Skin

03.11.13, Воскресенье

      – Ой, это я летом видела, – начала рассказывать Рита, аж заёрзав от возбуждения. – На лавочке сидели два голубя, самочка и мальчик..       Почему, интересно, самочка и мальчик? Не "девочка и мальчик", не "самочка и".. Самечик?       – И обычно голуби же начинают?       Рита втянула воздух в грудь, видимо, так показывая брачные игры голубей. Я, не зная, как себя вести, посмотрел на Ковальского, который сосредоточенно её слушал. То есть, это нормальное поведение? Вы с друзьями собираетесь, берёте по пивку, а потом сидите и рассказываете забавные ситуации с голубями? Так современные дети развлекаются? Ладно, запишем.       Рита продолжала:       – А тот самец так спокойно сидел рядом.       Возможно, потому, что это была самка? Хотя, может, и правда самец, просто уже поебавшийся? Не то чтобы я знал, как у птиц это всё работает. Но допустим.       – И тут к ним подлетает другой самец и начинает заниматься вот этой хуйнёй, – Рита снова подвигалась телом. – И самочка слетела с лавочки, и тот, первый мальчик, улетел за ней. Это было так мило. Как будто ей нравятся скромные мальчики, а этот как раз такой, и у них взаимная симпатия друг к другу..       Когда-нибудь люди перестанут переносить на животных собственные заёбы и комплексы, и человечество перейдёт на следующую ступень развития. Ну да ладно.       – Почему ты думаешь, что это был самец, а не другая самка? – слава богу, это спросил Ковальский. – Вдруг это на самом деле лесбияночки. Пиздец, драмы голубей-лесбиянок в Томске, спешите видеть.       Где-то здесь кто-то должен вспомнить Hatoful Boyfriend, но не будем. Не надо будить спящих собак, как говорится.       – Нет, это были мальчик и самочка.       Рита была так уверена в своих словах, будто после этой ситуации она отловила всех троих и.. Что? Провела вскрытие, чтобы посмотреть, у кого есть яичники, у кого семенники? Так, вроде, у голубей половой диморфизм не выражен. Разве что самцы покрупнее, но что, у Риты такой охуенный глазомер, что она раз посмотрела на них и сразу сделала выводы? "Это самка, это самец, докажи обратное, пидорас". "Take that!", как в Ace Attorney, да.       – У голубей же..? – Ковальский неуверенно посмотрел на меня. – Не выражен половой диморфизм?       – Нет.       Я не стал углубляться, что он есть, но малозаметный. К чему это? Меня и так уже задротом считают, ни к чему подкреплять сомнительные мнения о себе.       – О, Арсений тоже орнитолог, – хмыкнул Ковальский, отворачиваясь и как бы невинно отпивая пива. Просто так хуйню вбросил, м? Типа никто и не заметит?       – Чего? – не понял я.       – А ты не знал? – тут же запаясничал Ковальский. – Мы тут все орнитологи. У нас ещё специалитет есть. Кто по голубям, кто по страусам, кто по гусям.       Я почти закатил глаза. Специалитет, блять. Ладно, про голубей можно не спрашивать – их в городе достаточно, наблюдать за ними получается даже непроизвольно. Гусей любили рисовать в классе, так я понял? Но это было распространённое явление. Отвернись на секунду, а в твоей тетради уже появится рисунок гуся, "хуй" и свастика где-нибудь рядом. Три столпа, на которых держится десятый-А, блять. Мне, правда, ещё ни разу ничего не рисовали. Но я и в классе всего два месяца, возможно, я ещё не вклинился коллектив и не достоин? Сложно сказать. Так же и то, что не так со страусами. Может, опять какой-то местный мем? А я слишком новенький, чтобы понимать.       – Кто-то по петухам, – дополнил себя Ковальский. Наверное, это должно было быть смешно? Ковальский ещё так бровью поиграл, ну явно чтобы хоть кто-то посмеялся с его охуенных шуток. Но не на того напал. И не на ту.       Рита закатила глаза, демонстративно громко выдыхая. Очевидно, это делалось с попыткой донести до Ковальского, что он чмо и заебал говорить про это? Ну, как Рита недавно пошутила: "Если Ковальский за пять минут ни разу не пошутил про еблю, вероятно, он сдох". Похоже, в этой шутке намного больше смысла, чем я думал.       Ковальский решил пошутить ещё:       – А ты по орлам, наверное, да?       Теперь сопел уже я. Давайте думать. Он это к тому, что на гербе Третьего рейха был орёл? Да? Или да? Я нацист, он думает? О, ну конечно.       – Смешно, – прокомментировал я, тоже отворачиваясь и проверяя свою банку пива. Которая уже опустела, к моему великому сожалению..       – Кто пошёл за пивом, кстати? – спросила Рита. Видимо, заметив мой грустный вздох над пустой банкой? Ну или Рита сама была расстроена из-за того, что у неё тоже уже ничего не осталось. А то чё это я думаю, что все думают только обо мне, и следят за каждым моим вздохом.       – Кирилл?       – Кирилла больше нет, – обиженно фыркнул он. – Я звал Артёма. Ну и Кирилла вместе с ним. Но Артём такой: "Бе, не пойду, не хочу". Пидорас, блять.       Первое упоминание имени самую малость меня затриггерило, но потом речь зашла про Артёма и я запутался, а потом успокоился. Не один же Кирилл в этом мире существует, правильно? Вероятно, сейчас имеется в виду какой-то другой. Раз Ковальский звал Артёма 'и' Кирилла. Он не стал бы сталкивать их, так..? Это опасно. Это нельзя.       – Нельзя же, блять, сказать, "Иди побухай с моими друзьями и купи им пива"? – продолжал возмущаться Ковальский, и я подтвердил для себя свои мысли. Да, другой Кирилл. Какой-то друг Артёма, и взрослый, раз может беспрепятственно покупать алкашку?       Вообще, Ковальский впервые на моей памяти говорил так обиженно и столько матерился. Я даже охуел немного. Типа, его серьёзно это так задело? Любимый мальчик не захотел идти с вами бухать, ещё и не позвал человека, который мог бы купить пива? За последнее обидно, конечно, но? Ковальский очень забавно психовал, и по очень тупым причинам. Хотя мне и самому было интересно, почему Артём слился. Типа, даже Рита пришла. Ему совсем-совсем не хотелось провести с ней время? Хотя это был не первый раз, когда Рита была здесь, а Артём сидел дома. Интересно, у них в паре никто не загоняется из-за такой хуйни? Хотя переживали бы они, никто бы и не ходил в одиночестве? Ой, ладно. Сейчас бы переживать за отношения Риты и Артёма. Нет бы за пиво попереживать..       – А ты с Кириллом сам не общаешься? – спросила Рита. – Только через Артёма?       – М. Артём всегда его звал. А мне неловко.. – строя из себя грустного мальчика, Ковальский склонил голову и сложил указательные пальцы. Правда, кривляния долго не длились.       – Ну, в итоге мне пришлось звать 'своего' совершеннолетнего друга.       В эту же секунду, как по заказу, послышался скрежет ключа в замке, и скоро в квартиру кто-то завалился, шурша пакетами и звеня бутылками. Очевидно, тот самый совершеннолетний друг Ковальского? Блин, как круто, наверное, иметь таких? Очень удобно.       – Салам ворам, – послышался голос из коридора, и Рита удивлённо уставилась на Ковальского. Очевидно, она поняла, кто пришёл? И её это явно не обрадовало. Я же такой осведомлённостью похвастаться не мог, поэтому оставалось ждать, когда гость покажется. Кто это там такой, что Рита так смущена?       Когда на кухню вошёл Кирилл, который Елисеев, охуел и я. Вспомнили, блять, оно и появилось. Похоже, про него нельзя даже просто думать - тут же явится. Ещё и голос не даст узнать, пидорас артистичный.       – Чё, обоссыши, – проходя, поприветствовал нас Кирилл. От него пахло улицей и холодом, и сам он был таким довольным и раскрасневшимся, что.. Дохуя красивых эпитетов такой мрази, как он. Но или из-за звона бутылок, или из-за чего-то ещё, но я был даже немного рад его видеть? Так что хуй с ним. Можем сделать вывод, что Кирилл потянет только с пивом.       – Этого хочите?       Он поднял руку с пакетом, и так резко, что я даже испугался. Если он сейчас на таких же радостях или по какой-нибудь там инерции швырнёт этот пакет на стол, что-нибудь точно разобьётся к хуям. Ему бы поаккуратнее со стеклом обращаться?       Но он не стал ничего такого вытворять, и просто аккуратно поместил всё на стол перед нами.       – Кто не вернёт деньги, будет потом возвращать с процентами, – объявил Кирилл, после чего направился в коридор. Выглядело это так, будто он сейчас уйдёт? Типа, купил нам пива и пошёл по своим делам. Чё ему тут зад просиживать, в самом деле. С обоссышами какими-то.       Но, выйдя с кухни, он принялся раздеваться, и быстро стало понятно, что к нашей компании присоединится ещё один человек. И не то чтобы я возражал. Хотя Кирилл напрягал меня и иногда доёбывался – а я не любил, когда до меня доёбываются, – но куда больше сейчас я боялся за Риту. Всё-таки, девушка Артёма, и это общеизвестный факт. Не натворит ли Кирилл какой хуйни? Он ведь тоже будет пить. Не опасен ли он в состоянии алкогольного опьянения? Могу ли я надеяться на Ковальского, что он усмирит своего друга, в случае чего? Мда, ещё даже ничего не произошло, а я уже планирую, кто и кого будет успокаивать..       Вернувшись, Кирилл первым делом осмотрелся. Я следил за ним, так что заметил, как, увидев меня, он почему-то резко посерьёзнел. Только сейчас заметил, блять..? Я понимаю, конечно, что всем на меня похуй, но не настолько же, чтобы вообще не замечать моё присутствие?       – А чё, Чернильница ебаная с вами больше не бухает? – отводя взгляд, спросил Кирилл.       – Этот пидорас чем-то занят, – Ковальский всё ещё обижался, бедный.       Кирилл вопросительным взглядом указал на Риту, которая сидела к нему спиной и не могла видеть, что он там вытворяет. Ну, видимо, Кирилл так спрашивал, как так получилось, что Артём где-то шароёбится, а его девушка тут бухает с двумя, уже тремя, парнями? Я не видел в этом ничего жуткого, но теперь я был зарегистрирован в Контактике, и периодически натыкался на всякий бред. Эти ни разу не фейковые диалоги уровня Тарантино. "Брат, моя ушла в клуб с подругами, я ей доверяю. Ебать ты олень))", и всё в таком духе. Кирилл походил на того, кто мог бы не разговаривать так же, но хотя бы поддерживать такие взгляды. Что у-у, девушка не должна то, не должна это. Такой вот стереотипный гопник. Интересно, а у него есть кто-нибудь? Если уж проводим параллель с американскими фильмами. Король у школы есть, где королева? С ростом Кирилла, мне кажется, у него миллион девушек должен быть. Девочки же любят таких. И похуй, что ёбнутый, "девиантный подросток" и всё такое. У него рост два метра, ну вы видели?       – Ладно, ясно, – проходя ближе, хмыкнул он. Почему-то он никак не садился, и было видно, что ему самому неловко топтаться на месте, но почему-то он никак не мог прижать свою жопу. Возможно, потому, что единственное свободное было рядом с Ритой, а сидеть рядом с ней он не хотел? Ути-пути.       – Арсений, – вдруг Кирилл уставился на меня. – Будь добр, освободи место. Хочу посидеть рядом со своим любимым младшим братиком.       Или не хочешь сидеть рядом с Ритой, м? Ладно, больше меня заинтересовало другое. "Братик"..?       – У нас больше нет братьев, – Ковальский посмотрел на него. – Один хуй, я у тебя любимый.       Это было озвучено как будто по заказу – как будто чтобы я подтвердил для себя, что да. Я прав. Кирилл был из разряда людей, которые использовали обращение "брат" к рандомным людям, и чего бы мне сейчас что-то подозревать? Но никто никогда не говорил "младший братик". И сейчас, эти слова Ковальского. "У нас больше нет братьев". Они и правда родственники.       – Да-да, – отмахнулся Кирилл, и замахал на меня рукой. – Арсений, давай двигай резче.       – Да, Арсений, – вздохнул Ковальский. – А то Кирюша любит лапать всех вокруг, закидывать руки на спинки стульев, вот это всё. Неподготовленных людей это смущает.       Меня пока смущало совсем другое:       – Вы братья? – пересаживаясь, уточнил я. Не то чтобы мне было дело, на самом деле, но это была и своеобразная попытка начать разговор. Вряд ли у нас будет много тем для обсуждений, а так хоть что-то.       – Двоюродные, – Ковальский кивнул. – По матерям.       Я моргнул, в полном ахуе. Да у нас тут не только драмы голубей-лесбиянок в Томске, но ещё и Санта-Барбара настоящая. Пиздец. А я-то думал. Хотя с моим вариантом было бы интереснее – если бы они реально встречались или типа того, но ладно. Теперь о таком думать даже как-то неправильно.       – Прикол, – хмыкнул я.       Теперь, с новой информацией, было даже интересно их осмотреть и изучить. Конечно, определять их расовый тип я не собирался (да и чё там определять, всё и так видно), но.. Они не были похожи. Хотя они и не родные братья, да и чё я доебался, если даже родные родственники порой выглядят так, будто они от разных родителей. Но мне было так странно такое видеть. Я мало общался с людьми, а потому единственным примером брата и сестры для меня были Отто и моя мать. Хотя они тоже были не копиями друг друга, чтобы я так ломался каждый раз, видя родственников, которые, о, ужас, не похожи друг на друга. Ну, в целом? Базовый скин. Никто даже не старался что-то интересное добавить. Карие глаза, коричневые волосы. Только если Ковальский был больше русым, у Кирилла был прямо хороший насыщенный цвет. Я такой модельер, конечно. Или кто там за все эти особенности внешности шарит. Рита, подскажи.       – Ага. Чё сели, разбирайте, – Кирилл указал на пакет, но в конце концов сам полез внутрь и принялся разбирать бутылки.       – Это для дамы, – первой досталось Рите. Впрочем, банальный этикет, и было даже мило, что Кирилл так себя повёл. При том, что он, ну, должен ненавидеть и Риту..? Раз уж они с Артёмом заклятые враги. Хотя это даже смешно звучит. Вот что такого у них могло произойти, чтобы у обоих была такая реакция друг на друга? Ладно ещё, Кирилл – он как-то поспокойнее себя вёл. Но Артём – ебать. Там даже упоминать Кирилла было запрещено. И даже моё появление – моё, блять, человека, который с Кириллом сильно-то и не пересекался, и сам от него огребал, – чуть ли не до дрожи его доводило. Вот что у них случилось, блять? Даже представить ведь невозможно. Не иначе Кирилл убил любимую собачку Артёма. А то и его сестру какую-нибудь изнасиловал. Или что-то подобное. У меня бедное воображение.       Мне протянули аж полторашку, и осознав, что это знакомого вида бутылочка без каких-либо этикеток, я даже благодарно глянул на Кирилла. Это что, то самое пиздатое пиво, которое он вечно где-то берёт? Господи, блять, спасибо тебе огромное.. Закажу икону с твоим изображением. Святой покровитель школьников, желающих выпить пивка.       Кирилл следил за мной, а потому заметил мой взгляд и усмехнулся. Никаких комментариев, правда, не последовало, и взяв по бутылке себе и Ковальскому, он откинулся на спину стула.       – Вы втроём сидели, или все остальные уже ушли?       – Ещё трое тут, – Ковальский указал на комнату за стенкой. – Но они спят. Да и нам больше достанется, если мы не будем их будить.       – Реально, блять.

******

      – .. И вот она влюбилась в другого мальчика. И я уже обрадовался: наконец, она нашла нормального парня. А тут она такая.       Ковальский смешно скривил ебало.       – "Ну у него денег нет, ничего нет, и ваще".. Короче, мутит с ними двумя пока. Мы ей говорим: "Скажи ему, что ты", ну.. Пока ещё не с другим, но ходишь налево. Она такая: "Нет, пока побуду с ними двумя".       Кирилл слушал его с крайне заинтересованным выражением лица – если бы у интереса было отрицательное значение. Что ж, хотя бы не последовало возгласов "Вот шлюха ебаная". Опять же, Кирилл выглядел как такой вот гопничек. У которого есть понятие о "самках, куколках, тёлочках", вот этой всей хуйне. И хотя я ни разу не слышал от него подобных слов (впрочем, они и про девушек ни разу при мне не говорили. Только друг друга за жопы лапали), мне казалось, он мог бы? Ну и как же знаменитая мужская солидарность. Девушка кинула парня из-за его бедности. Вот ведь мразь.       – Не грусти, Арсений, – неправильно расшифровав мой вздох, протянул Ковальский. – Всё будет хорошо.       – Мне и не плохо? – не понял я. Буквально только что привели очередную историю о том, как люди счастливы в отношениях, которые все-все непременно должны завести, ведь как это так, не желать простого человеческого щастя? Которое, разумеется, заключается в отношеньках и ебле. Это ядро человеческого счастья. И я типа должен возжелать этого. Устремиться к этой хуйне, чтобы потом так же оказаться униженным и охуевшим. Круто, спасибо. Лучше дома посижу.       – Плохо-плохо. Так не должно быть.       – Чё такое, – как бы невзначай поинтересовался Кирилл.       – Арсений переживает, что до сих пор никого не выебал.       – Чё, – фыркнул Кирилл, косо оглядев брата. Потом, правда, подозрение сместилось на меня.       – Для переживающего чёто ты и не стремишься. Сколько бухих женских тел тут было?       – Нет, – остановил его Ковальский, – он не в этом смысле. Он в смысле асексуал.       – Кто? – аж прикрикнул Кирилл. Вот уж и правда дед. Все эти словечки свои непонятные, знаете, куда можете себе засунуть? Ещё и орёт, блять.       – Не хочет ебаться.       После этих слов Кирилл уставился на меня, и не знаю, показалось мне или нет, но выглядело это так, будто интерес ко мне резко возрос. Кто-нибудь, пока не стало поздно, скажите ему, что асексуальность не равно гейству. Или он из тех ебланов, которые кровь из носа, но докажут, что это всё комплексы или болезни? Ой, даже интересно. А то я видел срачи с такими в интернете, но никогда в них не участвовал. Да и не то чтобы остро хотелось? Но если доебутся прямо до меня, мне даже интересно, смогут ли они высрать что-то умнее "Проверьтесь на гормоны!!" и "Ето балезнь!!". Ну давай, Кирилл. Если ты из этих, я даже заинтересован.       – Ты пидр? – спросил он, подтверждая мои опасения, но другие. Мда, мем на уровне, когда у людей на улице спрашивали, как вы относитесь к гетеросексуалам, а они путали это с гомосексуалами и начинали говорить, как ненавидят их.       – Нет, – прикрикнул на него Ковальский. – Просто не ебётся.       – А чё страдает тогда?       Да не страдаю я, блять?       – Так оттого и страдает. Что уже шестнадцать, а никуда так и не присунул. И даже руке своей сувать не хочется.       Я старался сидеть с как можно более незаинтересованным видом, чтобы Кирилл не решил, что меня это реально беспокоит. А то Ковальский разогнался. Чё несёт, блять.       Но в конце концов меня ожидал только охуенный совет:       – С девочкой хотя бы раз попробуй и пройдёт.       – Ага, – хмыкнул я. Всё бы в жизни так просто было ещё?       – Ну и понятно теперь, – Кирилл же продолжил, – чё вы со Славой и Владом так быстро сошлись. Они тоже.       Он двинул рукой у головы, указывая на шизу. Забавно, я об этом даже не знал. Хотя я мог заметить, что они, вроде как, оба одиноки? Но это же не говорит о проблемах? Типа, они в одиннадцатом классе. Учиться надо, а не с девочками гулять. Ох, Татьяна Викторовна, разлогиньтесь.. Но реально ведь? Есть вещи и поважнее, чем с девочками тереться. Ну или с мальчиками. Ну или я просто не выкупаю. Куда уж мне, даже с девочкой ни разу не пробовал.       – Ну, тебе ещё нет двадцати, – Кирилл всё никак не мог завалиться. – Так что время у тебя ещё есть.       – А после двадцати что? – я почти что усмехнулся. Можно мне статистику? Есть реальные доказательства, что люди, не лишившиеся девственности до двадцати, так и умирают одинокими и нахуй никому не нужными? Вообще, я и сам думал, что есть некий порог, после которого уже всё. Но мне казалось, что он где-то в районе тридцати. Что, я настолько промахнулся?       – А потом уже всё. Как бы самому должно быть стыдно, быть двадцатилетним лбом, и не уметь. Ну и это поведенческое уже будет. Ты сейчас не научишься общаться с людьми, привыкнешь к одиночеству и что сам вытягиваешь по жизни, а прыгать вокруг тебя..       Он внимательно оглядел меня, как будто оценивая.       – Ну кто-то, может, и будет. Но не факт, что она не заебётся без отдачи. А ты ничего ей дать не сможешь.       Вот чё ты, блять.. Душишь. Анаконда ебаная.       – Так что ты расслабляйся, но не слишком, – Ковальский обеспокоенно на меня посмотрел, но тут же рассмеялся в стакан. Ну да, очень смешно. Мне тут буквально смерть в одиночестве пророчат. Хи-хи-ха-ха сплошное. Ладно, не то чтобы я был такой плоскодушной хуйнёй, которая верит всему, что ей говорят. Но Кирилл как будто знал, о чём говорит, да и его слова имели смысл. И про привыкание к людям и отношениям, и про стыд, что я уже взрослый еблан, и без какого-либо опыта, и что кто будет меня терпеть без отдачи.. Мда, блять. Нахуй только такой умный.