Волчья ягода

Пустые улицы, освещаемые фонарями и покрытые тонким слоем снега, вели оборотня к нужной цели, одновременно запутывая своими перекрестками. Яркие вывески круглосуточных магазинов отражались и переливались на снегу, делая улицу ещё более яркой. Луна одиноко продолжала висеть над спящим городом золотистым полумесяцем. Белый волк почти сливался со снегом, если бы зверь не мчался по ночным проспектам. Его массивные лапы уверенно ступали по асфальту, а когти цокали по камню. Юнги старался как можно быстрее найти нужный дом, в котором проживает его истинный. Шлейф запахов до сих пор витал в воздухе, ведя оборотня. В ноздри отчетливо бьет запах цветов сакуры, что пробирался в сами легкие, — приятно окутывая внутри. Не прошедший ещё гон усиливал нюх, из-за чего запах чувствовался острее и чётче, тем самым помогая в поиске красноволосого. Также, гон усиливает жажду (потребность) интимной близости со своей второй половиной. Поэтому, Мину ни в коем случае нельзя принимать человеческую форму (тем более рядом с Чимином). Красноволосый не готов к этому всему, ведь он даже не знает об этом толком ничего. А уж делать что-то поспешно, Юнги не желает. Если блондин сорвётся, считай про Пака можно забыть навсегда. Тем более Мин даже не интересовался личной жизнью красноволосого, откуда ему знать, может, юноша вовсе влюблен в девушку (Юнги вообще думать о таком не желает). Как бы то ни было, ошибок допускать нельзя. Свернув за очередной угол, люпус стал принюхиваться. Запах шёл точно из одного здания, поэтому Мин ещё упорнее сосредоточился на нём. Остановив свой выбор на одном из подъездов, откуда запах был более сильный, Юнги направился к двери. Аромат истинного притупил другие органы чувств, позволяя полностью отдаться своим внутренним инстинктам. Из-за дурманящего запаха, белый даже не заметил подозрительного силуэта, который всю дорогу преследовал его. Юнги как в тумане. Звук выстрела, донёсся до ушей намного позже, чем нужно. И то, когда в ногу попала пуля, ужасно больно вонзаясь в бедро. Этот громкий выстрел раздался по всей улице, разрывая тишину своим грохотом. Пуля точно пришлась в лапу люпуса, отчего он протяжно заскулил, испуганно таращась вокруг. Оборотень, подтаскивая свою ногу, пытался хоть чуть-чуть скрыться, но сильная боль в лапе не позволила и с места сдвинуться. Из тени показался тот самый таинственный силуэт, смутно похожий на высокого мужчину. Так же послышались голоса, которые Юнги не смог расслышать, ведь в шею воткнули что-то. Скорее всего снотворное, никак иначе. Медленно, но верно, Мин терял сознание, чувствуя, что боль в ноге продолжала неприятно покалывать. И последнее, что Мин более менее разобрал, так это слова того самого, кто выстрел ему в лапу. —Тащите его в машину, на месте разберёмся, — строго проговорил мужчина, указывая на старый потрепанный фургон. Он говорил ещё что-то, но Мин уже не слышал, отключаясь. Юнги рухнул на асфальт, окончательно теряя сознание. *** Чимин, недавно вставший, из-за очередного кошмара (которые, к слову, мучали какой день). Пошёл на кухню, дабы попить воды. Пак сонно поплелся за графином. Налив прозрачную жидкость в излюбленную кружку, парень аккуратно прислонился губами к краешку чашки. Чимин вдруг резко пошатнулся, еле успев схватиться за дверной косяк. Кружка с громким треском упала на пол, разбиваясь. Красноволосый удивлённо и с ноткой страха прикоснулся рукой к голове. Сильная и неожиданная головная боль заставила пошатнуться парня. После до уха донесся звук выстрела. Парень испуганно посмотрел в сторону окна, а после подошёл к нему, чтобы узнать что же там твориться. За окном на улице стояли двое мужчин о чём-то переговариваясь. А другой, что был позади них, тащил… белого волка. Сердце глухо пропустило удар. Чимин в беззвучном крике закрыл рот ладошкой, задерживая дыхание. Сердце бешено стучало, глухо ударяясь о рёбра. Чувство страха и волнение переполнило всё нутро, застревая комом в горле, из-за чего дышать с каждым разом было труднее. Красноволосый всем телом и душой не верил что это Юнги, а точнее желал в это верить. Но на ментальном уровне Чимин точно узнал своего волка, ведь этот мех, да и запах — ни с чем не спутаешь. Но как он тут оказался? — «У меня гон. Не бойся, я ничего тебе не сделаю, просто разреши мне находиться рядом, пока он не пройдёт.» Всплыли слова Мина в памяти, словно напоминая о глупости Чимина. Боль вперемешку с неприязнью к себе, ещё сильнее оседала на бедное сердце, которое продолжало биться в сумасшедшем ритме. Солёные слёзы скатывались по лицу, высыхая через какое-то время на щеке, неприятно стягивая и суша кожу. Чимин, увидя, что оборотня стали загружать в подозрительный фургон, прямиком выбежал на улице, совершенно без одежды в одной пижаме. Сейчас ему не до себя. Правая рука отчаянно держалась за железные перила, а босые ноги мчались по бетонной лестнице, тихо шлепая голыми ступнями. С каждым шагом парень спускался всё ниже и ниже, приближаясь к выходу. И когда злополучная дверь подъезда отворилась, на улице уже никого не было. Чимин неверяще захлопал глазами, осматриваясь вокруг. Вот видны следы от машины на снегу, рядом с Паком небольшая лужа крови, впитавшаяся в белый снег. От увиденного тело задрожало мелкой дрожью, скорее от начавшейся паники, чем от холода. Чимин безвольно рухнул на землю, рыдая в голос. Колени неприятно обожгло льдом, который образовался на крыльце из-за воды, капающей с крыши. Небольшая ссадина закровоточила, при этом марая бирюзовую ткань пижамных штанов. Боль в груди приглушала, боль в коленях Сердце ноет, просит… Пак руки держит крепко у груди, умоляя прекратить, так сильно биться сердце. Слёзы мочат ткань штанов, оставляя разводы, а губы исказились в изогнутую линию. — «Всё из-за меня» — подкидывал мысленно сам себе, что ещё более усугубляло ситуацию. Если бы он не уехал этого бы не случилось. Юнги бы тогда не побежал за ним в город. Его бы не подстрелили, не убили… Чимин отрицательно замотал головой в разные стороны, ведь Юнги не убьют так просто. Не убьют же? Красноволосый ещё сильнее залился слезами, зарываясь руками в алые волосы, сам себя больно тянув за них. Истошные вопли вырывались из глотки, по звуку напоминая на крики умирающих людей. Чимин, кажется тоже, умирает. А ведь всё так хорошо начиналось. Слёзы высохли на щеках, лишь несколько капель остались у губ. Стеклянный взгляд равнодушно скользнул по уже розоватому снегу. Руки, что не вольно висели вдоль тела, опёрлись о землю, тем самым пытаясь подняться. Красноволосый, встав, зашипел от боли. Коленка неприятно запульсировала, напоминая о себе. Глубо вздохнув морозный воздух, юноша резко выдохнул, поворачиваясь всем корпусом обратно к железной двери. Еле шевеля ногами, Чимин медленно поднимался на нужный ему этаж. Пак не знает сколько он вот так просидел на улице, но знает, что всё онемело от холода. Ступни ног, которые, кажется живут своей жизнью, он совершенно не чувствует, а уж про моральное состояние, стоит вообще умолчать. Когда Пак вернулся в свою квартиру, парень первым делом набрал номер Джина, который тот ему любезно оставил. —Ответь, прошу ответь! — нервно сжимая телефон, прошептал Пак.И вот вместо длинных гудков послышался сонный голос омеги, который что-то не внятно промямлил, но красноволосый на это не стал обращать внимания. —Хён, Юнги… Юн.ги — опять содрогаясь в очередной истерике, проговорил Чимин. —Эй, Чимин~ни, что случилось, успокойся? — Сокджин сильно удивлён и испуган за состояние парня. Приняв сидячее положение, омега продолжил: —Говори что произошло? —Юнги похитили, — всё же взяв себя в руки, проговорил Пак, слыша в трубке напряжённую тишину. Джин испуганно глядел в пустоту перед собой, ели-ели держа телефон возле уха. Чимин не менее перепуганный, вслушивался в напряжённую тишину. В отличие от Джина, красноволосый крепко держал мобильный. В трубке раздалось шуршание одеяла, на что Чимин невольно замер, ожидая что же скажет блондин. Джин поднявшись, заговорил, будто не своим голосом — слишком строгим, холодным и отчужденным. —Чимин, расскажи всё более подробно. Красноволосый, вспомнив произошедшее пятиминутной давности, снова задрожал. Но взяв себя в руки, проговорил как можно увереннее: —Я услышал звук стрельбы и подошёл к окну…а там…а там Юнги! Его загрузили в фургон… Я не успел. — последние слова Пак почти прошептал. На другом конце провода были слышны тихие ругательства и чей-то хриплый шёпот, а точнее шёпот лидера, который наверняка только проснулся. Джин продолжал холодно смотреть в окно и напряжённо стоять на месте. На подоконнике стояла, вчерашняя недопитая, стопка соджу, поэтому омега поспешно опрокинул её в себя. Желая унять это чувство — беспокойства и нервозности. Джун, что только что проснулся, сонно потёр глаза, а после пытался глазами отыскать свою омегу. Пропажа нашлась быстро, так как стояла у окна. —Ты чего не спишь? — сонно прошептал Нам, взволнованно глядя на пару. Сокджин вздрогнул, а после оглянулся. При виде истинного Намджун заметно напрягся, ведь просто так, в три часа ночи люпус не просыпался и тем более не смотрел стеклянным взглядом. —Что случилось? — Джин в ответ протянул трубку. На линии всё ещё висел Чимин. Сидя на полу на кухне, кладя телефон на кафель, включив громкую связь. Словно котёнок, парень поджал колени, тычась лицом в них. Слёзы высохли, а чувство вины пожирало изнутри. —Алло, — тихо сказал Нам, более деловито и холодно, ожидая серьёзный разговор. —Хён, это ты? — проговорил Чим, оставаясь в том же положении. Намджун сразу стушевался и проговорил на много мягче: —Что-то случилось? — обеспокоенно спросил лидер, недоумевая от сложившиеся ситуации. —Тебе Сокджин — хён ещё не рассказал? — русоволосый перевёл взгляд на мужа, стоящего около окна, а после ответил: —Нет, — возвращаясь к разговору. —Юнги подстрелили, — проговорил Чимин, шёпотом добавляя короткую фразу «если не убили», затем продолжил, — и увезли в фургоне. Нам окончательно побелел, такого он точно не ожидал. —Скажи свой адрес, мы сейчас подъедем, — после продиктованного адреса, Нам отключился. Намджун устало потёр переносицу, а после посмотрел на омегу. —Детка, собирайся, поедем к Чимину. Джин на автомате взял рюкзак, стал складывать вещи, в которые можно переодеться. Также он закинул вещи мужа, чтобы не брать ещё один рюкзак. После, оба люпуса перекинулись в свои истинные формы, отправились в путь. Как никак, а оборотни быстрее автомобиля. Чимин продолжал сидеть на полу, полностью абстрагировавшись от мира. Тело ноет, а сердце, кажется перестало биться в груди. Чимин чувствует себя словно разбитое зеркало, которое не починить, которому место только на помойке. На душе пусто. Теперь Пак понимает что означает «на душе скребут кошки» в любовных романах. Ведь это поистине тяжело — тяжело терять близкого человека. Юнги его лучший и единственный друг, даже больше. Возможно, ему он даже нравиться как парень и от этого тошно вдвойне, ведь при мысли об этом становиться ещё больнее и тяжелее. Если бы Чимин не стоял возле окна, так долго, а выскочил сразу бы на улицу, то наверняка что-нибудь, да смог сделать. Собственная глупость и слабость душила изнутри, не давая сделать лишний вздох. —Юнги, — прошептал одними губами красноволосый сильнее вжимаясь в свои колени, захлёбываясь ещё одной партией слёз. *** Сокджин и Намджун прибыли очень скоро, запыхавшиеся и усталые, они бегло осматривали комнату, пытаясь найти красноволосого. Парень сидел также на кухне. Омега аккуратно подошёл к парню, тыча своим мокрым носом в затылок, чтобы Пак поднял свою голову, но парень никак не отреагировал. Оборотень попытался взглянуть на лицо красноволосого, но всё тщетно, лишь тихое сопение доносилось от парня. —Он спит, — повернувшись к лидеру, произнес Джин. Намджун лишь утвердительно кивнул, удаляясь в дальнюю комнату, чтобы перекинуться обратно в человеческую форму. Достав из рюкзака вещи и переодевшись в них, Джун задумчиво уставился в окно. Вид на ночной город ничуть не радовал мужчину, ведь сейчас не та ситуация, чтобы беззаботно любоваться на столь прекрасную картину. Кто же всё-таки сделал это? Для чего им нужен был Мин? Нет, его определённо никто не убивал, ведь если бы это случилось они не стали бы увозить за пределы города. А они определённо повезли люпуса туда. Что делать? Как правильно поступить в такой ситуации? От многочисленных вопросов разболелась голова. Намджун устало потёр переносицу, стараясь сосредоточиться на плане действий. Мысли оборвал тихий голос мужа, что стоял в дверном проёме, серьёзно смотря на альфу. —Я отнёс его в комнату. Намджун легонько качнул головой в ответ. —Джун~ни, что будем делать теперь? — спросил омега, подходя чуть ближе к мужу, выжидающе смотря на его профиль. —Думаю, пора всё рассказать Чимину…