extension

- Так вот, что ты там прячешь, – Тэхен, маячащий над головой, спокоен и выглядит рассудительно, одной рукой поправляет спадающую с плеча футболку. Наверное, убежден, в победном раскладе положения. Карт-бланш.       Чонгук размышляет около секунды, за которую успевает убедиться в том, что пока он спал, с его руки незаметно сняли часы, и тут же впадает в ярость. Холодное дуло у лба тому не помеха. Он в жизни видал вещи похуже, чем какой-то там пацан, решивший поиграть в киллера.       С силой ухватившись за Тэхеново запястье, Чон бьет второй рукой по пальцам, тут же отшвыривая пистолет на пол. И даже успевает заметить неподдельное удивление на лице напротив, когда, Тэ беспомощно валится на диван от мощного удара по колену. Извернувшись, Чонгук выбирается из-под, всё ещё удерживая руки хулигана, и с умением профессионала скручивает их за спиной, вдобавок вдавив колено в поясницу. - Ты ёбаный халк, - его голос кажется каким-то далёким и ватным, потому что добрая половина лица пропадает в подушке. - Я же, блин, просто пошутил. - Как ты это сделал? И Тэхен отлично понимает, что Чон имеет ввиду. - Ловкость рук, блять.. - Но Чонгука такой ответ, очевидно, не удовлетворил, для пущей демонстративности, он крепко надавил ладонью на лопатки Тэ. Тот незамедлительно застонал от боли. Шутить Чонгук не намерен. - Ладно, ладно. Это что-то вроде моей профессии, - признаваться, оказывается сложно, особенно, когда сверху яростно пыхтит какая-то неугомонная машина для убийств. - Часы, бумажники, цепочки... Иллюзия исчезновения. Понимаешь? - Так ты - вор... - Да...       Тэхен ответил так тихо, как только мог. Казалось, что скажи он это хоть немного громче, Чон убьет его тут же. Без следов и свидетелей, а потом расчленит на кусочки, не без наслаждения, и выкинет его бесполезную тушку в самый невзрачный контейнер местной подворотни. Тяжко сглотнув, Тэ уже собирался молить о пощаде, как внезапно... Чонгук слез с него и отпустил запястья. Подобрав пистолет, поставил его на предохранитель и спрятал за пояс. Остался жив и хорошо, однако во взгляде мистера полицейского (как успел прозвать его в голове Тэ) сверкнуло что-то недоброе, похожее на смесь разочарования с презрением. - Выходит, не за то тебя привлекли.       Конечно, он знал об ограблении и легко догадался, что к чему, но кое-что не сходилось. - Почему при тебе не было наворованного... Работал с сообщниками?       Уже знакомый акт раскаяния - опустив глаза, Тэ кивнул. - Сколько их было? - Я не знаю... - Если ты врёшь мне, Тэхен, - он приблизился вплотную, - я изобью тебя до полусмерти. Клянусь. - Чонгук, поверь мне, я даже не знаю их имён, Юнги просто... - и осёкся, поднеся ладони к подбородку. Он не хотел сдавать своего "сожителя", даже из банального уважения к общему прошлому, как бы тот не поступил. - Юнги, значит.       Большего и не требовалось. Всунув руки в карманы шорт, Чон завернул в коридор, сверкая серебристым металлом за поясом. Тэхен повесил голову и обнял себя руками. Почему он просто не свалил? Воспользовался бы шансом и прощай прозябание в чужих стенах. Вопрос в том, что бежать-то и некуда. Юнги незнамо где, вместе с его "бандой". Под окнами условного дома могут поджидать, а в ночном переулке и вовсе пришить к асфальту намертво.       Влип - придётся разгребать. А как иначе? Тэхен не из тех, кто будет сокрушаться о содеянном. Поджав колени, он молча уткнулся носом между, когда диван ощутимо прогнулся под весом вошедшего Чонгука. Он положил руку на Тэхеново предплечье и показал раскрытую ладонь. - Верни.       Пришлось вытянуть ноги, выйти из зоны комфорта, чтоб мягко опустить холодный браслетик часов. Прикосновение пальцев. Невесомо. Тэхен смотрит расфокусированно, картинка мутная и замедленная. Он сгибает пальцы ног и снова смотрит, смотрит, моргая своими кукольными ресницами, пока Гук что-то сосредоточенно печатает в ноуте. "Яблочном", как положено по статусу. Но есть ли в этом смысл?       Домашний Чонгук, без своей тачки, дорогих вещей и намёков на комплекс неполноценности - сидит согнув одну ногу в колене, ссутулившись на одно плече и жмурится пытаясь разглядеть слова. Иногда он закусывает щеку изнутри, когда не попадает по нужной букве и чешет бровь от мешающей растрепанной чёлки. Он ведь тоже имеет право быть обычным.       Следующий момент менее приятный. Допрос. Но без пристрастия. Череда вопросов с уточнениями и всё по работе, ни шага в сторону. Гук снова собран и сосредоточен, просто выглядит более приземлённо. Человечно, что ли. И Тэхен в ответ старается не лукавить, говорит по делу, ничего не тая, искренне благодаря Чона за отсутствие каких-либо осуждающих фразочек или эмоций. А ему идёт одомашненность без острот.       Каждая деталь, мелочь. Тэхену трудно вспоминать, но он честно пытается. Под конец истории, Тэ даже расслабился и позволил себе пару слов о личном. Надеялся быть понятым, искал утешения. Тщетно. - Мне нужно в участок, - говорит Чонгук, отставляя ноутбук на журнальный столик. Вслед за ним туда же откладывается и пистолет. Тэхен скорчился. - Давай без прыжков из окон и прочих глупостей до моего возвращения, ок? Или мне пристегнуть тебя наручником к батарее? Тэ грустно помотал головой и от чего-то покрылся лёгким румянцем. - Вот и славно, - Гук выпрямился, покрутил головой, разминая шейные позвонки. Не сказать, что он выглядел удовлетворённо – информации от Тэ катастрофически мало.       Тот, будто бы чувствуя это, снова свернулся калачиком и понуро смотрел сквозь, пока Гук приводил себя в богоподобный, и как всегда безупречный, вид.       Вождение всегда успокаивало. В тишине, не отвлекаясь на трёп радио или дурацкую музыку, выпадает отличная возможность остудить мысли и отдаваясь в плен меланхолии, насладиться видом. Пасмурно. Оно и неудивительно, в такое-то время года. Неудивительно и то, что Гуку приходится тратить свой выходной на документацию в участке. Ещё эта загадочная смс от судмедэксперта, но ни слова от ЧимЧима…       «Надеюсь, ты в порядке, рыжий», подумал он, здороваясь с дежурным на входе, обратив внимание, на то, что в списке прибывших, снова отсутствует «Пак Чимин».       В кабинете четко ощущалось присутствие кого-то постороннего – несколько незнакомых папок на столе и крохотный зелёный стикер прикреплен к монитору. Что-то он не припоминает, чтоб давал кому-то ключ.

«Не падай, когда доберешься до материала. Ошибки быть не должно, лично проверил. До встречи в субботу JK:) -Чим-»

      Первым делом, Чон решает повременить с отправкой своего отчета Намджуну, и усаживается читать подсунутые Чимином документы. Быть этого не может… «…установлена личность убитого – Ли Минхо». Брат Чонсока.       В таком случае – убийцу, скорее всего, уже нашли. Вопрос времени, когда обнаружат его тело в канаве. Это первая новость. Вторая – каждому, кто хоть как-то причастен к облаве в торговом центре угрожает опасность расправы, в том числе и Чону, а также его сестре. В сердцах, он сжал края документа. Замыкающая.       Чонгук не покидал рабочее место, аж до глубокого вечера, по десятому кругу изучая каждую мелочь. К Наму так и не зашёл. Многое теперь теряло смысл. Но в первую очередь, нужно было просчитать на несколько шагов вперёд, найти слабые места, чтоб сократить число пострадавших. Среди тех горе-воров могли быть, как и подставные лица врагов Ли, так и простые уличные недотёпы, вроде Тэхена и его «сожителя». Мин Юнги.       Так ли он прост, на самом деле? Чонгук не мог сказать, но одно он знал точно – Юнги тот, кого нужно искать и непременно найти.       Закуривая неудачный день, Чон набрал Джису, настоял на том, чтоб та взяла отпуск и съездила к родителям. Так будет лучше. Хорошо, обошлось без возражений. Как-никак, но на одну проблему меньше. От дыма щипало веки - как же он устал, вечно сражаться, защищать кого-то, продумывать каждый поступок, жертвуя самым ценным в первую очередь - временем.       Можно приучиться жить в одиночку, справляться с бытовыми хлопотами и даже заменять человеческое тепло чашкой крепкого кофе, но.. смириться с потерей каждого дня, проведённого в тумане постоянных погонь… Трудно. Под ребром заныло одно из худших напоминаний беспокойной молодости – пулевое ранение. С тех пор прошло не менее трёх лет. Чонгук потёр ладонями веки, и завел мотор.       В квартире темно и тихо, значит Тэхен, скорее всего, спал. Отлично. Чонгук не любил показывать себя слабее, чем привыкли его видеть. Никаких следов погрома или протеста, посуда на своих местах, столовые приборы тоже, только чайник освещает кухню голубоватой подсветкой. «Объявил голодовку что ли? Нужно будет напомнить ему, вытаскивать шнур из розетки».       Наспех принимая душ, едва не свалившись, Чон натянул одну из своих самых свободный футболок и почему-то подумал о том, что она была бы Тэхену, как платье. И к чему эта глупая улыбка? Он не знал.. Хватаясь за, не к месту разболевшийся, бок; кое-как дополз до аптечки и обратил внимание на заметно увеличившееся количество окурков и пепла.       Вряд ли Чон узнает, что в его отсутствие Тэ обошел каждый уголок квартиры, стремясь узнать что-то личное и сокровенное, понять, чем Чонгук увлекается в нерабочее время. Он с интересом рассматривал наброски схем на флипчарте; прикинул, что было бы здорово оживить эту мрачную квартиру, парой вазонов и большим мохнатым покрывалом; похвалил чистоту книжных полок, оценил коллекцию книг Фрейда, и стащив одну, с удовольствием прочёл несколько разделов, запивая чашечкой чая. К сожалению, у Чона не нашлось любимого, имбирного с корицей, но обычный чёрный тоже неплох. Также, он хотел возмутиться по поводу того, что в этом доме нет даже обычного рамёна, уже представляя, как отреагирует на это хозяин жилища, но к вечеру Тэ как-то сник. Голод уже не беспокоил так сильно, терзала совесть по вине навалившихся мыслей… И Чонгука не было.       Как он живет? Неужели так можно? Один. Тэ от отчаяния попробовал закурить и это, к его удивлению было не так плохо. Даже сигареты «мистера полицейского» были какими-то дорогими, приятно табачными. К одиннадцати Тэхена сморила дрёма. Он доплёлся до мягонькой постели и, подмяв под себя одеяло, уснул. - Он не предавал тебя, – Чонгук говорил шёпотом, не желая нарушать сон своего "заложника". – Просто, хотел защитить, чтоб тебя не смогли достать ни те, ни другие.       Выдохнув, он оперся локтями на колени и спрятал голову в ладонях. Тэхенова нога легонько стукнула его по бедру – он беспокойно ворочался во сне. Снова эта глупая, наивная улыбка…       Впервые Чонгук, так сильно хотел забыться сном до следующей жизни, что аккуратно прилёг на край кровати. Не просыпаясь, Тэ повернулся лицом к его спине, и видимо сквозь сон, ощущая чье-то присутствие, закинул ладонь на Чонгуков живот, плотнее прижимаясь щекой.