another's mercy

ВНИМАНИЕ!! Встреча девушек будет не такой, какой была в эфире. Извините пожалуйста, за отход от канона. Всем приятного прочтения. Надеюсь, не разочаровала 🙈 После того рокового дня, в жизни Милас изменилось все. Она со скандалом уволилась в работы, разорвала отношения со своей девушкой, несколько раз влипала в драку и ушла на пару дней в запой. Причина? Их много. Полное отторжение этого мира, в котором ублюдков больше, чем следовало бы; самостоятельно принятое решение ухода с работы, потому что теперь это место стало для неё отправной точкой для гнева; и самая главная — глаза. Она не могла заставить себя забыть эти глаза. Как только лицо той незнакомки всплывало в её памяти, в душе появлялся мрак вперемешку с нежностью. Эти противоречия не давали Милас покоя. Поэтому, она сначала напивалась, крушила все вокруг, а затем, крепко сжимая найденную шапку незнакомки, отправляла цветы уже на проверенный адрес больницы. Зачем она это делает, девушка не имела ни малейшего понятия. Просто, это успокаивало. Почему-то. Через три дня таких заносов, Ксения попыталась взять себя в руки и приняла решение съездить в больницу лично. -Мда. Не предел мечтаний, — произнесла Милас, оценивая свой внешний вид в зеркале. — Ладно. Я еду только для того, чтобы узнать о её состоянии и отдать шапку. Прежде чем поехать в больницу, она свернула к магазину цветов. По привычке. Запах лекарств резко бьет в нос и Милас непроизвольно морщится. Задерживаться здесь надолго явно не хочется. В регистратуре она, по всем известным ей данным, узнает номер палаты и неспешно поднимается, раздумывая, стоит ли зайти самой или передать через врача. У самой двери Ксения понимает, что решения принять она не успела. «Соберись, Милас! Она тебе никто. Наркоманка уличная». Разум кричал именно так, а сердце непроизвольно начинало стучать чаще. Она резко нажимает на ручку и толкает дверь. В палате всего одна кровать, на которой к счастью или сожалению Ксении, спит та самая девушка. Несколько секунд она стояла не шевелясь. Когда же мозг активно начал посылать импульсы к ногам, она, практически бесшумно, подошла к кровати. Рыжие волосы были гармонично разбросаны по подушке, невероятно красивое лицо было нежным и спокойным. Ксения не могла отвести от неё глаз. Она наслаждалась, рассматривая её словно картину в музее. Ей невероятно сильно захотелось прикоснуться к белоснежной щеке, провести рукой по этим искусным, она была уверена, мягким волосам. Для неё время остановилось. Надо бы оставить свежий букет, шапку и уйти, но она не может. «Ещё одну минутку», — думала Милас, но её бесцеремонно вырвали из мира фантазий и вытащили в сухую реальность. -Извините, вы кто? — негромким голосом спросил человек в белом халате. -Эмм… я подруга, — прошептала Ксения, без охоты переводя взгляд с девушки на врача. -О. Да. Мне стоило догадаться. Анна скоро уже должна проснуться. Вы можете подождать здесь. -К сожалению, я очень спешу. Вы не могли бы ей передать? — спрашивает она, протягивая букет белоснежных орхидей. -Да. Конечно. А что сказать? -Ничего. Она сама поймёт, — соврала Милас, направляясь к двери. — Ах, да. Вот ещё. Это её. Она достала из кармана шапку и вручила ее доктору. «Значит, Анна», — пронеслось в голове Ксении, когда она бросили последний раз взгляд на спящую девушку. В голове ни одной мысли. Рой эмоций, но ни одной мысли о том, что делать со всем этим дальше. Как вести себя нарциссу, если он залип на наркоманку? Он, ведь, автоматически перестаёт быть нарциссом, потому что, невозможно любить себя и желать того, кого считал отбросом всю сознательную часть жизни. В голове неожиданно всплыл тот самый вечер. Лица тех, кого Ксения желала бы забыть раз и навсегда. Нет. Сначала разбить, а потом забыть. Именно эта появившаяся мысль прокручивалась в её голове, пока она направлялась к стойке регистратуры. -Простите, — окликнула она медсестру. -Да? -Скажите, могу ли я узнать кое-какую информацию о пациентке, к которой я приходила? -Извините, но мы не распространяем информацию о наших пациентах. Ксения осторожно оглянулась по сторонам и, убедившись, что рядом никого нет, достала из кармана пятитысячную купюру и аккуратно протянула девушке. -Её, кажется, Анна зовут, — сказала Милас, наблюдая за тем, как медсестра кладёт деньги в карман и начинает что-то искать в компьютере. -Горохова Анна. 1999 года рождения. Поступила с крайней стадией передоза. -А, адрес, — нервно постукивая по стойке, спросила она. -Проспект мира 76, дом 6, квартира 57. -Большое спасибо. Ксения благодарно улыбнулась и поспешила на выход. Заводя автомобиль, она уже предвкушала, как найдёт этих парней и сравняет их с землёй, как выбьет из них всю дурь, которой в них было больше всякой досягаемой нормы. Её никогда не пугало это состояние, когда азарт смешивался с ядерной жестокостью. Наоборот, запускал по венам необходимую дозу. Да, она зависима. Зависима от ощущения превосходства над другими. Но в этой ситуации было что-то ещё. Это чувство было похоже на то, будто сломали что-то её, что-то ценное и она жаждала отомстить. Навигатор привёл её в хрущевские дворы, где так и пахло нищетой и антисанитарией. Милас поморщилась, но отступать была не намерена. Заприметив бабушек у нужного подъезда, она нацепила миловидную улыбку и подошла к ним. -Добрый день. Извините, вы мне не подскажете, здесь живёте семья Гороховых? -Ещё одна наркоманка? — спросила одна из старушек, сузив глаза. -Нет. Что вы. Я в больнице работаю. Хотела сообщить родным, что Анна там, — выдала Ксения первое, что пришло на ум. -Тьфу. Да, матери плевать на это. -Да-да, ещё та семейка, — подхватила другая. — Мать алкоголичка, дочь наркоманка. -Анька хорошей девчонкой была, — вступила в диалог третья старушка. — Правда, пока отец жив был. Подкосила его смерть девчушку. Жалко её. Так и закончит со своими дружками. -Простите, вы сказали дружками? — вклинилась Милас, чувствуя ту самую зацепку. -Дружками её, наркоманами. Вечно в гаражах дрянь свою понапринимают, а потом милиция из двора не вылазит. -В каких гаражах? -Да, вон, — указала тростью одна из бабушек. — Там они и сидят всегда. -Черти. Куда родители смотрят. Ксения резко развернулась и пошла к машине, оставляя старушек с новой темой для перемывания костей. Гаражей было не так уж много, да и, явно нужный, выдавал себя громкой музыкой. Милас сняла куртку, взяла с пассажирского сидения биту, вылезла из авто и направилась к тому самому «притону». Страха не было, лишь лёгкий адреналин, который подбавлял куража. -Ну, что, попались твари? Ксения облокотилась о двери и хищно улыбалась. Парней было трое. Всё та же компания. Два худощавых, за которых она даже не беспокоилась и тот самый жирный ублюдок. -Опана. Да, у нас гости, — мерзким голосом сказал пухлый, разворачиваясь к Милас всем телом. — Проходи, малышка. Мы тебя угостим, а ты угостишь нас. Парни залились диким смехом. От этой картины начинало подташнивать, поэтому она крепче сжала биту и легким шагом направилась к ним. -Помнится, при последней встрече, ты не принял меня за девушку. -Эй, малыш… Но договорить он не успевает, потому что Милас приставляет к его подбородку биту. -Ты чо, сука, ахуела?! — резко поменялся в настрое тот. Пухлый хотел встать, но Ксения оказалась быстрее. Одними замахом она бьет его под колено, заставляя того приземлиться перед ней. От такого вида чувство превосходства растекалось по всему её телу. Она хотела не только мести, но и этого блаженного чувства, которое было неотъемлемой её частью. Двое других тут же подскочили с мест и хотели подойти, но Милас их в этом переубедила, доставая из-за пазухи, взятый на крайний случай, пистолет и направляя на них. -Не рыпайтесь. Будет хуже. -Эй, крошка, — снова подаёт голос главарь, за что получает удар ногой прямо по солнечному сплетению. -Заткнись, мразь, — она пинает его подошвой кроссовка. Пухлый падает, давая понять Ксении, что жира там больше, чем мышцы. Она хищно улыбается, откладывает биту в сторону и присаживается перед ним на колени. Двое других, воспользовавшись ситуацией, быстро дали дёру оттуда. -Гляди как побежали. А ты думал они тебя спасать останутся? У наркоманов нет друзей, малыш. Милас сделала акцент на последнем слове, запихивая оружие обратно. -Что ты хочешь от меня? — голос уже не такой уверенный, даже испуганный. -Понять хочу. Зачем такие, как ты, на свет рождаются? Зачем такие, как ты, детей на иглу подсаживают? -Каких детей? Чо ты несёшь?! Она резко потянула его за ворот грязной футболки и со всей напрашивающейся силой, врезала ему по челюсти. Дальше сработал инстинкт мести. Мести за ту, которую видела всего пару раз. За ту, которую отомстит и забудет навсегда. Процесс запущен. Её было не остановить. -Аню! Сука! Девочку 18 лет! — кричала Ксения, не переставая вбивать его в бетонный пол. Ярость взяла верх, но это итак было предсказуемо. Она кричала и била, не замечая того, что тот уже был без сознания. Она абсолютно не помнит, кто и как ее оттащил и как она оказалась в полицейском участке. Ей было уже все равно. Она сделала то, что хотела. Она же нарцисс. И она просто получала свою дозу. Именно так она приказала себе думать. Ксения сидела в пустом кабинете участка и смотрела безразличным взглядом в белую стену. -Как ты себя чувствуешь? — спросил вошедший полицейский, голос которого, был довольно знакомым. Она подняла бровь и просто довольно усмехнулась. Хороший полицейский оказался хорошим знакомым. -На. Приложи. Он протянул ей холодную бутылку, взглядом указывая на её разбитые костяшки. Милас приняла её и молча кивнула. -Тебе повезло. Он жив. -Жаль, — неестественно низким голосом ответила она. -Ксюх, я понимаю, что таких убить хочется, но я никогда не мог подумать, что именно ты опустишься до такого. Девушка подняла на него глаза полные спокойствия и удовлетворения. -Дим, ты же знаешь меня. Я без причины никогда не полезу. -Знаю. Но одна и сразу на троих… Что они тебе сделали? -Не могу сказать. -А если я сейчас не смогу тебе не пришить статью? А? Ксения бросила на него строгий и одновременно жалостливый взгляд и открыла бутылку с водой. -Они чуть не угробили восемнадцатилетнюю девчонку. -Как? -Подсадили на эту дрянь, чуть на тот свет блять не отпуск равили! -А тебе какое дело то до всего этого? Знакомая твоя? -Нет. -Тогда, я вообще нихрена не понимаю. -Дим, просто поверь, так было нужно. Полицейский тяжело вздохнул, не отводя взгляд от подруги. -Ладно. Дело я замну, но есть одно «но». -Что? -Тебя придётся поместить в одно место. И, говорю сразу, тебе это не понравится, но по другому никак. -Чо за тупые загадки? Куда ты собрался меня помещать? -К нам в отдел тут недавно приходили люди и спрашивали о приводах девушек до 27 лет. Они отбирают на телешоу интересных личностей для перевоспитания. -Чо за бред? -«Пацанки». Слышала о таком? -Ну, да. Только, я здесь причём? -Я только что отправил сведения о тебе им. Думаю, ты им сделаешь неплохой рейтинг. -Ты совсем ебанулся? -Сама подумай. Во-первых, так я сразу смогу убрать с тебя срок, во-вторых, ты, ведь и вправду, интересная личность. Полицейский лукаво улыбнулся, замечая в глазах Ксении интерес. -У тебя нет выбора. Либо к твоему личному делу припишут статью, либо ты станешь знаменитой. Дмитрий действительно неплохо знал Ксению, поэтому и употребил в контексте слово «знаменитость». Её тема. Её профиль. -Тебе тоже, каким-то чудесным образом, что-то перепадёт? Да, Димас? Парень игриво засмеялся, тем самым отвечая на поставленный вопрос. -И, да, Милас, откуда у тебя, сука, ствол?! -Подарок, — хмыкнула Ксения, делая глоток воды Ксения твёрдо приняла решение, что с самого начала покажет, кто здесь главный. Это шоу, а им нужны такие, как она. Властные и самовлюблённые. Такие хуже поддаются правилам, но чётко воспринимают поставленную задачу. Для себя Милас поставила две задачи. Хайпануть и забыть ту, из-за которой, в принципе, она сюда и попала. Если бы она только знала… Переступив порог, так называемой, школы, Ксения приняла решение, что не всё так уж и плохо. Услышав голоса, она оставила чемодан и пошла к уже прибывшим. В комнате было пока только семеро девушек. Решив показать себя перед камерой достойной и образованной, она спокойно познакомилась со всеми и, иногда, что-то вставляя в диалог девочка, продолжала оценивать каждую из участниц. «Ну и наборчик», — подумала она про себя. -О, — потёрла руки Зарина, когда услышала, что открылась входная дверь, — ещё одна. Милас спокойно сидела на диване, постукивая пальцами по подбородку, ожидая, пока новенькая зайдёт в комнату. -Блять, — послушалось из коридора, а затем резкий стук, чего-то или кого-то падающего. Девушки залились смехом, ещё больше желая увидеть новоприбывшего. -И приз, за самое яркое появление, — разнесся голос уже ближе, — достаётся мне! В комнату, в прямом смысле, запрыгнула не совсем трезвая девушка, ярко улыбаясь. Все пацанки со смехом и свистом зааплодировали, принимаясь знакомиться с новенькой. Все. Кроме одной. Если бы она только знала…