Русалок не существует!

Жизнь падёт

— Какая сила… О таком подарке Судьбы я мог только мечтать.

И Смерть будет опьянена властью

— Тише-тише, малыш. Будет небольно.

Мир потеряет равновесие и воцарится в нём Хаос

— Стоп, минуту… Так не должно быть!

Если погибнет колдун, познавший благословение Удачи

— Прости меня. Прощай…

— Джин-хён! Мужчина резко распахнул глаза, пытаясь восстановить сбившееся тяжёлое дыхание. Руки волшебника немного подрагивали, с лица крупными каплями стекал пот, а в голове была полная неразбериха. И только спустя практически минуту он понял, что лежит на полу в окружении своих не на шутку перепуганных друзей. — Что?.. Что со мной случилось?.. — осипшим голосом спросил колдун, чувствуя, как кто-то осторожно садит его, держа со спины в надёжных объятиях. Сидящий слева Чимин чистым платком стёр грязь со щеки хёна, поскольку полы в этом заведении не мыли последние четыре недели. На его лице было высечено очевидное волнение за волшебника, отчего Сокджин похолодел. Или почти из-за этого… — Убедившись, что барьер выдержит напор торнадо, вы с ребятами вернулись в магазин. Ты решил посмотреть на бумаги, которые лежали на расчётном столе торговцев с чёрного рынка, взял одну из пожелтевших рукописей. Что-то прочитал и… упал. Тебя трясло, ты говорил на каком-то другом языке, а листок в твоих руках загорелся и обратился в пепел за считаные секунды. Хосок отвёл Гук-и с Тэ наверх, чтобы в случае чего они не помешали… — голос младшего сорвался. — Мы так испугались за тебя… — Дьявол… — простонал Сокджин, закрывая лицо дрожащими ладонями. — Ребята, простите, что заставил вас… Нервничать… Это было пророчество. Не так уж и часто я могу видеть настолько бескомпромиссное будущее, пусть и чертовски непонятное. Такое уже происходило со мной однажды, но тогда я… Не совсем со мной, в общем. — Понятно. Твоя тёмная сторона приняла первое пророчество на себя? — цокнул языком стоящий на одном колене справа Юнги. Он выглядел более равнодушным, чем Чимин, но Ким-старший прекрасно знал, что спокойствие это напускное. В обществе большого скопления существ Мин никогда не уберёт маску безразличия с лица. — Есть всё-таки плюсы в раздвоении личности. — Хён, как ты? — услышал у своего уха Джин обеспокоенный низкий голос, чувствуя, как его поднимают на ноги, но не отпускают из объятий. — Спасибо, Джун-и, всё уже в порядке, — слабо улыбнулся пророк, накрывая чужие руки у себя на груди холодной ладонью. — Просто устал немного… Не переживайте, к тому моменту, как смерч пройдёт, я уже буду совсем на ногах и мы продолжим путь. Юнги с сомнением прищурился, но Сокджин не обратил на его скептицизм никакого внимания. Взгляд колдуна был направлен на по-прежнему волнующегося Пака, нервно перебирающего пальцами платочек в руках. Лишь сейчас старший понял, как важно было принять Чимина в их семью. Истина, которую мужчина практически вдалбливал в голову окружающим его друзьям, сработала в их пользу. Волшебник не должен оставаться один… Как предусмотрительно было убедить в правильности этого высказывания окружающих. Ведь не сделай он этого, то несколько месяцев назад прежде всего Мин-и был бы задан тактичный вопрос о его собственном желании быть членом их семьи. И ответ был бы явно отрицательным в силу враждебной настроенности. А благодаря убеждениям Джина Чонгук с остальными просто поставили мальчика перед фактом. И насколько же это было правильное решение… — Что-то не так, хён? — обеспокоенно спросил пепельноволосый парнишка, чуть касаясь чужой руки. Словно очнувшись, пророк отрицательно покачал головой, о чём впоследствии почти сразу же пожалел. Но нельзя, нельзя выдавать своё состояние ребятам, ни к чему им сейчас переживать… — Нет, всё чудесно, — легко улыбнулся старший, прикрывая глаза. Умение играть на публику, доставшееся ему от тёмной стороны сознания, сейчас очень выручило волшебника. — Идите, успокойте остальных, я в норме. Маги враждующих стихий мельком переглянулись, пожали плечами и скрылись на втором этаже. Намджун в свою очередь посадил хёна на небольшой диванчик возле окна, чтобы Сокджин хоть чуть-чуть пришёл в себя после вполне себе стрессовой для организма ситуации. Ему ли не знать, как сейчас волшебнику тяжело и плохо. Но пожалеть любимого он всегда успеет, а вот разобраться с причиной «спектакля»… — Не могло тебя так просто посетить пророчество, — утвердительно произнёс младший, вставая на колено перед магом и беря его руки в свои, осторожно сжимая их для захватывания полного внимания собеседника. — Не надейся, я помню, как ты мне рассказывал о тонкостях своей магии. Чтобы увидеть пророчество, касающееся определённого существа, тебе нужна его вещь. А для бескомпромиссного будущего — слова, касающиеся его участников, — Намджун был серьёзен, как никогда. — Хён, что было там написано? — Джун-и… — прошептал мужчина, качая головой. Ему всегда было трудно говорить на темы своего дара, но сейчас выбора другого не предоставлялось. — Всё очень плохо. И когда я так говорю, то это значит, что всё действительно очень плохо. Колдун сел рядом с волшебником и обнял старшего за плечи, успокаивая любимого и предотвращая подкрадывающуюся истерику. Не каждый день увидишь такого напуганного хёна. Сокджин доверчиво прижался к груди парня, зажмуриваясь в попытках стереть из памяти хотя бы образы, если уж не суть прозвучавших в голове слов. Отголоски будущего продолжали вспыхивать в сознании пророка, но так происходило неспроста. Это тёмная сторона сознания пыталась показать волшебнику то, чего он не смог понять самостоятельно. Однако сражённый головной болью и эмоциями, Джин игнорировал попытки другой части разума помочь. — Тот Лорд, о котором я говорил… — тихо продолжил волшебник, подавляя боль в груди и висках от переживаний. — С ним что-то не чисто. Я не вижу, кто он. Это не человек, не смертный. Но и не колдун. Вернее… Если он и владеет магией, то не такой, какую можно классифицировать, потому что я этого не чувствую. Но враг наш опасен, и… В первую очередь это касается Чимина. Намджун… Он может умереть. Положив руки на плечи Кима-старшего, маг Земли отстранился от него, ошарашенно глядя в слезящиеся глаза. Подобное услышать бывший наёмник уж точно не ожидал. К тому же, сказал это старший совсем не в шутку и без злого умысла. Серьёзность интонации собеседника пугала Джуна больше всего. — Как?! — вырвалось у волшебника, еле придерживающегося цензуры в собственных мыслях. — Джин-и, что ты увидел? — Пророчество, — пожал плечами колдун, шмыгая носом. Не очевидный ли ответ? — Самое обыкновенное пророчество с элементами будущего, которое точно произойдёт. Я видел то, что ждёт нас в замке этого Лорда. Не полностью, лишь… Лишь… Я не могу, Джун, я не могу, это просто ужасно… — пророк замотал головой, снова оказываясь в объятиях парня, на сей раз старавшегося успокоить друга. Донсен и сам теперь был до чёртиков напуган, но нельзя полностью отдаваться панике. Нежно гладя любимого по спине, Намджун старался вернуть своему голосу уверенность. Его Джину сейчас как никогда нужна поддержка, иначе никаких объяснений маг Земли не добьётся. А «расшифровка» словам хёна просто необходима, ведь тема серьёзная. Вопрос жизни и смерти. В буквальном смысле. — Попробуй хоть вкратце объяснить, родной… — мягко молвил Джун, целуя своего парня в висок. — Нам нужно знать то, что стало известно тебе. Мы должны быть готовы к неизбежному исходу. Успокойся, соберись с мыслями… Всё будет хорошо, хорошо… Беззвучно сглотнув, мужчина кивнул, прекрасно понимая, что волшебник отчасти прав. Хоть кому-то необходимо знать, что же ждёт их там. Но вот насчёт части о том, что «всё будет хорошо», пророк искренне сомневался. — Глаза мне прожигали строки пророчества. Именно тот текст, что находился на свитке пергамента в моих руках перед падением. Откуда-то контрабандистам было известно… Это. Любое пророчество — абстрактные словесные предложения, если их не растолковать в верном направлении. Я не повторю тебе эти строки вслух, иначе… Повторится та сцена, что напугала вас сегодня. Но я видел, как Чимина привязали к вертикальному столу. Видел, как иглы Муарья пронзают его запястья, сгибы локтей, предплечья и шею. Потом туман… Разбитый бутылёк… И этот Лорд прощался с ним. Странно, в его голосе было неподдельное сожаление… Он явно не хотел, чтобы это произошло. По его словам… Я не смог понять, но этому чудовищу многое о нашем мальчике известно. Однако хуже всего не смерть Мин-и, как ни странно. Джун-и… Он действительно последний маг Воды. Никого больше из представителей силы этой Стихии в нашем мире не осталось, эти трусы предали родной дар. И если Чимин умрёт, то Вселенная потеряет равновесие, уже кое-как балансирующее на краю пропасти Хаоса. В таком случае… Погибнет Жизнь. И, если честно… Мне страшно… Продолжая гладить хёна по спине, Намджун наспех анализировал слова старшего. Выходит, если Чимин окажется в замке Лорда, держащего в своих руках контроль над всем чёрным рынком этого мира, то он однозначно погибнет. А вместе с ним и… Нет… Нельзя этого допустить! Должна быть зацепка, должно быть хоть что-то… — А… если оставить Чимина здесь и пойти к этому Лорду вшестером? — скороговоркой произнёс маг Земли, заглядывая в красные от слёз глаза напротив. Но Сокджин беспомощно покачал головой, зажмуриваясь, будто избегая зрительного контакта с парнем. Правила Мироздания непреложны. Их надо соблюдать… Даже если дело касается жизни родных и близких. — Любимый, будущее, которое я увидел — неизменно, — хрипло изрёк колдун, в очередной раз пытаясь развидеть строки пророчества, которые так усердно не давала забыть «тёмная сторона». — Даже если мы его тут оставим, Мин-и всё равно непременно окажется в замке одновременно с нами. Сам ли придёт или его насильно туда доставят… Результат один. — Тогда, возможно… — в следующих своих словах Намджун отчего-то вдруг сам засомневался. Предчувствие было плохое… — Стоит его предупредить об опасности? Сердце Сокджина болезненно кольнуло и мужчина зарылся пальцами в свои волосы, немного сжимая их. За что ему подобный дар?! Это же такой мазохизм — знать, что произойдёт, но не иметь и крохотного шанса помешать страшным событиям. А Тьма тем временем упорно игнорировалась Светом… — Запрещено… — сдавленно прохрипел волшебник, кривясь от боли. — Нельзя, опасно… Джун, никто не должен знать собственного будущего. Время — очень тонкая материя, и переплетение нитей Судьбы крепко связано с ним. Если существо узнает о том, что конкретно его ждёт — внутренний баланс жертвы будет нарушен. И… Пророк замолчал. Надолго замолчал. Перед глазами волшебника мелькали моменты из прошлого, когда ему приходилось присутствовать при… Очень неприятных происшествиях. И видеть это воочию. Врагу сего досуга не пожелаешь… Если он не тронулся умом. Маг Земли терпеливо ждал, пока хён соберётся с мыслями. Он всё равно скажет. Просто ему нужно время. Чуть больше времени… «Ненавижу тебя, упрямый осёл! Это не ради тебя, а ради него! Прекрати немедленно и подумай на трезвую голову!» — И? — тихонько подтолкнул к продолжению речи мужчины лучший стрелок прошлых веков. Джин поджал губы, немного прикусывая язык. В голове чёрт знает что, тело ломит и раскалывает на части, так ещё и в прошлое необходимо лезть насильно… Чем он провинился, что теперь так расплачивается? «Игнорированием самого себя, эгоистичный болван!» — Родной, Время очень опасно. Нельзя недооценивать его могущество, Оно равноправно Судьбе. И нарушать его запреты чревато необратимыми последствиями. Ты и ребята мне дороги больше жизни. Видеть всё это невыносимо… Но страшнее знать, что стоит мне проболтаться… Помнишь ли ты, как Юнги рассказывал тебе о закономерностях своей силы в отношении уничтожения душ? Колдун нахмурился, вспоминая подробности давнего разговора. Да, в тот день Намджун выполнил свой последний заказ и навсегда решил покончить с преступным прошлым, полностью вливаясь в новую семью. — Эм… Приблизительно, — уклончиво ответил парень, виновато улыбаясь. — Не в мельчайших деталях, но основная мысль запомнилась. — Очень рад это слышать, — уткнувшись лбом в плечо парня, Джин судорожно выдохнул, стараясь не поддаваться нахлынувшим эмоциям окончательно. Свет на Тьму менять сейчас было бы очень некстати. — Значит, ты не забыл о том, что Юнги упоминал о казнях, проводящихся до него? Чувствуя, как напрягся Джун, старший понял, что речь об этом велась, но суть давнего разговора растворилась в памяти донсена после встречи с другой стороной Сокджина. Жаль… Придётся напомнить. «Напомни себе прочистить уши и совесть, трусливый кретин…» — Шуга существует, родной… — невесело усмехнулся пророк. — Не как отдельное создание, конечно, но есть в нашем мире сила, которая создаёт души. Выяснение сего факта велось в течении многих веков, а несведующие в тонкостях магии Жизни смертные придумали сказку, ставшую легендой. Раз в несколько лет наш мир пополняется двенадцатью душами, что было высчитано моими предками и подробно описано в книге, сопровождающей меня по жизни. Да, очень повезло, что родители оставили-таки мне эту семейную реликвию… — стирая со щеки бегущую капельку пота, Ким-старший помотал головой. — Само Мироздание вынужденно таким образом поддерживать необходимый баланс. Почему, знаешь? Живущие в нашем мире существа научились уничтожать души задолго до того, как эту науку постиг Юнги. В принципе-то, это стало осуществимо ещё до того, как Юн-и вообще родился. З… За… П-прости… Намджун видел, как больно говорить его хёну о прошлом. И ладно бы это была ментальная боль, так ведь нет. Дела давно минувших веков физически истязали колдуна, но Сокджин стойко терпел. Боли всё равно не избежать, это расплата за возможность видеть будущее, которая досталась мальчику ещё при рождении. — Люди и… В общем, все создания нашего мира… Во все времена могли уничтожать души. Ты ведь знаешь, что делает Время с любым объектом? Время убивает, уничтожает… Это же происходит и с душами. В этом прогнившем социуме даже самые чистые помыслы очерняются. И в таком случае обладатель испорченной души только страдает. Если, конечно, его желания не соответствуют тьме внутреннего содержания. Что ж… Кое-кто придумал, как бороться с «сорняками» от ментального мира. Путём исследований… «Учёные» выяснили, какое влияние оказывают пророки на смертных… И не только. Такое количество опытов проходило, что ты даже представить себе весь ужас ситуации не сможешь. Но результат был достигнут. Не сказать, что подобное происходило именно с теми, на кого было рассчитано… Но пророки никогда не ограничивались своей прямой функцией. Во все времена находились мерзавцы, работающие на государство, ну и… Такие представители моей магической направленности казнили души. Видел, что устраивал Юнги? С пророками было нечто похожее, только менее мучительно. Происходила мутация линии судеб и душа умирала в течении часа, пока тело и разум сходили с ума. Жертва забывалась в эйфории иллюзии, потому как якобы знала, что «всё с ней будет хорошо». А затем… — мужчина развёл руками, что было красноречивее любых слов. Намджун провёл рукой по лицу, в полной мере осознавая кошмар истории, в которую они попали. Если они окажутся в замке Лорда с Чимином — он погибнет. Оставить его здесь, даже с кем-либо ещё — волшебник всё равно окажется там, где должен. Не идти вовсе — магическая лихорадка, которую вызовет некачественный товар чёрного рынка, поубивает большую часть смертных, а волшебников прижмут с двух сторон. Контрабандисты будут их отлавливать, а люди — казнить, якобы за вину в начале эпидемии. А попробуешь предупредить Мин-и о беде… — Значит, то же случится и с Чимином, если мы ему обо всём расскажем? — горько произнёс маг Земли, видя, как собеседник жмурится. — Да. У нас нет другого выбора, как молчать. Если бы я смог определить, что нужно делать… Ах… — волшебник схватился за голову, видя перед глазами одно единственное слово, чуть ли не прожигающее зрачки «слепца». «ЕСЛИ!» Джин резко выпрямился, широко распахивая глаза. А ведь точно… «Если!» Как же он сразу этого не заметил? Это слово так важно! Быстро повернувшись к Намджуну, мужчина схватил его за плечи и немного встряхнул. — Джун-и, я понял! — воскликнул пророк, оглядываясь в поисках бумаги и чего-нибудь пишущего. — Нам невероятно повезло. Пророчество было двойственное! Теперь я вспомнил! «И века не прошло, как понял! Радуйся, что Чимин мне симпатичен, в жизни больше ничего тебе не скажу». Маг Земли скептически нахмурил брови, глядя на подозрительно радостного хёна. Ему-то причина такой перемены настроения пророка была непонятна. Минуту назад он страдал, а тут вдруг такой взрыв энтузиазма… — Это… Хорошо? — недоумённо спросил донсен. — Это замечательно! — хлопнул в ладоши старший. — Пойми, родной, прорицание — дело, требующее точности, но само по себе достаточно абстрактное. И слово «если» внутри строк — самое важное при расшифровке ситуации. Оно даёт надежду… Парень скрестил руки на груди, окончательно запутываясь в словах внезапно очень энергичного старшего, который встал с дивана и с горем пополам добрался до расчётного стола с чистыми листками. — Ты же сказал, что будущее неизменно? — напомнил волшебник, неотрывно следя за действиями колдуна. — Будущее — да, но лишь то, которое я увидел, — торопливо пояснял Джин, уже что-то записывая и рисуя за столом. — А речь сейчас о самом пророчестве. Моё видение не предотвратить, но оно захватывает в себя лишь несколько минут, исход которых будет зависеть от наших действий. Поверь, тут и секунды способны сыграть важнейшую роль. Пока есть время… Я могу просчитать наиболее вероятные варианты развития событий. Мх… — прижав руку к голове, мужчина повернулся к дивану, на котором продолжал сидеть Джун и обессиленно выдохнул. — Только мне понадобится твоя помощь… — Не волнуйся, любимый, — немного улыбнулся Намджун, вставая с насиженного места и подходя к своему вымотанному гению Времени. Встав рядом, парень ободряюще поцеловал хёна в щёку и забрал из-под его руки листок с записями. — Ты всегда можешь рассчитывать на меня. — Спасибо, родной… — благодарно кивнул Джин, стараясь сейчас сосредоточиться на формулах времени. Но взгляд его случайно пал на оставшиеся бумаги, подписанные некогда живыми владельцами сего заведения. И цифры со словами… — Намджун, ты это видишь? Донсен взял со стола злосчастный лист, а затем поднял его так, чтобы содержание документа было видно обоим мужчинам сразу. И однофамильцы были искренне поражены информацией, изложенной на пергаменте. — «Продажи не осуществлены»? — прочитал Сокджин, приоткрывая рот. — Как… Они отбирают магию у волшебников с помощью поддельных Муарья, убивают их, но не отдают брак в продажу? — Приказ свозить «смертельную силу» в определённое место… Как раз туда, куда мы направляемся, в замок этого Лорда. Они выкашивают магов, не получая от этого никакой прибыли! Колдуны переглянулись, озадаченные одним и тем же вопросом. — Зачем?!