Русалок не существует!

— С… Спасибо, Чимин-и… — Ахре… Ну вы… Я просто в… Как это?! — выразился Юнги, чуть ли не подскакивая на ноги. — Ты привёл его в чувства меньше, чем за минуту! Пак Чимин, я требую объяснений. Ты с каких пор профессию психолога освоил? Донсен отпустил Сокджина, легко и непринуждённо вставая возле шокированного хёна, успокаивающе кладя руки ему на плечи, как обычно с ним это делал Ким-старший. — Спокойнее, Юнги-я… — молвил Пак, продолжая манипулировать старшими посредством «ангельского взгляда». — Это было не трудно. Джин-хён просто сокровище для такого внимательного существа, как я. Мне было скучно в пути, вот я и анализировал его слова в совокупности с действиями по отношению к каждому из нас. Поэтому «изобразить» психологический портрет нашей семейки с предписаниями на «оборотной стороне» как с кем следует обращаться и кто в чём больше всего нуждается… Большого труда не составило. — И вот это ты тоже у Джин-хёна подсмотрел? — более спокойно спросил мужчина, намекая на руки Чимина, находившиеся теперь уже почти вокруг шеи мага, легко массируя затёкшие за день мышцы старшего. Склонив голову вбок, младший обезоруживающе улыбнулся, но даже и не думая прекращать своё занятие. Это был словно отвлекающий манёвр… Против которого Юнги совершенно ничего не имел. — Я действительно очень внимательный, хён, — промурлыкал лисёнок, скользя двумя пальцами по груди колдуна. — Волей-неволей научишься подмечать мелкие детали, когда проведёшь наедине с самим собой триста лет. Джин слегка надавил себе на виски с двух сторон, чтобы унять головокружение. Но затем он невольно обратил внимание на Намджуна, который безмолвно наблюдал за старшим, пытаясь незаметно убрать арбалет куда-нибудь подальше. Мысли пришли в порядок, память прояснилась, и лучше бы этого не происходило… Колдун уронил голову в руки, когда пазл из недавних событий сложился в идеально точную картинку. — Чёрт побери… Я опять сделал это?.. Тэхён с Чонгуком синхронно замотали головами, в попытках успокоить старшего. Мол, нет, всё в порядке, тебе не стоит ни о чём беспокоиться. Они бы могли попробовать словами донести до друга эту истину… Но парни всё ещё отходили от шока после недавних событий, так что составить корректное предложение не выходило. Джин вновь посмотрел в сторону Намджуна, нервное состояние которого было заметно даже невооружённым глазом. Ещё одно доказательство в пользу того, что старший так и не научился контролировать себя и свои эмоции. Волшебник встал на ноги, опираясь рукой на ближайшее дерево, а другой продолжая держаться за гудящую голову. Чудовище, чудовище! Каким родился, таким и остался. Что-то никогда не изменится… — Я… Я пройдусь немного, не теряйте меня… Чимин с Юнги медленно проводили взглядом старшего, мысленно ему сочувствуя. Из всей компании они, казалось, чётче всех представляли, каково их другу сейчас. Спустя несколько минут, когда силуэт мага скрылся из виду за деревьями, Мин повернул голову в сторону через раз дышащего Намджуна, по-прежнему не пришедшего в себя окончательно после небольшой перепалки с Сокджином. — Ну и что? — щёлкнул пальцами маг Огня, привлекая к себе внимание бывшего наёмника. — Поверил его словам? — Каким словам?.. — непонимающе переспросил Джун, тряся головой, будто это помогало принять реальность в её истинном воплощении. В его голове произошедшее было сшито белыми нитками, не более… Пока что. Мин по привычке закатил глаза и недовольно поджал губы. Ей Богу, он души не чаял в своих друзьях, но как же иногда хотелось треснуть этим остолопам хорошенько, чтобы перестали так туго соображать! — О том, что он скоро вернётся, — терпеливо пояснил Юнги, не срываясь только потому, что Чимин всё ещё держал свои руки на чужом затылке. — Помнится мне, в последний раз это «скоро» произошло через год. А как у тебя с воспоминаниями о том периоде? Только что обретший нормальный цвет лица колдун вновь побледнел, подрываясь с места как ужаленный. О, с этим делом у него было много связано. Упомянутый год был самым ужасным временем из всей его жизни. Хотя, казалось бы, ни войны, ни гонений… Всего лишь отсутствие рядом близкого друга. Однако… — Нет, второй раз я его так просто не отпущу! — воскликнул парень, быстро скрываясь в направлении пути старшего. Юнги с усмешкой покачал головой, предлагая оставшимся в лагере друзьям пересесть поближе к огню, дабы не замёрзнуть, пока парочка Кимов шастает по лесу вокруг. Интуиция услужливо подсказывала колдуну, что быстро их разговор не кончится. — Ну, сейчас он хотя бы сообразил, что нужно делать, — пробормотал себе под нос волшебник. Чимин придвинулся ближе к другу и положил подбородок ему на плечо. Хорошо, конечно, что дурные мысли очень агрессивно влияют только на Сокджина. Если бы на его месте был Мин, то приступы борьбы «тьмы» против «света» стали бы каждодневными, выбивающими из сил и его, и всех окружающих, желающих помочь… — Хён? — тихонько произнёс маг Воды. — А в прошлый раз из-за чего Намджун с Джин-хёном поссорились? — О, причина вам всем прекрасно известна, — ехидно ухмыльнулся мужчина, переводя взгляд на огонь. — Джун и по сей день на этой теме спекулирует. Правда теперь в сторону не только хёна, но и Тэ-Тэ, и тебя временами. — «Любят за душу, на гендер смотреть глупо»? — хором произнесли друзья, недоумённо переглядываясь. Ну и Намджун, ничему его жизнь не учит… Мин пожал плечами, поднимая с земли карту, которую так старательно рисовал Сокджин. — Джун никогда сообразительностью в отношениях между существами не отличался. Но тогда сей факт вышел боком нашему «умнику». Джина немного переклинило, и картина, которую я застал, была идентична тому, что хён сотворил с «начальником» лагеря контрабандистов этим утром. «Бзик» Сокджина остановить куда проще, чем вернуть «к пульту управления» светлую его сторону разума после добровольной передачи власти над телом тьме, поэтому всё завершилось хорошо. Но хён так корил себя за то, что причинил Джуну боль… Он так же пошёл «прогуляться» и не вернулся. Мы встретились спустя год, даже чуть больше… Ох, мне стольких усилий стоило убедить его в том, что всё в порядке и мы ни капли не сердимся, тем более Джун, который по сути-то дела сам виноват. Пак присвистнул, исподтишка заглядывая в карту, находящуюся в руках старшего. Это всё так запутанно и сложно… — Да, чувствую, меня вам не хватало, — игриво сказал Чимин, касаясь плечом спины старшего. Фраза донсена вынудила Мина улыбнуться. Опустив карту на колени, Юнги освободившейся рукой потрепал паренька по ярким волосам. Он ведь чувствует, как тот старается поднять друзьям настроение. Почему бы и не поощрить приятеля за это? К тому же, у него неплохо получается… — В этом ты прав, малыш. Твои способности успокаивать окружающих… Очень бы нам в то время пригодились. Но прошлое не изменить, а вот будущее ещё есть возможность подправить. Так что внимательно смотри на карту, нужно построить наиболее удобный маршрут… — он поднял взгляд на возящихся с вещами Тэхёна и Чонгука. — И вы в сторонке не отсиживайтесь. Давайте, идите сюда, быть может, и в ваших головах появится какая-нибудь гениальная идея… Пока четвёрка разношёрстных магов решала проблемы построения пути, Намджун следовал по следам удивительно быстрого хёна. Но от мага Земли так просто не скрыться. Удобная способность, однако. Если разыскиваемое тобой существо не парит в воздухе, то вычислить его местонахождение — дело девяти секунд. Поэтому Джун точно знал, куда направляется, но чувствовал, что должен спешить. Сокджин находился на небольшом лесном лужке, по периметру которого природа «разбросала» васильки и колокольчики. Самые простые цветы, с одной стороны. На рынке их задорого не продать, в зельях и отварах не использовать. Ведь именно с такими мыслями люди проходят мимо девственного луга? Встретить эти цветочки можно где угодно, ими никого не удивить. Но как они прекрасны сами по себе… Волшебник опустился на колени возле колокольчика, по листику которого ползла божья коровка, и уголок его губ невольно дёрнулся. Неосквернённая людьми природа… Если бы в его голове и мыслях было так же «чисто»… Намджун остановился около плакучей ивы, не решаясь подойти к потерявшему бдительность хёну. И что ему теперь делать? Джун — не Чимин, он не чувствует, что необходимо сказать существу в тот или иной момент. «Всё в порядке?» «Могло быть и хуже?» Просто прекрасные варианты, верх гениальности. Всё-таки ораторское искусство Намджуну в жизни не постичь… — А в чём-то он действительно прав… — прошептал Джин, медленно ведя указательным пальцем по лепестку василька. — Жизнь — это наказание за все свершённые в прошлом грехи… И пока их не искупишь — освобождения не заслужишь… По спине мага Земли пробежали мурашки. Да, «говорить» он не умел, зато слышать научился прекрасно. И то, что скрывалось за такими простыми словами старшего… Ему откровенно не понравилось. В горле пересохло, руки начали мелко подрагивать, дыхание участилось. Но апогеем стали солёные капельки, скользящие по лепесткам цветов, растущих у коленей Джина. Вина, сожаление и скорбь… Вот три компонента, которые рано или поздно, но сведут почти что тысячелетнего мага в могилу… Беззвучно подойдя к хёну, Намджун убрал руки за спину, чтобы не выдавать свой страх. Жаль, что своё лицо ему под маской не спрятать. — А ты жаждешь освобождения? — непослушным голосом, но старательно имитируя спокойствие, спросил волшебник. Сокджин ахнул и упал на траву, машинально отползая на несколько сантиметров от приятеля. Ну не ожидал он, что? Его застали врасплох, вполне себе естественная реакция на нежданное появление донсена. — А ты уже не доверяешь мне?.. — грустно усмехнулся мужчина, стирая мокрую дорожку слёз со щеки. — Я доверяю. Просто не хочу, чтобы ты «случайно» вновь исчез, — произнёс Джун. — Ты ведь понимаешь, что это не решение проблемы? — Неужели? — удивлённо хмыкнул Джин, вставая на ноги. Голову по-прежнему кружило, а желудок сводило судорогой после пережитого, но старший стоически держался. Одно дело жалеть себя наедине с… самим собой. И совсем другое — потерять лицо перед своим донсеном. Это было бы ну уж совсем унизительно. — Это говоришь ты или твой страх? — Считай, что у нас равноправный дуэт, — немного осмелев, Джун скрестил руки на груди. — А ты сейчас говоришь, как последний эгоист. Делаешь вид, что всё в порядке… Как и в прошлый раз. Но что случилось тогда? Ты просто исчез! На тринадцать месяцев исчез! — парень сам удивился своей внезапной вспышке обиды, но удержать её в руках никак не удавалось. Любая энергия требовала выхода… — А хоть на секунду ты задумался, что будет с нами без тебя? Ладно с нами, что будет со мной? Ты был так нужен мне, но сбежал! Мы искали тебя повсюду, и почти что смирились с тем, что больше никогда тебя не увидим, а ты просто где-то прятался! — И ты меня называешь эгоистом?! — от такого резкого вопроса миролюбивого Джина Намджун непроизвольно сделал шаг назад. Оступившись, парень грохнулся на землю, ощутимо ударяясь запястьем о торчащий камень. — Себя бы послушал! Всё «Я», «мне», «меня». Говоришь, я не думал о том, каково вам будет без меня? А ты хоть раз пробовал себя представить на моём месте?! Задумывался ли ты о том, как мне было больно смотреть на тебя после всего произошедшего, ведь всё это — полностью моя вина? Знал ли ты, что я тоже страдал, пока прятался в разных странах от вас, в попытках оградить родных существ от опасности, причиной которой являюсь я сам? Можешь ли ты представить мои чувства в момент осознания того, что я причинил боль любимому мужчине?! По резко распахнувшимся глазам младшего Сокджин понял, что сболтнул кое-что лишнее. Умерив ярость, которая могла вновь пробудить его «тёмную сторону», волшебник отвернулся, незаметно заламывая пальцы на руках. Помня все колкие фразочки в свой адрес от мага Земли, хён мысленно смирился с тем, что, если он намерен остаться с ребятами, то теперь их станет в тысячу раз больше. Если Намджун вообще не побоится с другом разговаривать… — Каждый совершает ошибки, Джун-и, — на выдохе произнёс волшебник, потирая влажные глаза. — От них никто не застрахован. Что уж поделать, если у нас с тобой разные взгляды на одни и те же вещи? Столкновение мировоззрений никогда не проходит «безболезненно»… Давай… Просто забудем об этом?.. Намджун осторожно поднялся на ноги, боясь отвести взгляд от расстроенного и взвинченного хёна. Услышанное стрелой врезалось в разум мага и теперь «забыть» такое было невозможно. — Боишься, что подкалывать начну? — ненавязчиво поинтересовался парень. — Ха. Не начнёшь, а продолжишь, — шмыгнул носом волшебник, поднимая голову к небу, чтобы сдержать выступившие снова на глаза слёзы. — Сколько лет я практически ежедневно слышу в свой адрес разные интерпретации одной и той же иронии? Знаешь? Шестьсот пятьдесят два года. Не думаешь, что мои «опасения» вполне обоснованны? Несмело подойдя ближе к колдуну, Намджун развернул друга на себя за плечо, вглядываясь в раскрасневшееся, но по-прежнему прекрасное лицо Сокджина. Без очков так чётко видно его глубокие и умные глаза, в которых отражались все прожитые годы… А искусанные полные губы, приоткрытые в попытке не потерять сознание из-за недостатка кислорода… — Хён, ты знай… — робко начал парень. Слова в голове путались, думать было сложно, но Джун «не сдавался». — Шутки в твою сторону… Всё это самозащита, не более. У меня и мысли не возникало обижать тебя, правда. Просто я думал… Если относиться к этому с иронией, то окажись шутка правдой… смириться будет легче… Ким-старший удивлённо изогнул бровь, теряясь в собственных эмоциях. Он бы снова счёл это идиотским подколом на излюбленный манер друга, но его серьёзное и виноватое лицо убеждали старшего в искренности произнесённых слов. — Шутки про то, что мне жениться поскорее нужно, относить в эту же категорию? — уточнил Сокджин. — И ставить их на первое место, — с готовностью кивнул Джун, неосознанно прижимая ладонь хёна к своему сердцу. — Мои слова на эту тему… Я же понимаю, что рано или поздно, но это случится… Те подколы — последняя попытка не сойти с ума. Мх… А ведь даже в этих шутках я не могу действительно представить тебя с какой-то девушкой рядом… Мне больно… — волшебник виновато опустил голову, а хён ощутил, как руки младшего дрогнули. Точно как тогда, в ситуации с арбалетом. — Я понимаю, что тебя это могло обижать… — Лишь изредка, — пожал плечами Джин, сокращая между ними расстояние практически до несущественных сантиметров. — Не расстраивайся, Джун-и. Не женюсь я ни на ком, я останусь с вами. Как правильно говорил Чимин, вы — моя семья. Я её основал, я её создал. И бросить вас одних на растерзание такому враждебному миру? Ну уж нет, не в этот раз. К тому же, не нужен мне никто. Всё, что необходимо для счастья, находится рядом со мной. Намджун медленно выдохнул, прикрывая глаза. Что ж… Раз так, остаётся надеяться на лучшее… Подавшись вперёд, парень несмело коснулся чужих губ своими в робком, детском поцелуе. Ни на что не претендующее действие, в общем-то. Как же волшебник удивился, когда хён не только не оттолкнул его, но и ответил на поцелуй! Действия старшего были куда смелее. Одной рукой обняв парня за шею, колдун запустил другую в тёмные спутанные ветром волосы, млея под прикосновениями младшего к собственной талии и спине. После стольких лет мечтаний… Происходящее волей неволей казалось сказочной фантазией… — Я люблю тебя… — немного отстраняясь прошептал Намджун, прислоняясь лбом ко лбу хёна. — Поверить не могу, что говорю такое… Но я действительно люблю тебя… — Долго же ты думал… — робко улыбаясь произнёс Сокджин, хитро щуря глазки на манер Чимина. — Однако не передать словами, как я счастлив это слышать… Продолжая обнимать любимого, Джун нежно потёрся носиком о щёку волшебника. Хотелось, чтобы этот момент длился вечно, но… — Ребята могут потерять нас, нужно возвращаться… — еле слышно пробормотал парень, выпрямляясь, но не отпуская из рук хёна. — Ты прав, нужно… Но дай мне ещё одну минутку. Я хочу быть уверенным, что это не сон… — попросил Джин, вовлекая мага Земли в новый, долгий и чувственный поцелуй.