Как я встретил своего симбиота

      Проснувшись, Эдди первым делом заметил, что Веном уже не лежит у него на груди. И даже зная, что тот не мог никуда деться и вообще не считал себя обязанным постоянно быть на виду, Эдди все равно ощутил, как сердце колко сжалось от страха. Он нервно хихикнул, переворачиваясь на живот, и уткнулся в подушку лицом, отчаянно желая позвать Венома по имени… но почему-то продолжал медлить, не в силах выдавить из себя ни звука, словно всерьез боялся, что тот не ответит.              — Я здесь, Эдди, — чуть насмешливо произнес Веном, и вместе со звуками его голоса где-то внутри мгновенно потеплело.              — Д-да, я знаю, — Эдди с усилием потер глаза, пытаясь окончательно избавиться от леденящего чувства одиночества.              — Ты боялся, что меня нет, — как всегда до зубовного скрежета всезнающий Веном не мог оставить это без внимания. — Почему?              Эдди понятия не имел. Причуда подсознания, очередной отголосок редких кошмаров, в которых Веном действительно сгорал, а Эдди оставался один.              — Не знаю, — Эдди, наконец, сел и выглянул в окно, где уже вовсю сияло солнце. Время к обеду, не меньше. Вот они спать, конечно… — Может, ты не должен был… делать все это со мной.              — С нами, — напомнил Веном. — Мы сделали это, Эдди, — он появился перед лицом и распахнул пасть, откровенно ухмыляясь.              В огромных туманных глазах таилась целая радуга, переливающаяся и завораживающая, и Эдди, словно загипнотизированный, не мог оторвать взгляда.              Красная влажная пасть с частоколом зубов была способна перемолоть его руку в фарш за считанные мгновения, схватив мелькающим между челюстей языком.              Теплая черная кожа, невероятно гладкая и упругая, не напоминала ни одно известное Эдди прежде существо.              Повинуясь мгновенному порыву, Эдди обхватил Венома под челюстью одной рукой, качнулся вперед и прижался губами над его верхней губой, едва прикрывающей зубы. Он даже закрыл глаза, ожидая от Венома любой реакции, в том числе агрессии на неуместную глупую нежность.              Но прошло несколько томительно долгих секунд, в течение которых Эдди совершенно не хотелось отпускать замершего так же, как и он, Венома. И все же странная пауза слишком затянулась, Эдди опустил руку и отстранился — точнее, попытался, потому что почувствовал на затылке мягкую, но надежную хватку щупалец. Веном провел языком по его губам, словно пробуя на вкус, а Эдди… Эдди только и мог, что приоткрыть рот, чуть прихватывая этот мокрый горячий язык, и из последних сил стараться не пускать в сознание нахлынувшие видения.              Почувствовав, как по телу поползли юркие щупальца, Эдди все же собрал в кулак всю оставшуюся силу воли и отшатнулся от Венома.              — Надо в душ сходить, — неловко буркнул он, пряча глаза от пронизывающего взгляда. — Мне сегодня к Энни идти, если ты забыл.              Эдди надеялся, что Веном поймет его состояние и отстанет. Эдди определенно ненавидел собственное тело, ведь для возбуждения хватило даже этого… поцелуя. Память об утреннем сексе была так свежа, что в какой-то момент Эдди готов был упасть на постель безвольной куклой и позволить Веному делать с ним что угодно.              Но какая-то часть сознания по-прежнему утверждала, что происходящее не должно продолжаться. Слишком нездорово, слишком заманчиво, просто, но при этом словно бы правильно… словно так все же не должно быть. Только не с ним. Не с Эдди Броком.              Не заслужил.              Эдди даже успел встать на ноги, когда очередное щупальце выросло прямо на шее, сдавливая так, что стало почти невозможно дышать.              — Прекрати думать эту чушь, Эдди, — раздалось раздраженное ворчание. — Может, ты и лузер, но ты мой лузер. А мы — Веном.              — Дай мне хоть немного времени, — не слишком надеясь на положительный ответ, все же попросил Эдди, едва хватка исчезла. — Не каждый день, знаешь ли, удается потрахаться с инопланетянином.              — Это можно исправить, — Эдди готов был поклясться, что слышал его смешок.              — Ч-что ты… Блядь, Веном… — Эдди покачнулся и схватился за спинку кровати, чтобы не упасть, потому что одно из щупалец скользнуло по и без того наполовину вставшему члену, мгновенно посылая по телу тяжелый жар.              Взгляд Эдди упал на часы. Начало третьего, у Энни нужно быть в пять.              Он обещал быть и не имеет права отговариваться в последний момент, хотя присутствие рядом бывшей девушки вряд ли сделает его жизнь хоть немного проще. Но, может, удастся хоть отчасти разобраться в собственных чувствах к ней.              — Веном, прекрати, — глухо рыкнул Эдди. — Пожалуйста. Веном!              Он не хотел ругаться на него, но и продолжать, отдаваясь нахальным расчетливым ласкам, было совершенно невозможно. Ему бы со случившимся сжиться, принять, поверить в то, что это действительно было в реальности…              Эдди ощутимо тряхнуло, когда вокруг талии обвилось еще одно щупальце, но у этой дрожи уже не было ничего общего с возбуждением. Он зажмурился, пытаясь найти в себе силы то ли сдаться, то ли турнуть обнаглевшего Венома, лишь бы не мучиться из-за разрывающей мозг неопределенности, от которой того и гляди поедет крыша.              Слишком быстро. Слишком хорошо и одновременно плохо, неправильно, неприемлемо.              Эдди понял, что его непрерывно трясет, только когда Веном вдруг расползся по всей коже, укрывая спину и плечи… и не касаясь его ниже пояса. Он укрыл Эдди собой, как одеялом или самыми тесными объятиями.              — Эдди, — еле слышно шепнул Веном. — Эдди, я не хотел так. Мы не будем делать это сейчас… или когда угодно еще, если тебе плохо.              Эдди сглотнул, обхватывая плечи руками и осторожно сжимая ладони на черной шкуре. Он чувствовал себя жалким трусом, отвратительным слабаком, который не может понять, что происходит с ним самим, не говоря уже о них.              Он дергано кивнул и все же поплелся в душ, не произнося ни слова. Веном оставался на нем, пока Эдди не включил воду, но тоже ничего не говорил, видимо, находясь в не меньшем замешательстве.              Стоя под потоком воды, Эдди честно попытался отвлечься, размышляя о грядущем вечере. Выходило не слишком, мозг то и дело переключался на совершенно другую тему. От воспоминаний о бесцеремонно скользящих по телу щупальцах темнело перед глазами, но Эдди настойчиво тряс головой и запрещал себе думать о том, насколько хорошо ему было утром. Как правильно казалось в тот момент открыться Веному, довериться, отдаться его воле…              Эдди чувствовал себя проигравшим себе же и не пытался винить Венома. Наверное, им стоило поговорить об этом, внести ясность и решить, что делать дальше. Но не сегодня. Может, в ближайшие дни.              После душа стало полегче. Веном не пытался его трогать и молчал, не появившись даже во время завтрака, что было уж совсем нетипично. Эдди был благодарен ему… и в то же время непоследовательно мучился не то угрызениями совести, не то желанием просто слышать привычный голос внутри. Идиотская неопределенность никуда не девалась, заставляя нервничать больше обычного, но Эдди было неловко и перед собой, и перед Веномом, поэтому он тоже ничего не говорил и старался не думать, что Веном в любом случае чувствует его состояние.              Нужно было брать себя в руки и заниматься насущными вопросами вроде сегодняшнего вечера.              За все время без Энни он купил всего одну новую рубашку, но сейчас она была в стирке. Эдди выудил из шкафа другую — вроде бы, не слишком мятую, почти любимую… Энни ее терпеть не могла. Сойдет.              Сколько Эдди себя помнил, он ненавидел эти посиделки, которые устраивала Энни. Одно дело случайно договориться с друзьями пойти в бар, другое — сидеть у себя же дома, вынужденный улыбаться даже тем, кого на дух не переносишь. Эдди не пытался спорить, прекрасно понимая, что та же Алисия, которая дружила с Энни со школы, имела право тусоваться у них … но совершенно не мог понять, зачем ему самому было там присутствовать.              Теперь у Эдди была возможность увидеть это мероприятие с точки зрения гостя, но он по-прежнему не понимал, почему Энни его пригласила.              По крайней мере, можно будет попытаться погладить кота.              Уже собираясь выходить из дома, Эдди не меньше минуты вертел в пальцах ключи, думая, не взять ли вместо этого такси, но в итоге махнул рукой и все-таки решил ехать на мотоцикле. Можно просто не пить, тем более что с появлением Венома алкоголь почему-то почти перестал действовать на Эдди. Интересно, в чем причина?..              — Ты теряешь координацию и связность мыслей. Это плохо. Я его вывожу.              Эдди не удивился, услышав голос Венома. Он просто выдохнул и смог успокоиться, улыбаясь себе под нос.              — Но я этого и добиваюсь, — хмыкнул Эдди, уже выходя на улицу. — Иногда есть желание… потерять связь с реальностью.              — Алкоголь отравляет наш организм, — продолжал гнуть свое Веном.              — Это не смертельно, и я все еще могу себя контролировать. И потом, он все равно выводится и сам, — лениво возразил Эдди. Веном был прав, но подобные перепалки настолько прочно вошли в их жизнь, что отказываться от них не было никакого желания. Да и говорить с Веномом в любом случае было гораздо лучше, чем молчать.              — Неужели нет других способов? — в тоне Венома прозвучала неприязнь.              — Есть, наверное. Или нелегальные, или… в общем, я не от хорошей жизни это делаю, — Эдди смутился и поморщился. Не умеет он быть один, никогда не умел. Раньше это пугало. Теперь, наверное, упрощало восприятие их новой жизни.              — Ты не один, — тихонько мурлыкнул Веном.              — Ага, и именно поэтому больше не могу пить! — изо всех сил возмутился Эдди, надеясь, что Веном отвлечется и не почувствует, как из-за этого очевидного напоминания в груди Эдди ярко плеснула радость.                     Кот к Эдди даже не подходил. Ни на кис-кис, ни на имя, ни на кусок курицы, утащенный с тарелки. Мистер Бельведер сидел в углу комнаты, смотрел на Эдди огромными глазами и нервно дергал хвостом, а при попытке приблизиться вальяжно, но быстро уходил в другое место, не оставляя шанса его поймать.              — Давай я помогу! — с энтузиазмом предложил Веном, тут же отращивая на руке Эдди небольшой щуп.              — А ну кыш, — сипло ругнулся Эдди, пряча руку в карман. — Не вздумай даже!              — Мы не будем его есть, — пообещал Веном, и Эдди ощутил, как рука против воли вылезает из кармана.              — Веном, бля, — снова шикнул он, пытаясь перебороть давление. Они переругивались не меньше минуты, пока Эдди заметил, что за ним недоуменно следит то ли Том, то ли Джек — запомнить, как зовут нового парня подруги Энни, не удалось.              Эдди смутился и еще раз грозно шикнул на Венома, стараясь выглядеть в чужих глазах максимально расслабленным. Тот рассмеялся, явно довольный собой, но все же отстал.              У Энни было… неуютно. Эдди ожидал от себя совсем других эмоций — все же речь шла о квартире, где они вместе провели почти два года и планировали будущую жизнь. Но вопреки этому привычная обстановка не столько угнетала несбывшимися мечтами, сколько казалась чужой и чуждой. Дома лучше.              — Эдди, можно тебя на минутку? — подошедшая Энни была, как и всегда, прекрасна. Эдди машинально осмотрел комнату, выискивая Дэна, и обнаружил его у стола. — Мы хотим сделать небольшое объявление, так что отстань, пожалуйста, от кота, — хихикнула она.              — Он окончательно меня забыл, — пожаловался Эдди, хотя подозревал, что дело снова в Веноме, которого животные отлично чувствовали.              — Не расстраивайся, ты всегда можешь завести своего.              — Нет! — возмутился Веном              — Нет, — машинально повторил Эдди. — То есть, не могу пока. Сама понимаешь, только вернулся к нормальной жизни…              — Ну, смотри. Если что, могу помочь выбрать котенка, — улыбнулась Энни, нервно теребя край блузки. — Пойдем, хорошо?              — Никогда не мог тебе отказать.              Кажется, Энни поморщилась, но Эдди не был в этом уверен, так как она уже повернулась и пошла к Дэну.              — Ты волнуешься, — констатировал Веном.              — Я волнуюсь все время, что нахожусь здесь, — Эдди вздохнул. — Надо будет отговориться каким-нибудь поводом и свалить.              — Мы все еще можем просто их сожрать, — напомнил Веном, но Эдди только отмахнулся в ответ и сел за стол, ожидая, что Энни и Дэн хотят сказать. Впрочем, он и так догадывался, о чем будет речь.              Наконец, все расселись, а Энни и Дэн встали во главе стола, переглядываясь и перешептываясь в ожидании, пока гости утихнут.              — Для начала мы хотели бы поблагодарить вас за то, что пришли, — начала сияющая Энни. — Нам хотелось, чтобы наши близкие друзья узнали об этом все вместе, и вот, наконец, все вы здесь.              Эдди дернул уголком рта, желая наоборот оказаться как можно дальше отсюда. В груди тяжело сжалось, он опустил взгляд на столешницу и застыл, надеясь, что никто не обратит внимания на его состояние. Остальные слова Энни долетали до слуха как сквозь вату, словно гулким эхом отдаваясь под сводами черепа:              — Помолвка… мы так долго к этому шли… счастливы… рады видеть ваши лица. — На этом моменте Эдди даже нашел в себе силы глухо хмыкнуть, чувствуя, как сердце подскочило к самому горлу.              — Эдди, — тихо, почти ласково шепнул Веном. Первой мыслью было прогнать его, заткнуть, но через мгновение плечи оплели теплые щупальца, словно обнимая. — Я с тобой, Эдди.              Эдди зажмурился, судорожно сглатывая. Насколько же он дошел до ручки, что даже неуклюжее сочувствие собственного симбиота заставляет его растрогаться.              — Я знаю, Веном, — еле слышно ответил он, скорее рассчитывая на то, что Веном почувствует его состояние.              Энни собирается выйти замуж за Дэна. Да, с Эдди у нее тоже были планы, но глупо ожидать, что Дэн так же глупо потеряет ее, а, значит, никакой надежды вернуть ее не остается?              И что Эдди должен чувствовать помимо этого, кроме чудовищного опустошения?              Невесть каким способом Эдди удалось протолкнуться к парочке первым, наскоро обнять обоих, фальшиво и натянуто улыбаясь, и под шумок свалить на балкон. Первым порывом было уйти совсем, но это наверняка выглядело бы совсем уж жалко и безнадежно, так что небольшой балкончик, куда в другое время ходили курить, показался приемлемым компромиссом.              Свежий вечерний воздух подействовал отрезвляюще. Эдди встряхнулся и оперся на перила, пытаясь уложить мечущиеся в голове мысли. Город медленно погружался в сумерки, и закатное небо добавляло состоянию Эдди меланхоличности и безысходности.              — У меня все равно ничего бы не вышло, — неизвестно зачем произнес он вслух, обращаясь не то к самому себе, не то к Веному. — После всего, что произошло, она ни за что не захотела бы ко мне вернуться.              — Ты жалеешь об этом? — Веном не показывался, и это было правильно, но Эдди все равно подумал, что хотел бы его видеть.              Нельзя, слишком опасно.              — О том, что сделал? Да, ты же знаешь, — Эдди хмыкнул, вспомнив, что именно Веном указал ему на необходимость извиниться. — Только вот сделанного это не изменит.              — Мы можем съесть Дэна!              — Да уж, это решит проблему, — Эдди невольно улыбнулся. — Но нет. Мы все еще не едим хороших парней.              Он почти физически ощутил, как Веном недовольно поморщился, но продолжения спора не последовало. Возвращаться тоже не хотелось — сердце все еще колотилось быстрее обычного, а от мысли о том, чтобы увидеть Энни, и вовсе бухало невпопад.              Эдди почувствовал, что начинает злиться. Не на Энни — на себя. Сам же недавно размышлял о том, что должен двигаться дальше, а теперь впадаешь в истерику от события, которое никак не повлияет на твою жизнь! Энни не собственность, все происходящее — исключительно ее дело, и она имеет на это полное право.              Раздражение отрезвило куда эффективнее. Эдди прищурился, зацепившись взглядом за машину, очень похожую на автомобили «Фонда Жизни». Эта, конечно, была не оттуда, но он все равно невольно поежился и собирался выпрямиться, но почувствовал, что не может разжать руки.              — Веном, ну что еще? — устало спросил Эдди, глядя на покрытые черной плотью ладони. — Пойдем, еще полчаса и двинем домой.              — У меня есть идея получше, — вкрадчиво проурчал Веном, растекаясь под одеждой вниз от плеч. — Но ты скажи, если не понравится.              Эдди против воли напрягся и выдохнул, совершенно не уверенный, что хочет того, что пытается с ним сделать Веном. Но гладкие щупальца так нежно двигались по коже, разгоняя нахлынувший озноб, что он не смог заставить себя произнести ни слова. В груди стремительно теплело, а к тому моменту, как Веном добрался до живота, Эдди смог окончательно расслабиться и успокоиться.              Переживания и проблемы сами собой стали казаться наносными, надуманными. Сколько раз он думал об Энни за пределами их встреч? Когда последний раз всерьез предпринимал попытку флиртовать с ней, а не просто дружески общаться? Влюбленность в Энни была скорее приятной привычкой, даже не требующей ее участия… привычкой, от которой стоило бы отказаться, раз она доставляет неудобства вроде испытываемых по поводу помолвки эмоций.              Тем временем Веном был уже внизу живота, продолжая стискивать Эдди. Это было бы похоже на объятия, но черные щупальца покрывали каждый сантиметр тела под одеждой, обволакивали и гладили, спускаясь все ниже.              — Я могу тебя остановить? — ровно спросил Эдди, не пытаясь двинуться с места.              — Ты можешь попытаться, — в голосе Венома не было привычной издевки, скорее любопытство. Словно ему было интересно, станет ли Эдди это делать.              Эдди тоже было интересно. Он изо всех сил прислушивался к ощущениям, ища давешнюю панику и неуверенность, но их не было и в помине. Сжимающие ноги щупальца не казались чуждыми, а когда щекочущее прикосновение прошлось по внутренней стороне бедер, Эдди окончательно повело. Он тихо застонал, шире расставив ноги и на всякий случай упершись коленями в металлические перила.              — Так гораздо лучше, — одобрительно проурчал Веном, уже настойчивее оглаживая его между ног. В джинсах стало безнадежно тесно, а Эдди впервые подумал о том, что их могут заметить. Его, если быть точным, потому что Веном двигался исключительно под одеждой, ставя Эдди в совсем уж неловкое положение.              Эдди обернулся назад, но в комнате, которая выходила на балкон, по-прежнему никого не было. Наверное, у них есть какое-то время, пока толпа в гостиной рассыпается в многословных поздравлениях, напрочь забыв о нем.              Это было бы очень неплохо, потому что останавливаться Веном не собирался.              Эдди — тоже.              Веном уже давно выпустил его руки, поэтому теперь Эдди сам цеплялся за перила, стараясь не слишком заметно вздрагивать каждый раз, когда легчайшие касания проходили по самой головке. Ужасно хотелось ослабить давление джинс, хотя бы расстегнув ширинку, но от мысли о том, что его найдут на балконе в таком виде, Эдди окончательно поплохело.              Веному, видимо, тоже наскучило издеваться, и через пару мгновений Эдди пришлось зажимать себе рот ладонью, так как член вдруг оказался со всех сторон оплетен ритмично сокращающимися щупальцами. Тяжело навалившись на балконные перила, Эдди все же сдался и потянулся к ширинке, но Веном опередил его и сам расстегнул молнию. Эдди мельком глянул вниз и покраснел до ушей — под натянутой тканью белья бугрились и непрерывно двигались щупальца, мгновенно напоминая о том, как это выглядело безо всякой одежды.              — Веном… — сипло прохрипел он, с трудом сдерживаясь от того чтобы заскулить от возбуждения. — Одежда запачкается…              Веном оставил его без ответа, и Эдди хотелось бы, чтобы ему было не все равно… но мысль об одежде стерлась так же быстро, как пришла, потому что сопротивляться нарастающему жару внизу живота не было никакой возможности. Он вцепился зубами в костяшки пальцев, не в силах думать ни о чем, кроме ласкающего его Венома. Тот, казалось, был сразу везде — хватка с плеч не исчезла, давая ощущение опоры и защищенности, а скользящие по груди щупальца то и дело задевали соски, вынуждая Эдди вздрагивать.              Хотелось оказаться дома, в своей — их? — постели, где можно не бояться быть замеченным и услышанным. Хотелось видеть Венома, прикасаться к нему, ощутить проклятый язык на коже и во рту…              Эдди всхлипнул, чувствуя, как от близкого оргазма подгибаются ноги. Под ладонью ощутимо скрипнули перила, и в этот момент из-за спины раздался встревоженный голос Энни:              — Эдди? Ты в порядке?              Каким-то шестым чувством Эдди знал, что она стоит в паре метров от него, и всем сердцем надеялся, что ей не захочется подойти.              — Д-да, Энн, все нормально, — он изо всех сил старался говорить нормально, но выходило слишком хрипло и прерывисто. — Скоро приду к вам… — в этот момент Веном особенно удачно сжал его член, Эдди прервался и сипло застонал сквозь зубы.              — Уверен, что нормально? — недоверчиво уточнила Энни. — Я не думала, что ты так расстроишься…              — Она думает, что ты расстроен? — Веном шептал словно бы прямо на ухо, для полноты ощущений не хватало только щекочущего дыхания. Эдди попытался ответить ему или ей, но вместо этого только судорожно вздохнул, до крови кусая губы, потому что Веном не думал останавливаться, безжалостно подводя его к самому краю.              — Я… наверное, лучше не буду лезть, прости. Зови, если что, — пробормотала Энни и убежала быстрее, чем Эдди все же смог с собой справиться и отозваться.              — Бля-ядь, — простонал он, безвольно свешивая голову. Чуть отступившее возбуждение нахлынуло с новой силой, не оставляя ему возможности шевелиться — только стоять, полностью отдавшись на волю Венома, и надеяться, что удастся удержаться на ногах.              Оглушающий оргазм накрыл с головой, и Эдди не смог справиться с рвущимся криком. На помощь пришел Веном — толстое плотное щупальце накрепко закрыло рот, превращая вскрик в жалобный стон. Эдди тряхнуло так, что он едва не упал, покачнувшись на ватных ногах, но и здесь Веном удержал его, дожидаясь, пока он перестанет стонать и подрагивать, изливаясь.              Отчасти придя в себя, Эдди нервно хихикнул и дрожащими пальцами попытался застегнуть совершенно чистые джинсы, но остановился на половине движения:              — Веном? Все в порядке? Это было… иначе… — он смутился, не зная, как передать словами то, что не почувствовал, будто они кончили оба. Словно все это было только для него.              — Это и было для тебя, — мурлыкнул Веном. — Будешь должен.              — Но… почему так? — приглаживая волосы, спросил Эдди. — Я же чувствовал в тот раз…              — Не время полностью терять контроль, Эдди. Мы не можем позволить себе этого здесь.              — Не ожидал от тебя такой сознательности, — хмыкнул Эдди, не удержавшись. Он понимал, о чем говорит Веном, но все равно чувствовал себя неловко. — Нужно хоть ненадолго вернуться к остальным…              — Я помню.                     Вернувшись в гостиную, Эдди обнаружил, что все собираются на улицу. Помимо бутылок у нескольких человек в руках были объемные цветастые коробки.              — Эдди, ты вернулся! — Энни очень внимательно посмотрела на него, но сразу расслабилась. — Рада, что тебе лучше!              Успевший умыться и причесаться Эдди кивнул и улыбнулся, судорожно подбирая слова:              — Да, все в порядке, говорю же. Не обращай внимания, просто… — так и не найдя оправдания, он максимально нейтрально поводил пальцами в воздухе, надеясь, что Энни сама сделает какой-то вывод.              Видимо, она с этим успешно справилась, потому что кивнула и расплылась в улыбке:              — Мы собирались пускать фейерверки.              — Я уже думал идти домой…              — Я хочу посмотреть!              — … Но ради фейерверков, конечно, останусь, — вздохнул Эдди.              Фейерверки были красивые. Веном потребовал, чтобы они отошли как можно дальше, и Эдди подчинился, думая, что дело в огне. Он стоял, задрав голову и наблюдая за расцветающими на небе вспышками, когда почувствовал непривычно аккуратную хватку на правой ладони.              Опустив взгляд, Эдди не удержался от смешка: рука оказалась не просто опутана щупальцами, нет — Веном держал его своей лапой, осторожно переплетя их пальцы.              — Потянуло на романтику? — тихо спросил Эдди, чуть сжимая его руку.              — Они все так делают. Думаю, мы тоже имеем право на это, — чуть напряженно ответил Веном, словно ожидая насмешки.              — Да. Мне кажется, ты прав, — кивнул Эдди. — Имеем полное право.