Удачи, — махнув рукой, Жирков стремительно стал удаляться от капитана. — Почему Я всегда сообщаю всё плохое Кушнир? — задал вслух вопрос Саша, достав телефон. Но он так и не осмелился нажать на контакт «Александра». Простояв несколько секунд, он спрятал сотовый обратно в карман, решив, что будет лучше, если всё сообщит ей лично.        Опустившись на лавочку рядом с палатой, он опёрся локтями на колени, обхватив голову руками. Он просидел так минут пятнадцать, пока дверь не скрипнула, и перед ним не появился лечащий врач Широкова. — Как он? — Кома, — лишь и проговорил мужчина. — И это очень плохо. — Он… — Абашев так и не осмелился назвать это страшное слово из пяти букв, полагая, что врач и сам догадается, что он хотел сказать. — Будьте готовы, что он может не прийти в себя. — Спасибо, — кивнув головой, Саша направился к выходу. Слова врача постоянно крутились в его голове, ещё этот противный запах медикаментов, от которого у него разболелась голова. Выйдя на крыльцо больницы, сделал глубокий вдох свежего воздуха. Он простоял минут пять, бросив быстрый взгляд на наручные часы, он спустился по лестнице и направился в отдел. Пытаясь найти подходящие слова, чтобы обо всём сообщить Александре Ивановне.