Совершенно другая история

***

      С того летнего собрания прошло больше недели. Осень в Ривердэйле в этом году была невероятно сказочная: листва на деревьях медленно окрашивалась в золотисто-красные оттенки, дни стояли солнечные и тёплые. Северный ветер прогонял тяжёлые тучи и белоснежные облака, оставляя над городом прозрачную синеву, но своей прохладой давал понять: безмятежные летние деньки закончились. Вместе с порывами сезонных ветров в город ворвались и новые жители. Если на прошлой неделе в Ривердэйл приехали школьники из Хоукинса, то сегодня в город прибыл новый герой…       Подростки после уроков находились на школьной площадке для ланча неподалеку от главного здания. Заняв почти все деревянные лавки и столики, школьники вновь собрались привычными кучками. Вероника Лодж, Бетти Купер, Джагхед Джонс и Арчи Эндрюс сидели вместе, и это было по привычке: девчонки с одной стороны, а мальчишки напротив них. Ветерок ласково касался чёрных волос Вероники, шевеля их, на что девушка терпеливо убирала пряди назад, дабы они не мешали наслаждаться греческим салатом. Арчи, не отрываясь, смотрел в экран мобильного телефона и клацал пальцами по миниатюрной клавиатуре. Бетти и Джагхед что-то бурно обсуждали. Вероника особо не прислушивалась к их разговору, но полагала, что весь спор был из-за задачки по математике.       — Бросьте уже, пожалуйста! — взмолилась Лодж, бросив требовательный взгляд в сторону подруги.       Одарив сердитым взором мальчишку, что сидел напротив, Бетти довольно хмыкнула. Вероника осталась довольна: друзья наконец-то перестали шуметь и можно было вдоволь насладиться сплетнями с соседних столов.        — Арч, чем занят? — Джагхед легонько подтолкнул друга локтём, отчего рыжеволосый испуганно уставился на друзей.       — Я тут стихи набросал для новой песни, — было произнесено немного неловко. — О чём вы говорили?       — Ни о чём, Арчикинс. Эти двое вновь спорили из-за какой-то ерунды, а я пытаюсь пообедать в спокойствии.       — Ты прочитаешь нам? — так нежно попросила Бетти, поправляя белоснежный воротничок, торчащий из-под голубого свитера.       Приятель широко улыбнулся и принялся зачитывать друзьям свои только что сочинённые строки. Ребята с неподдельным интересом слушали его чуть хрипловатый голос, изредка переглядываясь. Вдруг неподалеку от их стола раздался оглушительный крик, а следом безудержный хохот. Бетти и Вероника одновременно обернулись назад и увидели, что через пару столиков от них сидела девчонка с мокрыми волосами. Она тихонько рыдала, собирая обратно на поднос тарелки и столовые приборы, а затем, быстро вскочив на ноги, помчалась прямиком к зданию школы. Пробежавшись взглядом по присутствующим на школьной площадке, Элизабет увидела парней из Хоукинса, которые сидели совсем неподалёку. Во главе стола вальяжно рассиживал парень со спортивным телосложением, его светлые кудрявые до плеч волосы походили как раз на те причёски, что носили молодые люди в восьмидесятых. Прямо на школьной площадке Билли Харгроув без стеснения держал в пальцах сигарету и о чём-то яро рассказывал, сопровождая фразы громкими смешками. Мало кому нравился этот новенький, хотя разве что Чак Клейтон и Реджи Мантл с удовольствием приняли его в свои ряды засранцев, как раз сегодня перед занятиями их видели вместе за школой. И это было не удивительно. Бетти недовольно сморщила нос и вновь перевела взгляд. Совсем в другом углу стола сидел юноша с копной тёмно-каштановых волос и что-то отвлечённо разглядывал в опавшей листве. Его звали Стив Харрингтон. Элизабет часто виделась с ним на совместных занятиях. На математике Стив сидел прямо за её спиной и, бывало, настойчиво сверлил взглядом. Несмотря на своё смазливое личико и располагающий образ, парень частенько ошивался в компании плохишей, и из-за этого у Бетти сложилось об этом «милашке» двоякое впечатление. Интересно было и то, что Стив никогда не шумел в школьных коридорах, никого не задирал и не дрался уже в первую учебную неделю, как тот же Билли Харгроув.       Стив терпеливо наблюдал за выходками Билли, думая только о том, что ему просто необходимо было вернуться в основной состав команды. Харрингтон почему-то решил, что если будет всё время тереться в этой отвратной компании, то кудрявый, возможно, поможет с возвращением. Вот и приходилось мириться с этим идиотизмом каждую божию минуту, но у Стива была чёткая цель: играть и быть замеченным нужными людьми, дабы поступить по спортивной стипендии в колледж. Поэтому каждый раз, когда Харгроув вытворял что-то грязное и гадкое, Стив предпочитал просто стоять в стороне и не бросаться спасать того, кто попался на пути накаченному верзиле. Остальные хоукинские ребята были не прочь вписаться в местную атмосферу, присоединившись после занятий к местным на обед. Чак Клейтон решил немного подшутить в своём вовсе несмешном стиле, дабы заслужить расположение покорившего его буквально до визга новенького, и теперь ни в чём неповинная школьница осталась не только без обеда, но и опозорилась на виду у всей школы.       — Кэтрин, детка, ты помечена, гордись! — крикнул Реджи в сторону отдаляющейся одноклассницы.       В этот момент Стив испытывал стыд и смятение, ибо все находящиеся на площадке подростки смотрели в сторону их стола. Но тут Харрингтон случайно заметил на себе любопытный, изучающий его взгляд белокурой девчонки, что сидела на пару столиков дальше. На самом деле Стив уже давно приметил её и даже успел пару раз полюбоваться крупными чертами лица, забавной манерой подёргивать хвостиком, когда та тянула руку за ответом у доски. А ещё за несколько дней удалось узнать, что эта милашка была черлидершей, входила в комитет репетиторов, подрабатывала в школьной газете. В общем, всегда и везде успевала. Такие хорошие девочки были как раз во вкусе Стива, но отчего-то не покидало досадное чувство, что такая особа вряд ли посмотрит когда-нибудь в его сторону. Ну что у них общего?       Стив отвернул лицо в противоположную сторону, а Бетти покачала головой. В этот момент поспешила отвлечь подруга.       — Би, ты ещё с нами? — лукавая ухмылка подоспела как раз вовремя.       — Да, — быстро ответила Элизабет, натянуто улыбнувшись друзьям, а затем аккуратно обернулась и вновь встретилась взглядом со Стивом.       Сам Стив теперь смотрел прямо в глаза, ни капли не смущаясь, отчего Бетти вдруг почувствовала предательский румянец на щеках.       — До сих пор не могу понять решение администрации, — заговорил Джагхед, заставляя друзей обратить на него внимание, — зачем нам эти идиоты? Своих что ли мало?       — Не будь к ним так несправедлив, бро, — улыбнулся Арчи. — Среди них не все такие отбитые, как Харгроув.       — А этот кудрявый бунтарь вылитый древнегреческий Арес: хитрый и вероломный до краёв своей кожаной куртки, предпочитает войну ради самой войны, а если война, то непременно коварная и кровавая.       Вероника уверенно закончила своё предложение и как ни в чём не бывало продолжила потягивать из соломинки апельсиновый фреш, друзья на несколько секунд потеряли дар речи. Первым заговорил Джагхед:       — И снова цитаты… Это какой-то разбор личности, получается.       — И как здорово у тебя выходит, — поддержал Арчи. — Ты уверена, что факультет бизнеса — твоё? Может, пойдёшь изучать психологию?       — Вторая Карен Хорни, правда на латиноамериканский лад. А что, звучит неплохо.       Друзья заулыбались.       — Ви, — Бетти шёпотом позвала подругу, та вопросительно посмотрела на нее в ответ, чуть сдвинув брови. — А сейчас тот парень — Стивен? Кажется, он всё ещё смотрит на меня?       Вероника не сразу поняла, что от неё требуется, продолжая вопросительно таращиться. А вот Бетти уже пожалела о своём вопросе и мотнула головой, давая понять, что не спросила ничего серьезного. Но было поздно, подруга уже смотрела на нужный столик и игриво улыбалась.       — Будь спокойна, когда я посмотрела в его сторону, он отвернулся, — Вероника говорила тихо и мягко, продолжая играть бровями. — Но он за тобой, кажись, присматривает.       В ответ Элизабет закатила глаза, она знала этот игривый тон подруги.              — Прекрати.       — Да перестань ты, Би, он просто красавчик! Ты видела его шевелюру?       — Хватит! — отозвалось недовольным шипеньем в ответ.       Вероника ещё сильнее растянула губы в улыбку, но больше ничего не ответила. В это время друзья снова услышали шум и вновь попытались найти источник того, что привлекло их внимание. Подруги привстали из-за стола и переглянулись. Прямо перед школьным крыльцом припарковался черный Rolls-Royce Phantom, но из автомобиля никто не торопился выходить.       — Кто это? — возмутилась Вероника, бросив короткий взгляд на подругу.       Наконец дверца машины открылась, на солнечную площадь вышел высокий худощавый юноша с копной чёрных как смоль волос. На незнакомце был тёмный свитер с высоким воротником и классические брюки. Лакированные ботинки настолько ярко отсвечивали солнечные лучи, что даже с приличного расстояния можно было заметить, насколько они были чистыми. Внешность незнакомца отчаянно притягивала глаз: острый слегка выступающий подбородок, рельефные линии скул, бледная кожа напоминала фарфор, а тонкие линии губ были сложены в загадочную ухмылку. Незнакомец, поправив свои волосы, которые упрямо развивались от порыва ветра, уверенно зашагал к зданию школы, а за ним следом вышагивал такой же статный, но пожилой мужчина.       — К нам пожаловал вампир?       — Эдвард Каллен.       Школьники старшей школы Ривердэйла и Хоукинса сыпали нелепыми теориями. Вероника стояла молча, оцепенев, продолжая таращиться на школьные двери, за которыми только что скрылся новенький. Сердце в груди стучало так, что отдавалось эхом в ушах, Лодж не могла поверить своим глазам. Компания друзей вновь опустилась на свои места. Шумиха вокруг увиденного постепенно угасала.       — Ви, — позвала Бетти, но ответа не последовало.       — Ты что, призрака увидела? — решил пошутить Джагхед, но никто не засмеялся.       — Вроде того…       Бетти и Арчи смотрели одинаково недоверчиво, а Джагхед чуть насмешливо, и хмуря брови.       — Доброго времени суток, грустный Клуб «Завтрак»! — тонкий настырный голосок словно ветер пронёсся по ушам.       У столика стояла Шерил Блоссом, длинный ярко-рыжий волос был собран в толстый хвост. Некоторые пряди выбивались из причёски и ласково касались скул, поддаваясь ветру. Одноклассница внимательно изучала каждого из ребят пронизывающим карим взглядом, сопровождая ухмылкой на алых губах. И ухмылка эта не предполагала ничего хорошего, Шерил Блоссом славилась скверным характером.       — И тебе привет, Шерил, — первым отозвался Арчи, сдержанно улыбнувшись.       — Сегодня я не к тебе, мой рыжеволосый друг, — ласково пролепетала девчонка. — Я, в общем-то, к вам, дамы. Надеюсь, вы не забыли о сегодняшней тренировке «Лисичек»?       — Как такое можно забыть? — иронично отозвалась Вероника, позже опустошив до конца бумажный стаканчик.       — Вот и отлично! Кстати, вы видели того героя готической эпохи, который только что отправился к директору?       — Ещё бы, — пробубнил Джагхед. — Новеньких в этом году развелось, как комаров на болоте.       — Надеюсь, вам не нужно говорить, что этот герой под запретом?       — Чего?       Всеобщему удивлению не было предела.       — Это мой будущий суженый, мы подходим друг другу идеально! — с серьёзным видом заявила Шерил, внимательно наблюдая за реакцией каждой из девчонок.       — Ох, остынь, — как можно мягче возмутилась Вероника, — ты уже вся кипишь. Оставь свой пыл для тренировки.       — Не вставай у меня на пути, Лодж! — прошипела рыжеволосая бестия в ответ. — Иначе испепелю.       — Может, поспорим?       — Хм, интересно, на что?       — Он на тебя не посмотрит даже.       — Мне стало слишком скучно, — сухо пробубнил Джаг и, встав из-за стола, направился в сторону школы, выбросив по дороге содержимое подноса в контейнер с отходами.       Арчи растерянно смотрел на одноклассниц: то на одну, то на другую. Можно было бы уже привыкнуть к стычкам этих двоих, но каждый раз всё будто по-новому.       — Ладно, увидимся в спортивном зале, — рыжеволосый музыкант приветливо кивнул и отправился следом за другом.       — Шерил, мы увидимся на тренировке, — уверенно проговорила Бетти, переключая внимание на себя, ибо казалось, что про «испепелить» Блоссом вовсе не шутила.       — Увидимся!       Капитан «Лисичек» тут же развернулась на своих высоченных каблуках и зашагала прочь.       — Ви, а тебе-то какое дело до этого новенького? — соблюдая все правила приличия, прошептала подруга. — Твоя реакция меня слегка удивила.       — Это Доминик Бернар, — прошептала Вероника, — я рассказывала тебе о нём когда-то.       — Подожди, не он ли твоя первая любовь? — оживилась Бетти, в её больших зелёных глазах заплясали озорные огоньки. — Так не бывает! — громко воскликнула она, но тут же притихла, заметив, как в её сторону вытаращились парни, проходящие мимо.       Среди юношей был и Стив Харрингтон, и вот они снова встретились короткими взглядами, но в этот раз Элизабет не стала заострять на этом особое внимание, сейчас она была увлечена совсем другим событием.       — Только не говори никому! — взмолилась Вероника. — Я срочно должна с ним поговорить.

***

      На следующий день Вероника Лодж стояла перед зеркалом в женском туалете школы и изучала свой наряд. Сегодня было тёмно-синее платье с белым воротничком, ткань тесно обтягивала стройную фигуру, делая её ещё миниатюрнее. Волосы знойная особа аккуратно уложила в блестящие волны, струящиеся вдоль лица. Мысленно похвалив себя за выбор оттенка помады, Вероника в крайний раз взглянула на свой образ с ног до головы, глубоко вздохнула и направилась на урок. Это были тревога и паника — «друзья», с которыми Лодж не сталкивалась довольно давно. Вчера ей так и не удалось поговорить с Домиником, ведь старый знакомый задержался в школе всего лишь на несколько минут для переговоров с директором, затем исчез быстро, как и появился. Но наступило сегодня. Сегодня Вероника просто так сдаваться не собиралась.       — Подруга, подожди меня!       — Привет, Ви, ты сегодня неприлично хорошо выглядишь. Есть повод? — усмехнулась Бетти, заталкивая в сумку учебники.       — Что значит сегодня? — наиграно возмутилась Вероника. — Я всегда хорошо выгляжу! Сегодня, кстати, точно поговорю с Домиником.       — Ты уверена? — в этом вопросе, казалось, было столько тревоги. — Я бы не хотела, чтобы ты переживала…       — Так, ты мне запрещаешь вмешиваться в ваши отношения со Стивеном, я прошу тебя о том же.       — Что? — тут же пронеслось несдержанным восклицанием. — Какие ещё отношения со Стивеном? Мы даже ни разу не разговаривали! К тому же мне не нужны никакие отношения!       — Ну, конечно.       В коридоре вдруг стало слишком тихо, что было совсем непривычным для утреннего времени. Подружки одновременно повертели головами по сторонам, дабы разобраться в том, что происходит. От самого входа медленно двигался Доминик Бернар, а толпа учеников старшей школы расступалась перед ним. Снова понеслась волна тихих перешёптываний: кто-то предполагал, что прибыл незнакомец такой хмурый и мрачный прямиком из России, а кто-то и вовсе утверждал, что он… Вампир. Вся девичья половина школы в полный голос охала и вздыхала, парни же, напротив, выкрикивали мелкие бранные шуточки, с завистью оглядывая новичка. Доминик Бернар и сегодня облачился во всё тёмное, рукава на свитере были слегка закатаны, на запястье виднелись часы на толстом кожаном ремне. Синий острый взгляд новенького показался Элизабет Купер безжизненным.       Новичок благополучно прошёл мимо толпы, краем глаза одарив двух подружек равнодушным взором. Бетти поспешила обратиться к Веронике, дабы пронаблюдать за её реакцией, но та уже спешила потеряться в толпе зевак. Стоило Доминику завернуть за угол, там его уже поджидала старая добрая знакомая. Скрестив руки на груди, девушка стояла посреди коридора и смотрела на юношу так, будто была готова расстрелять на месте. Доминик понимал, что идти ему некуда.       — Доброе утро, Вероника, — мягко и располагающе заговорил приятель, но нотки в его голосе были холодны.       — Доброе утро? — передразнила Лодж, явно возмущаясь. — Тебе нужно объясниться, месье Бернар! — серьёзным тоном добавила она.       Позволив себе наконец-то улыбнуться, Доминик протянул ладонь, но это не подействовало, Вероника продолжала злиться.       — Я рад видеть тебя, ты не изменилась с нашей последней встречи, — было произнесено будто на сеансе гипноза, юноша очаровывал приятным негромким голосом.       — Мило, но перейдем к главному вопросу: что ты тут делаешь?       — Скажем так, маме захотелось вернуться в родные места.       — Ты же несерьёзно?       — Похоже, что ты не особо мне рада.       — Я просто… удивлена, — растерялась Вероника, пожимая плечами. — Какое-то нелепое совпадение, ты и тут… в Ривердэйлде.       — Я предлагаю ничего не усложнять, хорошо? — почти прошептал Доминик, сделав шаг навстречу, затем чуть склонился. — Мы можем притвориться, что и вовсе друг друга не знаем.       — Нет! — тут же прозвучало жёстким и убедительным восклицанием. — Не говори ерунды!       — Отлично, — и вновь скованная улыбка, — тогда мы можем называть друг друга друзьями, — прозвучало ни вопросом, ни утверждением — слишком сложно, чтобы понять.       Доминик не дал Веронике возможности ответить, он лишь аккуратно коснулся её плеча и зашагал вперёд, оставляя свою не-до-подругу позади в полной растерянности. Вероника обернулась ему вслед, но тот уже торопился затеряться в толпе. Отчего-то захотелось тут же вернуть Доминика назад, чтобы договорить, но в этом не было особого смысла, по крайней мере, пока. Предстояло отложить эту идею до следующего удачного шанса. Тем временем Элизабет продолжала шарить глазами по шумному коридору в надежде найти подругу, но тут её внимание отвлёк звонкий возглас над ухом.       — Какого, простите, чёрта Лодж ошивается рядом с новеньким? Я же сказала ей держаться от него подальше!       — Не знаю, Шерил, — тихо произнесла Бетти, — может, тебе переключиться на кого ещё?       Шерил ничего не ответила, ибо не знала, что сказать. Она демонстративно махнула копной волос и поплыла по школьному коридору в сторону кабинета английского языка. Размышляя над планом завоевания новичка, девчонка случайно столкнулась с Билли Харгроувом, подростки еле устояли на ногах. Билли успел схватиться за тонкую талию, уверенно и нагло прижимая одноклассницу к себе. Реджи и Чак загадочно переглянулись, предполагая, что может случиться дальше.       — Смотри под ноги, допотопный Казанова, — сухо отозвалась рыжеволосая бестия, вырвавшись из цепких пальцев.       — Малая, тише, — прохрипел Билли, ехидно ухмыляясь. — Малая с длинным языком…       — Шерил, дорогуша, не злись, — промурлыкал Чак, но в ответ получил лишь новую порцию сердитого взгляда.       Поправив подол платья, Шерил двинулась дальше, оставляя парней в лёгком смятении.       — Какая она у вас… непростая, — отвлечённо заговорил Билли, не отводя взгляда от длинных ног.       — Чувак, она тебе не по зубам, — усмехнулся Реджи.       — Это вам не по зубам! — рявкнул Харгроув в ответ. — А мне самое-то!       Она могла бы без труда затеряться в таком количестве школьников, если бы не тот яркий цвет её густой копны. Билли даже на расстоянии, казалось, чуял сладкий аромат парфюма. Эта девчонка с длинным языком, однако, произвела на него впечатление.

***

      Предстоял последний урок. Доминик Бернар неохотно переоделся в спортивную форму и появился в спортзале. Новенький был готов просидеть хоть три урока истории подряд, но только не единственное занятие по физической культуре. Подростки разбрелись в разные стороны: черлидерши тусовались в одной кучке, повторяя движения, баскетболисты оккупировали кольцо и носились вокруг него, отнимая друг у друга мяч. Новичок осмотрелся. Веронику Лодж он узнал без труда, на ней так хорошо сидела черлидерская форма синего цвета, Доминик поймал себя на непроизвольной улыбке. Ещё юноша заметил рыжеволосую даму, которая целый день составляла ему компанию на занятиях. Шерил Блоссом плавно помахала пальцами и широко улыбнулась. В ответ Бернар лишь кивнул, ему совсем не хотелось привлекать к себе внимание, но было поздно — Вероника уже испепеляла его своим вопросительным взглядом. Тогда Доминик уже было хотел направиться в сторону скамеек, как вдруг перед ним прямо на спину упал его новый одноклассник. Парня явно кто-то толкнул, поскольку тот сердито сжал скулы и что-то грозно пробубнил. Доминик, не раздумывая, протянул ему руку, дабы помочь подняться, а тот без лишнего стеснения воспользовался помощью.       — Малыш Стиви, может быть, ты посидишь на лавочке для запасных? — послышалась хрипловатая усмешка.       Оба парня, одновременно обернувшись, увидели Билли Харгроува. Тот довольно ухмылялся, демонстрируя свой голый торс.       — Недоумок, — выпалил Доминик и тут же удивился сам себе: он ведь почти никогда не выражался.       — Это ещё мягко сказано, — сердито ответил Стив, просверливая дырку в спине своего главного противника.       — Главное, не поддаваться провокациям.       — Это непросто, — усмехнулся одноклассник, протягивая руку. — Я, кстати, Стив. Стив Харрингтон. Из Хоукинса.       — Доминик Бернар, из Парижа.       Обменявшись рукопожатиями, новые знакомые отправились на скамью.       — И как тебя сюда занесло?       — Сам удивляюсь.       — Понятно, — Стив принялся растирать икры на ногах, чувствуя сильную боль.       — Почему он себя так ведёт? — взгляд Доминика был устремлён на Билли, который дурачился, обыгрывая всех мячом.       — Он капитан, ему всё можно. А вот я в прошлом году совсем забросил баскетбол, и его взяли на моё место. Теперь я во втором составе.       — Довольно странно, что его взяли капитаном. Судя по тому, как кривляется ему самое место в зоопарке среди приматов.       — Неплохое сравнение, — весело отозвался собеседник. — Только вот он реально хорошо играет, тренер соглашается с ним во всём.       — Я уверен, у тебя ещё будет возможность вернуться в основу. Просто надо продумать стратегию.       — Окей, — усмехнулся Стив, — ты, похоже, сообразительный.       — Спорить не буду. Да и ты не дурак, раз всё-таки не ведёшься на его провокации.       — Чего расселись по лавкам? — рявкнул тренер. — Реснички красить будете в другом месте, дамы. Харрингтон! Пять штрафных кругов! Побежал!       — Надо идти, — недовольно отозвался Стив, — был рад знакомству. Хоть одно нормальное лицо в этой школе.       — Ещё пообщаемся, надеюсь, — довольно кивнул Доминик.       Подняв на прощание большой палец вверх, Стив побежал к остальным баскетболистам. Доминик же был очень доволен собой: раз ему придётся существовать в этом городе, значит, необходимо обзавестись хотя бы одним приятелем. Адаптация — штука непростая, особенно для такого одиночки, как Доминик Бернар.       После тренировок с «Лисичками» Шерил как обычно чувствовала себя чудесно. Вдоволь накомандовавшись девчонками, она вновь для себя подтвердила своё превосходство. Настроение было приподнято и тем фактом, что новичок сегодня на уроках был только в её распоряжении. По привычке из раздевалки Шерил вышла самая последняя. Тяжелая тренировочная сумка своим ремнём тянула вниз, но девчонка уверенно вышагивала на каблуках, невзирая на усталость. Вдруг из-за поворота появился ещё один новенький, и они вновь столкнулись.       — Малая? Ты преследуешь меня?       — Ещё чего! Дай пройти!       Билли Харгроув в наглую хвастал своими мышцами на оголённом теле, по которому струились капли пота. Паренёк всегда выкладывался по полной, и сегодняшняя тренировка была не исключение.       — Харе грубить, — вдруг рявкнул Билли, резко притянув девчонку за запястье.       Сладкий аромат вишни ударил в нос, Харгроуву показалось, что закружилась голова.       — Ты мне неприятен, — ответила Шерил, уверенно заглядывая в голубые глаза напротив. — Этого недостаточно?       — Серьёзно?       Затем последовал громкий смех, который заставил девчонку непроизвольно раскрыть рот от удивления.       — Что здесь смешного?       — Ох, да ты и правда настоящая стерва, Блоссом. Но ведь как интересно получается, ты думаешь, что тебя все здесь уважают и бояться, но я открою тебе тайну: на самом деле тебя считают омерзительной пустышкой, прикинь?       Все эти речи явно пришлись Шерил не по душе, она резко переменилась в лице.       — Хамло.       — Ой, я тебя обидел?       — Убери от меня руки! — пронеслось громким требованием, но цепкую хватку на запястье никак не удавалось расслабить.       Билли ещё сильнее притянул к себе напуганную и дрожащую Шерил, затем нагнулся к её уху.       — Отпусти её, — вдруг послышался спокойный, но требовательный голос.       Это был он — Доминик Бернар. Шерил вдруг улыбнулась, вмиг позабыв об обидчике, а вот Билли разозлился ещё сильнее.       — А ты кто? Народный герой? — крепкая рука наконец-то отпустила девичье запястье.       — Я не герой, — отрицательно мотнул головой Доминик, — но обижать девушек не позволю.       В коридоре послышались возгласы парней, которые непроизвольно предотвратили намечающуюся драку.       — А, ясно, очередной богатый малец, — усмехнулся Билли. — Я тебя запомнил, амиго. Ещё свидимся.       Билли Харгроув не забывал своих обидчиков, он видел их несчастные изуродованные лица во сне: они просили у него пощады.       — Какой ужас, — презрительно выпалила Шерил, провожая взглядом спину Харгроува. — В наше время такой беспредел!       — Давай отойдём.       Пропустив команду болтливых баскетболистов, которые бурно обсуждали какой-то бар, Доминик и Шерил смогли наконец-то нормально поговорить.       — Я так рада, что ты спас меня. Спасибо.       — Этот парень сегодня всем успел поднасолить, — вспоминал Доминик. — И сдаётся мне, что он от тебя так просто не отстанет. Будь осторожна, — следом добавил он и двинулся вперёд.       — Доминик, подожди,       — Слушаю.       — Прогуляемся?       — Меня, по правде говоря, уже ждёт водитель. Есть неотложные дела.       — А, может быть, ты как-нибудь позанимаешься со мной… По истории, например?       — Тебе это вряд ли необходимо, — попытался улыбнуться Бернар. — Сегодня у доски ты ответила превосходно.       Это походило на игру, и Доминик отчётливо понимал, что девчонка попросту хочет его внимания. Но, к сожалению, Бернар не хотел давать бесполезных поводов и ложных надежд. Заводить отношения в этом городе не входило в его планы. А вот Шерил металась и не знала, что ей ещё предложить, дабы наверняка заинтересовать этого непробиваемого новичка.       — Жаль.       — До завтра, Шерил.       — Увидимся, — совсем сухо отозвалась та, провожая своего героя растерянным взглядом.       Всё это, конечно, сразу повлияло на настроение. Шерил была настолько огорчена происходящим, что почти на автопилоте добралась до школьной парковки. Весь короткий путь она строила догадки у себя в голове. Обида спазмами стучала по вискам, девчонка не могла понять, почему одни парни носятся за ней сами, а другие избегают, вынуждая напрашиваться на их внимание.

***

      В каждом городе есть один жуткий дом, который окружающие обходят стороной, а дети пугают друг друга о нём страшилками. В Ривердэйле это был Торнхилл, семейный особняк Блоссом с собственным кладбищем. Автомобиль красного цвета заехал на территорию поместья, Шерил выключила надоедливое радио. Девчонка до смерти устала в школе, но покидать свою уютную машину совсем не торопилась. В голове крутились слова и образы новенького, казалось, мистического героя — Доминика Бернара.       — Шерил! — неожиданный удар в стекло вызвал неимоверное желание кого-нибудь переехать машиной.       Пенелопа Блоссом — мать семейства, аккуратно сняла жёсткую кожаную перчатку и отошла в сторону, дожидаясь появления дочери. Настроение у женщины было подозрительно приподнятым. Как позже заметила сама Шерил, в глазах её матери танцевали демоны, а губы цвета кленового сиропа расплывались в экзальтированной улыбке.       — Что тебя так возбудило, мамочка? — прозвучало подколом. — Получила лицензию на открытие борделя?       — Твой острый язык обязательно подрежут, — не сбавляя ликующего настроя, произнесла Пенелопа и толкнула входную дверь, — это лишь вопрос времени.       В готической гостиной так неуютно горели свечи и так противно пахло головокружительным сандалом — стандартная обстановка для этого дома. Бабушка Роуз словно оцепеневшая таращилась на непокорный огонь в камине, а мать принялась с кем-то до тошноты любезничать по телефону. Лицемерие, тайны и ненависть — вечные спутники этого большого тёмного замка.       — Ты куда-то собираешься? — равнодушно спросила дочь, разглядывая парадное платье матери.       — Да, мы собираемся к нашим новым щедрым друзьям.       Пенелопа аккуратно подняла хрустальный бокал с тёмно-алой жидкостью и сделала глоток.       — Мы? Я планировала принять ванну и лечь спать.       — Меня это не интересует! — женщина резким движением смахнула остатки помады на белоснежную салфетку и кинула свой недовольный взгляд на дочь. — У тебя есть пара часов, ребёнок.       Шерил метнулась по лестнице к себе в комнату. Наводить на дочь страх и ужас было излюбленным занятием её семьи. Мёртвый брат-близнец, мёртвый отец, который убил своего же собственного сына, мать — тиран… Ненависть пожирала изнутри израненную юную душу, дочь чувствовала себя марионеткой в безжалостных взрослых руках. Всю злобу, зависть и агрессию Шерил вымещала на своих одноклассниках. Больше всего доставалось Веронике Лодж: её идеальная крепкая семья, дом полный любви и заботы о своей маленькой дочурке вызывали полнейшее отвращение. Отвращение, скрытое под обычной житейской завистью. Ситуацию ещё больше усугубляло появление новенького «Эдварда Каллена» в школе, с которым у Вероники был подозрительно-эмоциональный разговор. Шерил заметила это сразу, а ещё предположила, что эти ребята, возможно, имели какую-то непростую общую историю в прошлом. Да, Шерил была упряма, местами невыносима, но умна.       На улицах Ривердэйла поднялся порывистый ветер. Грозовые свинцовые тучи нависли над домами местных жителей, скрывая некогда отличный солнечный день. Да, погода в этом городе менялась быстро, как и настроение горожан. На часах пробило восемь, Джагхед Джонс вышел из дома своего приятеля Арчи Эндрюса и направился в сторону закусочной «Попс». Мальчишку радовала такая неоднозначная обстановка на улице, он ждал шторма после продолжительного затишья. Шёл последний год обучения, с Бетти Купер было покончено и с вечной нервотрёпкой тоже, всё это когда-то звалось отношениями. Да, парнишка иногда впадал в уныние и скучал по своей бывшей, он даже как-то пару раз порывался вызвать её на примирительный разговор, но что-то вечно останавливало. Было предчувствие чего-то нового.       Джагхед услышал звук затвора фотокамеры и огляделся. На другой стороне дороги стояла новенькая из Хоукинса и фотографировала угрюмые облака. Чудак сначала махнул рукой и направился дальше, но вдруг остановился. Кто же будет обращать внимание на обычные грозовые облака? Что было в них такого особенного? Захотелось выяснить это немедленно.       — Нужно фотографировать на реке Свитуотер, там небо получается объёмнее.       — А где это? — тихо и спокойно спросила новенькая и опустила фотоаппарат.       — Эм, — Джаг дёрнул плечами и расплылся в непроизвольной улыбке, — так и не объяснить. Надо показывать.       Нэнси Уилер улыбнулась в ответ и поправила волосы. По правде говоря, ей понравился этот парнишка в первого взгляда ещё в классе. Уилер почувствовала, что между ними есть что-то общее — они оба были чудаками.

***

      Чёрная машина подъехала к небольшому двухэтажному готическому дому. Гостей встретил пожилой мужчина в костюме и приветливо пригласил пройти в дом. Пенелопа Блоссом держала в руках бутылку кленового сиропа собственного производства и с гордым видом вышагивала вперёд. Позади плелась Шерил, с предвкушением ожидая встречи со своим загадочным героем. Здесь и без труда можно было догадаться, что дом принадлежал семье Бернар. Когда-то в детстве Шерил интересовалась, кому же принадлежит столь схожий с её собственным жилищем заброшенный дом на окраине города. Теперь всё наконец-то встало на свои места.       Тем временем перед гостями предстала изумительная гостиная, напоминающая те, которые так живописно изображали художники прежних веков на своих полотнах. Шерил даже на минуту показалось, что она и не покидала собственный дом, уж слишком были схожи дизайнерские решения. Некоторые двери в этом доме заменялись массивными арками, большие окна тянулись к потолку. Тëмные стены украшали старинные доспехи и картины в широких рамках. Чрезмерная мрачность компенсировалась камином и свечами. Из соседней комнаты вышли хозяева дома и поспешили представиться.       — Я Луи Бернар, а это моя жена Сара.       — У вас чудный дом, — Пенелопа всплеснула руками и натянула фальшивую улыбку. — А это подарок — кленовый сироп производства семьи Блоссом.       В ту же минуту Шерил замерла, вглядываясь в лица родителей Доминика. Уж так сильно ей захотелось им понравится.       — Благодарю! А ты Шерил? — Сара любезно улыбнулась девочке.       — Она учиться в одном классе с вашим сыном. Верно? — Пенелопа кинула свой требовательный взгляд на дочь.       Шерил нервно улыбнулась, ожидая дальнейшего разворота сценария вечера. А спустя некоторое время, более-менее привыкнув к здешней обстановке, и допив бокал сока, Блоссом младшая смогла немного расслабиться. Она не слушала, о чём говорят взрослые, её это не интересовало. Очередная сделка, очередные цифры, бизнес-планы. Было ясно одно — Шерил здесь в качестве трофея, которым можно похвастаться перед очередной семьёй богачей. Интересовал другой вопрос: где же Доминик?       — А где ваш сын?       Пенелопа будто бы услышала мысли дочери, но на самом деле ей хотелось увидеть то самое чадо, являющееся наследником колоссального винного состояния.       Луи взглянул на большие деревянные часы, а затем невозмутимо заговорил:       — Тренировка по фехтованию закончилась около двадцати минут назад, вероятнее всего, наш мальчик в зимнем саду.       — Какое совпадение, — воскликнула Блоссом старшая и положила руку на плечо дочери, — Шерил тяготеет к фехтованию с малых лет, но сами понимаете, в нашей глуши найти профессионала…       — Не прибедняйся, мама, — в разговор наконец-то влезла Шерил, — думаю, теперь эта ситуация поправима.       Все хором рассмеялись. Все, кроме Шерил. Она больше не могла выносить эту фальшь и пустые разговоры. Мольбы были услышаны, когда наконец родители решили разойтись на время: Луи отправился выкурить сигару, а женщины разглядывать фамильный антикварный хлам. Сама Шерил слегка взбодрилась, когда случайным образом обнаружила большое кованое зеркало в коридоре. Волосы собранные в жёсткий хвост стекали по шёлковой зелёной блузе. Юбка-карандаш средней длины подчёркивала осиную талию и до безобразия идеальные бёдра.       — Свет мой, зеркальце, скажи, — где-то позади послышался приятный негромкий голос.       Это был он — парень её мечты с недавних пор. Серый свитер, строгие брюки, парфюм древесного аромата, натёртые до блеска туфли — словно только что сошёл с модного каталога.       — Уже переоделся?       — Я торопился.       — Твои родители сказали, что ты тренировался.       Доминик открыл дверь в оранжерею и жестом пригласил гостью пройти вперёд. Шерил осмотрелась в помещении и в изумлении приоткрыла рот. Перед ней предстала вся живая красота домашнего сада. Здесь было светло и уютно, повсюду красовались растения, слышался приятный звук льющейся воды.       — Я знал, что у нас гости, — повторился Доминик. — Но я не знал, что будешь ты.       — Расстроен?       — Да нет… Наоборот.       — Наши родители, похоже, что-то серьёзное затевают.       — Очередная бизнес сделка, для нас с тобой ничего интересного.       — Это точно.       Минутная пауза повисла в помещении. Шерил поспешила продолжить разговор, перетаптываясь с ноги на ногу.       — Послушай, Доминик, я хочу извиниться за свою навязчивость.       — О чём ты?       — Сегодня в школе я вела себя некорректно, даже… преследовала тебя.       Гостья изрядно волновалась и путала слова, а Доминику было такое смущение по душе.       — Всё в порядке.       — Твоё появление в школе вызвало ажиотаж и шокировало.       — Моё появление многих шокирует, — усмехнулся юный хозяин дома. — Люди, должно быть, думают, что такой, как я жаждет собрать всеобщее внимание и овации, окружить себя толпой поклонников.       — Но ты не такой, да?       — Поэтому я и предпочитаю компанию в своём собственном лице. Не переношу фальши и лицемерия.       Доминик глубоко вздохнул, а Шерил ещё больше раскрыла свои карие глаза от удивления. Новенький предстал перед ней в новом свете — открытый и искренний, его аристократические черты лица и утончённую внешность дополняло благородство характера и завидное мужество. Вспомнить хотя бы дневную стычку с Харгроувом: ещё ни один из ривердэйловских ребят не дал ему отпор, а Доминик смог.        — Я буду рада, если иногда сможешь составлять мне компанию, — чуть слышно отозвалась Шерил и прошла на пару шагов вперёд.       Бернар спрятал руки в карманы брюк, украдкой улыбнулся и аккуратно зашагал следом. Вдруг стало необычайно комфортно в присутствии этой дамы, сейчас она казалась искренней и настоящей.       — Ты любишь цветы?       — А какая девушка их не любит?       — Тогда у меня есть для тебя подарок.       Внимание было обращено на деревянный столик, на котором стояла небольшая ваза с маленьким ростком.       — Что это?       — Это роза, она ещё не созрела.       Доминик говорил так тихо, завораживающе и убаюкивающе, казалось, рыжеволосая бестия готова была слушать эти речи вечно.       — И когда же она созреет?       — Дай ей время, Шерил, — юноша аккуратно передал вазу в хрупкие девичьи руки. — Не торопись сама и не торопи события.       — Кажется, намёк поняла. Чувствую, что отныне время побежит с немыслимой скоростью, унося подобные минуты беспощадно, — Блоссом трепетно взглянула на подарок, ей вдруг так захотелось, чтобы остановилось время.       Разве бывает настолько хорошо? Всё было как в сказке: романтичный джентльмен рассказывал о цветах. Мгновение и, казалось, двое молодых людей стали бы друг к другу ещё ближе, но покой нарушил такой знакомый ненавистный голос Пенелопы Блоссом.       — Шерил, где ты? Нам пора!       — До встречи, Доминик, — девчонка кивнула головой и медленно развернулась, страх встретить в коридоре гневную мать пересилил желание любовного прощания, — надеюсь, что это наша не последняя подобная встреча.       Доминик задумчиво глядел вслед новой знакомой. В его душе закралось сомнение: может, стоило всё же попробовать лучше узнать эту местную королеву эпатажа?

***