Пай-девочка

      Цикады приятно разбавляли тишину ночи и неловкого молчания.       — Ты… все слышал? — осеклась девочка, ощутив, как обожгло жаром уши. Будто не Наруто говорил в негативном ключе о Саске, а она сама. Генин промолчал. Лиззи кинула взгляд на ничего не подозревающего сопящего Наруто, а затем все-таки посмотрела на Саске, стоящего совсем рядом.       — Ты... тоже прости его. — куноичи взглянула прямо в черные глаза мальчика.       — Тц. Пусть сам извинится передо мной.       Розоволосая внимательно пробежалась по фигуре Саске. Снова наступило неловкое молчание. Честно говоря, она просила прощения чисто машинально. Девочка изначально не хотела этого делать. Само собой вырвалось. Что поделать — она привыкла извиняться.       — Сакура.       — Саске…       Их одновременный возглас заставил девочку покраснеть. Стушевавшись, она неясно пробормотала: «Ты первый».       В ночной тишине стало различимым их дыхание. Мальчик присел рядом, уставившись вперед. Было видно, что он думает, задавать вопрос или нет. И в этом безмолвии Лиза почувствовала, как наверняка неуклюже выглядит с неопрятными косами и в помятой пижаме.       — Я скажу все-таки. — Лиззи постаралась подобрать слова. Саске перевел на нее взгляд. — Что ты сам виноват.       Вскинув бровь, мальчик повернул голову, прожигая взглядом не хуже огненных техник.       — Ты… м-м… обзываешь его и поэтому то, что произошло сейчас, довольно очевидно. Для меня, по крайней мере. Твое отстраненное поведение понятно, но пойми и ты его. Он ведь… так одинок.       — У него есть ты.       Лиззи замолкла. Да, это правда. Но она не заменит ему семью, пусть и относится как к другу брату. Не сможет заменить любовь отца или матери, даже если будет очень стараться.       — Ты прав. — куноичи тоже повернула голову в сторону генина. — Отчасти. Его и так ненавидят все жители. А тут еще ты. Он… мы же не виноваты, что попали с тобой в одну команду. Относись к нему помягче... И его я попрошу о том же. Не хочется постоянно вас мирить. А ведь кто это сделает кроме меня?       Откуда-то сверху послышалось приглушённое хлопанье крыльев. Безуспешно обратила свой взгляд на темно-синее небо в поисках неизвестной птицы. Непонятный стыд заставлял ее обращать внимание на любые мелкие детали, которые она бы в повседневной жизни не заметила. Вон там из-за небольшого порыва ветра качнулась ветка дерева, а в другой стороне послышался отдаленный вой.       — Так что ты хотел у меня спросить?       А что он мог у нее спросить? Насчет нее самой? Насчет учебы? Но ведь он такой же отличник как она.       — Как ты так просто взобралась на дерево? — выпалил Саске оторопевшей Лиззи.       — Я… ты правда у меня спрашиваешь?       — А что еще я делаю? — проговорил Учиха, на секунду почувствовав негодование. Но затем жадно впился глазами. — Так что? Как? Какой-то секрет? Хитрость?       — Нет... не совсем.       Лиззи заполнило ощущение диссонанса. Сам Саске, лучший ученик класса (что неоднократно пытался опровергнуть Наруто), хуже ее в чем-то. Раньше в практике она ни разу его не превзошла, так что чувствовать некоторое превосходство было хоть и волнующе, но вместе с тем странно неловко.       — Какаши-сенсей сказал, что это врожденное. — скромно сказала девочка. — Талант. Он даже сказал, что мой контроль практически великолепен. Просто неусовершенствованный. Пока.       — То есть у меня так же не получится? — в голосе мальчика сквозила еле скрываемая досада. Но затем он задумался. — Но что ты тогда объясняла Наруто?       — Теорию. Он же довольно плох в этом, знаешь. А как у меня у тебя, скорее всего, не получится. Просто контроль не так хорош.       — Ну что ж. — мрачно хмыкнув, Саске встал и направился к футону. — Спокойной ночи.       — Спокойной… — пробормотала Лиззи, уставившись вслед. Спать после этих двух разговоров не хотелось. «Завтра я, скорее всего, не высплюсь».       Вздохнув, она все же через некоторое время направилась к футону: ее вынудил особо сильный порыв холодного ночного ветра. Спать действительно больше не хотелось.

***

      Лиззи привыкла рано вставать еще при прошлой жизни, но ночью она практически не спала, а если и погружалась в сон, то ненадолго, поэтому улечься поспать хотелось неимоверно. Но, увы, ей нужно было тренироваться, и поскольку мальчики еще стояли на одном месте, следующее упражнение она должна была выполнять в одиночку. «Не так уж и плохо» - подумала девочка, взглянув старые часы. Стрелки указывали на семь часов утра, и девочка поспешила выйти из комнаты.       На деревянном столе лежала чуть смятая записка с объяснениями от Тазуны, как пройти к маленькому пруду, стоящему в той же роще, где тренировались Саске и Наруто. Печально выслушав симфонию желудка, куноичи в апатии медленно побрела к воде. И, наконец, она дошла туда, куда нужно.       Лучи утреннего солнца освещали поляну и пруд, играя на глади прозрачной воды, колышущейся от легкого ветра. Засмотревшись на это, Лиззи очнулась спустя пару минут. Сняв обувь и поправив шорты, она убедилась, что рядом никого нет.       — Смотри, Сакура, тут принцип почти такой же, как и в хождении по вертикальным поверхностям. — Какаши задумался, формулируя следующую фразу. Поскольку он будет то на мосту, то с мальчиками, у которых по сравнению с ней дела шли намного хуже, он рассчитывал, что к его приходу (где-то вечером) Сакура разберется сама и уже будет довольно уверенно стоять на воде. — Ты должна испускать поток чакры из нижней поверхности стоп и с помощью водоотталкивающей силы ходить по поверхности воды. Только это сложнее тем, что количество чакры должно меняться в зависимости от волн. Думаю, к вечеру ты сможешь освоить этот навык.       Наруто, только закончивший свой нехитрый ужин, поперхнулся.       — Чего-чего? Водаот… водоотталкивающаяся сила, даттэбайо? Это как вообще?!       — Не беспокойся, Наруто. — беспечно заявил Хатаке. — Ты тоже будешь так тренироваться.       — Да я и не беспокоюсь…       «Так… надо сконцентрировать чакру в ступнях».       Лиззи осторожно, шаг за шагом, приблизилась к воде, ступила на водную гладь… и ничего не произошло. Вернее произошло, но длилось буквально пару секунд, и вот ее ноги уже по щиколотку в студеной воде, которая ошпарила не хуже кипятка.       Спустя уже минут десять она поняла, что переоценила свои силы, и через час она могла стоять, но затем теряла концентрацию и ноги снова погружались в воду. Ни о какой ходьбе не могло быть и речи, тем более, что погода была ветреная и солнце, так обрадовавшее ее с утра, исчезло, уступив место пасмурным облакам и даже легкому моросящему дождю местами. Настрой терялся и к полудню счастье от таланта обесценилось. Контролировать количество чакры при малейших вибрациях она не научилась. Возможно, при опытном сенсее дело пошло бы бодрее, но тот был занят, и Лиззи самой, на ощупь, приходилось приспосабливаться и подбадривать себя. И утомляло это довольно сильно.       Устало взглянув на окоченевшие ступни, куноичи мрачно смотрела на пруд, ставший ей ненавистным. Да, она не отрицала, что работать придется, но она не ожидала, что это окажется таким трудным. Даже для нее.