я вернулся

II.

      Сегодняшний день Лиам решил провести дома. Весь... полностью... Все двадцать четыре часа... на кровати. На него напала какая-то лёгкая такая недодепрессия, недохандра. Ему совершенно не хотелось что-либо делать. Не хотелось идти в школу. Не хотелось видеть друзей, да и людей в целом. Он не понимал, что с ним, но точно знал из-за кого это всё происходит сейчас.       К нему в комнату уже в третий раз кто-то стучится и пытается войти, но дверь закрыта плотно, так, что никто бы не зашёл... никто, кроме Скотта или Питера или Дерека или Девкалиона или Малии.... В общем зайти в его комнату могли все, кто был не обычным человеком, а существом мифическим.       МакКол гордо, но злостно открыл дверь, снеся её к чертям собачьим, оторвав петли и замочки. Он был в ужасной ярости на малого, ведь всё же он его бета, а альфа волнуется в первую очередь за жизнь своих бет.       — Какого чёрта, Лиам? Я же испугался, ну. Почему ты не пошёл в школу? — вот и начался допрос.       Мальчику так не хотелось отвечать на эти дурацкие вопросы. Не хотелось. Не хотелось. Не хотелось!! Но всё равно пришлось. Потому что деваться некуда.       — Я не хочу.       Хоть ответ и был краток, но он всё равно не дал никаких подсказок, что происходит с этим поцаном. Даже сам Данбар не мог разобраться в себе, своих мыслях и душе.       — Это из-за Т...       — Да, из-за него.       Тишина — лучшая подруга неловкой ситуации. Она поглощает всё вокруг, накрывая плотным, темным куполом безразличия. Иногда она действительно нужна, нужна каждому, кто был в ужасных ситуациях, когда всё чего ты желаешь — спрятаться под землю, как страус, повиснув к верху попой. Но в то же время, она иногда убивает тебя изнутри, ведь ты не можешь понять: то ли человеку неинтересно общение с тобой, то ли ты его раздражаешь, то ли ты настолько ужасный, что никто вообще общаться с тобой не будет, то ли ты его разочаровал в чем-то.       Тишина....       — Он ведь вернулся к тебе. Между прочим р а д и тебя. — всё также продолжал тараторить Скотт, не зная всей ситуации, что произошла когда-то давно.       — Скотт... Ты ничего не знаешь...       — Ну, как же это так. Я всё знаю. Ты просто боишься!! Ты трус!       Юноша с психу накрылся одеялом, накинул подушку сверху головы и просто закрыл уши, чтобы больше не слышать ни единого слова друга. Сейчас этих нравоучений хотелось меньше всего.       — Прекрати себя вести как ребёнок!       — Но я и есть ребёнок! — прокричал в ответ на бесячие фразы Лиам, откинув одеяло.       — Нет! Ты взрослый человек уже!       — С каких пор? — фыркнул тот.       МакКол не стал разбираться. Он просто схватил бету за ногу и стащил с дивана, тем самым дав мальчику упасть и удариться пятой точкой о твердый паркет. Чтобы разбудить его и заодно помочь перестать быть тряпкой.       — Скотт...       — Даже не думай отнекиваться. Ты идёшь в школу!       — Скотт.       — Не-е-ет!       — ДА ДАЙ СКАЗАТЬ, ТВОЮ МАТЬ!       — Хорошо. Слушаю.       — Когда мне было двенадцать, я пошёл в шестой класс в надежде на то, что встречу там много классных друзей, найду одного, но лучшего. Буду хорошо учиться. И вообще, камон, это же средняя школа. Вот тогда я встретил одного замечательного человека. Он был прекрасен... всем. Начиная от его имени, его глаз, его прически, его характера... заканчивая даже его дурацкими фразочками. — парень сглотнул твердый ком, что стоял в горле. — Мы проводили с ним большую часть моих дней. Мы ходили в школу вместе, мы сидели за одной партой, мы играли в лакросс в одной команде, были нападающими и вечно передавали друг другу мяч. У нас была идеальная дружба. Такой завидовали даже самые самые лучшие лучшие друзья этой школы. Мы любили друг друга, как родные братья. И да, его имя — Тео мать его Рэйкен.       — Но что не так в этой истории?       — В один из злосчастных дней, когда мы снова гуляли по парку вместе, угарая над каждым пройденным метром земли, я понял, что я люблю его... но не как своего брата. Я люблю его... по-настоящему. И это была не простая любовь, а любовь, которая росла из года в год, становясь всё крепче.       — И? Конец истории каков?       — В тот же вечер... — по щеке Лиама прошла небольшая слезинка, показывающая, что шрамы все ещё не зажили, и все ещё скребут сердце. — Я сказал ему об этом. Да, я взял и просто признался в своей же слабости от его локонов, от его ресниц, от его бровей, губ, щек, от его скул, от его тонких, шикарных пальцев...       — А он?       — А он просто посмотрел на меня с отвращением... после развернулся... и ушёл. Нет, на следующий день мы не встретились в школе, делая вид: будто бы ничего не было, и тот вечер — лишь фантазия. Нет... он уехал из города и ровно пять лет... пять грёбаных лет он не возвращался. Я потерял надежду в первый год, проживая каждый день без него. Сидя на парах с какими-то девочками и мальчиками, смотря в окно. Играя в лакросс с Бреттом Талботом, которого я ненавижу. Кушая в столовой совсем в одиночестве. Я неимоверно страдал, мечтая о смерти. Тфу тфу тфу, как вообще о таком думать можно... В общем, морально я умер, и это так, да. От этого у меня отчасти и РПВ. Очень сложно переживать такое, когда ты ещё не такой адекватный и взрослый.       — Упс... сочувствую. Прости, что заставил снова это всё вспомнить...       — Зато, теперь я выговорился и мне намного проще. И я, даже, возможно, прямо сейчас соберусь, и мы пойдём в школу вместе. Мы ведь пойдём вместе, да, Скотт?       Юноша смотрел такими грустными глазами, как у кота, который просит что-то у хозяина, что отказать ему было просто нереально. Тем более с учётом того, что он все же ответственный за него, не так как родители, но ответственный. Ведь если что случится с мелким, МакКол тоже будет за это отвечать и получать по полной программе.       — Хорошо. Да, мы пойдём вместе!       Подпрыгнув от радости, и прокрича какое-то непонятное «УРА», Данбар вскочил с пола, не обращая внимания на задницу, что ужасно болела от паркета, и побежал в одну из своих комнат, дабы надеть что-нибудь нормальное, приличное и в принципе школьное.       В это же время альфа уткнулся в свой телефон, что-то быстро печатая кому-то. Совсем не подозрительно. Совсем....