Skin

27.11.13, Среда

      – О, Арсений. Привет. Рад тебя видеть.       Или Ковальский уже наебенился, или всё ещё не простил меня за тот раз – но говорил он безэмоционально, и смотрел на меня стеклянным взглядом. О, да, очень рад.       – Но не подумай, что ты какой-то особенный, – быстро добавил Ковальский. И, наверное, это должно было прозвучать резко и обидно, но никакого эффекта на меня это не имело. О, эти наивные мальчики и девочки, которые думают, что смогут задеть меня вот этими высерами непонятными.       – Просто Кирилл ходит ко мне только когда ты тут появляешься, – с осуждением глянув на появившегося из кухни брата, Ковальский закатил глаза. – А видеть своего брата я всегда рад..       – Неправда, – прикрикнул Кирилл.       – Правда-правда, – заспорил Ковальский. – Я его зову, а он такой: "А кто ещё будет?". Если имя "Арсений" не упомяну, он не придёт.       – Да когда такое было? – завопил Кирилл. – Чё ты врёшь, блять? Я всегда прихожу, когда ты зовёшь.       – Ага. А в тот раз, когда ты сказал, что придёшь, но не пришёл. Кирилл же припёрся? Грустно походил туда-сюда и съебал домой. Сейчас бы тоже ушёл, если бы не появился. Влюбился, видать?       Я, немного помолчав, покрутил пальцем у виска.       – Ты пизданулся?       Так и быть, я не исключал, что подобное реально. Ну, если мы всё-таки живём во вселенной, где Кирилл Елисеев влюблён в меня, то, в целом, всё логично. И приходит он сюда, только чтобы со мной пересечься, и оставаться видит смысл, только если я тут.. Но вот только кто-то в это верит? В хуйню эту, прости, господи, этих блаженных.       – Вот да, блять, – обиженно буркнул Кирилл. – Ни за что родного брата так оскорбляет? Сейчас бы влюбиться в вот это?       Он указал на меня, и оскорблённо направился на кухню. Мда, унизили так унизили.       – А ты меня не оскорбляешь своим поведением? – уже ему в спину завозмущался Ковальский. – Совсем про меня забыл.       – Так, может, ты не будешь петушню всякую звать сюда?       Я разувался в этот момент, и потому не мог пройти за ними, к сожалению – а ведь так хотелось узнать, кого Кирилл имеет в виду. Но в этот же момент в дальнем конце квартиры промелькнул Артём, а потом я опустил взгляд, и заметил его обувь.. И подумал сам – может, и не я имеюсь в виду, а "чернильница" ебаная? Просто меня, вроде, пока ещё не за что так называть. А вот Артём у Кирилла всегда был на особом отношении. И что у них произошло, блять..       Проходя на кухню, я непроизвольно вспомнил ту историю Ковальского. Как Кирилл всадил нож прямо в руку Артёма. Ножевое побоище, прости, господи, меня за эту шутку..       – .. У тебя какая-то беда с причинно-следственными связями, блять, – Кирилл продолжал пояснять Илье за жизнь. – Хуйню выдумываешь какую-то.       – Но было же?       – Чё было? Один раз?       – Два.       Кирилл, возмущённо осматриваясь, пересёкся взглядом со мной.       – Правило двух, – я даже осмелел и ввязался в их разговор. – Всегда работает.       – Внатуре, блять, – выругался Кирилл, и я даже порадовался. Ого, кто-то ещё знает про "правило двух"? Но теперь, когда нас двое, я могу считать, что об этом знают все.       – Вы о чём? – не понял Ковальский, и Кирилл удивлённо на него уставился.       – Как, ты не знаешь? – с напускным удивлением спросил он, заглядывая Ковальскому в лицо. – А я думал, все знают?       Я же решил пояснить нормально:       – Чаще всего, когда кто-то говорит что-то вроде.. "Все знают", "все говорят", или "всегда так", обычно подразумевается, что речь о двух людях или случаях.       – Что нихуя не статистика, – прикрикнул Кирилл. Так его задела шутка про то, что я могу ему нравиться? Ну типа. Чё у него так жопа-то сгорела. Он на этом сейчас куда больше пропалится. Если, конечно, есть, с чем палиться..       – М, я всегда думал, что я один эту хуйню заметил, – вдруг успокоившись, задумчиво пробормотал Кирилл.       – Ну вот, теперь нас двое.       – Да. Надо полагать, – Кирилл диким взглядом уставился на Илью, – теперь это знают все?       – Да чё ты доебался, – обиженно пробормотал Илья. – Я тебе чё плохое сделал?

******

      – Ну что, Арсений, – вальяжно вваливаясь на кухню, протянул Кирилл. Весь такой из себя расслабленный и весёлый, что меня аж затошнило. И почему я так не напиваюсь..? Вот хочется же, но почему я не могу? Блять, в следующий раз напьюсь, как мразь. Обещаю себе и всему миру.       – Сподвижки в личной жизни были?       Я знал, что мы тут одни, но всё же осмотрелся. Можно кто-нибудь придёт и спасёт меня из этого кошмара? Пожалуйста.       По одному только богу известной причине Кирилл подошёл ко мне почти вплотную. Это напрягало ещё больше, чем спонтанное желание побеседовать со мной на личные темки. Что, впрочем, логично.       – Нет? – фыркнул я, аж содрогаясь от раздражения.       – Почему?       Я почти послал его нахуй. Вот чё он опять устраивает, блять? Больной.       – А должны были быть?       – Ну ты же чёто там переживал.       – Ага. А ты мне чёто там посоветовал. И я должен был побежать всё менять?       Вот откуда у людей такое самомнение, интересно? Типа вот реально, он просто сказал мне что-то, и я должен сразу пойти и быстренько всё порешать. И только потому что Кирюша Елисеев сказал. Да-да-да. Шестнадцать лет жил, всё нормально было. Кирилл пришёл, и всё сразу надо поменять. Вот насколько он охуевшая скотина?       Вдруг схватив меня, Кирилл поднял меня и с силой впечатал в стену. Было не то чтобы больно – силы он приложил явно недостаточно. Уж не знаю, тяжело ему было, или он изначально не планировал сильно меня кошмарить?       Но надо сказать, было очень непривычно говорить с ним сверху вниз. И нахуй Кирилл так меня задрал? Я думал, ему доставляет быть выше всех? Вот и зажал бы меня сейчас стоя, чтобы грудью мне в лицо утыкаться. Или поднял хотя бы до уровня своего лица. Поговорили бы так, с глазу на глаз, так сказать.       Вытянув ноги, я попытался дотянуться до земли хотя бы носочками, но ничего у меня не вышло. И поэтому, наверное, Кирилл так сделал: чтобы вызвать у меня чувство неполноценности. Какой я низкий, жалкий и беспомощный. Но он упускает тот факт, что я всё ещё могу зарядить ему коленом куда надо. А то и рукой? Так-то их ничего не держит, и меня останавливает целое нихуя. Так что пусть сильно не хуеет.       Выждав немного (и подышав на меня перегаром, о, да), Кирилл спросил:       – А, может, ты всё-таки по мальчикам?       – А тебе чё, блять, – фыркнул я. – Мало Дёрнберга, ищешь новую хуйню для унижений?       И вообще, почему этот вопрос звучит так, будто Кирилл на это надеется?       – О, язык из жопы вытащил?       О, да. Сократ и Плутон, диалоги, так сказать.       – Хуй изо рта, – поправил его я, и Кирилл усмехнулся.       – Часто вынимаешь?       На этот раз я не нашёлся с ответом. Остроумность и быстрота мысли никогда не были моими сильными сторонами, к сожалению.       – Тебе не идёт. Вынимай пореже.       – Ты мне поможешь? – для пущей убедительности я даже взял его за руку, и Кирилл аж весь вздрогнул, испуганно уставившись на меня. Реально испуганно, и я даже хихикнул про себя. Нет, но реально? Он испугался? Господи, блять, а разговоров-то было.. Как стоять, наглаживать мальчиков, или шутить про моё тело, или рассматривать меня, так он первый. А как про отсос пошутить, так всё. Охуел, смутился, разнервничался, задрожал. Ну всё понятно, блять.       Заслышав шаги, Кирилл быстро отпустил меня и отошёл. Как будто ничего не было, ути-пути. Зато как ходил выёбывался, попуск.