Путь

Грозолапка медленно брела по лесу, разглядывая гладкие стволы деревьев, тянущиеся куда-то ввысь, прямо к чёрному небу. Здесь не было звёзд, не было привычных запахов дичи и трав. Абсолютная тишина. Юная ученица была осторожна. Она точно знала, что невидимые коты следят за ней, и каждый её шаг не остаётся незамеченным. Она цепким взглядом оглядывала окруживший лес и всё больше убеждалась в странности этого места. «Сон, — хмыкнула про себя ученица, — но почему он так похож на реальность?» Тишину прервал чей-то разъяренный крик, раздавшийся откуда-то издалека. Навострившись, кошечка прижалась к земле и нырнула в кусты, укрывшись под тоненькой листвой. Взгляд, который она чувствовала на себе, перестал давить, и из её груди вырвалась тихий вздох облегчения. Она сама не заметила, как сильно её напрягали невидимые жители леса. Наконец, Грозолапка начала тихо красться, проскальзывая между прутиками кустов и приближаясь к голосам. Она уверена, именно оттуда донёсся крик. Осторожно выглянув из-за листвы, юная кошка увидела двух котов, стоявших друг напротив друга. Один из них был ей незнаком: серый, с жёлтыми глазами и ранами по всему телу, а вот второй… «Коготь? — изумилась про себя ученица. — И вправду он…» Его Грозолапка отлично помнила, ведь видела всего пару дней назад, когда патрулировала вместе с Желудем и Волнорезом Нагретые Камни. Он ей запомнился своими янтарными глазами, в которых читалась жажда битвы. Наставник предупредил её, что он отличный боец и опасный противник. Неожиданно оба кота бросились друг на друга. Незнакомый ей воин, несмотря на массивность тела, с лёгкостью отскочил от прямого удара Когтя и, не сбавляя скорости, извернулся в воздухе, тут же постаравшись нанести ответный удар. Грозовой боец не стал уворачиваться и попёр прямо на своего противника. Даже отсюда, из своего укрытия, речная ученица увидела, как он ухмыльнулся и облизнул губы в предвкушении схватки. В этой битве он чувствовал себя свободно. — Ты сама пришла к нам, — раздался позади нежный голос, отвлекая от зрелища. Грозолапка резко обернулась, прижав уши, и тут же поругала себя за забывчивость. Как можно было допустить, чтобы какой-то кот подкрался со спины? — Некоторые сами приходят к нам… Те, кто избраны и станут великими бойцами, — продолжала словно напевать черепаховая незнакомка. — Что это за место? — осторожно спросила ученица, поборов в себе раздражение и мелькнувший испуг. — Пойдём за мной. Сначала она хотела что-то резко ответить, съязвить, но… Что-то остановило в ней уже готовый поток резких слов. Молча, она последовала за ней. — Меня зовут Кленовница. Ты слышала когда-нибудь обо мне? — Нет. Прошло несколько минут тишины. Они свернули на тропинку, и Грозолапка вспомнила, что первое время шла по ней. Интересно, эта кошка следила за ней? — Что ж, — безразлично махнула хвостом Кленовница, — это не так важно. Неожиданно рыжая затормозила и зашипела; её распушенный хвост опасно выгнулся. Грозолапка отскочила от той на несколько лисьих прыжков и тоже приняла боевую стойку, даже не представляя, откуда ей ожидать удара. Ей ещё не приходилось участвовать в битвах, и пусть Желудь усердно учит её сражаться, она вряд ли представляет из себя большую угрозу опытному бойцу. Наставник делал упор на изворотливость и ловкость. Они оттачивали приёмы, пока её тело не начинало действовать на инстинктах, тем самым увеличивая скорость манёвров. Грозолапка уже показывала хорошие успехи в умении сражаться, тем более, в секрете от племени она устраивала себе дополнительные тренировки. Уставала, выматывалась? Да. Но ученица убеждала себя, что всё это ради племени и ради своей семьи. Наконец, трава расступилась и перед ней показался молодой кот. — Ты? — она сразу знала его. — Так значит, — Кленовница усмехнулась, успев всего за пару мгновений принять расслабленную позу, словно и не было её вспышки. За её словами последовал взмах рыжего хвоста в сторону живой кошки, — она под вашей защитой? Грозолапка сделала несколько шагов навстречу воителю, во все глаза глядя на него. — Я помню вас. — Я знаю, — кот склонил голову набок. — Ты не должна здесь находиться. Идём. Она не сдвинулась. — В этом месте тренируют великих воинов, — вспомнила она слова, совсем недавно брошенные Кленовницей. — Некоторые любят вводить в заблуждение ради собственной выгоды, — поступил уклончивый ответ. Серая кошечка прищурилась. Ей не нравились недомолвки, а Кленовница предложила ей нечто такое, что смогло заинтересовать. Точнее, она ничего ещё не предложила, но Грозолапке казалось вполне очевидным, что раз она здесь, то и её могли начать тренировать. Как Когтя. Мысль, что она могла бы тоже стать сильным бойцом, грела. Однако она была далеко не глупа и, пусть и не знала этого крапчатого кота, уже доверяла ему. Он приходил к ней много раз, а внутреннее чутье подсказывало, что он заслуживает её доверия гораздо больше, чем Кленовница. Молча кивнул, она пошла к нему, однако, проходя мимо опасной кошки, услышала её тихий шёпот: — Ты ещё придёшь ко мне… — мурлыкнула та и, прыгнув куда-то за дерево, растворилась во мраке. Может быть, и придёт, но сначала она должна во всём разобраться. Медленно следуя за воителем, Горозолапка разглядывала его. Белая шерсть с чёрными пятнами — казалось бы, обычный окрас — но в его шерсти играли бликами маленькие звёзды. — Так вы уже умерли, — скорее утверждение, чем вопрос. — Вы из Звёздного Племени. — Верно, — тот обернулся и с еле заметной улыбкой посмотрел на неё. — Когда-то я был целителем твоего племени. Меня зовут Молочай. — И всё же… Что это было за место? Коты уже покинули тёмное место и брели по тропинке в сторону лагеря. Грозолапка даже не заметила, когда тёмные стволы сосен сменились родными кустами камышей. — Это место, куда приходят те, кто отреклись от Воинского Закона и пошли против соплеменников и Звёздного Племени. — Там был Коготь. Почему он тренируется там? — вспомнила ученица. — Мы не всевластны, — просто ответил Молочай, — и мы не в силах изменить некоторые вещи. — А Змейка? Грозолапка, словно повинуясь чьим-то указаниям, уже укладывалась на свою подстилку. — С ним всё хорошо. В её голове витало множество вопросов, но веки уже сами закрывались. — Передайте ему… что мне жаль, и я… — уже сквозь сон прошептала малышка. — Передам. Некоторое время Звёздный Воитель сидел рядом, а затем растворился, оставив после себя лёгкое мерцание звёзд. Но и оно вскоре пропало.

***

Утром Грозолапка чувствовала себя ужасно уставшей. У неё было ощущение, будто она не спала в своей уютной мховой подстилке, а всю ночь бродила по лесу. Впрочем, почти сразу она всё вспомнила. В том, что она встретила настоящего звёздного воителя, сомнений не было, ведь рядом ещё можно было уловить его едва заметный запах. Вокруг ещё была темнота, всё-таки был Сезон Голых Деревьев, и само солнце не хотело освещать для них землю, не желая появляться из-за горизонта. Ученица решила пока не вставать и обдумать события прошедшей ночи, да и наставника ещё не было видно на поляне. Если отталкиваться от немногочисленных слов Молочая и от того, что он спас её, то, выходит, место, в котором она была, лес изгнанников. Сейчас-то она понимала, что на небе не было не только облаков, но и звёзд с луной. Абсолютная темнота с мистическим освещением. Но если она сама туда попала… Неужели скитания в тех землях уготовлены и ей? Нет! Ей не хотелось этого! «Молочай увёл меня оттуда, помог вернуться, — тут же приструнила себя кошка, — хватит переживать! Где моя холодная голова?» Вздохнув, Грозолапка выбралась из уютного гнёздышка и вышла наружу. Её тут же встретил яростный порыв ветра. В первое мгновение она даже отшатнулась, желая вновь вернуться в такое уютное тепло, но всё же заставила себя окончательно выйти. Увы, и у Кучи с Добычей её ждало разочарование. Одна рыба. Неудивительно, что она начала выглядеть такой тощей по сравнению с соплеменниками: водных обитателей она совсем не любила. Их вкус заставлял её разве что не плеваться, но, понятное дело, никто не собирался для неё-единственной ловить что-нибудь другое. Воители лишь посмеивались, глядя, как она давится ею, но упорно ест, а некоторые даже поддразнивали. Была и другая группа котов: они считали её высокомерной и заявляли, что негоже брезговать едой и надо есть то, что дают. В общем, отношение к ней было весьма неоднозначно, и никто не высказывался разве что в присутствии Желудя. Пока он её наставник и рядом, ни один кот не хотел рисковать собственной шкурой и нарываться на взбучку от глашатая. Никто не знал, какие отношения между ученицей и наставником, но лезть между ними никому не хотелось. Грозолапка всё же вытащила маленькую рыбку и в надежде, что холод заморозит вкус, приступила к пище. «Нужно отвлечься…» Ученица решила переключиться на задачи, которые стоят перед ней. То, что она должна стать сильнее, это и так понятно, однако ей нужны более конкретные цели. «Например, лазать по деревьям.» Этот навык кошка считала очень полезным. Можно было и напасть сверху, и укрыться, и устроить засаду — сколько возможностей! Почему же Речное Племя отказалось от этого? Ведь на их территории есть деревья! «Самоуверенные глупцы», — фыркнула ученица. — Неужели наша дорогая Грозолапка снизошла до нас и решила перекусить рыбкой? — с издевкой прошипел кто-то. Цветолапка. Грозолапка подавила первый приступ злости и упорно вцепилась в скользкое мясо рыбы. Нет, она не будет ей отвечать. По крайней мере, этим она расстроит Искорку. — Не хочешь отвечать? Или боишься? — Тебя? Бояться? — не выдержала серая ученица и посмотрела на ту из-за плеча. Тут же волна жгучей вины прокатила по её телу, когда взгляд вновь зацепился за ещё не зажитые раны. Она знала, что бывшие травмы мешают ей, и Щукозубу приходится сокращать тренировки. Лишь сейчас, когда слова сказаны, она поняла, как могла ранить её ими. Сестра сразу заметила её взгляд и, презрительно посмотрев на неё, демонстративно обошла стороной и взяла рыбу из общей кучи. Настроение есть пропало. Раздраженно отбросив кости в сторону, ученица подскочила на лапы и хотела было броситься к выходу, но была остановлена спокойным голосом Желудя. — Успокойся. Она почувствовала, как наставник подошёл к ней со спины и докоснулся носом до уха. Вся злость улетучилась. Воин всегда должен оставаться спокойным. Одно из правил, которому обучал её Желудь. — Пойдем, — он кивнул ей и повернулся к выходу.

***

Желудь по праву стал глашатым. Он честно служил племени, старался быть образцовым воителем, но Звёздное Племя подготовило для него испытание, которое он не смог выдержать. Оно послало ему Синегривку. Эту худенькую грозовую воительницу с серой шерстью, которая мерцает синевой на солнце. У неё были яркие голубые глаза, и он готов наслаждаться ими вечно. Она была веселой, строгой, доброй… Она была для него всем. И несмотря на это их любовь была подобна маку: расцвела прекрасным, ярким цветком, но быстро — слишком быстро! — опала алыми кровавыми листьями. Он с самого начала знал, что их отношения не имеют светлого конца. Синегривка, как и он, была предана своему племени, а там не было место для него. Желудь вовсе задался вопросом: а любила ли Синегривка когда-нибудь его? Глядя на Невидимку и Камня, он смог ответить: да, любила. Но долг перед племенем перевесил чашу весов. Желудь не был глупцом. Он знал, что Синегривка спасла Грозовое Племя от череды бесконечных войн, ведь если бы не она, то Остролап стал бы следующим предводителем. Если бы не она, весь лес утонул в крови. Его храбрая, отчаянная воительница! Он принял её выбор и простил за смерть Мошки и за то, что в отличие от него, она не готова была отказаться от долга перед племенем и оборвать всякие связи. А Мошка… Это была плата за их любовь. За те дни, когда они были счастливы. Желудь сразу заметил Грозушку среди её братьев и сестры и увидел, что её отношения с семьёй совсем не складываются. Сначала он наблюдал, а потом его одолело возмущение. Как Мышелов мог так наплевать на свою дочь? Как он мог винить её в смерти своей подруги? Желудю хотелось подойти к Грозушке и утешить её. Как и хотелось отыскать Мошку среди множества звёзд и сказать, что он очень по ней скучает. Рыжий кот сам не заметил, когда в маленькой серой малышке стал видеть Мошку. Она так напоминала ему Синегривку! Заботящаяся о друзьях, острая на язык и решительная. Вот только… Только после смерти Змейки она замкнулась и, кажется, больше не обращала внимание на всех, кто её окружает. А нелюбовь к воде и рыбе делала её изгоем. Желудь сам попросил её дать ему в ученицы, но за прошедшие дни так и не подступился к ней. Почему-то он сам оттягивал этот момент. Занимался рассвет. Грозолапка послушно шла следом, не промолвив ни слова. Она вообще стала очень молчаливой и говорила лишь тогда, когда хотела уточнить какой-нибудь момент в их обучении. Жёлудь пролез между веточками куста и присел в укрытии, смахнув рядом с собой тоненький слой снега и тем самым приглашая ученицу сесть рядом. Она послушно опустилась на землю и обвила себя хвостом. Сейчас ему как-никогда хотелось подобрать правильные слова. — Что ты думаешь о своём племени? — Это мой дом. — Я хочу слышать твоё мнение, а не то, что якобы должны говорить все воители, — фыркнул кот. Наблюдая за Грозолапкой, он увидел, как она сузила глаза и замерла. — Не бойся сказать мне правду. — Речное Племя — мой дом, — медленно, с расстановкой повторила кошка. — Я не знаю, что вы ожидаете услышать. — По-твоему, — глашатай взмахнул хвостом, — я ничего не замечаю? Ни твоих отношений с семьёй, ни твоей нелюбви ко всему, что прививают речным котам с молоком королевы? А может, ничего из этого не замечешь ты? Грозолапка в мгновение распушилась и вскочила на лапы. — Это только моё дело! Хватит лезть ко мне! С этими словами ученица выскользнула из укрытия и помчалась всё глубже в лес. Да, не так Желудь представлял их разговор, но всё же ему ничего не оставалось, кроме как побежать за ней. Наставник смог нагнать ученицу только у дальней границы с территорией Двуногих. Ветер громко завывал, и снег взвивался в воздух, облепливая густую шерсть воина и ослепляя. Он уперся передними лапами в землю и остановился. — Ты не можешь вечно убегать, — громко сказал кот, оставаясь на расстоянии. Он думал, что если попробует приблизиться, та снова убежит. — Я понимаю, что ты чувствуешь, — уже тише продолжил кот, шаг за шагом приближаясь к ней. — Жизнь воителя состоит из череды испытаний, и только его выбор, выдержать их или попытаться сбежать. Ни Звёздное Племя, ни окружающие не решают за тебя твой путь. Он уже стоял рядом с ученицей. Та, опустив плечи, склонила голову. — Простите за… вспышку. — Я хочу, чтобы ты знала, что пока я жив, — Жёлудь заглянул в ясные глаза ученицы, — ты никогда не будешь одна. Но даже если такое произойдет, рядом всегда будут твои друзья. Глаза Грознолапки распахнулись. — Друзья… — прошептала она. — Верно, а сейчас, — он задрал голову и принюхался. — Думаю, нам стоит поспешить в лагерь. Надвигается пурга. «Что ж, начало положено», — наставник скосил глаза в сторону ученицы. Кажется, сегодня впервые за долгое время он будет спать спокойно.

***

После этого разговора Грозолапка ходила задумчивая. Сейчас она поняла, что, занимаясь самокопанием, совсем отдалилась от некогда близких ей котов. Звёздное Племя, да она даже со Стеблелапом не разговаривала! Что уж говорить о Серебролапке? Кошка встряхнула головой, стараясь отогнать ворох мыслей и хоть как-то привести их в порядок. Если она сейчас не возьмёт себя в лапы, то вновь натворит дел. Как себя вести с наставником, она совершенно не знала, а потому попросту его избегала. Как ни странно, он не преследовал её и не подходил. Как позже поняла ученица, Жёлудь дал ей время обо всём подумать. Наверно, Грозолапка так и продолжала бы от него прятаться, если бы в какой-то момент не услышала его разговор со старшими воителями. — Мне неудобно говорить тебе это, — начал Волнорез, — но вы с Грозолапкой, кажется, не разговариваете? — Вовсе нет, — даже не запнувшись ответил Желудь. — У неё самостоятельное задание. Как только выполнит — продолжим обычные тренировки. Воители важно кивнули, давая понять, что приняли его объяснение, и разошлись. А серая ученица почувствовала укол совести. Вздохнув, она вышла из укрытия и направилась к наставнику, пристыженно прижав уши. Тот, как оказалось, её уже заметил и дожидался. — Пойдём на охоту, — миролюбиво предложил глашатый. Вместе они вышли в заснеженный лес и медленно побрели в глубь территории. Грозолапка почувствовала благодарность, когда поняла, что они двигаются в сторону мышиных нор — места, где этих грызунов по-настоящему много. Зверьки быстро развелись, понимая, что охотиться на них тут никто не спешит. Всё происходило в тишине. Желудь аккуратно поправил её хвост, дал небольшой совет в правильном переносе весе на задних лапах и отошёл, наблюдая издалека за охотой. Ученица не подвела и с первой же попытки поймала мышь. — Спасибо что поддержали меня, — первая заговорила Грозолапка. Она выдохнула, приготовившись впервые поделиться с кем-то грузом, который давно лежал на сердце. Она говорила много. Рассказала о побеге братьев и сестры, о реакции отца и оставшихся в живых котят; говорила и про Стеблелапа, про его болезнь. Про то, как ей страшно за него. Разве что умолчала о лесе изгнанников и Молочае, поскольку ей казалось, что звёздный воитель хотел бы сохранить в тайне их встречи. В конце она замолчала. В глубине души она надеялась на встречную откровенность взрослого кота, и её ожидания оправдались. Жёлудь поведал ей свою историю. Грустную историю о любви с грозовой воительницей, чьё имя он всё же сохранил в тайне. А Грозолапка слушала, затаив дыхание.