Один из многих

Что должен делать адекватный мужчина репродуктивного возраста, не отягощённый болезнями половой системы, когда напротив, вольготно раскинувшись в кресле, сидит красивая до умопомрачения женщина, одетая только в вызывающе короткий шёлковый халатик. Тут определённо было, на что посмотреть и, как говорят, «за что подержаться», но вот на меня данная картина не действовала абсолютно. В первую очередь потому, что я знал, насколько аморальной сукой является сидящая передо мной красавица. - Полтора года от тебя не было никаких новостей, Мерв, - почти пропела она, подхватывая с небольшого столика рядом со своим креслом бокал вина. – И тут ты врываешься в мой дом, раскидываешь охрану, проламываешь стены и двери… Наглеешь? - Заткнись, - бросил я, поудобней перехватывая щит, который держал наготове постоянно, благо родной экзоскелет позволял почти не заморачиваться экономией сил. – Будь ты хоть немного адекватней – зашёл бы вежливо, может даже с цветами. Но репутация у тебя не та, Ханна. - Мервин, ты как дитя, - бросила моя собеседница, крутя в руках бокал. – Неужели ты думаешь, что это я взяла заказ на этого, как его… Андреаса? - Почерк твой, так что не спорь. – Эта дура всегда меня очень и очень бесила. И она знает, что до определённого момента я ей ничего не сделаю, а потому навязывать нужную тему нужно резко и быстро, пока не опомнилась. – Нелегалы с неясными целями, устранения общественных лиц. Что, Сирена, совсем страх потеряла? - А что, кто-то вдруг стал для меня опасен? – процедила эта красивая стерва, мгновенно, словно по щелчку меняя поведение – от расслабленности и некоторой открытости не осталось и следа. Старый позывной всегда на неё так действует. – Ты, Мерв? Твои компаньоны-Стражи? - Я сейчас скормлю тебе Ф-2, - пообещал я, чувствуя себя так, словно по венам растекается напалм. – А потом залью весь твой домишко чем-нибудь горючим и сожгу. Говори, твоя работа?! - Не моя, - отрезала Ханна, бывшая наёмница, сколотившая себе целое состояние на устранениях публичных лиц. – В этом регионе раньше работал Рабби, но предшественники Стражей его грохнули. Место, как я знаю, до сих пор свободно. - Так бы сразу, - буркнул я, с гулким стуком ставя щит на пол. – Сирена, ты же меня знаешь… Не надо меня бесить. - Иди к чёрту. – В меня полетел опустевший бокал, расколовшийся об одну из пластин брони. – Как ты вообще постоянно меня находишь? Я меняла паспорта, секретарей, счета, имущество – всё, вплоть до одежды! Как, чёрт тебя дери?! - У меня папа в разведке работал, - абсолютно ровным тоном выдал я. – Вот его друзья и помогли чуток… - Врёшь, - фыркнула моя собеседница, быстро усмиряя гнев и любопытство. – С твоим стилем жизни – вообще удивительно, что ты на заказчиков выходишь. Никаких личных данных, минимум общения, номерные счета… Что ты, блин, за призрак? - Точно Ф-2 подкину, - пообещал я, уже не всерьёз. – Не люблю такого. - Да в курсе я, - отмахнулась Ханна, подтаскивая к себе на колени небольшой ноутбук, лежавший на столике. – У тебя всё? - Почти. – Проигнорировать такой намёк было легко. – Подсобишь с поисками заказчика Андреаса? - Точно обнаглел, - бросила женщина, похоже, начиная перерывать файлы на своей машинке. – Ладно, но только из-за долгих связывающих нас отношений! - Чего? – Хорошо, что я сейчас не ел и не пил. – Совсем крышей поехала? Какие отношения? - Взаимовыгодные, - провозгласила эта язва. – Ты мне столько раз работу облегчал, что просто так оставить тебя плутать в тумане незнания – почти нечестно. - Да ты сама меня тогда использовать пыталась! – Нет, эта зараза точно хочет меня выбесить… - Как вспомню твоё: «Ох, Мерв, дорогуша, меня тут прижали, поспеши и спаси мою задницу» - так руки сами к оружию тянутся. - Это уже в прошлом, не так ли? – Сирена что-то нажала, и установленный под потолком проектор вывел на стену какое-то большое фото. Вот зачем ей такая игрушка, будем честны, в спальне? Перед сном кино смотреть, или, там, за собственной охраной подглядывать? – Вот твой налётчик. Фото сделано за три дня до нападения, его засек Глазастик в центре Парижа. Тревогу поднять не успели – смотался ещё до того, как дежурная группа получила отметку на карту. Поиски ничего не дали, но с его способностями – неудивительно. На фото и впрямь был запечатлён уже знакомый мне «ирокез». Причёска у него была другой, но и шрам на виске, по которому его и опознали, и так и не выветрившиеся из памяти черты лица совпадали. Фото было сделано с обычной камеры на улице, подключённой к общей Системе, предназначенной для отлова нелегалов. Ханна называла её Глазастиком, кто-то – Большим Братом, в Европе предпочитали именовать Всевидящим Оком, а намного южней – Аргусом. Если бы не слишком долгая обработка данных, во всех развитых странах ренегатов бы вообще не существовало, но тут, как признавали создатели этой штуки, ничего поделать было нельзя. Информационный век, а проложить нормальную связь – не, это для слабаков… - Это единственная зацепка? – уточнил я. – Весь Париж перерыть будет трудновато. - Такая явная – только одна, - пожала плечами Сирена. – А по косвенным… трудно сказать. Придётся выходить на тамошних нелегалов, трясти владельцев схронов… - Ну, тогда всё. – Правой рукой включив собственный КПК я быстренько перекинул на счёт Ханны пару десятков тысяч. – Держи, на ремонт хватит. - Мервин, хватит издеваться, а? – буркнула моя собеседница, захлопывая ноутбук и почти отшвыривая его на кровать. – Припёрся тут… Как тебя ещё терпят? - А я просто, в отличие от некоторых, работаю: чисто, эффективно, самостоятельно. – И чего ей от меня ещё надо? – Всё, бывай, Ханна. Пойду я. - Катись. Подхватив щит, я ретировался тем же путём, каким и дошёл – через кабинет, гостиную и двухэтажный холл, подбирая раскиданные турели и пряча их в раздатчик за правым плечом. Охрана, уже пришедшая в себя, только проводили недовольными взглядами через прицелы своей стрелковой всячины – нападать на меня на отходе им точно запретили. Покинув территорию небольшого такого особнячка, я не прошёл и сотни метров – рядом затормозил серый бронированный фургон с эмблемой «Стражей Туннелей». Задние двери машины гостеприимно распахнулись, и я нырнул внутрь, ухитрившись ничего не снести своей громоздкой амуницией. - Как успехи? – уточнил сержант конкретно этой группы, сидя спиной к кабине и изучающе разглядывая мою броню. – Шума было немало. - Средненько, - начал я отчёт. – След идёт в Париж, но он не слишком чёткий. А что пошумел – это так, мелочи. Раньше было б ещё громче, может, даже с танками. - Да ты гонишь… - приподнял бровь сержант, когда фургон рванул вперёд, возвращаясь к штабу ЧВК. – Я, конечно, верю, что твоя экза – та ещё штука, но, серьёзно, танки? - И такое было, - подтвердил я, пытаясь устроиться в тесном фургончике поудобней. – Два года назад. Инцидент в Лондоне, слыхал? - Ага, - напряжённо отозвался сержант. – Твоя работа? - Не только моя, - я аккуратно пожал плечами. – Но да, тоже поучаствовал. С Сиреной, как она сегодня выразилась, у меня были долгие… отношения. - Чё, серьёзно? – Боец заржал так, что пришлось немного снизить чувствительность микрофонов. – Она ж та ещё маньячка, даром, что по индульгенции проскочила. - Турецкий Картель, Венесуэла, Лондон, - перечислил я те дела, на которых эта сумасшедшая сука прикрывалась мной каким-либо способом. – Напрямую с ней я не работал, но косвенно – вполне. Разговор как-то заглох, пока сержант переваривал мою небольшую историю. Просто так ехать, ещё и с минимум движения, было до ужаса скучно – в теле ещё бурлил природный коктейль из гормонов, помогающих выживанию в бою – адреналин там, все дела. Так что, прикрыв глаза и расслабившись, я решил немного повспоминать былое. Так сказать, юность беззаботную… Впервые с Ханной Штраус я пересёкся больше восьми лет назад, в Турции. Тамошние наркодельцы сотворили настоящее чудо – пролезли во все элементы административного контроля страны, протащили свою партию, а затем, под предлогом самообеспечения страны продовольствием, протащили проект, подразумевающий создание целых комплексов гидропонного выращивания самых разных растений, общей площадью в десятки квадратных километров. И, как ни странно, почти полтора года о происходящем в этих «теплицах» почти никто не догадывался, так как поставки продуктов действительно выросли чуть ли не втрое, что для слегка перенаселённой Турции было даром судьбы. А вот потом таможни соседних стран забили тревогу – товарооборот всякой природной дури подскочил раз в десять. ООН даже спецкомитет создали, ибо ситуация вообще стала похожа на форменный кошмар. За три месяца вся цепочка была успешно раскручена, и всё разумное мировое сообщество дружно схватилось за головы – турки почти открыто развернули в стране огромный комплекс по выращиванию того, что выращивать в других странах было нельзя. В каждой «теплице», после проверок, обнаружились небольшие секции, где и размещалось подпольное производство всяких природных наркотиков. Шум поднялся знатный. Страну полностью изолировали, позакрывав все сухопутные и морские границы и не принимая самолёты, а затем – начался настоящий маскарад. Пятнадцать тысяч военных под эгидой ООН надели балаклавы, прихватили немного техники, а затем отправились в экспедицию по территории Турции, мастерски притворяясь, что они тут «просто гуляют». Маршрут прогулки предусматривал посещение Стамбула, где и засела большая часть руководителей «Турецкого Картеля», как его обозвали в новостях. Особого сопротивления, кстати, не было – видимо, начальство у турецких войск оказалось поадекватней, и не купилось на обещания наркоторговцев. В общем, всю эту заразу ловили ещё три месяца. Пришлось много бегать по жаре, таская с собой кучу снаряжения… Экзоскелеты тогда ещё не были в моде, как и наёмничество, так что, по тамошним меркам, я был самым обычным бандитом. С Ханной я познакомился в доме одного из руководителей картеля, когда его владелец уже полчаса как болтался в петле – сдали нервы у болезного. Я тогда был довольно стеснён в средствах, так что подвернувшимся шансом воспользовался сполна. Вынести двадцать человек охраны, вооружённых не самым плохим оружием оказалось не слишком просто – дырок во мне навертели изрядно, и только обезболивающее, которым пришлось заправиться так, что аж из ушей текло, дало мне возможность не вырубиться там же, на месте с тычки. Да, сейчас кажется, что это было глупо – ненужный риск. Но именно благополучно поменявшие хозяина ценности и позволили мне пережить этот эпизод, ещё и на новое снаряжение осталось. В общем, тогда, буквально перерыв похожий на крепость особняк сверху до низу, я уже собирался уходить, когда ворота в него выбил чёрный внедорожник. За ним на территорию влетели сразу два фургона, а затем из всех машин буквально посыпались бойцы в камуфляже. Связываться с претендентами на мои денежки я не хотел, но без шума отойти не удалось. Свои патроны почти кончились, так что я пустил в дело трофейные стволы. Ещё одной стычки я бы точно не пережил, состояние лучше не становилось, так что когда ко мне на чистом английском обратилась какая-то девица и предложила не дурить и сложить оружие, я почти согласился. Остановило меня только отсутствие страховки – пристрелить меня такой толпой было проще простого. Пришлось отыскать комнату с караоке, благо бывший владелец особняка таким увлекался, вытащить микрофон, сам компьютер и колонки и дать «концерт по заявкам». Почти пять минут я с помощью записи излагал где, как и в каких позах видел подобные предложения, а пока банда выслушивала мои рулады, прибил трёх засланных диверсантов из родного «Бенелли» и смотался, прихватив всю добычу. Почти полдня потом петлял по Стамбулу, пытаясь стряхнуть недовольных бандитов с хвоста, методично «обтирая» их о патрули экспедиционного корпуса, который от первого этапа нашей стычки встал на уши. Тогда потерю в сумме девяти человек Сирена мне не простила, и вторая стычка прошла ещё жёстче. Прямой огневой контакт, как в старых фильмах про войну. Боеприпасов тогда извёл целую гору, как и мои оппоненты, но так никого и не зацепил. Уходя, оставил «чистый» мобильник, с помощью которого позже и вышел на связь. Ханна тогда почти полчаса крыла меня матом… А я – что я? Отложил трубку в сторону, сделал чаю, сбегал на улицу за жратвой, как вернулся – она как раз успокоилась. Обсудили многое, заключили подобие перемирия – люди Сирены не охотятся за мной целенаправленно, но и я рядом не шастаю, иначе получу пулю. Следующая встреча прошла в более положительном ключе – пытаясь грохнуть какого-то аргентинского чиновника, я оттянул на себя полицию, и подчинённые Ханны без проблем обнесли отделение банка. Благо института ЧВК ещё не существовало, так что местные правоохранители так и не узнали, кого благодарить за такую подлянку. Дальше было ещё немало дел, в которых я, так или иначе, пересекался с людьми Сирены, и, должен заметить, отношение ко мне было не самым плохим – даже стрелять начинали не сразу. А когда ВКА вывесили Кодекс, всё завертелось, словно в урагане. Все разумные «террористы» выкинули в сумме миллионы на предварительную легализацию, и создали собственные ЧВК, с более-менее чистой репутацией и уже немалым стартовым запасом денег оружия и бойцов. А я тогда просто сменил стиль – ухитрился обнести госучреждение, занимавшееся разработкой передовых вооружений, благо в восточной Европе ко всяким НИИ относились чересчур пренебрежительно. Тогда-то у меня и появился прототип экзоскелета с генератором на эффекте Эфира. Почти полгода он пролежал в одном из схронов – просто так выйти в нём «на работу» было бы одним из самых забавных способов самоубийства – по тупости своей. Так что эти самые полгода он прожирал мои деньги, обрастая уникальными (потому что самодельными и кривыми) модификациями. Пришлось даже честно и официально оплатить дистанционное обучение на механика-мастера боевых систем. Зато теперь в моей официальной биографии имеется красивая бумажка, позволяющая найти работу за более высокие деньги, чем может получить обычный «гражданин». Но, если честно, бред это всё. Я слишком уж привык к совсем другой работе – под пулями, в окружении взрывов и прочей мишуры, в грязи и крови. Слишком уж специфическое у меня прошлое… - Мерв, прибыли, - выдернул меня из воспоминаний и размышлений сержант. – Лоуэлл уже звонил, ждёт тебя. - Не много ли чести для меня одного? – уточнил я, выбираясь из фургона, закидывая за спину, на специальные крепления щит. - Дело серьёзное, - поделился мой собеседник информацией. – А ты – не просто наёмник-одиночка, ты Специалист. К таким всегда особое отношение. - Ну, дело ваше. - Я осмотрелся. Фургон стоял посреди ангара, а карта выдавала, что я нахожусь в районе порта. Вероятность возникновения проблем резко повысилась, а затем из темноты, которую не брал даже ПНВ, на освещённую площадку в центре выдвинулись трое. Те, что по бокам, были типичными телохранителями – здоровенные лбы, за два метра ростом, в крепкой броне, с оружием – в общем, реальная охрана, а не эти популярные в высшем обществе «чёрные костюмы». Чуть впереди между ними шёл Босс, именно так, с большой буквы. Лоуэлла вообще никогда и ни с кем не путали – слишком уж у него харизма выдающаяся. Лыс, гладко выбрит, по комплекции – бывший военный, пусть и чуток сдавший из-за сидячей работы, но опытный, матёрый волчара. Вот на нём костюм сидит как влитой. Внушает, чтоб его. - Здравствуй, Мервин. – И голос – как у скалы. Ровный, спокойный. – Мне доложили о твоих успехах. - День добрый, - изобразил я вежливость, прикидывая, сколько стволов на меня сейчас направлено, и куда бить в ответ. – Сержанту я всё уже рассказал, не верю, что он не докладывал. - Верно. Он доложил. - Александр заложил руки за спину типично-американским жестом «крутого военного». – И у меня возникли вопросы. - Такое бывает, - выдал я, не спеша хвататься за щит – пусть прикрывает мою спину. А вот застёжки на кобурах дробовиков, что прицеплены к бёдрам, можно и ослабить, благо это можно сделать незаметно – с помощью неслышного прикусывания зубами кнопки на гарнитуре под шлемом. – У всех всегда появляются вопросы. - Именно. Кто дал тебе эту информацию, Мервин? – Лоуэлл напрягся. - Сирена, - сдал я паршивку. – Она мне должна. - Не верю, - отрезал лидер ЧВК, бойцы которой выдвинулись из темноты, беря меня на прицел. Умная система костюма сама подсчитала цели и, как смогла, подсветила их все – всего тридцать засечек, включая пятерых снайперов, чьи прицельные комплексы для датчиков были как на ладони. – Кто ты такой, «Мервин»? Почему скрываешься? Сколько на тебе грязных дел? Отвечай. Или мне придётся выбивать ответы силой. Сбоку щёлкнул предохранитель. Чуть повернув голову я заметил сержанта, который целился в меня из новенького «Шторма» - плода противоестественной любви штурмовой и крупнокалиберной снайперской винтовок. Эта дура, вообще-то, предназначена для установки в ДОТы, там, на танки… А он её в руках держит. Экзы не видно, модификаций тела, вроде, тоже – те сразу на тепловизоре под нагрузкой чуть ли не светиться начинают. Ещё один Паранормал? Что ж вас повылезло-то? - Руки вверх, - тихо произнёс боец, будто извиняясь. – Не вынуждай нас применять силу, Мервин. - Да, хорошо… - Я поднял руки повыше, затем качнулся, будто от смещения баланса. Руки удобно легли на край висящего за спиной щита. Дальше движение получилось идеальным, будто каждый день отрабатывал – прокрутившись по часовой стрелке, я гранью щита сбил ствол «Шторма» в сторону, присел на одно колено, разминувшись с крупнокалиберной пулей от снайпера на три часа, и запустил щит в главного противника здесь. Стоит признать, охрану Лоуэлл подобрал хорошую – хоть ценой своих жизней, но они его спасли, приняв удар на себя. Щитом снесло обоих, а, поскольку бил я на поражение, этих точно можно вычёркивать – с кусками рёбер в лёгких долго не живут. Дальше в ход пошли дробовики, чьи длинные чехлы распахнулись от небольшого усилия. Первые выстрелы – с сюрпризом: вместо пуль или дроби там небольшой шарик из магния, в оболочке-замедлителе. Хлопок – и большая часть противников пытается рефлекторно сберечь глаза, а значит – отводит оружие. Почти та же проблема возникла и у снайперов, пусть и в меньшей степени. Я перекатился вперёд, как положено, кувыркнувшись через плечо – не в первый раз уже такое делать приходится. Раздатчик в это время, отработав по скрипту, выбросил все десять турелей в воздух. А я уже оказался на месте, по пути сбросив дробовики на пол. Лоуэлл, конечно, был опытным бойцом, которого время вряд ли подкосило, но когда на горле уже сжимается абсолютно надёжная хватка владельца экзоскелета, против которого теперь даже пуля в голову не поможет – опыт как-то перестаёт котироваться. - Стой, - прохрипел глава ЧВК, но я только перехватил его второй рукой за одежду, игнорируя треск ткани, а затем развернулся на месте, отгораживаясь им от пришедших в норму «Стражей». - Только дёрнись, - пообещал я, тихо радуясь, что крупнокалиберные пули снайперов, выстреливших рефлекторно, либо ушли мимо цели, либо чиркнули самым краем, уйдя в рикошет. – Будут нового главу выбирать. Командуй отбой, или я продолжу дебош. - Стволы в землю, - уже спокойней скомандовал Лоуэлл. Похоже, ушлый вояка сразу понял – мог бы – закопал сразу и всех. Если договариваюсь – шанс на мир ещё есть. – Что дальше, Мервин? - Снайперы тоже, - бросил я, наблюдая, как перешедшие в предбоевой режим турели обшаривают штурмовиков тонкими лазерными лучами и замирают, не спеша выключаться. – Все пятеро. Сержант – положи игрушку. Аккуратно. И знай – придушить твоего Босса я и без головы успею. Александр продублировал мой ультиматум. Его, что удивительно, послушались. Ну, теперь и поговорить можно, наверно. - Что за бред? – обрисовал я ситуацию собеседнику. – Я ведь знаю, как ты ведёшь дела. Такой херни за тобой не замечено. С чего бы сейчас? - Нужда заставила. – Лоуэлл скривился так, словно проглотил лимон. – У нас завелась крыса – нападение в клубе это подтвердило. - И ты, разумеется, подумал на меня. – Сдержать сарказм было выше моих сил, и динамики костюма в его выражении мне не помешали. – Конечно, кто же ещё может быть предателем? Только найденный ВКА Специалист, меньше месяца назад вернувшийся из района экватора. Специалист с хорошей репутацией, одиночка – конечно же, он знает, чем постоянно занимаются великолепные «Стражи Туннелей», только об этом и думает, не иначе! И теперь, получив контракт, где имя охраняемого лица указано мелким шрифтом на третьей странице – разумеется, он сдаст всю операцию какому-то ренегату. Куда же без этого, Лоуэлл?! - О тебе никто ничего не знает, Мервин. – Глава ЧВК выкладывал факты спокойно, словно выигрышные карты. – В общедоступных базах тебя вообще, считай, нет. И когда террорист лезет не в тот клуб, который сливали как «дезу», а именно в тот, где и в самом деле сидит его цель, которую охраняет, к слову, непонятный наёмник, о котором все знают только имя и некий «стиль» - я начинаю нервничать. - Я-то тут при чём? – удивился я, впрочем, не выпустив до конца горло собеседника. – Я его вообще грохнул, причём – без потерь у вас. - Очень похоже на постановку, Мерв. Ты снёс его просто как по писаному – остановил, зафиксировал, скрутил. И взведённые гранаты тоже в «норматив» впиши как бонус. Вот и возникает вопрос – а чего это нам так упорно демонстрируют высший класс? - Да ты больной, Алекс. – Мне хотелось сплюнуть. – Если ты и твои солдатики работать не умеют – не завидуй тем, у кого получается лучше. Что мне теперь, как инвалиду бегать? Стрелять разучиться? Или, может, экзу снять, чтобы все сразу поняли – Мервин просто слабак, а значит – ну уж точно никакая не крыса? - Твои реакции тем более подтверждают мою правоту, - выдавил из себя хмык мой собеседник. - Настоящий идиот, - процедил я. Ситуация бесила донельзя. – Что мне – покаяться во всех грехах только из-за твоих подозрений? Ты зажрался, друг мой. Ты ещё жив, клиент, как я полагаю, тоже – какие тебе ещё доказательства нужны? - Так я ж тебя вычислил, - пояснил этот… гений от извращённой логики. – И теперь тебе не утечь. Осилишь войну со всей ЧВК сразу? - А хоть бы и да! – Рявкнул я. Слишком уж допекла меня вся эта ситуация. Я, можно сказать, с самого начала и до попытки моего захвата был белым и пушистым – работал хорошо, сторожил, трупов не допускал. Считай, месяц, как столб, стоял там, где поставят. Пусть и очень агрессивный столб – никто левый мимо не прошёл. Но ведь работал как положено. А взбрело одному идиоту в голову – и всё, захват, наезд, разборки. – Понеслась! Турели, которые раздатчик выложил овалом по пути моего кувырка, открыли огонь. Минус десять человек, перенос огня. Первый снайпер взял меня на прицел – а я закрылся Лоуэллом. Второй залп, второй десяток. Штурмовикам бежать некуда – укрытий тут нет, а темнота моим пушечкам не помеха, да и стреляют они быстро и точно, а вот в них попасть – задача посложней. Всё, снайперы кончились. Третий залп. Прошло около четырёх секунд, а в ангаре стало гораздо тише. И гораздо менее людно. Тушки за людей не считаем, естественно. - Весело. Есть ещё? – уточнил я у пытающегося прийти в себя после встряски Алекса. – А то как-то быстро кончились. - Совсем… кха… крыша съехала? – спросил в ответ этот самоубийца. – Я ж тебя из-под земли теперь достану. - Плохой из тебя дипломат, - оценил я угрозу. – Но хороший живой щит. Я ведь не соврал сержанту. У меня большой опыт, в том числе, в войне с толпами безмозглых папуасов. Твои ребята по интеллекту, видать, недалеко от них ушли. Последний шанс, Алекс. Не испытывай моё терпение. -… Хорошо. – Лоуэлл поник, опустив голову, повиснув на руке. – Перевод я завершу. Но «персону» на нашей территории на тебя вывешу. Ты опасен. - Правильные комплименты делаешь. – Встряхнув потерявшего весь настрой «волчару», я поставил его на землю. – Материалы по делу я тебе скину – сам рой, кто у тебя «стучит». Мои размышления прервал нарастающий равномерный гул. В редкие щели в стенах и потолке ангара пробились резкие и острые лучи прожектора, явно установленного на чём-то летающем. Затем, после короткого шипения, началась трансляция объявления: - Мальчики, хватит бузить! – Заявил слишком хорошо знакомый мне женский голос. – Правоохранители волнуются. Когда они много волнуются – у них трясутся ручки и выпадают волосы, а такие некрасивые и нервные собеседники меня расстраивают. Намёк ясен? Откинув Лоуэлла подальше, я переключил свой КПК, выходя на частоту ЧВК, принадлежащей Ханне, подключил микрофон и выдал самый очевидный ответ, который вертелся на языке ещё с дневной встречи: - Сирена, драть тебя ПЗРК, «Туннельники» меня чуть под монастырь не подвели, под крысу подписали. Я свои проблемы решаю сам, а чужие – за хорошую плату. Уводи «леталку» и пришли за мной машину через полчаса – как раз порешаю все вопросы. - Охренел, Мерв?! – от возмущения бывшей наёмницы аж стены задрожали. – Яйца отстрелю! - И это после всех отношений, что нас связывают? – выбросил я в эфир её же слова. – Совсем ты меня не ценишь. - АРГХ! – мегафон на висящем снаружи транспорте вышел из строя, не в силах пережить изливаемой из него истинно женской ярости. Вот уж, действительно, Сирена. Только не та, мифическая, а вполне обычная, пароходная. Садистка, истеричка, отмороженная на всю голову беспринципная сука. Что ж я тебя всё не прибью-то никак? Вот уж действительно, корень всех бед моих.