Совершенно другая история

***

      Осенний ветер разгонял жёлтые и оранжевые кленовые листья, заставляя их взмывать и кружиться в воздухе. Тёплая погода всё ещё держалась на улицах Ривердэйла, хотя синоптики твердили, что к городу движется настоящая зима. После Хэллоуина многое изменилось. Элизабет Купер всё же взялась заниматься со Стивом Харрингтоном два раза в неделю. Отличница старалась подтянуть по предметам одноклассника, но тот почти всё время тратил на любование своей репетиторшей. Радовало то, что общение молодых людей складывалось предельно искренне и… перспективно. Ребята вспоминали забавные истории в классе и радостно пересказывали друг другу события прошедшего дня. Подростки занимались на набережной вблизи реки Свитуотер. Здесь было тихо и безлюдно, лишь пара столов и скамеек. Стив прибывал в восторге от подобного опыта, а Бетти прятала смущённый взгляд в учебник, боясь, что стук её сердца будет слышен не только ей.       Ещё одна новость вмиг разлетелась по окрестностям этого маленького городка. После вечеринки в готическом доме таинственный Доминик Бернар стал ещё ближе общаться с Шерил Блоссом. Ребята успели вместе посетить культурное мероприятие, обновили гардероб в местных магазинах, разделили не один совместный ужин. Шерил была на седьмом небе от счастья, а Доминик и сам не заметил, как пролетели две недели в компании этой дамочки. Одному богу было известно, что так сильно поменяло его отношение к ней в ту ночь. Всё это, конечно же, сводило с ума Веронику Лодж. Стоило ей увидать своего бывшего в компании рыжей выскочки, Вероника была готова тут же, как говорится, «надрать задницу» этим двоим. Но рядом всегда была лучшая подруга Элизабет, которая вовремя приводила в чувства. Но у Вероники были и другие проблемы. Арчи Эндрюс устраивал частые сцены ревности. И ещё последние две контрольные были практически провалены. Вероника понимала, что приезд бывшего и внезапно нахлынувшие чувства рушат её настоящую жизнь — всё то, что она так старательно выстраивала.

      Стив проходил мимо парковки, бросая короткие взгляды в сторону машин. Заметив автомобиль друга, Харрингтон хотел было подойти, но по дороге резко затормозил. Доминик открыл дверцу пассажирского сиденья, откуда показалась стройная длинная ножка на высокой шпильке. Далее появилась и сама дама, расправляя подол чёрного платья. Хоукинский милашка удивлённо вскинул брови и усмехнулся, видеть своего друга в компании Шерил Блоссом до сих пор было непривычно. Стив тут же передумал подходить к ребятам и поспешил в сторону школы. Предстоял очередной мучительный день знаний.       — Кажется, твой приятель из Хоукинса нас стесняется, — Шерил сузила глаза, разглядывая отдаляющуюся спину.       — Разве? — Доминик кивнул водителю, а затем опустил на глаза тёмные солнечные очки. — Зачем нас стесняться?       Взяв своего кавалера под руку, рыжеволосая бестия гордо улыбнулась.       — Мы с тобой — элитный тандем этого города. По всей видимости, Стивен слегка отличается от нас.       — Ma Cherie*, не надо, — недовольно отозвался Доминик, невзначай окинув взглядом подъехавшую машину, из окна которой торчало знакомое сонное лицо.       Пока Шерил пыталась оправдаться, Бернар вновь погрузился в размышления о Веронике: как она себя чувствует, и что происходит в её жизни? Но кой толк в этих вопросах… Теперь Доминик и сам находился в паре, где смог почувствовать себя более-менее комфортно. С Шерил и правда было комфортно, а комфорт юноша ценил. Новая подруга разделяла культурные интересы, старалась не лезть с лишними вопросами, нравилась родителям. С Вероникой Лодж же было всё по-другому: вечное стрессовое состояние, неуверенность в грядущем дне и много тягостных размышлений. Немудрено, что когда-нибудь этот кошмар должен был закончиться. Но закончился ли?       Тем временем старшая школа Ривердейла заполнялась шумными учениками. Остановившись у своего шкафчика, Стив принялся вытаскивать из жестяного ящика учебники. Сегодня опаздывать на занятия не входило в его планы.       — Доброе утро, — послышался позади нежный негромкий голос.       Обернувшись, Стив увидел Элизабет, девушка мило растягивала губы в улыбку, не сводя больших глаз. Светлые локоны, которые выбивались из низкого хвостика мягко струились вдоль спины.       — Как дела? Привет! На какой урок торопишься?       — Направляюсь к мистеру Смиту.       — А, итальянский, — слегка поморщился собеседник. — Зачем тебе лишний факультатив?       — Мне нравится этот язык, — отвлечённо ответила Бетти. — Слушай, я уточнить хотела, наше занятие после школы состоится?       — Ну, вроде как да… Или ты занята сегодня? — смутился Стив, в надежде, что не услышит отказ.       — Чел, какой же ты невежда, — одноклассники услышали лукавые нотки в хрипловатом голосе. — Пригласи даму на свидание, чего вокруг да около ходишь.       Одновременно обернувшись, ребята увидели мимо шагающего по коридору Билли Харгроува. С неприятной ухмылкой кудрявый казанова играл бровями. Бетти недовольно поджала губы, нахмурившись ещё сильнее.       — А, знаешь, Беттс, — Стив смутился и решил нарушить тишину, — Билли прав, — на выдохе добавил он. — Может, сходим… вместе… Прогуляемся?       — А как же наше занятие по математике?       «Серьёзно? Это первое, что тебе пришло в голову?»       — Сегодня можно устроить выходной. Тест я сдал на четвёрку, могу выдохнуть ненадолго.       Неудобно перетаптываясь с одной ноги на другую, нервно улыбаясь, Стив ожидал ответа. Хоукинский милашка переживал, и Бетти это подметила. Коротко улыбнувшись, Купер кивнула в ответ, ведь она ждала этого момента с нетерпением.       — Я согласна.       — Кино или кафе? — Харрингтону казалось, что голос его изрядно дрожал, но от этого становилось ещё интереснее.       — Может, сходим в «Попс»? Познакомишься с местной кухней.       — Отлично, тогда после тренировки я заеду за тобой.       Элизабет переполняло счастье, она едва могла сдерживать улыбку. В этот момент громко прозвенел школьный звонок, сообщая о начале занятий.       — Что ж, до вечера.       Ещё какое-то время Стив стоял около шкафчика, завороженно провожая белокурую красавицу до самого кабинета. Победоносная улыбка никак не покидала лица, Харрингтон до сих пор не верил, что послушал совет Билли Харгроува. Элизабет, залетев в класс, извинилась и стремительно двинулась к своему месту. Учитель вычерчивал мелом тему урока на доске.       — Эй, Бетти, — девушка тут же обернулась, Арчи смотрел на неё раздражённо и в упор. — Я видел тебя с Харрингтоном!       — И что с того?       — Купер и Эндрюс! — сердито заговорил учитель. — Занимайтесь чтением пятой главы, а не болтовнёй.       — Mi scusi**, — виновато отозвалась Бетти. — Поговорим позже, ладно?       — Не о чем говорить, я не доверяю ему, не доверяю этой шайке из Хоукинса, — вновь сердито прошептал рыжеволосый приятель. — К тому же он общается с Бернаром, тот который устраивал вечеринку…       — Причём тут Доминик?       — Я хочу, чтобы ты с ним не общалась.       — С кем? — шёпотом фыркнула подруга, даже не оборачиваясь. — С Домиником или со Стивом? Может, мне теперь вообще ни с кем не общаться?       — Для тебя они не лучшая компания.       — Благодарю за заботу, я услышала тебя! — возмущение вышло неожиданно громким. — Мистер Смит, я могу пересесть?       Учитель положительно кивнул, и Бетти заняла другую свободную парту. Арчи шокировано наблюдал за её поведением, остальные ученики удивлённо вглядывались в лица одноклассников, пытаясь понять причину ссоры.

***

      Тёплые солнечные лучи заглядывали в маленькую женскую комнату общежития. Перед ноутбуком сидела Нэнси Уилер и перепечатывала школьные лекции с тетрадки. Оранжевый шерстяной шарф бережно укутывал хрупкую шею, под рукой девушка держала носовой платок. По всей видимости, из-за съёмки в дождливую погоду у Нэнси разыгралась простуда, и вот уже несколько дней девчонка не появлялась в школе. От чтения конспектов отвлёк быстрый стук по стеклу. Нэнси вздрогнула и бросила испуганный взгляд в сторону окна. Знакомая довольная мордаха улыбалась со стороны улицы.       — Что ты тут делаешь, Джаги? — девушка открыла окно и отошла в сторону. — Сейчас же идут уроки.       Без особого труда Джагхед пролез внутрь и протянул бумажный пакет своей напарнице. Дразнящий аромат жареной картошки и свежих бургеров тут же разнёсся по маленькой комнате, и Уилер улыбнулась.       — Я решил прогулять скучный урок истории и заехать в «Попс», — Джагхед дёрнул плечами и подарил однокласснице неудобную улыбку. — Теперь я здесь, давай есть.       Джонс огляделся, здесь было очень уютно: аккуратно заправленные кровати, постельное бельё цвета персика, множество мягких игрушек и забавные комнатные горшочки с живыми цветами. На стене висели плакаты с изображением известных кинозвёзд, в углу на вешалке висели идеально выглаженные рубашки разных расцветок.       — Присаживайся.       Подкатив второй стул к рабочему столу, юноша с нетерпением уставился на коричневый бумажный пакет. Ребята быстренько разобрали между собой бургеры и принялись уплетать вредную, но такую вкусную пищу.       — Как себя чувствуешь? На улице тёплая погода, а ты болеешь.       — Да уж, повезло, — Нэнси расстроенно вздохнула и посмотрела в окно, — как же это всё не вовремя.       — Да не грусти, ничего серьёзного мы пока не проходили, но вот напарницы мне всё же не хватает.       Смущённо улыбнувшись, Нэнси уставилась в ноутбук. Помимо открытого конспекта перед глазами красовался пустой лист электронного блокнота.       — Я тут хотела кое-что набросать, но всё ещё не решаюсь.       — Ты про что?       — Помнишь, ты как-то рассказывал про местного мафиози Хирама Лоджа?       Джагхед удивлённо вскинул брови и вытаращил глаза, затем отложил недоеденный бургер в сторону.       — Так, так, подробнее!       — Пару дней назад я стала свидетельницей очень странного диалога между двумя мужчинами…       — Среди них был Хирам Лодж? — юноша уже без стеснения перебивал собеседницу и разогревал ладони.       — Да, имя Хирам там звучало, а вот другого я не знаю.       — О чём они говорили?       Нэнси резко замолчала и поджала губы. Длинные пальцы несмело коснулись чужой ладони на столе.       — Не торопись. Обо всём по порядку.       На миг забыв о своём допросе, Джагхед перевёл вопрошающий взгляд к серым глазам. Тепло от чужих пальцев растеклось приятной волной по телу. Подростки продолжали молчать и смотреть друг на друга, не отрываясь. Нэнси почувствовала, что сейчас может произойти довольно волнующее событие. Сопротивляться грядущему поцелую совсем не хотелось. В свою очередь Джаг расцепил руки первым и снял тёмно-зелёную шапчонку.       «Вот глупая, сама себя дезинформировала!»       Но минута обескураженности пролетела быстро, и вот уже спустя несколько мгновений Джагхед неуклюже прислонился своими губами к губам напротив. Это было неожиданностью для обоих. Нэнси никак не могла представить, что этот парнишка окажется таким смелым, и рискнёт сделать всё сам. Джонс же вовсе от себя не ожидал подобных выходок, но уж сильно хотелось это сделать. Поцелуй был коротким, но забавным. Одноклассники опустили свои глаза, смущаясь и краснея, как дети. Это был их первый важный момент.       — Ну, так что там за разговор был у Хирама? — Джагхед как ни в чём не бывало устремил свой взгляд в пустой лист электронного блокнота. — Говори то, что помнишь, а я буду печатать.       Нэнси тоже решила сделать вид, будто бы ещё несколько секунд назад ничего не случилось и собрала волосы в хвостик.       — Незнакомец просил сказать ему какую-то правду, а Хирам отнекивался.       — А где они разговаривали?       — На вашей местной набережной. Я искала в кустах карту памяти, которую буквально сдул с моих рук ветер. Потом эти голоса, пришлось спрятаться в кусты. Признаться честно, мне стало не по себе, — тихий голосок заметно задрожал. — На вид серьёзные мужчины.       — Опять этот рецидивист что-то замышляет, — Джагхед набросил на плечи Нэнси лежащий на кровати плед и взял её ладони в свои. — И опять в Ривердэйле.       Ещё какое-то время подростки сидели молча и наслаждались тишиной. Затем гость заварил своей напарнице малиновый чай и попытался отвлечь от пугающих мыслей. Подруга болела и нужно было зарядить её положительными эмоциями, что Джагхед и сделал ещё несколькими минутами позже, включив на ноутбуке известную комедию с Луи Де Фюнесом.

***

      Двери дорогого номера распахнулись по обе стороны, и в гостиную вошла измученная Вероника Лодж. Гермиона вот уже неделю находилась в Нью-Йорке и решала деловые проблемы мужа. В это время Хирам особо не беспокоил дочь, предпочитая уединяться со своими мыслями в кабинете, но сегодня отец почему-то сидел в зале около камина и радушно улыбался.       — В Пембруке мне нравилось больше.       — Скоро закончится ремонт, потерпи ещё немного, — спокойно ответил мужчина. — Это отличные гостиничные апартаменты, я думал, тебе нравится тут.       На кофейном столике лежала чёрная бархатная коробочка, рядом стояла бутылка игристого в золотистой обёртке. По соседству на тарелках различные блюда бразильской кухни.       — Папочка? Что это? — Вероника прошла вперёд и уселась в кресло напротив. — Ты что, ждёшь любовницу?       — Дочка, — рассмеялся Хирам, — что ты говоришь? Всё, что здесь приготовлено — для тебя. Кроме шампанского, конечно.       — И что же мы отмечаем?       — Твоя мама успешно провела встречу и заключила договор подряда.       — Хорошо, — всё ещё недоверчиво протянула дочь. — И ты решил отметить это со мной?       — Почему бы и нет? Мы стали мало общаться.       Аккуратно опустив сумку на пол, Вероника пожала плечами. Дочь знала своего отца лучше всех: если он пытался задобрить, значит, ему что-то было нужно. Но думать о мотивах поведения главы семейства сейчас хотелось меньше всего.       — Moqueca***. Давно не ела.       — Знаю, — Хирам одобрительно кивнул. — В этом городе в принципе особого разнообразия в блюдах мною не наблюдалось, что уж говорить о нашей местной еде.       Попробовав несколько ложек супа, Вероника бросила взгляд на бархатную коробочку.       — А это что?       — Ах, да. Это браслет. Сделали в Нью-Йорке по специальному заказу, доставили сегодня.       — Ты меня пугаешь, — дочь отвлеклась от еды и вновь подозрительно прищурилась. — Чего-то ты хочешь?       — Прекрати, — мужчина раздражённо нахмурился. — Лучше расскажи, как дела в школе? Ты поддерживаешь общение с Домиником Бернаром?       При упоминании об этом парне в их роскошных апартаментах Веронике стало плохо. Эта гостиница была единственным местом, где можно было спрятаться от Бернара и от всего, что было с ним связано.       — Мы не общаемся.       — Вы ведь так бурно дружили в Нью-Йорке.       — Это было давно, всё поменялось. Теперь я с Арчи…

***

      Вечер не спеша опускался на город, окрашивая небо в тёмно-синие, красные и оранжевые волны на горизонте. Северный ветерок ласково касался макушек деревьев и заставлял их мягко шевелиться. Листья, шелестевшие на тротуаре, напоминали яркий осенний ковер, покрывающий уличные дорожки. Стив Харрингтон подошёл к дому семьи Купер и взволнованно осмотрелся по сторонам. Хоукинского юношу одолевали волнение и непонятный страх, но заставлять Элизабет ждать вовсе не хотелось. Стив поднялся по ступенькам, затем коротко, но требовательно постучал по тёмному дереву. Дверь открылась практически сразу, в коридоре стояла улыбающаяся Бетти. Харрингтон вновь зачарованно таращился на белокурую красавицу, рассматривая румяное лицо и нежный образ: светлый джемпер на пуговицах, короткая коричневая юбка и… кеды. Стив довольно ухмыльнулся. Кончики светлых волос были аккуратно подкручены и свободно спадали на плечи.       — Мне показалось, что ты передумал, — смущённо выдала Бетти, хватая с вешалки пальто.       — Это невозможно, — негромко возразил юноша. — Ты готова?       — Да, можем идти.       — Поедем на машине или пройдёмся?       — Давай прогуляемся.       Ребята шли медленно и сначала молча, но потом незаметно друг для друга разговорились. Бетти с интересом слушала необыкновенные рассказы и шутки, не скрывая заинтересованной улыбки. Стив продолжал вспоминать самые нелепые истории из своей жизни. Наблюдать за тем, как смеётся рядом эта девчонка было бесценно. Минуя небольшое расстояние от жилого района до центра, подростки дошли до закусочной «Попс» и заняли свободный столик. Для дамы заказали ванильный коктейль с двойной порцией шоколада, для джентльмена — безалкогольный рутбир.       — Вот это запах, — восторженно сообщил Стив, когда официантка принесла за их столик большой кусок ванильного пирога.       — Я люблю вкусно покушать.       — Это хорошо. Не люблю девчонок, которые считают калории.       — Расскажи мне ещё какие-нибудь истории, Стив, — мягко попросила Бетти, стараясь сменить неловкую тему.       — Даже не знаю, мне начинает казаться, что сегодня болтаю только я, — пробормотал Харрингтон. — Может, ты мне что-нибудь расскажешь?       — Хм, например?       — Ты пишешь для школьной газеты. Почему?       — С поправкой — я раньше писала! Сейчас моё место заняла другая.       Стив почувствовал неловкость момента и попытался пошутить.       — Зато больше времени для других дел.       — Это правда.       Прожевав немаленький кусок торта, Харрингтон протёр рот салфеткой и продолжил:       — А чем тебе нравится заниматься больше всего?       — Мне нравится расследовать запутанные дела, выводить людей на чистую воду. Каждый обман и преступление должны быть раскрыты!       — Это правда, что ты раскрыла убийство брата Шерил?       — Не без помощи друзей, конечно, но всё же… Да. Это была я.       — Я в шоке, — признался Стив. — Тебе бы каким-нибудь частным детективом стать.       — Идея хорошая, но у моих родителей другие планы.       Чуть взгрустнув, Бетти устремила взгляд в панорамное окно закусочной. И тут Стив решил рискнуть, задав вопрос в лоб.       — А можешь меня раскрыть?       — Не поняла? — спутница наконец-то улыбнулась.       — Выведи меня на чистую воду. Ну или расскажи обо мне что-нибудь.       — Хочешь, чтобы я провела здесь и сейчас допрос?       — А почему бы и нет?       Дальнейший разговор и правда немного напоминал хоукинскому юноше допрос с пристрастием: белокурая красавица не переставала задавать вопросы, с интересом изучая собеседника напротив. Большие глаза сияли, улыбка не сходила с розовых губ, ответы Стива были забавными и искренними. Вечер казался ребятам таким прекрасным и уютным, будто бы знакомы эти двое были целую вечность, но при этом узнавали друг о друге что-то новое, возобновляя свои сладкие напитки и вкусные лакомства.       Тем временем в доме Бернаров Шерил Блоссом сидела за барной стойкой и покачивала ногой, изучая разноцветный театральный буклет. В камине уютно прогорали дрова, в гостиной играла известная классическая мелодия. Настроение было прекрасным, хотелось поведать всему миру о своём счастье.       — Ma Cherie, чем ты так увлечена? — Доминик медленно спускался с лестницы, с интересом разглядывая гостью.       — Смотрю программу на декабрь, — девчонка откинула волосы назад и острыми ноготками прошлась по заголовкам. — Ничего интересного.       — А куда бы ты хотела сходить?       — На открытие театрального парижского фестиваля.       Задумчиво улыбнувшись, Доминик присел рядом.       — Если бы не школа.       — Да уж, — тяжко вздохнула Шерил, разворачиваясь к юноше, — моя сумасшедшая мать всё равно бы меня никуда не отпустила.       — Шерил, могу я поинтересоваться? — аккуратно начал Доминик, пополняя в этот момент запасы чая в пустой кружке. — Как складываются отношения в твоей семье?       — Ох, это одна из моих больных тем, Mon Cheri****.       — Извини, если не готова рассказать…       — Нет, нет! Всё нормально, я расскажу тебе. По правде говоря, ты единственный, с кем мне хочется поделиться своими переживаниями.       Молодые люди, не отрываясь, смотрели в глаза друг друга, доверительно пододвинувшись ещё ближе. В большой тёмной гостиной царила комфортабельная обстановка, каминный огонь не торопясь смаргивал оранжевыми искрами.       — С самого раннего детства мы с братом воспитывались в строгой дисциплине. Через какое-то время мои родители начали выделять Джейсона, уповая на то, что тот займёт ответственное место в нашем кленовом бизнесе. Его восхваляли, идеализировали, воспевали. На него надеялись. Но Джейсон не захотел участвовать во всём этом балагане, угрожал отцу и тот его убил. А я… Я с трудом смогла всё это пережить и принять. Мать стала ещё злее, мне кажется, она хочет меня морально уничтожить.       — Я слышал по твоего брата. Сочувствую.       — Мне очень страшно жить в Торнхилле, — Шерил закрыла глаза. — Мать часто закрывается в своём кабинете на три замка и читает вслух какие-то отрывки из старинных книг на непонятном мне языке. Бабуля Роуз пророчит страшные вещи. В том доме постоянно происходит какая-то чертовщина.       Доминик сочувственно покачал головой. Истории о подобных семьях юноша видел только в кино. Выросший с детства во внимании и любви, он не мог предположить, что бывает иначе.       — Всё изменится, — Доминик накрыл своей ладонью изящную девичью руку, что лежала рядом. — Ты поступишь в университет, и твоя жизнь поменяется в одночасье.       — Семья и за несколько тысяч миль не даст мне покоя! Моя сумасбродная маман думает, что я озлобленная и лишённая чувств стерва, ещё и считает меня тупицей.       — Абсурд, — улыбнулся юноша. — Ты добрая и чувственная. А вспомнить твои оценки?       — Знаешь, ты так добр ко мне, — Шерил вмиг преодолела короткую дистанцию и обняла за шею своего героя.       От подобной неожиданности Доминик замер, погружаясь в ягодное облако аромата рыжих волос. Здесь и сейчас в его объятиях плакала маленькая девочка, ищущая приют для своей израненной души. Бернар провёл ладонью по огненным прядям, придерживая другой рукой тонкую талию.       — Я не дам тебя в обиду. Хочу, чтобы ты это знала.       — Поцелуй меня?       Неожиданная просьба вновь застала Доминика врасплох. Конечно, Бернар мечтал об этом уже ни первый день, но был ли уместен сейчас этот поцелуй? Пока юноша вновь размышлял о правильности своих желаний, Шерил перехватила инициативу и жадно прижалась губами к холодным губам напротив. Тонкие девичьи пальцы переплетались в копне чёрных волос, заставляя Доминика испытывать невероятное удовольствие от подобных прикосновений. Казалось, мир перестал существовать для этих двоих. Доминик трепетно держал в своих ладонях милое заплаканное лицо. Все подростковые проблемы ушли куда-то на задний план, и молодые люди смело поддались течению нахлынувших эмоций. Конечно, Доминик себе по-другому представлял их первый поцелуй, считал, что тот будет более романтичным и уважительным… Менее агрессивным, не таким страстным и нелепым. Но что тут поделать — какой получился. Для первого раза вышло неплохо.       — Доминик, могу спросить?       — Конечно, — юноша был под властью страсти.       — Твоя мама хромает… Почему?       — Это давняя история, много лет прошло. Мне тяжело вспоминать…       — Прости, — покачала головой Шерил. — Кстати, как там моя чёрная орхидея?       — Всё хорошо, — мягко ответил Доминик. — Я поставил её в свою комнату, Энтони поливает по расписанию.       — Береги… Это очень редкий цветок из коллекции моей мамаши.

***

      После уютного и вкусного ужина Бетти и Стив не торопились расставаться. Хоукинский угодник как истинный джентльмен вызвался проводить одноклассницу до самого дома, а она, конечно же, согласилась. Ребята шли не торопясь, забыв про позднее время, всё еще продолжая беседовать и смеяться. Вечер был поистине удивительным ещё и потому, что осенние сумерки одарили своих горожан дивным полотном звёздного неба. Когда подростки подошли к дому, свет во всех комнатах ещё горел. Элизабет с ужасом представила любопытную мать у окна и слегка замешкалась. Стив спрятал руки в карманы куртки и глубоко вздохнул.       — Спасибо за прекрасный вечер.       — Вечер действительно отличный. Я был рад провести с тобой время вне зубрёжки очередных примеров.       — А я столько о тебе узнала. Моё мнение поменялось.              — Так, так, уже интереснее. Можно подробнее?       Бетти опустила глаза на асфальт, приподняла брови и на полном серьёзе заявила:       — Я думала, ты такой же, как Билли.       Харрингтон рассмеялся.       — Ах, вот в чём дело. Нет, с Харгроувом нас объединяет только команда и один город.       — Но вы так часто вместе. Всегда что-то бурное обсуждаете.       Но Стив промолчал. В памяти всплыл тот самый разговор, в котором кудрявый просил Харрингтона помочь ему с осуществлением его аморального плана. На некоторое время повисла тишина. Бетти, не отрываясь, разглядывала глаза янтарного оттенка, слегка приподняв лицо — юноша был выше неё почти на голову. То, что могло произойти дальше поменяло бы всё в одночасье. Этого одновременно хотелось… И не хотелось. В Хоукинсе в своё время каждая мадам мечтала побывать в объятиях короля школы. Ещё год назад Стив бы не медлил, зажимая девчонку в дверях её собственного дома. Но это была не просто девчонка. Это Элизабет Купер — та, от которой тряслись колени, бешено стучало сердце, а слова смешивались в причудливую несуразную массу. Стив думал, что после Нэнси Уилер подобное с ним уже случиться не может, но, кажется, всё-таки случилось. Белокурая красавица необъяснимо нравилась и притягивала, а Харрингтон изо всех сил старался сдерживать свои эмоциональные порывы и не торопиться, боясь спугнуть девчонку своей мечты. Ещё страшнее — снова быть кем-то отвергнутым.       И всё-таки бешеное влечение Стива заставило его сделать шаг вперёд и прикоснуться к губам Элизабет. Поцелуй оказался коротким и робким, но не менее волнующим и нежным. Но уже вскоре Бетти отстранилась и быстро помчалась по ступенькам вверх, тяжело дыша и прячась за входной дверью своего дома. Стиву оставалось лишь проводить её томным взглядом и прошептать:       — До завтра.       Чуть позже, устроившись поудобнее в машине, Харрингтон принялся набирать знакомый номер. Хотелось поделиться эмоциями, рассказать о долгожданном свидании, но Доминик на том конце провода не спешил брать трубку. Тем временем Элизабет забежала в комнату и закрыла дверь. Прошедший вечер казался ей сказкой. Белокурая красавица сбросила пальто прямо на кровать и потянулась к приёмнику. По радио играла знаменитая композиция певицы Whitney Houston, Бетти принялась кружиться и подпевать. Этот хоукинский мальчишка поселился теперь не только в мыслях, но, казалось, и в сердце. Бетти Купер испугалась. Эти глаза, эти волосы, губы, голос… Элизабет жалела лишь о том, что вечер закончился. Захотелось вдруг вернуть Стива, но это было невозможно. Возлюбленный давным-давно уехал, оставив после себя лишь следы от шин на асфальте. Бетти дрожала в предвкушении нового дня.

      Свет в домах горожан давным-давно погас, и лишь ночные фонари освещали центральные пустынные улицы, указывая гулякам дорогу домой. Холодный ветер никак не затихал, и юноша ощущал этот холод всем телом, пришлось нехотя застегнуть куртку, даже находясь в машине. Стив Харрингтон сейчас был настолько счастлив, что даже какой-то ривердэйловский ветер не мог испортить его романтическое настроение. Ещё пару месяцев назад юноша и мечтать не мог о том, что сможет прикоснуться к ней: к рукам, губам. А самое интересное, что рядом с Элизабет не хотелось включать знаменитого хоукинского пикапера, хотелось просто быть настоящим. Отныне Ривердэйл стал нравиться иногороднему, но реальность в виде некоторых тревожных мыслей всё же опускала с небес на землю. Миновав пару больших красивых домов, Стив остановился, в темноте разглядев машину Билли Харгроува. Синяя Camaro стояла неподалеку от общежития, внутри раздавался довольный женский голос. Харрингтон вышел из автомобиля и решительно зашагал вперёд, он должен был расставить все точки над i.       Кудрявый казанова сидел на водительском месте и медленно потягивал сигарету. Рядом красовалась брюнетка в откровенном наряде, отпивая из стеклянной бутылки пиво. Стив остановился у опущенного окна и, глубоко вздохнув, сказал:       — Харгроув, нужно поговорить.       — О чём, Харрингтон? — совсем незаинтересованно протянул Билли, бросив на одноклассника короткий взгляд.       — Выйди из машины, — сердито процедил Стив.       — Надеюсь, это того стоит, — сухо пробубнил Билли, лениво вылезая из автомобиля.       Когда парни сравнялись, смотря друг другу в лицо, Харгроув добавил:       — Давай скорее, меня ждут.       — Это насчёт твоей просьбы. Я не буду этого делать.       — Что же случилось? Королю Стиву оказалась не по зубам придорожная принцесса?       — Слушай, если тебе надо что-то выяснить, то делай всё сам! — грубо и громко оповестил юноша, схватив одноклассника за распахнутый воротник, но тот лишь усмехнулся. — Харгроув, я серьёзно! Я не буду обижать эту девчонку.       — Во-первых, отпусти, — ухмыляясь, ответил Билли, — на нас смотрит дама из машины, а дама эта довольно дорого мне сегодня обошлась. Во-вторых, я разве говорил, что нужно обижать эту девчонку? Флиртуй, играй, будь угодливым, а самое главное: выясни всё про Эндрюса и его команду. У них есть стратегия, какая-то фишка. Они никогда не проигрывают домашние игры.       — Бред…       — Харрингтон, — Билли заговорил уже серьёзнее, — тренер спрашивал о тебе на днях. Ты реально готов всё опять «прожопить»?       Стив сердито смотрел на одноклассника, который пользовался его слабостью. Харгроув же выглядел уверенно и довольно, ехидно ухмыляясь. Харрингтону захотелось врезать этому самоуверенному кретину, играющему на слабостях и нервах других людей.       — Я не хочу этим заниматься. Дай мне любое другое поручение. Что угодно.       — Малыш, ну я же всё уже сказал. Ты меня опять не понял?       — Козёл, — фыркнул Стив и зашагал прочь.       — Меньше внимания мне, больше — Элизабет Купер, — иронично прокричал Билли.       Стив шагал быстро, широко расставляя ноги, продолжая крепко сжимать кулаки. В первую очередь он сердился на себя. Каким же нужно быть слабым, чтобы поддаться на манипуляции Харгроува?       — А ты, оказывается, не такой уж и идеальный, — послышался голос сзади, и Харрингтон испуганно округлил глаза, обернувшись назад.       Это был Джагхед Джонс. Одноклассник прятал руки в карманах куртки. На голове красовалась любимая шапчонка, шея была перевязана тёмно-зелёным шарфом. Джаг сердито и недоверчиво сверил Стива взглядом, будто бы намереваясь ударить в любой момент.       — Привет, — прозвучало сухо и растеряно.       — Я обязательно сообщу Бетти о том, что я слышал минутами ранее…       — Приятель, я могу всё объяснить!       — Мне неинтересно, — пожав плечами, отозвался Джонс и зашагал вперёд. — И я тебе не приятель.       — Чувак, стой! — уже сердито крикнул Стив, задерживая случайного любопытного свидетеля, пытаясь схватить его за локоть. — Пять минут! И если то, что я скажу — тебя не убедит, то ты пойдешь к Бетти и всё ей расскажешь. Окей?       — Минута.       — У меня проблемы в команде, Харгроув не даёт мне толком играть в баскетбол, и для того, чтобы вернуться в основной состав мне нужно сделать кое-что по его поручению, — тараторил юноша, — у меня нет выбора!       — И ты решил каким-то образом воспользоваться Бетти?       — Нет, ни в коем случае! Она мне нравится, правда.       И это было правдой.       — А что тебе надо узнать про неё?       — Не про неё… Про Арчи.       — Про Арчи? Бредятина какая-то.       — Я не могу сказать.       — Всё понятно, — фыркнул Джонс и вновь шагнул вперёд.       — Чёрт, — уже с концами рассердился Стив. — Если об этом кто-то узнает, я смогу смело похоронить свою мечту о баскетболе на вашем местном кладбище!       — Что тебе на самом деле надо от Бетти? — парнишка напротив тоже терял терпение.       Рассматривая грязную листву под ногами, Харрингтон молчал. Вопрос стоял остро: говорить или нет? Потерять шанс вернуться в команду или сохранить доброжелательные отношения с Бетти Купер?       — Мне нужно узнать стратегию игры Арчи и его команды.       — Всё, сейчас я реально ничего не понимаю.       — Команда Ривердэйла не проиграла ни одного домашнего матча, Харгроув считает, что в этом что-то есть. А ещё Харгроув считает, что если я подкачу к Элизабет — это как-то приблизит его к разгадке, Арчи и Беттс же друзья, наверняка она должна что-то об этом знать.       — С чего Харгроув вдруг решил за это взяться? Разве команда не может просто хорошо играть? Наши и на выезде неплохие результаты показывают.       Немного отдышавшись, Стив уже в более спокойной манере попытался продолжить диалог.       — Я и сам нифига не понимаю. Но Беттс я не причиню боль, будь спокоен.       — Причинишь, если она всё же узнает.       — Я разберусь со всем сам, в том числе и с Харгроувом. Мне просто нужно время.       — Эх, — фальшиво улыбнулся Джагхед, — я мог бы тебя сдать с потрохами прямо сейчас. Ты мне не нравишься.       — Я знаю… Это взаимно.       — Семья Купер в том году пережила не мало бед. И я представляю, что будет с Бетти, узнав она сейчас о друге-фальшивке, — Джонс чуть наклонился вперёд и серьёзно добавил, — ты должен что-то с этой хренью сделать. И быстро.       — Ты мне приказываешь? — нахмурился Стив.       Неприязнь между этими двоими, казалось, набирала нешуточные обороты.       — Воспринимай мои слова как хочешь, — пожал плечами Джагхед, — но я буду наблюдать за тобой, Стив Харрингтон. И если ты не найдёшь способ закончить свою непонятную игру, тогда я всё-таки найду способ обо всём доложить Бетти. Не сомневайся.       Подобное обращение, казалось, и вовсе вот-вот выведет Стива из себя. Набравшись смелости, хоукинский парень задал свой важный вопрос:       — Ты ведь бывший Бетти, да?       — А это тебя уж точно не должно касаться.       Сверкнув в сумраке своим блестящим презрительным взглядом, Джаг поторопился скрыться в чаще пожелтевших кустарников. Настроение Стива было неисправно подпорчено, и он совсем разбитый отправился в комнату общежития, чтобы забыться под холодными струями душевой комнаты.

***

*Ma Cherie — (с фран.) моя дорогая **Mi scusi — (с итал.) извините ***Moqueca — бразильское блюдо, напоминающее густой суп из белой рыбы и разноцветных овощей ****Mon Cheri — (с фран.) мой дорогой