Skin

09.10.13, Среда

      Каким образом Слава и Влад оказались с утра перед моим домом я не имел ни малейшего понятия. Мы точно знали, что Слава жил довольно далеко – каждое утро до школы он добирался аж на трамвае. Это они же по рельсам ходят..? Я просто путал их с троллейбусами.. Похуй, в общем-то. Где жил Влад я не знал, но что-то мне подсказывало, что не где-то здесь поблизости. И хули они тогда тут забыли?       – Арсений! – завопил Слава, заметив меня. – Бля, ты тут живёшь, что ли?       – Ну типа, – проговорил я, всё ещё ошарашенный от нашей встречи, а теперь, когда ещё и начали орать..       – Бля, круто. Так близко к школе живёшь..       – Чё вы тут делали? – всё-таки уточнил я. Простите, не сдержался.       – В магаз ходили. Вот какого хуя, да? – Слава возмущённо посмотрел на меня. – На всю округу две круглосутки. Мы чё, сука, в деревне живём?       В деревне все магазины закрываются в десять, и соси хуй, если вдруг ты чего-то захочешь. Так что тут ещё неплохо.       – Шестьсот тысяч, – Влад покачал головой. – Деревня.       – А, ну да. Если город не миллионник, круглосуточных магазинов в нём не должно быть.       – Не заслужили.       – Реально.       Втроём мы уныло потопали в школу. Хотя на выходных была отвратительная погода (лужи повсюду напоминали об этом), сегодня было солнечно. Не жарко, но хотя бы не хотелось вернуться домой и уснуть, завернувшись в одеялко. Может, к полудню ещё и распогодится немного? Прогреется.. Станет ещё лучше.       Вдруг Слава заинтересованно засопел, и я отвлёкся от своих блаженных мыслей на унылое настоящее. В луже перед нами плескались два голубя и что интересно (безумно, да), полностью одинаковых – бело-коричневых. Просто обычно одинаковые голуби.. Не встречались? Хотя, возможно, ты не осознаёшь, что они одинаковые, потому что их много. Кто будет искать одинаковых голубей в их кучке. А тут чисто два. В луже плещутся, одинаковые такие. И ведь даже пятна похожие? Может, это братья какие.. В одном яйце развивались, ага.       – Это мы, – указывая на голубей, Слава прильнул к Владу.       – Да, – подтвердил тот, и Слава спокойно отринулся. Романтика, блять. Аж ебало треснуло от умиления.

******

      – Арсений, – ласково позвал меня кто-то, и тут же приобнял за талию. Вздрогнув, я обернулся в сторону голоса, но таинственный незнакомец уже обошёл меня, так что пришлось повертеться ещё немного.       – Привет, – когда мы всё-таки встретились взглядами, так же "сладко" протянул Андрей, и я наконец выдохнул. Блять, напугал..       – Привет, – хмыкнул я.       Тут же он ушёл, а я продолжил залипать у расписания, напуганный и нервный. Вот что за хуйня, блять, была только что? Хотя я примерно так и знал, что Андрей из этих. Которые любят доёбываться, ставить всех в смущающие ситуации, вести себя.. Ну, так. В последнее время я часто зависал с одиннадцатым классом на переменах, а потому имел возможность наблюдать за этими гениями. Например, если Андрею надо было протиснуться куда-то мимо тебя, он мог, завысив тон голоса, простонать "Лёша, двигай, ты большой..". Гейские шуточки прилагались тоже. С Кириллом они часто этой хуйнёй занимались. Как-то Андрей сказал, что не будет есть дома, с посылом, что он бедный мальчик, голодает. Потом Кирилл ему как-то помог и пошутил, что после уроков они пойдут в раздевалочку.. И там Андрей рассчитается. "Вот ты как раз жаловался, что ничего не ешь..", - загадочно произнёс Кирилл. Что бы это значило.       В общем, реагировать на такие приколы не стоит, наверное? Ему наскучит – он отстанет. Но блять, какая же хуйня. Ну, самое время вспомнить слова Кирилла. Мальчики друг над другом издеваются, это нормально. Все такие фразы Кирилла надо себе уже куда-то выписывать, а то и на руки набивать. Чтобы перечитывать иногда и постоянно держать в голове.

******

________________ Christina, online

О, ты начал общаться со сверстниками? Это же отлично!!

________________

      Когда сверху хлопнула дверь, я по странной привычке выключил телефон и уставился на лестницу. Кто опять?       – А чё ты её не выживешь-то уже? – голос Славы я узнал сразу. – Прости, но я реально не понимаю.       – Так звучит, будто ты её отравить мне предлагаешь.       И так же – голос Кирилла. М, личные преступные разговорчики..?       К счастью, эта парочка решила осесть сверху, и у меня была отличная возможность подслушать. Просто если бы они спустились и увидели меня, то тут же прекратили бы обсуждать всякое такое. А если бы ушли наверх, то я бы уже ничего не услышал. И не то чтобы это вопрос жизни и смерти, конечно, но.. Банально интересно же?       – Не, ну скажи родителям. Пусть сдадут её куда. В Сосновый бор там, или не знаю. В России вообще есть дома престарелых?       – Да есть. У нас тут штуки три.       – Ты уже узнавал? – заметил Слава, но ответа не последовало.       – Да чёто лень.. – вскоре пробормотал Кирилл, и Слава подорвался.       – А следить за ней тебе не лень, блять? Это унижение, оно тебе надо?       – Ну мы и договаривались с родителями изначально. Что я за ней слежу. Мне хата взамен.       – Пусть отписывают на тебя хату и выселяют бабку. Чё ты страдаешь-то из-за неё.       – Я сам подписался.. – попытался Кирилл, но Слава всё настаивал.       – Это так не работает.       Такой ваш поддерживающий друг-крыска. И что в его представлении работает не так, интересно? Кирилл сам подписался на что бы там ни было, и правда. Это договор между ним и родителями. Хотя можно утверждать, что он согласился от безысходности, чувства долга или.. Надежды, что бабка и так скоро сдохнет..? Ну всё-таки. Чисто человеческое никто не отменял, да? Не суть. Так или иначе, пусть даже Кирилл не ожидал, что ему будет тяжело или как-то не так, но он сам вызвался. Сам согласился. Пусть выполняет условия. Что значит "Это так не работает?".       И всё-таки, Кирилл не сиротка. Родители у него тоже есть, просто живут отдельно. А Кирилл обитает в квартире своей бабушки, которая, похоже, уже в овощном состоянии. И он за ней следит.. И раз Слава говорит про унижение.. Ладно, не будем. Такое не должно порицаться и высмеиваться. Но просто забавно. Такой суровый грозный мальчик, но с такими бытовыми проблемами. Хотя у персонажей вроде Кирилла обычно и есть какой-нибудь такой трогательный бэкграунд, чтобы девочки пропитывались к ним жалостью и вздыхали, ах, какие они нежные и милые. Это снаружи он такой грубый и злой, но я-то знаю, какой он внутри.. Фу, блять. Омерзительный приём, всегда его ненавидел. Ни у одной мрази не может быть ни одного оправдания своему характеру. У всех нас были тяжёлые моменты в жизни, но как-то же все человечность сохранили? А вы, блять, нежные фиалки, не выдержали и ссучились. Вздыхай ещё над вами после этого. Да пошли вы нахуй.

******

      – В полгода уже можно понемногу давать нормальную еду, – мать хмурилась, как будто старательно вспоминая.       – То есть, если годовалый ребёнок ест мясо, это не является чем-то странным?       – Нет, конечно. В два года дети уже должны быть полностью привыкшими к нормальной еде.       Интересно, сколько лет мне было, когда мать позволила мне нажраться рыбой так, что я потом чуть не сдох? Печень у меня в тот день состарилась лет на сорок, наверное? Ладно, я сам виноват. Я отлично помнил слова матери о том, чтобы я ел рыбу с хлебом. Но кому было поебать? А мне. Ну вот, бессонная ночь в страданиях мне в наказание. Слушай маму и не пизди потом. Маме же явно лучше знать, что и чем закусывать, чтобы не умереть потом?       – Короче, ясно, – хмыкнул я. – Опять кто-то выдаёт нормальное развитие детей за свои заслуги.       Мать повела головой. Типа такая "Да-а, бывает", но я прямо чувствовал, что ей похуй и она слабо понимает, о чём речь. Но я же пояснил? Женщина хвалилась, как её годовалый пиздюк жрал мясо. Но если это нормально, то чё выёбываться? Ой, ладно. Просто моя больная тема. Терпеть не могу эту хуйню.       – Все дети разные, – вдруг сказала мать, пожимая плечами. – Ты вот первые два года вообще не разговаривал.       – А.. Это плохо?       Я не так много знал о нормальном взрослении человеческих детей. Я должен был стихи наизусть зачитывать к двум годам или что? Это плохо или хорошо? Введите больше данных, bitte.       – Это ненормально, – пояснила мать. – Все врачи говорили, что к девяти месяцам дети уже начинают, ну. Пытаются повторять за тобой? К году уже знают простые слова. И ты.       Мать устало на меня уставилась.       – Ни слова за два года.       – Я просто уже тогда заебался, – хмыкнул я. – В рот ебал эти ваши разговоры.       – Знал бы ты, как я переживала, – мать покачала головой. – Уже даже решила, что ты дурачок. А потом ты вдруг заговорил.       – Чё, просто взял и заговорил?       Разве.. Не знаю, речь формируется не по принципу физических упражнений? Чем больше говоришь, тем лучше получается? Не может ребёнок, который с рождения молчал, вдруг внезапно заговорить. Или мать имеет в виду, что только в два года я начал издавать какие-то звуки? Должен был в девять месяцев, а начал в два года. Ну дурачок, реально.       – Ну, конечно, ты не сразу начал идеально разговаривать. Но.. Нормально? – мать пожала плечами. – Странно. Мне всегда казалось, речь – это тот навык, где надо практиковаться? Язык – это мышцы, всё-таки. И то, что ребёнок, который за два года не пискнул, вдруг начал говорить? Так же не должно быть?       Как забавно иногда, что мы с ней думаем в одном направлении абсолютно независимо друг от друга. Интересно, это может говорить о каком родстве между нами? Хотя бы о сходстве психотипов, или я не знаю.. Что там ещё у людей есть? Я слишком пьяный, чтобы думать о таких сложных вещах.       – Может, я тренировался, пока меня никто не видел?       Мать жалобно вскинула брови.       – Я не настолько ужасная мать, чтобы не заметить, что мой ребёнок постоянно что-то бормочет. По-моему, я вообще от тебя не отходила первые..?       Она задумалась.       – Года три или четыре? Но ты всегда был рядом. Спал у меня в спальне. Днём сидел со мной на кухне.       – И как я тебя не заебал, – ужаснулся я.       Бедные женщины, которым приходится растить детей, пиздец. Мало того, что за девять месяцев из тебя буквально выпивают все соки, так потом этот спиногрыз ещё восемнадцать лет тебя кошмарит. А то и больше. Реально, что должно быть в голове, чтобы согласиться на подобное? Хотя я слышал, что нет момента счастливее, чем приложить ребёнка к груди. Но чёто, блять.. Нажимаю "D", чтобы сомневаться. Может, я, как парень, просто не выкупаю прикола? Ведь по сути, у женщин это всё должно гормонами контролироваться? И беременность, и время после неё. Вот и все эти непонятные чувства к ребёнку, к уходу за ним.. Не знаю, блять. Как по мне, если бы женщины могли как некоторые животные – абортировать плод по своему желанию в любой момент, – человечество заметно бы поредело на всех этапах своего существования. Хуй знает, я просто отлично помнил момент.. В том нашем доме, по соседству с нами жила женщина, уже в преклонном возрасте, и периодически она со мной тусила – когда я болел, а мать где-то проёбывалась, когда она уезжала куда-то.. Ну так вот. У этой женщины было пять, что ли, сестёр и один брат. И когда я, по детской наивности, спросил, а нахуя так плодиться. Это ещё было после рассказов о том, как же тяжело жилось в те времена. Эта женщина сказала: "Предохраняться было никак". Так же я помнил, что и сама эта женщина вышла замуж по залёту, что называется.. Короче, мда. Печально всё.       – Ты молчал, – напомнила мать. – Помню, мы с тобой как-то лежали в больнице. И ёб – твою – мать. Как меня заебали плачущие дети. Но даже когда рядом с тобой кто-то рвал глотку, ты сидел молча.       Мать лениво осмотрелась, видимо, показывая меня. Забавно, что и меня нынешнего показали бы, наверное, точно так же? Годы идут, а я всё тот же. Физическое воплощение стабильности.       – "Чё?". Я, ну.. – она замешкалась. – Относительно, никогда не была против ребёнка. Но тот момент меня убедил окончательно, что ты идеальный ребёнок.       Класс. Как быть идеальным ребёнком – просто не орать. Сидите молча вообще всегда, и ваша мать будет от вас в восторге.       – Я плохо понимаю русский, – мать посмотрела на меня, уже пьяно-сонная. – Но я слышала, как некоторые матери жаловались, что от их детей и отойти нельзя, тут же начинается пиздец. Ты всегда лежал спокойно, и плевать, где мать, где кто.       – Самозанятый, получается. Ну, ты поняла? – тут же застремался я. – Само. Занятый.       Мать покачала головой.       – Да. Смешно, – хмыкнула она и отпила. Я же задумался. Не то чтобы я был знатоком, но где-то я когда-то читал, что если ребёнок не привлекает к себе внимание, это обычно значит, что он понимает, что в этом нет смысла. На него так и так не обратят внимания, и похуй тогда, чё силы тратить. Это оно? Что мать хоть и была рядом, но не было этой заветной любви и ласки, на которую дрочат все защитники святого детства. И вот он я, не получившийся у мамы? Мама не хотела, папа не старался, и вот это всё.       – То есть, – я же решил подвести итоги. – Я был не проблемным ребёнком?       Зачем мне эта информация? А хуй его знает. Может, я просто напился и искал любой способ избежать неловкой тишины. Может, я испытывал некий стыд за то, что испортил своей матери жизнь? И хотелось узнать, насколько она сама оценивает нанесённый ей ущерб. Я сильно виноват перед ней? Насколько сильно я должен себя ненавидеть? Ладно, я никогда не испытывал стыда перед ней. Всё-таки, я довольно неплохой ребёнок? Много средств на меня не уходит, я не требую себе новые айфоны, допустим, не прошу возить меня по заграницам, не выёбываюсь.. Я неплохой ребёнок? Не самый худший уж точно. Но восприятие у всех своё. Может, мать хотела бы, чтобы я с шестнадцати лет сам себя обеспечивал, например? Может, ей нужно что-то ещё? Вряд ли я смогу это обеспечить.. Но хотя бы узнаю.       – Чё за.. – но мать только напряглась. – За вопросы?       – Ну просто. Ты же не хотела детей?       – Ну как – не хотела, – мать загадочно повела головой. – Ты же знаешь, да? Что ты случайный ребёнок.       Я кивнул. Да, этот факт от меня не утаился. Не вина матери, впрочем – я просто увидел своё дело, когда мои школьные документы каким-то хуем оказались у нас дома. Там была прямо графа "Желанный ребёнок или нет". Галочка стояла возле "Нет". Прикол, так сказать.       – Эм, – матери как будто было стыдно. Что ж, хотя бы ей стыдно, да. Хотя не то чтобы я считал это за страшный грех. Ну, всякое в жизни бывает? Чё теперь, ненавидеть кого-то всю жизнь, в чём-то обвинять? Сами-то святые, конечно.       – Я хотела детей. Но просто не тогда. И.. Наверное, я была не готова растить их? Я даже рассматривала вариант сдать тебя в детдом.       Я аж вскинул одну бровь. Чё, блять? Вот это было правда неожиданно. И спасибо, мама, что всё-таки сдержалась.       – Хотя бы на пару лет, – быстро пояснила мать. – Чтобы тебя там научили ходить и говорить. Такие мелочи. Но я справилась и сама? – как будто сама удивлённая отметила она. – Хотя я всегда думала, что с детьми весело только когда они уже в сознательном возрасте. Когда ты можешь говорить с ними, отвечать на их вопросы.       О, ну это даже мило. Ну и кстати, довольно интересный случай, на мой взгляд? Интересно, многие люди хотят пропустить вот эти механические этапы в развитии ребёнка, и прийти к уже.. Как это назвать? Более философским? Когда перед тобой зарождающая, но всё же личность. И ты можешь наблюдать за её развитием, отслеживать, какие вещи на неё влияют, как, как-то влиять на неё сам..       – Насаживать им свои детские травмы, – в стакан проговорила мать, и я даже усмехнулся от того, как это совпало с моими мыслями.       – Да ладно.       Я никакими комплексами не страдал, и прекрасно понимал не только, где моя вина и нет, – но и где чужая и нет. Виновата ли мать? Что и она была нелюбимым ребёнком в семье, что она понятия не имеет, как растить детей, как проявлять чувства, что вообще делать. Да нет, конечно. И злиться на неё как минимум глупо.       – Ты.. – мать тем временем похоже совсем загналась. – Переживаешь из-за чего-то?       – Ну. Я хотел бы верить, что ты меня не ненавидишь. И вроде я чётко понимаю, что не виноват в некоторых конфликтах. Если они есть.       – Нет. Конфликтов нет. Я снова потеряла мысль.. – мать схватилась за голову. – Я не была готова к ребёнку. Но это не значит, что я его не хотела.       – Ладно, – хмыкнул я. – Хорошо. Спасибо, наверное?       Спасибо хотя бы за то, что мы это прояснили. Опять же, я не переживал и вряд ли бы стал. Но всё же. Поговорить лишним не бывает.       – Не считаю себя родителем, достойным благодарности, – мать покачала головой. – Но если всё хорошо, то ладно.       – Ага.. Ты уже всё? – заметил я. – Мы не будем играть?       Вовремя я об этом вспоминаю, но.. Чего мы тут сидим, собственно? Изначально я звал мать поиграть в Мортик. Зашпилиться, так сказать. Зарубиться. Но она была занята тем, что пила пиво, я присоединился.. И вот, всё. Никаких нам игр уже, похоже.       – Пф! – усмехнулась мать. – Нет уж. Я пойду только спать. В другой раз давай.       – Ладно.       Но я запомнил. Мать не избежит боя со мной. Я хочу проверить, изменилось ли что-то за эти два года. Стал ли я лучше.