Сокрытые в Тумане

      Через несколько дней Скуало привёл иллюзиониста. Я выпала в осадок.       Кто бы мог подумать, что Ромарио, верная Правая Рука Дино Каваллоне — это его Хранитель Тумана?       Вот и я не думала.       Охренела конкретно.       Эта пара дней мне далась очень тяжело. Было ощущение, что я пытаюсь обходить противопехотные мины на поле боя.       Напрягало буквально всё. Удивляюсь ещё, как я себе пальцы не сломала.       Эти ребята меня сильно пугали, поэтому, чтобы отогнать липкий ужас, я заламывала пальцы. Это также позволяло мне сдерживать слёзы и не выть от страха.       Как же я рада, что всё-таки надела любимый Вайпер капюшон. Я ведь совершенно не умею управлять собственными эмоциями, глаза, полные дикого страха и слёз, вряд ли понравятся остальным варийцам.       От всех исходила жуткая жажда крови, щупальцами окутывая мою душу, заставляя сжиматься, по ночам роняя слёзы. Благо, что никто особо на меня не обращал внимания. Только никуда не отпускали. Ну, это логично. Я ведь могу вернуть «любимого» босса.       Знаете, Скуало здесь самый нормальный. Исключая меня, конечно.       Суперби прекрасно контролировал себя, профессионально сдерживая жажду крови. И если бы так громко не орал, то был бы весьма обаятельным юношей. На мужчину не тянет.       Но я всё равно старалась держаться ото всех подальше.       Слишком страшно.       Что я делала те пару дней? Очевидно, что я пыталась выжить, не спалиться, собираться с мыслями и привыкнуть.       Мне было, мягко говоря, некомфортно. Ну, а кому будет комфортно на неизвестной территории, среди страшных-страшных людей? Вот и я думаю, что никому. Но дело даже не в этом. Жить в казармах было ужасно, потому что всё это не входило в мою зону комфорта.       Полный абзац, короче.       Если к другим Хранителям Занзаса я относилась как-то по-родному, то рядовые мне абсолютно не нравились. Они чужие.       Варийцы были близки Вайпер, по крайней мере, высший состав. Все. Занзас, Леви, Скуало, Лусс. Бел. Только вот насчёт последнего было не совсем понятно. Он занимал в сердце Вайпер особое место.       Это… смущает.       В той жизни я была всего лишь школьницей. Причём не особо красивой. Затворницей. Любительницей аниме, игр и фанфиков, а ещё мемчиков, полных боли и криков русской души. Никогда меня не любили. Конечно, мне рановато до великой любви, но никто никогда не проявлял ко мне даже простой детской симпатии. Это угнетало.       Теперь вокруг есть красивые парни. Причём их довольно много. И пускай они пугающие, фантазировать мне никто не запрещал.       Кажется, Вайпер симпатизировала Его Высочеству.       Румянца всё равно никто не увидит. Капюшон, я тебя обожаю!       В общем, мы стали готовиться к освобождению Занзаса. Не буду описывать, как мы его нашли. Потому что сама нихрена не поняла. Я просто связалась с боссом посредством медитации — этот козёл опять на меня наорал! — а Ромарио его нашёл. Это не мыслеграфия, нет. Просто именно Туманники очень чувствительны к Пламени, а Занзас буквально фонит Пламенем Ярости.       Точнее, к сожалению, не получится. Мыслеграфией владею только я.       Я жадно вглядывалась в координаты на бумаге.       Махнула рукой, когда Ромарио попытался до меня дозваться.       Пальцы до побеления сжались.       Я даже задышала чаще.       Боже! Боже! Это так волнующе!       — Мармон, — мне на плечо опустилась узкая ладонь.       Похоже, Скуало действительно за меня волнуется.       Ну, у него есть причина. Я уже на протяжении часа пялюсь в эти циферки, которые имеют для всех нас огромное значение. Скуало уже даже успел выпроводить отсюда Дино с его подчиненным к чертям.       — Отстань, Скуало, просто отстань, — хрипло, тихо.       В его стальных глазах, выцветших сейчас до хрусталя, я увидела понимание. Для него это тоже важно.       Это меня отрезвило.       Листок чуть не выпал из мгновенно ослабевших пальцев.       Скуало забрал листок с координатами.       — Я… — нервно, — Босс вернётся. Вария вернётся, Скуало.       — Знаю, Мармон, знаю, — он говорил тихо. Меня клонило в сон.       Не было никаких розовых соплей, романтики, нежностей. Это не в его характере. Но он беспокоился. Это было видно в его глазах, действиях. Это было приятно.       Послышался треск и шишиканье.       — ВРОООЙ! Ты, кусок дерьма! — оглушил меня Скуало и убежал.       Крик Суперби отрезвил. Сонливость как рукой сняло. Видимо, это ещё одна причина, по которой варийский мечник постоянно орёт.       Скуало я больше не боялась, скорее относилась к нему настороженно. Так же, как и он ко мне. Хотя его настороженность была обусловлена беспокойством за моё состояние.       Этого не было видно. Варийцы почти никогда не показывают свои настоящие чувства, так безопаснее. Но я просто это знала. Так же, как знала та Вайпер. Их Вайпер.       Им придётся привыкнуть к такой мне. Я не смогу притворяться Вайпер. Я не настолько жадная, не настолько умею контролировать эмоции, не настолько жестока. Да. Я — это она. Она — это я. Я её поглотила, Вайпер стала частью меня.       Я не смогу притворяться тем, кем была.       У меня, конечно, есть жадность, присущая многим русским — это называется экономией — но я не помешана на деньгах.       Им нужно время, чтобы привыкнуть.       Я ошибалась. Я очень ошибалась, когда думала, что Вария не семья. Это не так. Смотря сейчас на варийцев, я понимаю, что Вария — самая настоящая семья.       Может, когда-нибудь у меня получится стать частью этой ненормальной семьи?       Кстати, физические упражнения я перестала выполнять ещё месяц назад. Просто в один момент поняла, что мне лень вставать с кровати и что-то делать. Тем более приседать и бегать.       В общем, плюнула на это.       А с иллюзиями пришлось завязать на неопределенный срок. Нет, ну серьезно, где здесь я буду тренироваться? Ведь мне главное не спалиться.       Им нужен сильный иллюзионист. Я ещё не сравнялась с уровнем прошлой Вайпер.       Плохо. Очень плохо.       Посмотрела на свои пальцы. Бледные, длинные, музыкальные. На указательном пальце левой руки маленький шрам. Это я пыталась готовить. Больше не пытаюсь. Готовка не давалась мне никогда: ни в той жизни, ни в этой.       Я даже бутерброды нарезать не могу. Только лапшу быстрого приготовления заварить и чаек. Ну, может, ещё печеньки открыть умею, да.       Быть неудачницей забавно. Особенно в моем положении. Но я хоть не спотыкаюсь на ровном месте, как один блондинистый конь.       Иногда я отвлекаюсь на такие вот мысли, которые вообще не имеют смысла. Это помогает мне немного отогнать страх. Есть ещё светлые моменты, когда густая темнота ужаса внутри расходится, уступая место светлому комочку. Моменты, когда я думаю о варийцах.       Кто бы мог подумать, что для прошлой Вайпер они были так важны?       А вообще у меня много свободного времени. Юриспруденция и остальное занимают не так много моего времени, поэтому я могу просто бездумно пялиться в стенку и молиться Богу. Молюсь, кстати, часто.       Мне всё ещё страшно.       Тот комок света, что обозначает мою привязанность к варийцам, не всегда спасает от логики и самокопания.       Стоит признать, что в этом мире все больше похожи на чудовищ, нежели на людей. По крайней мере те, кто обладает Пламенем.       В такие моменты мне хочется к маме на ручки.       Эх, где сейчас моё одеялко? А кот? Бедный мой кот.       Только не обижайся, Фантазма.       Я всё ещё не знаю, что делать с Пламенем Мрака. Фиг знает, как его использовать. У меня не идеальная память, к тому же я не могу полностью осознать размеры задницы, в которую попала.       И да, я всё ещё жалею, что попала не в какой-нибудь безобидный фэндом. Почему не, например, «Президент студсовета — горничная»? Здесь я уже год с хвостиком, а до сих пор жалею.       Хотя кто на моем месте не стал бы жалеть? В том мире у меня было всё. Я была в безопасности. А здесь могу умереть в любой момент.       Жизнь так несправедлива.       Вздохнула, почесав пальцами кончик носа.       У меня ведь всё равно нет выбора, так зачем лишний раз рыпаться?