Мэлис

      Когда-то, еще в прошлой жизни, я мечтала окунуться в виртуальную реальность. Побыть героем какой-нибудь истории, иметь нечеловеческую мощь или магию, совершать подвиги, как в книгах. Быть частью чего-то важного.       И вот, кажется, что мечта исполнена. Коряво и с ошибками. Ведь мой образ, симбиота, можно назвать аватаром, которого я направляла? Хоть и словесно. Но была непосредственным участником событий.       — Не зевай, Паук! — весело крикнула Мэлис и прыжком ушла в сторону от выстрела. — А то он станет нашим трофеем!       Мы отвлекали Стервятника на себя, прыжками пытаясь его зацепить, как и отростками, пока он отстреливался. Паркер забрасывал его паутиной, желая связать и притянуть на судно, а концы пут приклеивал к колоннам на палубе и к ней самой.       Крылья парню не удавалось зацепить — Стервятник срезал паутину с них лезвиями. И когда мужчина пытался избавиться от пут на ногах, то Мэлис старалась помешать, лезя под руку.       Я наблюдала и понимала, что дай ей больше свободы, то симбиот скрутила бы мужчину за пару минут. Но светлое время суток, когда свидетели на каждом шагу, мои ограничения и Паук поблизости, как и толпа гражданских, не давали Мэлис разойтись.       Правда, такая игра ее веселила и пробуждала охотничий азарт.       Ей нравилось играть со Стервятником.       Дергать, заставлять понервничать, ощущать его трепет и сомнения. Она будто питалась его эмоциями.       — Мэлис! Нам нельзя дать ему уйти! — крикнул Паркер, когда симбиот в очередной раз, цепляясь отростками за крылья Стервятника, прыгнула на него, но пролетела над головой, так как мужчина резко ушел вниз, почти к самой водной глади.       Он хотел выстрелить в спину, но Мэлис извернулась, выпуская щупальца, часть которых зацепилась за борт парома, позволив вернуться и приземлиться на палубу, а другая дернула за оплетенные ноги врага.       — Что это за сила? — вопрос, заданный механическим голосом. Но наравне с испугом, он исходил восхищением и желанием заполучить эту силу. — Кто создал твой костюм?       — Природа и хорошие гены, — хищная улыбка.       Ответ вызвал недоумение. Но откуда Стервятник мог знать о симбиотах, чтобы понять сказанное? Вот поэтому был в замешательстве.       — Я бы нашел ему лучшее применение, — самоуверенно произнес он, активируя оружие, которое налилось опасным огнем на конце.       — Мэлис, держи его! — Паук сменил капсулы на веб-шутерах, чтобы продолжить опутывание.       — У меня нет времени на ваши игры, — холодный механический голос, а у меня аж мурашки прошлись по телу от предчувствия.       Как и у Питера.       Мощный лиловый луч за раз рассек паутину на ногах и развеял щупальца — Мэлис было больно, отчего она рассержено зашипела, балансируя на грани ярости и жажды прыгнуть на помеху, вскрыв броню и добравшись до тела. Обжигающая боль и меня задела, проносясь жаркой волной по телу, будто цепляя каждое нервное окончание. На секунду перед взглядом все потемнело, но ощущение быстро схлынуло, затапливая гневом.       Моим. И Мэлис.       Который и выпустили волной в зависшего мужчину, а он растерялся и ослаб, ошеломленный ментальный давлением.       Мы вовремя с Паркером успели отскочить от луча, разрезавшего как нож теплое масло обшивку. Выглянув из колонны, Паркер выстрелил паутиной в активированное для нового выстрела оружие и с силой дернул на себя, вырывая из чужих рук.       А раньше так сделать не мог?! — мысленно крикнула, но услышала меня только рассерженная Мэлис.       Конечно, она давно могла выбить оружие отростками, желательно куда-нибудь в воду. Но, следуя моему указанию только отвлекать врага, не трогала.       Наша роль маленькая — не дать Паркеру наломать дров, и чтобы гражданские не пострадали. Но в первую очередь, конечно, пассажиры.       Разогретое оружие рухнуло за нашими спинами, раскаляясь сильнее, а воздух над ним заходил ходуном.       Взорвется…       Мэлис! — яркая вспышка ударила в сторону парома, где сидели люди. Раздались испуганные вскрики и скрип железа.       — Паук! Разберись с этим! — рыкнула симбиот и прыжком оказалась на верхней палубе.       — А как же… — панически бросил Питер, но новый луч хаотично ударил вбок и вверх.       — Уничтожь! Сбрось в воду! Придумай! — крикнула Мэлис и скользнула в пассажирский зал, наполненный дымом и запахом жженой ткани и резины, где напуганные люди разбегались в стороны от хаотично летящих лучей.       Зачем он вообще притянул активированное оружие на корабль, если мог просто отбросить? Вроде же умный парень, а шаги вперед как-то не продумывал.       Видимо, из-за нехватки информации. И опыта.       Мэлис, дай мне, — симбиот послушно подвинулась, позволяя вновь завладеть своим телом.       — Пожалуйста, сохраняйте спокойствие! — и стоило это сказать, как в потолке образовалось новое отверстие, открывая вид на небо. Где-то внизу грохнуло, и заунывно скрипнул металл. Послышался женский вскрик и детский плач.       Главное, безопасность гражданских…       — Пожалуйста! Ему нужна помощь! — отчаянный зов с задних рядов, куда я и бросилась.       Пахнет жареным мясом, — заметила Мэлис. — Аппетитно.       Я ощущала тягучий и липкий страх, сгущавшийся на всем скрипящем металлом пароме. Он давил и душил, отчего хотелось распахнуть настежь окна и вдохнуть полной грудью морского воздуха.       Люди держались ближе к стенам, прижимаясь друг к другу и боясь, что в любую секунду вырвется новый луч из самого неожиданного места. В центре действительно тлели пассажирские скамьи, и ощущался сильный запах гари.       Взрослого мужчину облокотили о стену, а несколько человек склонились над ним, пытаясь оказать хоть какую-то помощь. Например, перевязать то, что осталось от руки. Сильная бледность на лице и упрямо стиснутые зубы. Не представляла, какая боль мучила его, но держался он неплохо.       — Тут уже ничем не помочь. Рану прижгло, и крови потеряно не будет. Тут специалист требуется, — отметила я, оценив ранение.       Видимо, он находился на одном из тех диванчиков, которые и задело лучом.       Испуганная женщина, что сидела с другой стороны мужчины и держала его за руку, посмотрела на меня большими глазами.       — Это ваша вина!.. — дрогнувшим голосом бросила она, на что я нахмурилась. — Вы устроили тут свое сражение!       — Он — жив. А это главное, — холодно ответила ей.       Люди, что стояли рядом с беспокойством, замолкли, смотря на меня с опаской и недоумением.       И что им не понравилось?..       — Есть еще раненые? — крикнула я, оглядывая притихших людей, некоторые помотали головой. Но паника заметно улеглась. — Помощь скоро прибудет.       Моя задача не дать им погибнуть. А руку я вернуть не в силах.       И где эти агенты ФБР?..       Паром содрогнулся от резкого взрыва. Сваи натужно заскрипели, а люди в панике закричали, хватаясь друг за друга, выступы и пассажирские сидения.       Что там у Паркера произошло?! Доверила же простое дело!       Мы устояли на ногах, даже не шелохнувшись, а я насторожено пыталась понять, что именно случилось — корабль не поделился на части, как было в фильме. Он просто…       Господи…       Я рванула к выходу из зала, ощущая, как пол начал крениться, отчего заскользила как с горки.       — Паук?! Какого хрена? — я выскочила, радуясь чувству равновесия симбиота, иначе бы просто вылетела носом вперед.       Питер растеряно метался по нижней палубе, паля во все стороны паутиной и с кем-то невидимым разговаривая. Голос срывался чуть ли не до истерики. Заметив меня, он с обречением вздохнул.       — Я выбросил в воду. А оно там взорвалось и зацепило дно парома.       — А далеко кинуть было не судьба?! Говорила ведь уже, что эти штуки бомбы, если с ними неправильно обращаться! Умник, черт! Отличник в школе! — я вцепилась пальцами в перекладину, нервно анализируя ситуацию и что делать. — Звони мистеру Старку!       — Что?! Он же… — испугано дернулся парень.       — Иначе все утонут! Мы не сможем заделать пробой на дне.       Сможем. Если не большой, — поправила Мэлис.       — Тогда не медлим! Паук, на тебе гражданские! Надо свести к минимуму угрозу для их жизни, — рявкнула ему и передала контроль симбиоту.       Господи, надо было тихо прихлопнуть Стервятника, а не давать Паркеру самому все делать. Пришла же проконтролировать, не дать разрушить паром и пострадать пассажирам. Да и тут… моя вина. Сама не лучше. Умная, тоже мне…       Будет уроком. Не всему же всегда гладко проходить.       Не зря говорят — если хочешь что-то сделать, то делай это сам.       Паркер хоть и силен, не спорю. Умен, вспышками. Но такие мелочи портят всю картину, отчего самой охота побиться головой об стену.       — Но… может, нужна помощь? — растерянно произнес Питер.       — Ты уже помог! — рыкнула Мэлис и рыбкой нырнула в воду, покрывая тело покровом в полете.       Нас захватило течение, дезориентировав на мгновение, но симбиот быстро пришла в себя, сгруппировалась и поддалась ему, позволяя быстрее добраться до пробоины.       Трюм стремительно заливало, или как на паромах называлась самая нижняя техническая палуба, где суетилось двое механиков, пытаясь что-то сделать с водой по пояс. Мы вынырнули чуть ли не перед носом у них, напугав до истошного крика, но Мэлис только поморщилась и отплыла, чтобы поток сильно не дергал.       Пробоина на носу корабля напоминала больше кривой разрез в два-два с половиной метра длиной с вогнутыми вовнутрь пластинами, через который мы с легкостью и проникли внутрь. Видимо, при взрыве один из лучей ударил сюда, проходя насквозь по диагонали и оплавляя. Но, так как луч не вылетел на пассажирской палубе, значит, прошел ниже.       — Мы можем отогнуть их и залить слизью. Но вам придется решать проблемы с лишней водой, — обернулась к бледным до синевы механикам, забившимся от страха в дальний угол выше затопленной части.       Они не сразу поняли, что обращались к ним, отчего Мэлис раздраженно дернула хвостом, разбрызгивая воду.       — А… Д-да, насос, — выдавил один из них, приходя в себя.       — За дело! — рыкнула симбиот, и сама приступила к работе.       — Кто ж знал, что такое будет… — нервно произнес один из механиков, плывя к устройству.       — Инструкция, Фред, инструкция…       Мэлис даже особо и сил не прикладывала, выгибая металл, лишь вода мешала давлением, отталкивая и хлеща в лицо, чем злила не только меня.       — Паук должен два тортика! — сквозь зубы выдохнула симбиот, а щупальца зашевелились и вытянулись — на концах набухали капли слизи, — которыми она проводила по шву, сразу после выравнивания металла.       Мы с тобой, кстати, так толком и не изучили возможности твоей слизи, — наблюдая, как оная затвердевала, отдавая голубым отливом, подумала я.       Ближе к концу стало сложнее заделывать пробоину — хлестало сильнее и даже больнее, сопротивляясь. И вода уже полностью скрыла разрез, отчего симбиот перелезла на стену, закрепившись вверх ногами. Чтобы не нырять, Мэлис просто закрыла остаток отростками, выпрямляя участок.       И резко болезненно зашипела, отнимая чуть обожженную массу — кто-то заваривал разрез. Закончив, нам постучали с той стороны.       — Остальное на вас, — бросила Мэлис и метнулась по потолку в сторону выхода.       Мы попали в еще одно техническое помещение, откуда выбрались на палубу, где перевозили машины, но теперь там такая мешанина и воды по колено, что страховщикам придется раскошелиться.       Симбиот снова преобразилась, накрывая нас костюмом, и направилась на палубы, ища Паука. Но он сам нас нашел.       — Мэлис! — выскочил на нас и чудом избежал участи быть задушенным отростками. — Железный человек! Он был здесь!       На крыше парома открывался вид, как со всех сторон спешили суда, оказать эвакуацию и помощь.       Я сурово посмотрела на парня, от которого несло паникой, и ощутила, что симбиот отошла на второй план, чтобы ненароком не откусить Паркеру голову, а то возникали такие желания.       — Мы облажались, — ровно сказала ему. — Мы пришли сюда, чтобы не допустить этого. Но… видимо, надо было все брать в свои руки, а не давать тебе шанс.       — М… Мэлис? — с запинкой и растерянностью произнес парень и отшагнул.       Я вздохнула и потерла пальцами лоб.       — Не трогай меня пока, прошу. Мне надо остыть, чтобы не наговорить лишнего, — устало попросила его. — А пока… нам нужно уходить отсюда. Встретимся на причале. И Мэлис все еще помнит о тортике.       С разбега прыгнула в воду, не обращая внимания на крики за спиной, и ощутила, как покров симбиота окутал тело.              Мы сидели на крыше здания с видом на залив и Статую Свободы — сколько уже живу в Нью-Йорке, а так еще и не была на ней.       Можем забраться, — предложила Мэлис, а я согласно кивнула.       Слева открывался берег, усеянный высотками делового района. А справа зеленая зона с причалами. Дело близилось к вечеру, и открывался чудесный обзор на закат. Вкупе с коробкой вкуснейшего шоколадного торта — это было бы замечательным окончанием дня.       Если бы не одно «но».       Паркер сидел поникший и раздавленный. Маска валялась рядом, а весь вид говорил о том, что он в шаге от депрессии — даже эмоции полны тоски.       Я с Мэлис на плече устроились на перилах и заедали тортом первую неудачу.       — Ты ведь видел, сколько там было раненых? — я прожевала очередной кусок сладости и подхватила ложкой белую кремовую розочку — белый шоколад. Ням.       Не умею я поддерживать людей. Вот совсем. И мои слова еще сильнее заставили сжаться парня.       — Ты понимаешь, что за все случившееся — ответственность на наших плечах? На мне, что я допустила это, хотя могла помешать еще когда этот Стервятник не показался. На тебе, что вообще полез туда, когда все твердили, не лезть. Понимаешь, что мы могли погибнуть там? И кому бы стало лучше от этого?       Ну, я сомнительно — Мэлис не дала бы.       А вот Питер… он крепкий и сильный парень, только вот случиться могло что угодно. Не добросил бы ту бомбу, а взрыв бы и задел. Или еще что…       — И этот взрыв… он на моей совести, — я вздохнула и съела сладкую розочку. — Это будет отличным уроком на будущее.       Мэлис вскинула голову, прислушиваясь к чему-то, а после и я расслышала шум и заметила приближавшегося Железного человека.       — Ну что, дети? Наигрались? — искаженный строгий голос.       Я вздохнула и отломила кусочек торта.       — Вам было сказано — не лезть в дела взрослых!       Паркер дернулся, но ничего не ответил.       — Простите. Это я допустила все, — вскинула голову, смотря на летающий ало-желтый костюм. — Надо было еще на корабле остановить Паркера, а не потакать его желанию геройствовать.       — Но там было это оружие! — Питер соскочил с парапета и направился к Железному человеку. От парня несло отчаянием. Он будто хотел докричаться до стены. — Я вам еще тогда говорил о нем!       — Паркер, — я вскинула руку, пытаясь утихомирить Паука.       — Что, Паркер? — он раздраженно всплеснул руками. — Ты только и делаешь, что зудишь — не ходи туда, там опасно! Не делай то, погибнешь!       — Но ведь это правда, — я недоуменно вскинула брови. — Что я тебе сказала утром по телефону? Это и произошло!       — Только вот твоя помощь была бесполезна и не остановила взрыв!       — Я доверила это тебе, а сама пошла успокаивать напуганных и паникующих пассажиров. Ты сам видел, сколько там раненных!       Паркер поджал губы и отвернулся от меня, стиснув кулаки.       — Этого бы не случилось, если бы вы с самого начала послушались меня! А вам плевать! — парень обернулся к Старку. — Вас даже самого тут нет!       Такое ощущение будто дежавю…       Точно! В фильме было почти то же самое, только меня в участниках не было.       Мэлис меня толкнула в затылок отростком и указала им же в торт, чтобы я не отвлекалась и восполняла силы и настроение.       — Мне не плевать, Питер, — костюм раскрылся и оттуда шагнул мужчина, поправив рукава.       Парень аж отшатнулся от неожиданности, растеряно смотря на мрачного Старка.       — Кто, по-твоему, вызвал ФБР?       Я поджала губы — ведь точно, кто еще мог? Совсем забыла, чья это была инициатива.       — Энди, — Тони резко обернулся ко мне, а у меня от неожиданности ложка выпала в торт. — Наташа отзывалась о твоей разумности, сознательности и умению контролировать себя. И где все это? — он развел руки в стороны. — Может, она верит в тебя и позволяет участвовать в подобном, но ты знаешь мое отношение к этому. Вы могли погибнуть там!       От мужчины полыхнуло волнение, смешанное с холодной, еле сдерживаемой злостью. Он действительно испугался.       — Я верил в тебя, Питер. И защищал. А что в итоге?       — Я… — Паркер сглотнул и побледнел. — Простите, сэр. Я виноват. Я просто хотел быть похожим на вас!       — Мы виноваты, — кивнула, поджимая губы. — Это на нашей совести.       Вспышка.       Я вздрогнула, окунаясь в видение, а дыхание перехватило. Звуки заглохли, утонули в звоне, как от лампы. Белый холодный коридор, чистый до скрежета и блеска полов. Гулкие чеканящие шаги. Скрипнула дверь, открывая вид на камеру, такую же белоснежную, как и все вокруг. Маленькая белокурая девочка подняла голову, направив взгляд голубых глаз на меня, будто видела и осознавала кто это. Она открыла рот, что-то сказав, но слов не было. Лишь номер на груди робы, вышитый нитками, бросался в глаза — 34278-К.       — Энди, — поставленный мужской голос звал меня. А рядом отдавало дозой паники. — Энди, ты слышишь меня?       Я подняла еще мутный взгляд, натолкнувшись на присевшего рядом Старка.       — Я… да, — сглотнула, ощутив странный холод. — Холодно… — зябко передернула плечами.       — Видение?       — А… д-да, — кивнула, чувствуя, что стремительно приходила в себя, и осмотрелась.       Паркер сидел рядом и бросал взгляды то на меня, то на Старка, выглядя до милого беспомощно.       Тортик, — грустно вздохнула Мэлис, когда я заметила упавшую сладость, по закону подлости приземлившуюся кремом вниз.       — Как ты? — взволновано спросил Питер и сжал мою ладонь.       Ась? Держал за руку?       — Намного лучше, спасибо, — вяло улыбнулась и осторожно освободила ладонь.       — Что ты видела? — мрачно сдвинул брови Старк и выпрямился.       — Образы. Идеально белый и чистый коридор. Камеру, где сидела маленькая девочка. Светлые волосы, голубые глаза. И номер у нее на робе был — 34278-К, — попыталась подробно рассказать.       Отчего мужчина еще сильнее загрузился.       — Видения. Дар или проклятия. Приходят системно или наугад? — пробормотал он. — И на что намек? Говоришь, утром увидела события на пароме?       Я растеряно кивнула.       — А как ты поняла, что это именно этот паром, не другой в любой точке мира? — мужчина резко обернулся, сказав так, будто в чем-то подозревал.       — Ну, не знаю. Просто. Осознание. Понимание.       Он прищурился.       — А тут?       Я беспомощно развела руками.       — Плохо это или хорошо… — пробормотал он и сбросил с себя задумчивость. — Ладно. Питер. Отдавай костюм.       — Что? — удивлено посмотрел на Старка парень. — Н… на долго?       Э? Нет? Все-таки это случится? И даже мое вмешательство не поможет этого избежать? Вселенная, это что такое? Для чего я стараюсь?! Или только таким образом можно вставить парню мозги? Сегодняшнего было недостаточно? Мы ж по нему прокатились как на катке!       — Навсегда. Это мой урок, — твердо и строго произнес мужчина, возвращаясь к броне.       — Нет-нет, пожалуйста, — поспешил за ним Паркер, умоляя. — У меня ничего нет. Я никто без костюма!       Старк был неумолим. Он припечатал как каменой плитой фразу, что тогда Питер не достоин костюма, если он без него никто.       — Мэлис, — задумчиво обратилась к симбиоту. — А… я без тебя… никто?       — Ты без меня — Энди. Но вот вместе… вместе мы нечто большее, — прошипела над ухом соседка. — Только вот Питер нам все равно остался должен тортик. А еще мы должны его покусать.       Я воспитано отвернулась, разглядывая закат, пока Питер снимал костюм и отдавал Старку.       — Ай! Мэлис! Что ты делаешь?! — раздался неожиданный вскрик Паркера, отчего я вздрогнула и оглянулась, изумленно смотря на кровь на плече парня.       Тони направил перчатку с активированным оружием в сторону облизывающейся Мэлис, хитро щурившей белые глаза.       — Это обещание. А мы всегда его выполняем. Он заслужил за то, что не послушал нас. Мы предупреждали, — произнесла она и вернулась в мое тело.       — Энди, говорю в последний раз, держи своего ручного пришельца в узде. Я не посмотрю на чьи-либо приказы и избавлюсь от него, — холодно сказал Старк и опустил руку, оборачиваясь к испуганному парню, сжимавшему окровавленное плечо.       Паркер смотрел на меня такими огромными глазами, будто увидел в первый раз. В образе монстра, заживо поедающего человека.       Стало плохо и тоскливо. Я отвернулась и подскочила к парапету, спрыгивая вниз, а симбиот привычно забрала контроль.       Никто нас не остановил.       Вкусняшка… просто ням! — протянула в сознании симбиот. — Его генокод… Наконец, мы его получили! О-о, мне будет чем заняться ночью!       А мне было горько.       От взгляда, полного боли и разочарования, которым на меня смотрели.       И еще это непонятное видение…       После белой полосы всегда идет черная. А у меня она еще и затягивается.