Маггл из рода волшебников.

Дверь распахнулась, и сердце мальчика вовсе ушло в пятки. Он поднял глаза от своих носков ботинок, в которых скоро мог прожечь дырку, и замер. На пороге школы стояла строгая мадам, на вид которой было не дать и пятидесяти. В глазах отражалась полная уверенность, волосы были стянуты в пучок и закрыты остроконечной шляпой. Сама она была облачена в изумрудную мантию которая отливала серебром в свете школьных огней. — Добрый вечер, профессор. Вот, привел первокурсников, — пробасил великан. — Спасибо, Хагрид, — кивнула ему волшебница и великан ушел куда-то за стену школы. Строгая мадам развернулась лицом к двери и тоном, не терпящим возражений скомандовала: — Следуйте за мной. Дети, переминаясь с ноги на ногу неуверенно переступали порог школы, но не чувствовали ничего магического. Они оказались в огромном вестибюле из которого уходили направо и налево два прохода, а по середине была огромная мраморная лестница, которая вела наверх к двери, из-за которой слышались громкие голоса остальных учеников. На каменных стенах горели настоящие факелы, отбрасывающие оранжевые блики на лица детей. Профессор поднималась по лестнице наверх, пока не остановилась как не странно, не перед большой дверью, а перед крохотной и невзрачной. Внутри не было ничего кроме двух люстр, но профессор велела первокурсникам зайти внутрь. — Сейчас ваша последняя возможность подумать о ваших лучших качествах, ведь факультет станет вашей семьей на последующие семь лет и изменению не подлежит, — выдав эту устрашающую тираду профессор вышла из комнатушки. Среди первокурсников началась паника, кто-то пустил слух о испытании с троллем или чем-то еще похуже перед всей школой. Тайлер конечно понимал, что это лишь глупый детский страх, но он боялся. Боялся опозориться и потерпеть неудачу. Он прямо видит, как ему говорят — «Похоже произошла ошибка, ты не волшебник». И отправляют его обратно к монашкам, а те злорадно посмеиваются над ним. Он возвращается к убогой жизни с издевательствами Томми, идет в обычную школу… Почувствовав, что надо сбить это уныние, Тайлер окинул глазами толпу. Все на первый взгляд были одинаковыми в черных мантиях и черных шляпах, но он быстро нашел коренастую фигуру своего соседа из поезда. Он аккуратно, стараясь никому не отдавить ноги, двинулся к мальчику, но как только он открыл рот, чтобы начать разговор, мальчишка грубо перебил его: — Ты не слышал профессора? Это последний шанс собраться с мыслями. Если у тебя их нет не мешай другим, — и парень отвернулся от оставшегося с открытым ртом Тайлера. "Ну и ладно" — немного обижено произнес про себя мальчик и стал рассматривать люстру под потолком. Надо сказать, это было целое произве… О Боже, что это? Кажется последнюю фразу Тайлер сказал вслух, даже выкрикнул, потому что в следующую секунду все посмотрели сначала на самого Джозефа, а потом на потолок куда он указывал. И дружно завизжали, так что у нормального человека заложило бы уши и возникло желание срочно покинуть комнату. Но у пришельца совсем не было желания покидать малый зал, напротив из потолка и стен выплывали… Именно так, выплывали! Призраки, по другому их точно не назвать. Первой появилась молодая леди в серых одеяниях, которые носили много веков назад. Она поморщилась словно съела лимон и резко сказала: — Попрошу вас не кричать! Когда и вы умрете, будете не лучше, — и нацепив маску безразличия она направилась в дальний угол комнаты. Дети немного успокоились после ее фразы и стали наблюдать за появлением призраков из стер и потолка. — Раньше молодое поколение было более воспитанным, при встрече склоняли головы в поклоне и здоровались: «Добрый день, сэр Николас де Мимси». — Не то, что это визжащее стадо, — высокомерно пробормотало худое привидение с длинным накрахмаленным париком. — О, Боже, какие детки, я надеюсь вы попадете в Пуффендуй, — вынырнул последний призрак, который не слышал брани своих друзей. Они хотели завести разговор с учениками, но напуганных детей спасла профессор, которая до этого отвела их в этот зал. — Все готово, церемония отбора сейчас начнется, — она неодобрительно посмотрела на привидений, но промолчала, потом снова обратилась к ученикам. — Идите за мной! Ноги Тайлера налились свинцом, он только сейчас осознал все свое бедственное положение. Страх захлестнул его волной. Он приказал себе успокоиться и внешне выглядел вполне спокойным. Рядом с ним снова каким-то образом оказался болтливый парень по имени Билл, но и он молчал. Наконец пройдя по вестибюлю до больших дверей, профессор распахнула их перед новыми учениками. Такого красивого места Тайлер еще не видел никогда в своей жизни. В воздухе куда ни глянь летали свечи, настоящие горящие свечи, которые наряду с факелами освещали Большой зал. Причем они не сталкивались в воздухе и воск с них не капал на головы учащимся — он просто растворялся. В зале стояло четыре стола, каждый из которых соответствовал четырем факультетам, а по середине прямо перед вновь прибывшими немного возвышался учительский стол, за которым Тайлер быстро нашел профессора Флитвика. Кто-то шепнул «Посмотрите на потолок», и мальчик тут же задрал голову, встретившись глазами с удивительно черным небом, на котором подобно разлитому молоку располагались тысячи звезд. Казалось потолка вообще не существовало, а зал был под открытым небом. Засмотревшись на потолок мальчик не сразу остановился и наступил какой-то девочке на пятке, замерев. Перед ними… Нет, не было никакого тролля или чео еще похуже, перед ними стоял табурет — не самый высокий и крепкий, но на этом табурете лежала обыкновенная шляпа. Тайлер уже готов был разочароваться — их обманывают, но не успел. У шляпы из складок образовался рот, который несколько раз открылся и закрылся словно разминая затекшие мышцы, а потом загорланил громким и скрипучим голосом так, что у впереди стоящих заложило уши. Хоть я и стара, но мозги имею, Распределять детей умею. Решу сейчас, в ваш звездный час Куда проложен путь для вас. Быть может Слизерин вас ждет — Там сильным быть не надо. Достаточно лишь хитрости, Амбиций и отваги. А может примет Когтевран В вас остроту ума, Коль знаний твердь и творчества Заложена в вас палата. И Пуффендуй раскроет свои двери, Коль вы добры и трудолюбивы. Здесь лучшие друзья у вас Поддержат вас в нелегкий час. А может вас ждет Гриффиндор, славный тем, Что учатся там храбрецы Отваги и чести сердца их полны, К тому ж благородны они. Подумай, ребенок, к кому поступить. Свою семью нельзя изменить. После такой приветственной речи-песни все учащиеся и профессора зааплодировали, строгая профессор которая провожала их до Большого зала достала длинный пергаментный свиток, с хрустом развернув красивую бумагу. — Сейчас я буду вызывать вас по одному и каждый оденет эту шляпу. Она и распределит вас, — с этими словами профессор громко и на весь зал огласила первое имя, пока Тайлер пытался осмыслить сказанное ею. Все так просто? — Андерсон, Гэрри, — из толпы вышел костлявый парниша и направился к табурету немного неуверенно и с опаской, но пока шляпа только зависла над его головой в руке профессора, она уже выкрикнула: — СЛИЗЕРИН! — стол справа от самих первокурсников взорвался овациями, приветствуя первого ученика. — Кларк, Кэтти! — ГРИФФИНДОР! — крайний левый стол закричал, кто-то особо радостный застучал по столу кулаками и профессору пришлось несколько раз призывать к тишине. Через несколько человек строгая профессор сказала: — Дан, Джош, — и из толпы вышел тот самый коренастый парниша, с которым он ехал в поезде и который не особо шел на контакт. Шляпа задумалась, он сидел на табурете почти пол минуты, видимо ведя диалог с головным убором, пока шляпа не выкрикнула: — ПУФФЕНДУЙ! — мальчишка немного позеленел, но на негнущихся ногах пошел к крайнему справа столу и сел рядом с поздравляющими его старшекурсниками. Тайлер так сильно задумался, что чуть не прослушал свое имя, очнувшись от дум лишь когда профессор второй раз назвала его имя. Под всеобщие смешки он неуклюже вышел из толпы и быстро подбежал к табурету. Мальчику хотелось поскорее покончить с этим, и если он действительно не волшебник, ему не хотелось тянуть резину. Голос шляпы звучал у него в голове: — Еще один Джозеф. Да, твой отец учился на Слизерене, но ты не подходишь. Куда бы тебя отправить? А, точно, знаю… — ПУФФЕНДУЙ! Тайлер так разволновался, что чуть не убежал в зал со шляпой, но вовремя опомнился и под всеобщий хохот вернул головной убор профессору, и только потом направился к своему столу. Он только сейчас заметил, что галстук магическим образом принял желтый цвет с черными полосами, а на мантии появилась нашивка с барсуком и капюшон тоже преобразился в золотые тона. Он сел рядом со старостой их факультета — Трэвисом Монтгомери, и таким образом оказался прямо напротив Джоша — теперь он знал как его зовут. Распределение продолжалось, столы приветствовали своих новых учеников, а Тайлер ждал когда кто-нибудь присоединится к Пуффендую — мальчишка напротив все еще молчал и выглядел очень насуплено. Но, когда оставался последний человек, он понял, что похоже на их курсе всего два парня. И он успел насчитать шесть девчонок, это что же получается… Но может болтливый Билл попадет на его факультет? — Уизли, Уильям. И, какое разочарование, едва коснувшись рыжей головы мальчика шляпа заорала: — ГРИФФИНДОР! Зал снова оживился, а Тайлер недоумевал — всего два мальчика? Но его невеселые мысли сбил директор школы, как было указано в письме — Альбус Дамблдор, который имел кучу титулов, повеселивших мальчика в процессе чтения письма. Директор встал и лучезарно улыбнулся всем учащимся. Когда в зале стихли последние шепотки он начал приветственную речь: — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнем праздничный банкет, я бы хотел сказать несколько слов и объяснить правила. Во первых, прогулки в запретный лес и к Дракучей иве строго запрещены, если вы не хотите потерять баллы своего факультета или что-то более ценное. Напоминая, что не стоит колдовать в коридорах школы, тем более устраивать дуэли. Все, всем спасибо! Едва директор хлопнул в ладоши, пустые блюда перед учениками наполнились всевозможной едой, а большой зал накрыла волна удивленных «У-у-у» в исполнении первокурсников. Тайлер только сейчас вспомнил, что не ел ничего кроме завтрака и шоколадных лягушек, его живот скрутило от голода и он, видя что ученики уже принялись за еду, тоже потянулся вилкой к большому блюду с ростбифом и жареной картошкой. Джош, не смотря на свое не самое лучшее настроение, аппетита не потерял и уже наворачивал сосиски. Оглядев стол еще раз, Тайлер налил себе тыквенного сока, который до этого никогда не пробовал, но нашел его очень вкусным. Когда все более или менее, но наелись, возобновились разговоры. В их части стола, которая была ближе всего к учительскому столу, сидели две старосты — Трэвис и Амелия, все остальные были первокурсники, потому разговаривали в основном о семьях или предстоящей учебе. — Моя мама маггл, а папа сквиб, но я с самого детства знала о волшебстве. Они очень удивились, когда у меня обнаружили способность к магии… — рассказывала сидящая рядом с Тайлером девочка своей соседке, при этом умудряясь жевать стейк. — Мы начнем учиться уже завтра? — спросил наконец Джозеф у старосты. Тот улыбнулся краем губ и снисходительно ответил: — По идее конечно да, но первую неделю вас будут знакомить с предметами, учить держать волшебную палочку и устанавливать котел. Но так, да, учиться начинаете завтра, в восемь начало завтрака, а в девять начало уроков. У вас в комнатах есть расписание уроков, главное не опаздывать на Зельеварение, у нас новый преподаватель — профессор Снейп, он же декан Слизерина, и он довольно строго оценивает, но знает свое дело, — Трэвис как бы невзначай указал на облаченного в черную мантию молодого профессора с сальными волосами и слегка желтоватой кожей. Хотя может это из-за свечей? — А как зовут профессора, которая вызывала нас? — О-о-о, это профессор Макгонагалл — учитель трансфигурации. Она декан Гриффиндорцев. — А кто наш декан? — Профессор Стебль, вон она, справа от профессора Макгонагалл. Их декан показалась Тайлеру очень веселой, добродушной женщиной, особенно если учесть что ее смех был слышен наверное и за дверями Большого зала. Отвлекшись на разглядывание стола мальчик пропустил момент, когда на тарелках появились десерты. Но, окинув взглядом стол он понял, что его глаза сейчас выскочат из орбит. Он никогда в жизни не видел столько сладкого, а тем более не ел такого. Горы разных видов мороженного возвышались на блюдах, рядом лежали яблочные пироги, зефир, бисквиты, пончики, желе, эклеры и всевозможные фрукты. Положив на сверкающую чистотой тарелку мороженного, которое он раньше никогда не ел, Тайлер зачерпнул ложкой немного белой массы, которая тут же растаяла во рту, оставив молочно-сладкий вкус. — Ты никогда раньше не ел мороженное? — спросила его соседка — девочка с шоколадного цвета кожей у которой папа сквиб. — Нет. — Я думала его все ели. Мы с мамой каждое воскресенье ели, в парке… — и она снова возобновила болтовню с другой девочкой. Когда мороженное было прикончено, Тайлер съел кусок шарлотки, но больше в переполненный желудок ничего не лезло. Боясь, что его разорвет, мальчик выпил просто стакан воды и стал вслушиваться в беседу старшекурсников, которые обсуждали тренировки по квиддичу. тарелки снова опустели, на них не осталось и следа сладкого. Директор снова поднялся со своего места посередине учительского стола. — Прежде чем пойти спать, давайте споем гимн нашей школы! — с этими словами он изящно взмахнул своей палочкой, из которой полились золотые искры, в конце концов повиснув над столами. Это был текст гимна! — Каждый поет на свой лад! Словно только и ожидая этой фразы зал заголосил: Хогвартс, Хогвартс, наш любимый Хогвартс, Научи нас хоть чему-нибудь. Молодых и старых, лысых и косматых, Возраст ведь не важен, а важна лишь суть. В наших головах сейчас гуляет ветер, В них пусто и уныло, и кучи дохлых мух, Но для знаний место в них всегда найдется, Так что научи нас хоть чему-нибудь. Если что забудем, ты уж нам напомни, А если не знаем, ты нам объясни. Сделай все, что сможешь, наш любимый Хогвартс, А мы уж постараемся тебя не подвести. Все тянули или тараторили, басом или тенором, кто-то выводил акапеллой основную тему, но ее тут же перебивали мальчишеские голоса и чье-то колоратурное сопрано, от чего свечи над головами учащихся подрагивали. Громче всех надрывался стол Гриффиндорцев, видимо поддерживая репутацию заводил и лоботрясов. Когда стихли последние голоса, тянувшие последнюю гласную, Дамблдор захлопал, а за ним и весь зал. Кто-то засвистел, кто-то топал ногами, кто-то застучал по столу. Директор поднял руки призывая к тишине, и огласил: — Все спать, шагом — марш! Первокурсники — следуйте за своими старостами! Первыми из зала выходили старшие курсы и так пока не остались одни старосты с первокурсниками. — Дети, следуйте за нами. Нам идти ближе всего, пойдемте! — Трэвис повел их не в сторону лестниц, куда устремилось большинство учеников, а в вестибюль, откуда, как мы упоминали, выходило еще два прохода. — Вот там справа — путь в подземелья, а слева вход в гостинную Пуффендуя и на кухню. Как зайти во вторую мы расскажем вам как-нибудь потом, но думаю вы и сами догадаетесь, а сейчас смотрите, — Трэвис подошел к груде бочек и указал на вторую бочку снизу в середине второго ряда. Она была больше других, и ее крышка казалась старее. — Надо постучать именно по этой бочке в ритме Пе-не-ло-па-Пуф-фен-дуй. Если постучите по другой бочке или в ложном ритме вас изрядно угостит уксусом, — Трэвис постучал по нужной крышке и она сама собой отъехала в сторону. Первокурсники завороженно наблюдали, как Амелия храбро залезла в темный проход, в котором она смогла встать почти в полный рост и как она исчезла где-то на другом конце туннеля. — Все вперед! — скомандовал Трэвис, который был замыкающим процессии и закрыл дверь. Стало совсем темно, но скоро, когда впереди стоящая девочка спрыгнула на пол, Тайлер увидел гостинную, озаренную ярким светом. Проход заканчивался круглой аркой, из которой открывался чудесный вид — просторная круглая комната с такими же круглыми окошками и дверьми, выводившими в комнаты. Везде, куда ни глянь стояли горшки с зелеными растениями, под потолком на деревянных балках была люстра, освещавшая наряду с потрескивающим камином все помещение. Посередине стоял камин, сложенный из гладких камней, вокруг него на мягком коврике столпились кресла и пуфы, а у стен расположились небольшие диванчики и столы, за которыми можно было делать домашнее задание или есть шоколадных лягушек. — Добро пожаловать в гостинную Пуффендуя! Спальни мальчиков справа от камина, девочек — слева. Вот эти двери, — Амелия указала на круглые как крышки бочек двери. Еще раз оглядев гостиную, Тайлер поспешил за своим единственным соседом в комнату. За круглой дверью скрывалась небольшая комната с низким потолком. Пот и стены и потолок были деревянные, но через них не проникал холодный ветер или влага. Пахло деревом и какими-то цветами, которые стояли на подоконнике окна под потолков, из которого не было видно ничего — такая непроглядная темнота сгустилась снаружи замка. У стен стояли две кровати, накрытые лоскутными одеялами. Рядом с каждой кроватью стояли шкаф и тумбочка, а посередине комнаты стояли чемоданы, сумки и корзинка с котенком Тайлера. Джош первым плюхнулся на кровать справа, так что Тайлеру выбирать не приходилось. Он оттащил свой чемодан и раскрыл его в поисках пижамы. Завтра будет сложный день, его первый день в школе магии, но теперь, засыпая под теплым лоскутным одеялом он был уверен, что Хогвартс — не сон.