Price of Victory

После потери обоих лидеров, армия храмовников бросилась бежать. Некоторым удалось скрыться и засесть в гарнизонах крупных крепостей, но, все же, большое количество пало, отправившись в пищу демонам. Многие наездники гнались за ними на вепрях и темных конях, но большинство с тревогой смотрели на поражение своего лидера. Наконец, ледяная скульптура развалилась, растопленная яростью Каэля. Выбравшись, он посмотрел в сторону, куда улетел двуглавый дракон, с его трофеем, безошибочно угадывая место его прибытия. Сейчас его заботили дела намного важнее. Он направился к лесу, откуда велось командование. Там стояли Разор, сверкающий своей броней, искрящей от напряжения. Неподалеку Иш’Кафель взваливал свою пленницу на спину Найксу, прося Остариона проследить за сохранностью тела, пока он не найдет носилок для нее, и пары рук. Неподалеку Демнок следил, чтобы его демоны не вышли из-под контроля, поглядывая на «оседланного» пожирателя с усмешкой. Впрочем, все сейчас поглядывали на эту картину, не скрывая ухмылок. Пройдя мимо них, инвокер направился напрямик к Разору, и тот уже было хотел поприветствовать лидера, но Каэль сильным ударом сбил с ног призрака: - Предатель! Это ты их предупредил обо всех наших планах! – закричал он, возможно впервые выйдя из себя. – Ты думал, я не замечаю твоих постоянных отлучек? Думал, я не знаю о твоих связях с этой девчонкой? Хорошо, что она здесь! Убей ее, и докажи свою преданность, либо умри сам. - Подожди, Каэль, - вмешался темный провидец. – Смею напомнить, что она мой пленник, а не твой, и я запрещаю кому-либо к ней прикасаться. Позовите целителя, ее изрядно потрепало. - Ты смеешь указывать мне!? – Каэль наклонился, уставившись в глаза провидцу, не на шутку разозлившись, готовый превратить его в порошок. - Да, смею, - прозвучал холодный ответ. Эльф долго смотрел в его глаза, после чего отвернулся, и объявил: - Мы направляемся на восток, нападем на Гатлингсхом, нет смысла затягивать, с получением скипетра. - Но ведь в наших планах была цитадель храмовников, и посох Черного короля, - напомнил ему Иш'Кафель. - Вот и займись этим, у меня остались кое-какие счеты с хозяином замка, и мне совершенно не нужна для этого какая-либо защита. Провидец откланялся, понимая, что лучше не спорить с взбешенным эльфом, это пусть это будут его ошибки. У него были свои планы, он поручил пленницу двум оркам, направившись осматривать поле боя, чтобы лучше понимать стратегии людей в бою. Каэль отошел от основного лагеря, он медленно опустил веки, устремив свой разум в сторону главной цитадели человечества. Их символа могущества и богатства. «Не открывай глаза», - услышал он голос в своей голове, и послушно ожидал, стоя на поляне, закрыв глаза, и готовый начать слияние с тенью. *** По пустому коридору бежал юноша, с кипой бумаг, чьи шаги разносились эхом вокруг. В свете факелов его тень неслась длинной фигурой позади него. Но он спешил, не было времени, чтоб остановиться. Потому он и не заметил, как его тень встала, и, разделившись с настоящей, продолжила свой собственный путь. Лавируя по коридорам, проносясь под потолком, над головами слуг и стражников, бесшумным ветром проникая под дверями, и прячась во тьме от посторонних глаз, неслась она по ведомой только ей дороге. Тронная зала, на сей раз почти пустая, только король, склонивший голову у трона: - Я не могу в это поверить, - слышался его голос. – С самого начала я не мог поверить, что это все взаправду. А теперь дела идут все хуже и хуже. Я не хочу запомниться как король, сгубивший свое королевство. Не хочу… Похоже мелкие заговоренные демонические игрушки сделали свою работу, сведя мудрого короля с ума. В его руке лежал небольшой кинжал, искусной работы, ограненный золотом, и украшенный самоцветами. Мирий долго смотрел на него, пока наконец не решился. Короткое лезвие мягко вошло в горло. Послышались только чавкающие булькающие звуки, и звон метала, упавшего на каменный пол. Схватившись за горло, последний король из рода людей упал на пол, и больше минуты хрипел, пока силы не оставили его. Шли секунды. Но король так и лежал, обагряя пол кровью, медленно вытекающей из пробитой шеи. И Каэль уже хотел приказать Тени уйти, как вдруг из темноты показалась фигура. Похоже, старый ракшас давно был здесь, и видел всю картину полностью. Он подошел к телу, и перевернул его ногой: - Идиот, не задел артерию, и умирал мучительной смертью, - заговорил он. – Как глупо. Но… В мои обязанности входит позаботиться о Вашей посмертной чести, мой Король. Он забрал украшенное самоцветами лезвие, и собственным клинком вскрыл шею королю. В этот момент распахнулись двери, и в залу вбежал человек, с криком: «Мой король!», и замер, увидев только рассеивающийся туман, и труп короля. За ним подошли еще несколько человек, и потом еще несколько, и весть об убийстве поползла по замку, а затем и по всему королевству. Наконец через толпу протолкался тот самый ракшас, недавно завершивший картину убийства. И подошел к телу: - В будущем, это будет иметь последствия, - сказал он тихо, чтоб его никто не слышал, кроме тени, укрывшейся в тени мертвого тела. – Но теперь вас не обвинят в слабости, – и асассин закрыл рукой веки Мирия. На этом Инвокер приказал тени уходить и собрался прервать связь, как та произнесла: «Я древнейшее существо в этом мире, и меня заставляет падший эльф как крысу ползать по подземельям. Если бы не узы, я бы давно тебя убила. Но я требую, чтобы ты приказал прекратить это». «Все претензии пришли мне в письменном виде, мне некогда», - ответил Инвокер. Ответ прозвучал на неизвестном ему языке, и Каэль разорвал связь с тенью. *** Тем временем весть о смерти правителя разнеслась по всему замку, и попадала из рук в руки, украшенная все большими подробностями. Стража проверяла каждый дом, в поисках неизвестного убийцы, а самые влиятельные дома уже стояли в тронной зале, то и дело поглядывая на пустующий трон. Гондар подошел к трону, и кашлем привлек к себе взгляды тех, кто еще не смотрел на него, пожирая его за подобную наглость: - Король был убит, и все силы прилагаются для поимки убийцы, - начал он. – Все члены заговора, если таковой был, будут наказаны. Но сейчас стоит вопрос о том, кто возьмется управлять огромным королевством, кто способен продолжить дело короля, и вывести нас победителями из этой войны. Зал одобрительно закивал, мысль, к которой вел ракшас, устраивала всех стоявших, алчущих власти графов: - Посему совет решил, что управлением нашего государства займется военный совет, до тех пор, пока не закончится военное положение в королевстве. Повисло молчание, но тут же оно взорвалось криками недовольными возгласами, и накрыло тронную залу волной возмущения: - А кто же будет вести экономику? Тоже военный совет? – вышел вперед граф Халлад, и остальные поддержали его активными возгласами. - Как будто у государства нет других проблем, как война! – крикнул лорд Фаллир, из семейства Нолдор. - А как будет решена производственная проблема? Мои мастерские пустуют, или военный совет решит и это? – влился в общее возмущение Готфид «Золотая Рука». И без того воинственно настроенный Гондар вспылил: - Высшие руководства решили этот вопрос! Если вы считаете что война такая уж плевая проблема, я готов взять вас прогуляться по полю боя! Если у кого-то еще есть возражения, он будет говорить с моим клинком! – закричал ракшас, прерывая общий крик. И в зале вновь воцарилась тишина, пока кто-то из толпы не выкрикнул: - С каких пор веркотам стало дозволенно говорить? Вы отличаетесь от домашних животных только тем, что можете держать оружие в руках! – и вся аудитория поддержала его дружным смехом. Гондар направился вперед, вынимая из ножен оружие, но чья-то рука легла ему на плечо, остановив от необдуманных действий. Позади стоял Громобой: - Как такие высокопоставленные люди могут браниться как бабки на рынке? Сейчас в стране наступили темные времена, и мы остались совсем одни. Но давайте решать проблемы по мере их появления. Как по-вашему, лорд Халлад, есть ли смысл заботиться об экономике, если все города будут почить в руинах? – произнес тот. Лорд Халлад было хотел возразить, но осекся. - Прошу главу королевских асассинов не опускаться до уровня бродячих бандитов, и не держать зла на господина Финора, - продолжил Громобой, усмиряя гнев Гондара. – Вы свою работу здесь выполнили, и мы вам благодарны, а теперь ступайте, я должен разрешить кое-какие проблемы с собранием лордов Светлого альянса. Гондар откланялся и ушел, однако обида все же затаилась в нем, а Крестоносец продолжал свою речь: - Посмотрите вокруг! Хаос, разруха, смерть, царят в этом мире. И даже наш предводитель не избежал ее. Однако теперь ситуация кардинально измениться! Мы бежали! Отступали! Защищались, проигрывая битву за битвой. Однако объединенными силами военного совета мы прекратим мятеж в наших рядах. И, я клянусь вам, под Ольмо враг будет остановлен, и перевес сил будет изменен! Мы чтим память храмовников, что героически пали, заслонив собой удар армии Тьмы. И мы сделаем все возможное, чтобы их жертва не прошла напрасно! Многие из них были нашими общими друзьями, а теперь мы видим их в списках погибших. Да и всегда, они были на передовой, нашей опорой и поддержкой не требуя ничего, неужели вы готовы забыть об этом сейчас? Нет! Армия Светлого королевства никогда не уподобится безродным гоблинам! Мы своими мечами вырежем память обо всех павших в сердцах врагов! И настанут великие дни, когда Темная сторона сдастся под нашей мощью, но начало всему этому должны положить мы! Здесь и сейчас! Я только прошу, вверить власть в руки военного совета, и помогать нам всеми доступными вам силами. Наш Бог с нами, и пока Он с нами, Свет будет жить, и трепетать будет Тьма! Так позвольте же нам выдворить их в свои земли, чтобы мы могли построить новый и более прочный мир, - так и закончил свою речь Громобой. Толпа хоть и нехотя, но была убеждена его речью, и пусть и с неохотой признала власть военного совета. Так власть над войском была централизованна, и Светлые войны приготовились исполнить предзнаменование своего лидера.