Skin

13.02.15, Пятница

      – А мне надо уходить, чтобы вы могли..?       Мать так и не договорила, а я так и не понял. Чтобы мы могли что?       Я посмотрел на мать, и она покачала головой из стороны в сторону. И даже так мне потребовалась минута, чтобы допереть, чё от меня хотят.       – А-а, – озарённо протянул я. Часть меня, конечно, немножко сдохла. Мать точно всё поняла тогда..       – Блять. Нет. Ему жарко, он не хочет.       Простите, я просто хотел пожаловаться хоть кому-то на эту тупость. И что этот дебил ничего не взял, и теперь как будто издевается. Ну посмотрим, если будет возможность, куплю. До меня просто реально только сегодня дошло, что это можно воспринимать как "Посмотрим, понравится мне или нет. Если постараешься, куплю". Ладно, чёто меня унесло.. Я так не думал, конечно. Но мог бы. Кирилл должен радоваться, что я такой адекватный.       – О, – выдохнула мать. – Как интересно..       И я хотел поныть ещё немного, но вовремя осёкся. Посвящать в такие темы родную мать как будто странно? Более того, рассказывать матери-ну-скажем-что-гомофобной, о том, как ты ебёшься с парнем.. Как будто слегка неуважительно по отношению к ней. Да, о нас знают, да, нас приняли, но, может, ей неприятно слышать про такое? Мы и так у неё перед глазами маячим, напоминая. А тут ещё и такие разговоры. Не стоит.       – Так интересно, – но вдруг мать завозмущалась сама. – Как эти мужчины работают, блять? То им жарко, то им холодно, то женщина какая-то не такая, потом они ебут коров..       Я заметил, что стою, сжавшись в плечах и поджав руки к груди. Но просто мать так резко распсиховалась.. Интересно, а вот если она хуесосит мужчин со мной, значит ли это, что меня как бы ставят на женскую позицию в отношениях? Мать уже и про это подшарила? Или типа раз я в отношениях с мужиком, я в любом случае понимаю, как это тяжело, и не важно, на какой я позиции?       Мать ворчала что-то ещё, но я отвлёкся на свои страдания, так что прослушал всё. Возможно, поэтому мой вопрос казался слегка не к месту, но.. Этот разговор должен состояться рано или поздно.       – Тебе.. – но начинать было страшно. – Нормально нас видеть?       – М? – мать удивлённо глянула на меня.       – Ну типа. Ты же, можно считать, гомофоб, а тут вынуждена наблюдать за нами. Тебе не мерзко?       Хотя сколько уже Кирилл жил у нас? Всё это время мать, технически, тоже за нами наблюдала. Разве что не так явно, как сейчас, когда мы находимся на более меньшей площади, то есть, и постоянно рядом.. Но вдруг это какое-нибудь там ебаное другое?       – Немного странно, – созналась мать, – но я понимала, на что иду. Я.. Это не было мотивом, но когда мы договорились поехать все вместе, я подумала: "А ведь я буду жить с ними в одном помещении. Что, если я что-то услышу, увижу?".             Ой.       – Тебе мерзко? – сразу уточнил я.       – Да, но я думаю, это не моя естественная мерзость, а та, которой меня научили. С которой можно бороться и..             Мать пожала плечами.       – Ну вот, я борюсь вот так. Но это не мотив поездки.       Кажется, её очень заботило, что я могу так решить? Что с её стороны она согласилась только чтобы посмотреть на нас и привыкнуть к этому зрелищу. Не, ну ебанутее причины ехать в совместный отпуск и не придумаешь. И тупее причины переживать тоже не найдёшь. Ну а даже если и так, то мне-то что? В итоге-то всё равно все отлично провели время.       – После того, как ты признался.. Мне же тяжело, – мать робко посмотрела на меня, как будто ей было очень неловко. – Я не могла просто успокоиться, мне хотелось рассказать всё Отто. И я искала статьи про принятие.       Я хотел удивиться, но оставил при себе – что эмоции, что слова. Матери было очень неловко, и я не хотел ещё больше смущать её своими "Ого, реально??". Читала и читала. Для неё это проблема, конечно, она пыталась как-то с ней справиться и сама. Раз её привычный способ – обсудить всё с Отто, – оказался недоступен.       – Себя, своих детей, так далее. Наткнулась на интересное мнение, что в России такое отношение потому, что они никогда не видели ничего такого. Если в Америке были сериалы, людям показывали, что это нормально, что эти люди среди вас, они ничем от вас не отличаются. В России такого не было, и поэтому для них факт таких отношений до сих пор нов и непривычен. Я подумала, что, может, я тоже такая? И мне просто надо увидеть это. Посмотреть на вас и смириться. Не подумай, что я против вас.       – Спасибо, – пробормотал я. – За терпение и помощь..             Мать молча покачала головой, поджимая губы и отводя взгляд..       – Чё там Отто? – тогда решил узнать я. У меня был не один вопрос, да-да.       – Я писала ему, – принялась вспоминать мать. – Ещё в самом начале, что мы долетели, что заехали в отель. И так, иногда отчитываюсь. Что мы ходим в бассейн, едим целыми днями..       – Про Кирилла не говорила?       – Нет. А ты с ним не общаешься?       – Мы давно говорили в последний раз. Он мне писал, мы немного пообщались. И больше про.. Он извинился, что пропал, сказал, что много работает сейчас.       – М, – мать согласно покачала головой. – Готовится к отцовству. Что ты ему сказал?       – Что всё нормально, я всё понимаю.       Я хотел сказать ему, что круто, что он так ответственно подходит к родительству и ваще, и поддерживает Марцию, но подумал, что это будет слишком сопливо. Пришлось воздержаться.       – Мне же не пять лет, чтобы я тяжело переживал отдаление от меня родителя. Ну, типа родителя, да. Из-за другого ребёнка. Это смешно.       Мать задумчиво покачала головой.       – Может, сейчас из-за своих детей он отвлечётся на них. Перестанет так нас доёбывать.       – Надеюсь, – вздохнула мать. – Когда-то же он должен успокоиться? И всё будет хорошо..       – Да, эм..       Я уже занёс руку, но вовремя остановился. С Кириллом я более-менее научился бить его и пихать. Ну типа в жест поддержки. Мы всё равно редко этим занимались, как бы, похуй, что навык у меня был ещё не очень хорошо прокачен. Мать я так кошмарить не собирался, но типа.. Неловкий хлопок по плечу? Мы стали ближе сегодня. Действие вот новое разблокировали.       Но готов ли я на него нажать? Наверное, не сегодня.

******

      – Чё делали?       – Ничё, – беззаботно отозвался Кирилл. – Сели на пляже и пиздели.       – Реально?       Меня как бы смущало, что Кирилл вернулся рано, трезвый и никак жизнью не побитый. То есть, они реально просто где-то посидели и всё? А я-то думал..       – В тени, не бойся.       – Не, я про то, что.. Вы даже ни в какой бар не пошли?       Уж по пиву выпить можно было точно.       – Ну мы купили по бутылке водички вкусной? Я взял чипсов, но не ел их. Нас окружили эти, блять..       Кирилл пощёлкал пальцами, вспоминая.       – Птицы ебаные. Я хотел взять одну и принести сюда. Чтобы потом увезти к нам домой.       Я уставился на него. Он ебанутый?       – Но остановился, – Кирилл возмущённо уставился на меня. – У меня же нет птицы? Не смотри на меня так.       – Я больше к тому.. Типа, знаешь, когда ты хуйню наделал. Приходишь домой, и мать уже в курсе, что ты хуйню наделал. И она спрашивает тебя, как дела, и ты ей рассказываешь. Я, короче, птичек кормил. С другом посидели, да.       – Ты мне не веришь?       – Нет, просто звучит так. Стёпа: стрип-клубы, мужики, ебаться. По факту: посидели, попили водички, испугался птичек, не захотел делиться с ними чипсами.       Не таких рассказов я ждал, когда Кирилл вернётся. Не то чтобы я хотел услышать именно что-то подобное, но это хотя бы ожидалось.       – Бля, брат, – он устало поморщился. – Мы не виделись пять с хуем лет, хотели поговорить. А какие разговоры в барах или.. Где.       – В ресторане?       – У Стёпы расстройство пищевого поведения, – выставив указательный палец, с сучьим видом произнёс Кирилл, – между прочим, и он не ест при посторонних.       – Господи, прости.. – я закатил глаза.       – Ваще, он предлагал мне накуриться и всё-таки сходить в стрип-клуб. Но я сказал "Нет". Не интересует. Так что да, посиделки у нас были чисто школьные. Во дворе, под газировочку. Кайф.       Ну, справедливости ради, Кирилл выглядел взвинченным. Как будто случилось что-то очень хорошее, и он этому искренне рад. Если его просто встреча со Стёпой так растормошила, и совсем ничего Кирилл не принял и не скурил.. То ладно? Я даже был немного рад за него.       – Прикольно, что.. – Кирилл смущённо опустил взгляд. – Ну, я поныл ему обо всём на свете. О чём некому рассказать. Почему какие-то вещи проще рассказывать незнакомцам, ну, или далёким друзьям, чем близким?       – Ну, если ты о чём-то неприятном, то потерять далёкого друга, если реакция на рассказ будет нестандартной, легче, чем близкого. Поэтому открываться таким людям проще. Плюс у вас, как правило, меньше границ, запросов и ожиданий друг к другу. Ты не переживаешь, что а что он подумает, значит, поебать вообще.       – Так должно быть наоборот, разве нет? – Кирилл возмущённо уставился на меня.       – Да я ебу, что ли? Я похож на того, кто много общается с людьми?       – Ну сейчас ты выдал нихуёво?       – Я предположил. Так не ебу. Не разбираюсь в людях.       Возможно, Стёпа просто гей и ебанутый, поэтому Кириллу проще раскрыться ему, чем кому-либо другому. Больше точек соприкосновения, все дела.

******

      – Спишь?       – Нет.       – Хорошо.       Тут же две холодные влажные лапищи легли на мой бок, сразу забираясь под футболку.       – Не против? – слишком уж вежливо поинтересовался Кирилл.       – Нет.       – Можно сниму?       Я хотел узнать, чё он хочет, но Кирилл принялся тянуть мою футболку наверх, и мне пришлось слегка помочь ему. Собственно, ничего я не спросил, очень занятый попытками стянуть с себя футболку так, чтобы при этом не вставать – лень, всё-таки, и я уже настроился на сон..       Кирилла что-то рассмешило, но больше мы не мялись. Раздевшись, я сразу перелёг к нему лицом, и Кирилл склонился ближе ко мне. Я даже довольно засопел. Всего полдня не виделись, легли рядом, и сразу вот так. Мне должно быть стыдно, наверное? Да похуй..       – Можно? – продолжая наглаживать мне спину, спросил Кирилл.       И просто я, почти только что сказавший себе (ну и типа матери), что она ничего не услышит и не увидит. Почему бы не потереться в соседней комнате без двери? Но ладно, мы же тихо.       – Бля, точно, – чуть не воскликнул Кирилл, но тут же завалился. – Я презервативы купил. Но они в сумке, я туда не пойду. Устроит пока..?       Он толкнулся в меня тазом, но как будто это было непроизвольное движение, а не намёк. Впрочем, без разницы. Так и так придётся.       – Да и всё равно шуметь нельзя, – наваливаясь на меня, пробормотал Кирилл. – Пиздец тут всё слышно? Или мы тихо?       – Блять, а, – выругался я. Бесило меня не то, что Кирилл лезет, а то, что мы никак не можем определиться. Ну и нормально поебаться.       Но слава богу, Кирилл всё правильно понял – и в том числе то, что можно продолжать.       – Может, у тебя просто хороший слух? А обычные люди ничего не услышат? Давай. Проверим заодно, насколько тихими мы можем быть.