Совершенно другая история

***

      Этим утром предстоял пробный экзаменационный тест. Нервничали все, но одному из выпускников казалось, что его переживания невозможно было сравнить ни с чем. Возможно, только с последними секундами перед решающим броском. Стив сидел на скамье за одним из обеденных столов и стучал пачкой сигарет по дереву. Мысль об итоговом тесте сводила с ума не только его, где-то неподалёку стояла Элизабет, наблюдая за парнем со школьной парковки. Не зря говорят — любимые делят не только радость.       — Друг, привет, — перед носом Стива возник Доминик с букетом каких-то бледно-розовых цветов, Харрингтон понятия не имел, как они назывались — довольно редкие для обычного цветочного магазина. — Ты почему здесь? Тест через десять минут.       — Эх, Дом, знаешь, в каком-то там веке людей за плохие вести казнили. Кому цветы?       — У миссис Мёрфи сегодня день рождения. Ты забыл?       — А я и не помнил, — пустая пачка сигарет полетела в сторону мусорного бака, Стив почесал взъерошенную голову. — Ещё мне про днюху какой-то училки помнить.       — Есть новости о Билли? — нехотя спросил Бернар.       — Он в Хоукинсе с отцом.       — С чего они приняли такое решение? Уехать перед выпускным…       — Понятия не имею, — огрызнулся Харрингтон. — Билли звонил мне в тот вечер с какого-то телефона, попросил привезти вещи, но куда именно я уже не понял. Какие-то разборки начались и всё… тишина.       Парни наконец-то зашагали к школе. Правда, шли они не спеша, будто бы оттягивая момент предстоящего события. Бетти тихонько следовала за ними, пытаясь быть максимально незаметной, и ей это до определённого момента удавалось.       — Соберись, ладно? Ты столько занимался, поверь, напишешь, — Доминик остановился у лестничных перил и положил руку на плечо друга. — И если представится возможность, то я помогу.       — Он справится сам, правда? — Бетти стояла позади одноклассников и мило улыбалась.       — Мда, если бы всё было бы так просто, — мрачное настроение Стива не предвещало ничего хорошего. — Ладно, идём на урок, — с этими словами юноша скрылся за входными дверями.       Белокурая красавица тяжело вздохнула и покачала головой. Любимый в последнее время, казалось, слегка охладел к ней: встречи стали редкими, а мыслями Стив постоянно был где-то в другом месте.       — Элизабет, ты в порядке? — негромко обратился Доминик, приоткрывая перед дамой дверь.       Бернар всегда обращался ненавязчиво, с уважением и с искренним желанием помочь. Бетти поняла только сейчас, что за прошедшие полгода возможность пообщаться с местным «Эдвардом Калленом» предоставлялась не часто. Хотя тот непростой диалог в доме Бернаров Купер вспоминала часто.       — Я-то в порядке, а вот он… Мы даже пообщаться нормально в последнее время не можем, — девушка резко остановилась перед кабинетом, крепче сжимая рюкзак. — Признаться честно, мне вообще не с кем поговорить. Вероника занята какими-то семейными проблемами, Арчи активно ищет своё предназначение в жизни, а Стив… — Купер замолкла и потрясла головой. — Ладно, я тут чего-то разошлась, извини.       — Знаешь, мне тоже в последнее время не с кем поговорить, — сочувственно кивнул Доминик. — Может… выпьем кофе после уроков?       — Да, — вдруг улыбнулась одноклассница, — это замечательная идея, правда, сегодня мы собирались пообедать с отцом Стива. Так что…       — Ничего страшного, — приветливо ответил Бернар. — Значит, в следующий раз.       — Купер! Бернар! Минута до звонка! — громкий возглас учителя слегка напугал подростков.       Прошёл час. Этот мучительный и напряжённый час за выполнением теста. От подаренного букета, казалось, учительница должна была стать добрее, но напряжение в глазах миссис Мёрфи возросло троекратно. Шерил посмотрела на Доминика, тот спокойно обводил ручкой ответы на бумаге. Бывшие возлюбленные делали вид, что не замечают друг друга. С одной стороны, Шерил это было только на пользу, объясняться вновь совсем не хотелось. Но с другой стороны… душу разрывала тоска. Блоссом посещала кабинет психолога и пыталась разобраться в себе, задавая из раза в раз один и тот же вопрос: а любила ли она Доминика Бернара по-настоящему? Затем задумчивый взгляд упал на пустую парту Харгроува. От Билли новостей не было, кудрявый ловелас уехал в родной город, казалось, с концами. Но почему он принял такое решение — оставалось загадкой.       Первой, как обычно, закончила Вероника Лодж. Знойная особа дождалась звонка за дверью, а затем поймала в свои цепкие пальцы бывшего приятеля. Протащив юношу до пустого коридора, Вероника наконец остановилась и взволнованно заглянула в синие глаза.       — У меня есть важная информация, — прозвучало довольно серьёзно. — Думаю, тебе это будет интересно.       — Хм, хорошо, — нахмурился Доминик. — Что за информация?       — Я кое-что выяснила. Это касается моего отца и твоей семьи.       От услышанного Бернару резко поплохело. Юноша понял, о чём должен был пойти разговор, но шоком оказался тот факт, что эту историю теперь знает кто-то ещё.       — Твоего отца и моей семьи? — вопросительно поинтересовался Доминик, он умел скрыть свои истинные эмоции. — Мне казалось наши отцы давным-давно закончили какие-либо объединяющие их дела.       — Я тоже так думала, но совсем недавно узнала странные… подробности. Вернее, увидела.       — Так, — юноша оглянулся, затем аккуратно продвинул в какой-то пустой кабинет Веронику, придерживая ту за плечи, — думаю, что школа не лучшее место для подобных разговоров.       Почувствовав на себе тепло чужих ладоней, Лодж вдруг поняла, что сам Доминик всё же далеко не чужой ей человек. Мурашки от этого синего чарующего взгляда бежали как и прежде. Но Бернар поспешно убрал руки в карманы.       — Приезжай сегодня в Пембрук. В восемь.       — Не поздновато? Что скажут твои родители?       — Они в отъезде, приедут только завтра к вечеру.       Немного подумав, Доминик ослабил свой хмурый взгляд и согласно кивнул.       — Хорошо, я буду.       — Я боялась, что ты откажешь, — Лодж погладила волосы. — Значит, до вечера.       — Тебя подвезти?       Мысленно Вероника уже вовсю ликовала от этого предложения, в любой другой момент она бы без раздумий согласилась, но сейчас… нужно было закончить ещё одно важное дело.       — Я не могу, то есть… Я хочу, я бы с радостью, но мне нужно подготовиться к вечеру. Морально, — девушка закусила нижнюю губу и опустила глаза в пол.       — Ничего страшного, — второй отказ за утро, и Бернар был готов поклясться, что ему так и суждено было остаться одиночкой в этом городе — никто не желал проводить с ним время.       — До вечера, — с этими словами Вероника поспешно скрылась за дверью.       Доминик просидел какое-то время в полной тишине в школьном кабинете, размышляя обо всём сразу: об отце, о Веронике, о Шерил, о Ривердэйле, о жизни после школы… Конечно, решение о дальнейшей судьбе было принято ещё несколько лет назад, родители давным-давно решили всё за сына. Но вот было ли это решение актуально в данный момент для самого Доминика?       — Твоё предложение ещё в силе?       Бернара было сложно чем-либо напугать, но белокурой красавице, появившейся будто из ниоткуда, напугать всё-таки удалось.       — Элизабет? Как ты узнала, что я здесь?       — Встретила Веронику в коридоре. Ну, так что?       — А ваша встреча с отцом Стива?       — Да, встреча… — расстроенно улыбнулась Купер. — Мы перенесли её.       — Хорошо, идём, — юноша взял с парты кожаный портфель. — Сегодня Поп подаёт апельсиновый пирог.       — Да, я наслышана о твоей любви к этому пирогу.       — Правда? Кто ещё в курсе?       — Кажется, всего лишь весь Ривердэйл, — слегка рассмеялась Бетти. — Ты ведь его порциями уплетаешь.       — Ещё и домой беру, — радостно сообщил одноклассник.       Подростки медленно зашагали в сторону выхода, мило и беззаботно болтая друг с другом. Из-за угла наблюдала за всей этой картиной Шерил Блоссом. Рыжеволосая девчонка направлялась в кабинет психолога, но стала невольной свидетельницей странного диалога одноклассников. Бетти и Доминик? Вместе? Разве они общались когда-нибудь? Поток мыслей прервал подкравшийся сзади приятель Кевин Келлер.       — Так-так! — воскликнул парнишка. — За кем следишь?       — Кевин, божечки, — Шерил оттолкнула от себя одноклассника. — Ты чего пугаешь? Весь приём таблеток насмарку…       Келлер продолжал загадочно улыбаться и играть бровями.       — А у меня новость — закачаешься!       — Я опаздываю на консультацию, — рыжеволосая бестия посмотрела на школьные часы.       — Успеешь, пойдём, — приятель потащил к торговому автомату. — Тебе взять вишнёвую газировку?       — Так, Кевин! Быстро говори!       Громкий автомат зажевал купюру, а через несколько секунд Кевин держал в руке газировку тёмного цвета.       — В общем, отец Билли Харгроува приезжал в участок, написал заявление об отказе от машины…       — От машины Билли? — Шерил в удивлении приоткрыла рот.       — Да, прикинь!       И тут Блоссом взорвалась.       — Что, чёрт возьми, там произошло? Я должна была забрать его из больницы! А он берёт и просто сваливает в свой убогий Хоукинс!       — Шерил, его забрал отец. Видимо, на то были причины.       — Маразм, — девчонка прикрыла глаза и покачала головой. — И что теперь будет с его тачкой?       — Скорее всего, свалка. В таком состоянии машину вряд ли кто-то купит.       — Я куплю!       — Чего? — торопливо отозвался Кевин. — Зачем тебе это?       Зазвонил телефон и Шерил испуганно дёрнулась. На экране высветилось имя «Вероника», но рыжеволосая бестия не спешила с разговором. Вместо этого Блоссом заявила:       — Твой отец в участке? Поехали туда немедленно.

***

      В это время суток в «Попс» было немноголюдно. Начало недели выдалось особенно сложным для учеников Ривердэйла, и вот двое школьников сидели друг напротив друга, пытаясь утопить раздражительность в сладких коктейлях.       — Он будто бы специально нас не знакомит, — досадливо пролепетала Бетти, затем виновато посмотрела на сидящего напротив одноклассника. — Прости, если загружаю.       — Элизабет, всё хорошо, — Доминик аккуратно отодвинул от лица стакан с коктейлем, поправил рубашку, ворот которой торчал из-под тёмного свитера и вновь заговорил. — Помнится, что Стив не в самых тёплых отношениях со своим отцом…       — Вот-вот! — почти вскрикнула Купер. — Это и странно. Дэвид Харрингтон здесь уже больше недели, зачем?       — Я уверен, что скоро всё станет понятно.       — Уверен? Я понимаю, что вы вроде как приятели, но так ли хорошо ты его знаешь?       — Мне обычно много времени не нужно, дабы прочувствовать человека, — Доминик вдруг посмотрел в окно и тяжело вздохнул. — Но бывают и осечки.       Элизабет не сразу поняла, о ком именно идёт речь. Ведь в жизни Бернара и Вероника, и Шерил одинаково насолили. Может, всё-таки кто-то больше? Об этом захотелось немедленно разузнать.       — Послушай, мы с тобой тогда ведь так и не закончили разговор… Не знаю, уместно ли будет спрашивать.       — Элизабет, ты самый тактичный человек в этом городе, — дружелюбно улыбнулся юноша. — Спрашивай всё, что угодно.       Над столиком повисла минутная тишина. Бетти ковырялась трубочкой в полупустом стакане, а Доминик покорно ждал.       — Я знаю всё, что произошло у вас с Шерил, так уж вышло, — в зелёных больших глазах отражалась тревога. — Как ты? Как чувствуешь себя?       — Я справляюсь потихоньку, — закивал Доминик, но во взгляде читались боль и тоска. — Удивительно, что именно я оказался в эпицентре любовной мелодрамы. Не люблю притягивать к себе внимание.       — У нас ещё городок такой: с виду все милые и пушистые, но на самом деле болтливые вороны.       — Совсем не хотелось быть поводом для обсуждения.       — Не переживай, у всех сейчас на уме сдача экзаменов и поступление в колледжи.       — Надеюсь.       — А могу я ещё спросить? Ты недавно вновь отсутствовал на занятиях приличное время… Ты правда болел?       — Нет, не я, — тихо ответил Доминик. — В этот раз проблемы у отца, у него был приступ, — юноша тяжело вздохнул и отвёл взгляд в сторону. — Мы боялись, что снова инфаркт.       — Боже, Доминик, мне жаль, — Бетти активно подключилась в разговор. — Как он?       — Уже всё хорошо. Все беды от нервов.       — Это точно.       Между подростками вновь наступила тишина. Элизабет больше не хотела давить на поникшего приятеля.       — И ты, пожалуйста, не переживай по поводу Стива. Думаю, он сейчас принимает ряд важных решений для дальнейшего будущего.       Поправив рукава на свитере светлого цвета, Бетти оперлась подбородком на ладони.       — Надеюсь, в этом будущем будет место для меня. Я ведь даже в Блумингтон теперь готова за ним ехать.       — Стива пригласили в Блумингтон?       — Да, он мне кратко об этом сообщил на днях по телефону.       Тем временем официант предложил обновить напитки, правда, в этот раз Доминик попросил привычный кофе, всё-таки молочные коктейли не его тема.       — Я рад за него, — Бернар попытался искренне улыбнуться. — И ты, Элизабет, заслуживаешь похвалы. Не знаю, отправился бы за мной кто-нибудь следом?       — Ну, — задумчиво начала Бетти, забавно подёргивая хвостиком из белоснежных волос, — я думаю, многие хотели бы поехать за тобой, но не каждую ты бы взял.       Довольно ухмыльнувшись, Доминик произнёс:       — Ты точно понравишься отцу Стива.       — Думаешь?       — Ты не можешь не понравиться.       В ответ белокурая красавица лишь смущённо улыбнулась, опустив глаза. В другом конце зала сидели другие старшеклассники школы Ривердэйла, медленно уплетая пряную картошку в дольках.       — Это странно, — Джагхед нагнулся в сторону, дабы лучше разглядеть подозрительную парочку.       — Что именно? — тут же отозвалась Нэнси, откладывая ежедневник и ручку.       — Доминик Бернар и Бетти… Вместе обедают.       — И что тут странного?       — Они вместе. Ты их когда-нибудь видела прежде? Наедине?       — Люди просто обедают, может, день рождения Стива обсуждают.       — Всё равно странно, — хмыкнул приятель, возвращаясь к закускам. — Учебный год медленно подходит к концу, а я до сих пор ничего толком не знаю про этого «Эдварда Каллена».       — Мы слишком долго были заняты другим делом. К тому же Доминик — личность скрытная, но человек он отзывчивый.       — Это что ещё значит? — недовольно нахмурился Джагхед.       — Он за этот год меня, бывало, выручал то одной книжкой, то другой, — подруга выдохнула и вновь опустила взгляд на блокнот, — в общем, как-то так.       К столику подошёл официант.       — А почему я не в курсе ваших «книжных» дел?       — Прекрати, Джаги, — устало улыбнулась Нэнси, затем обратилась к официанту. — Принесите, пожалуйста, ещё одну порцию ванильного коктейля. Ты будешь?       — Да, мне тазик с коктейлем. Утону в нём.       Работник «Попс» тихо усмехнулся и поспешил обратно к барной стойке, а Уилер сочувственно посмотрела на поникшего напротив парнишку.       — Всё ещё переживаешь?       — Да, Нэнс, если честно, меня это гнетёт. Неужели всё было напрасно? Казалось, мы так были близки к разгадке, а тут бац… и просчитались.       — Что ты сказал Бернару?       — Я не говорил с ним.       — Ты всё ещё продолжаешь игнорировать его звонки?       Джонс напрягся и бросил свою шапчонку на стол.       — А что мне делать, Нэнс? Ты ясно слышала Веронику, теперь это дело только её.       — Значит, стажировки не будет…       Поникнув в своих мыслях, Уилер начала рассуждать: неужели Луи Бернар окажется столь корыстным человеком? Неужели перспективное будущее так и останется лишь мечтой? Было решено немедленно связаться с Бернаром старшим.

***

      На улицах города темнело со стремительной силой. И ранняя темнота всё ещё напоминала о недавней зиме. Об этой зиме, которая принесла горожанам много сюрпризов. В частности, сюрпризов было больше всего у Вероники Лодж. По крайней мере, ей так казалось. Последний год в школе завершался, а вместе с ним было решено завершить все запутанные дела. И вот, стоя перед зеркалом, знойная особа разглядывала свой образ и собиралась с мыслями перед предстоящим событием. Сегодня выбор одежды пал на брючный костюм винного оттенка. Красный всегда придавал Веронике уверенность.       В гостиной было накрыто на три персоны, зажжены свечи и приглушён свет. С минуты на минуту здесь должен был появиться долгожданный гость. Охрана на первом этаже знала о том, кто должен был явиться в Пембрук, юноша без труда прошёл на второй этаж и ненавязчиво постучал.       — Входите, — громко осведомила Вероника, мысленно собираясь с силами.       На пороге появился Доминик Бернар. Пальто юноша оставил ещё на первом этаже, сейчас на Доминике был белый свитер и серые брюки. Вероника в удивлении повела бровями вверх.       — Ты в белом? — обойдя обеденный стол, девушка сравнялась с гостем. — Мир сошёл с ума?       — Решил изменить себе, — прозвучало неоднозначно. — Ты ещё кого-то ждёшь? — забеспокоился гость.       — Проходи, — Лодж гордо зашагала по своей гостиной, пытаясь не подавать виду, ей было страшно. — Разговор будет непростой.       Доминик послушно направился следом, аккуратно разглядывая фамильное жильё. Интерьер был довольно изящным и простым: светлые стены и мебель, минимум декораций, монохромная цветовая гамма и отсутствие захламленности. На одной из стен Бернар смог наблюдать единственный, пожалуй, в этом помещении элемент декора — чёрно-белую фотографию Вероники.       — Минималистично, — сделал вывод вслух гость.       — Раньше здесь было по-другому, — Вероника пригласила жестом присесть на белый диван. — Ремонт решил всё.       — Ники, — тяжело заговорил Доминик, — я не люблю сюрпризы.       — Дождёмся ещё одного человека и я обо всём расскажу.       — Прошу тебя, — Бернар заглянул в карие глаза напротив, — скажи. Сейчас.       Тяжело вздохнув, Вероника всё же решила поступить по-чести. Собравшись с мыслями, знойная особа рискнула положить свою руку поверх руки Доминика, затем тихо заговорила:       — Я знаю, что мой отец присылает тебе письма страшного содержания. Я всё видела.       — Постой… так это всё-таки он?       — Да, — кивнула Лодж и стыдливо опустила глаза к полу. — Это делает мой отец. И, признаться честно, я напугана тем, что нашла в его сейфе.       Смирившись с тем, что тайн между ними больше нет, Доминик решил говорить честно. Сжав крепче девичьи ладони, юноша поднялся с дивана, Вероника сделала то же. Теперь эти двое были гораздо ближе друг к другу. Не самый подходящий момент для поцелуя, но Бернару впервые за долгое время искренне захотелось сделать это первому.       — Доминик, я хочу сказать, — начала уверенно девушка.       — Я тоже…       — Послушай, — теперь девичьи ладони опустились на холодные и бледные щёки Доминика, — что бы там ни было, я встану на твою защиту. Я буду рядом.       — Но ты же ничего не знаешь, — сокрушённо и тихо ответил юноша.       — Я знаю точно, что мой отец тот ещё… — Лодж нервно сглотнула. — И мне неважно, что произошло. Я с тобой.       В тот момент в гостиную вошëл хозяин дома, недоверчиво оглядывая присутствующих. Подростки тут же разошлись по разным углам комнаты. Хирам Лодж обошёл обеденный стол и встал напротив дочери, искоса разглядывая Бернара младшего.       — Вероника? Я желаю услышать объяснения…              Как можно увереннее, оглядев каждого, Вероника прошла к столу и жестом пригласила остальных.       — Папа, Доминик, добро пожаловать, — ловкие девичьи пальцы уже крутили бокал с вином. — Присаживайтесь, разговор будет долгим.

***

      В полицейском участке кипели свои страсти. Шерил вот уже несколько часов находилась в кабинете шерифа Келлера, дожидаясь того с очередного вызова. Рядом сидел одноклассник Келлер младший, пытаясь развлекать подругу, как мог. Старый стол из древесины, портреты жены и сына, подставка для ручек и карандашей, и много-много бумаг, — Шерил начало казаться, что сие расположение предметов она вспомнит и во сне.              — Я тут всё уже выучила, мне скучно, — пожаловалась рыжеволосая бестия, вновь вскочив со стула.       — А ты как хотела? Это тяжёлая работа полицейских, на своих законных рабочих местах они бывают редко.       И тут, будто бы услышав молитвы двух подростков, в кабинет ворвался отец Кевина, грохнулся в кресло и потёр уставшие глаза. По всей видимости, работы сегодня было много.       — Так, ребята, вы снова пришли спрашивать о Харгроуве?       — Что? — тут же возмутилась Шерил, вновь заняв своё место на стуле. — Я тут первый раз, между прочим! — далее удивлённый взгляд покосился на приятеля.       — Да, я спрашивал о Билли, что тут такого? — возразил Кевин, впадая в краску.       Этот город удивлял всё больше и больше, Шерил закатила глаза и покачала головой, но затем уверенно заявила:       — Я покупаю машину Харгроува.       — Зачем? — искренне не понимал Том Келлер. — Она же разбита.       — Думаете, для меня проблема вновь её привести в божеский вид?       Шериф неоднозначно переглянулся с сыном, затем продолжил неохотный разговор:       — Шерил, это так просто не делается…       — Скажите сумму и вопрос будет решён, — уверенно перебила рыжеволосая бестия.       Мужчина сложил руки на стол и наклонился.       — Боюсь, что деньги здесь не помогут. Теперь эта машина уйдёт на аукцион, а состоится он не раньше мая.       — Проклятье, — злостно выпалила Шерил и вскочила со стула. — Всё против меня…       Шериф тоже поднялся с места, а за ним и сын.       — Послушай, Шерил, если тебе действительно нужна эта машина, то я постараюсь помочь.       — Каким образом?       — Я соберу информацию, свяжусь с тобой. Нужно будет подготовить некоторый пакет документов.       — Ясно.       Блоссом собралась было уходить из этого душного и тёмного кабинета, но одноклассник остановил её.       — Шерил, подожди, — Кевин окликнул подругу, затем обратился к отцу. — Пап, сделай бронь, ты же можешь.       — Какая ещё бронь? — уже более заинтересовано отозвалась девчонка.       Недовольно ухмыльнувшись, Том Келлер какое-то время молчал, выдерживая никому ненужную паузу, затем всё же решил признаться:       — Дело в том, что у сотрудников полиции есть приоритеты: мы можем ещё перед аукционом забронировать понравившуюся нам машину.       — Но ведь это прекрасная новость!       Наконец-то одна-единственная прекрасная весть за такое долгое время. Шерил внутри себя ликовала, но всё же пыталась держать марку.       — Ещё раз повторюсь: не раньше мая! Нужно собрать документы.       — Это я уже слышала! Жду новостей!       Двое мужчин в кабинете проводили рыжую бестию удивлённым взглядом. Шерил буквально выбежала из полицейского участка и глубоко вздохнула. Март наконец-то начал радовать тёплой погодой, от недавнего снега не осталось ни следа. Блоссом стояла на крыльце здания и расстёгивала алую кожаную куртку. На противоположной стороне улицы находился местный небольшой автовокзал. Дверь в помещение открылась и под фонарным светом появился знакомый силуэт. В любой другой момент Шерил бы и внимания не обратила, но в последнее время стервой быть почему-то хотелось всё меньше и меньше.       — Эй, Нэнси, — уверенно крикнула рыжеволосая бестия, ускорив шаг на своих высоченных каблуках. — Как дела?       Хоукинская принцесса была явно не готова к подобной встрече, все мысли были заняты запланированным событием. У Нэнси был выбор: скрыться в кустах местного парка или всё-таки поболтать с главной стервой школы Ривердэйла.       — Всё хорошо, — спокойно ответила Уилер, но заглянула за плечи одноклассницы. — Ты была в полиции? Что-то случилось?       — У меня? Нет, — прозвучало усмешкой, но нотки в голосе тут же сменились. — Я просто хотела… В общем, я планирую выкупить машину Харгроува.       — Ясно. Понятно, — кивнула Нэнси в ответ.       — А ты чего с вокзала? Куда собралась наша маленькая стесняшка Нэнс?       — Я брала билет до Хоукинса. А оттуда в Блумингтон.       — Точно, вспомнила, ты же едешь в университет, — и тут в рыжей голове зародилась новая сумасшедшая мысль. — Слушай, зачем тебе трястись в автобусе? Я могу тебя подвезти.       Нэнси посмотрела с недоверием и удивлением одновременно.       — Зачем тебе это?       — Хочу сделать доброе дело, — Шерил махнула рукой к своему автомобилю. — Поехали, я подкину тебя до общаги.       Уже в машине, более-менее уютно расположившись, Нэнси повторила свой вопрос негромко:       — А если серьёзно, зачем тебе в Хоукинс? К Билли?       — Да, к Билли, — Шерил сама от себя не ожидала такой прямоты. — Всё не могу понять, почему он решил взять и уехать. Сплетен много, конечно, ходит, — Блоссом посмотрела в зеркало заднего вида и принялась поправлять волосы. — Кто-то говорил, что Билли сам изъявил желание свалить.       — Ну, это вряд ли, — Нэнси категорично покачала головой.       — О чём ты?       — Не знаю, но сдаётся мне, что Нил Харгроув тут тоже причастен.       — О, маленькая стесняшка Нэнс, как хорошо, что я встретила тебя сегодня вечером.       Пропустив нужный поворот, Mercedes продолжил ехать прямо. Нэнси знала этот путь, но вёл он не к общежитию.       — Мы едем в «Попс»?       — Почему бы и нет? Поболтаем, выпьем по молочному коктейлю, ну, или что вы там с Джонсом обычно заказываете…       Не было никакого желания общаться с этой рыжеволосой дамой наедине, Нэнси всё ещё помнила мелкие подколы и шуточки в свою сторону от главной стервы школы. Но ехать в пустую комнату общежития тоже не хотелось, соседка днями и ночами пропадала со своим ривердэйловским баскетболистом.       В «Попс» было тихо и практически не было людей. Поп Тейт что-то протирал у барной стойки, но, заметив двух прибывших в его заведение, кивнул и добродушно улыбнулся. Девчонки заняли дальний столик и принялись ждать официанта.       — Нэнси, я не хочу темнить, я позвала тебя не просто так, — первой заговорила Шерил, сбросив с себя наконец-то кожаную куртку. — Кстати, как тебе моя блуза?       Уилер присмотрелась к кружевной чёрной блузке на собеседнице, а затем спокойно заговорила:       — Если честно, то мрачновато. Я такое не люблю.       — Надо же, — Блоссом принялась сама себя осматривать, — а столько человек в школе сделали мне сегодня комплимент…       В ответ Нэнси лишь пожала плечами и уставилась в окно. К столику подошёл официант и принял заказ. Шерил всегда заказывала вишнёвую газировку или кофе, но сегодня почему-то предпочла сделать иной выбор.       — А ты честная. Да и никогда не подлизывалась ко мне.       — Зачем? Никогда не стремилась прыгнуть выше головы, — изрекла Уилер. — Я тихий и спокойный человек.       Пока одноклассницы ждали заказ, Шерил ненароком задумалась: почему она раньше не обращала внимание на эту девчонку? Нэнси показала себя добрым, честным и справедливым человеком, никогда ни о ком не сплетничала, не стремилась привлечь внимание к своей персоне. Рыжеволосая вдруг почувствовала, что этой девчонке напротив с её нелепым маленьким хвостиком и большими глазами можно было доверять. Именно такой человек сейчас нужен был Шерил. Нэнси не представляла из себя никакой угрозы, с ней не нужно было делить первенство в школе или даже парня.       — Клубничный молочный коктейль, интересно, это вкусно? — вслух задала вопрос Блоссом, когда на их столе наконец-то появился заказ.       — Думаю, да, — невинно отозвалась Нэнси и сделала глоток своего любимого малинового смузи. — А ты есть не будешь?       — Я не ем после семи, строгая диета капитана черлидинга, — с сожалением вздохнула Шерил.       — Сырные палочки — это очень вкусно…       — Ладно, давай, уговорила, — рыжеволосая бестия надкусила жаренный ломтик моцареллы и в блаженстве прикрыла глаза. — Божечки, это что-то с чем-то.       — Я рада, что тебе понравилось.       — Ладно, теперь о важном. Я предлагаю тебе вместе съездить в Хоукинс, потом я отвезу тебя до Блумингтона.       — Ты пропустишь занятия?       — Нет же. Я возьму официальные выходные. Меня ведь тоже приглашали в тот университет, правда, факультет другой.       — Правда?       — Послушай, милашка, я подавала запросы в пять колледжей. И мне пришли ответы из всех пяти, — гордо вспоминала Шерил. — Конечно, у моей мамаши планы другие, она задумала меня отправить в Лондон. Но сейчас не об этом! — отодвинув стакан с коктейлем в сторону, рыжеволосая бестия нахмурилась и серьёзно посмотрела в глаза напротив. — Так ты согласна или нет?       — Что ж, раз ты тоже получила приглашение…       — Здорово! — воскликнула Блоссом, перебив одноклассницу. — И когда выезжаем?       — Утром в среду.       — Что ж, завтра буду готовиться к нашей поездке весь день! — сырная палочка вновь оказалась в цепких пальцах. — Ну, а теперь расскажи, как у вас складываются дела с нашим Джонсом?

***

      В Пембруке тучи начинали сгущаться. Дочь с отцом сидели напротив, рядом с бывшей сидел Доминик. К ужину так никто и не притронулся, Вероника решила не тянуть с вопросом.       — Пап, а где сейчас находится Стефан Моретти? Ваш бывший с Луи компаньон.       От подобного вопроса в лоб Хирам поёжился и заметно напрягся. Медленно отодвинув от себя бокал вина, мужчина не торопясь заговорил:       — Он мёртв уже несколько лет. Что за вопрос?       — Странно, а мне казалось он воскрес.       — О чём ты?       — Ты писал письма от его имени, — подал свой тяжёлый голос Доминик Бернар.       Хирам недовольно усмехнулся, а затем бросил свой неохотный взгляд на юношу.       — Что ты несёшь, мальчик…       — Было много писем, в которых угрожали нашей семье. Мы с отцом проверили всех, — в разговор вновь подключился Доминик, сложив ладони в замок перед собой на столе. — Врагов у отца нет.       — Ты в своей ненависти к Бернарам просчитался, папа, — уверенно приговорила Вероника. — В одном из посланий ты подписался буквой «С».       — А с чего ты взяла, что я просчитался? Я действительно сначала анонимно запугивал Бернаров, потом решил специально вывести их на свой след, указав в одном из посланий, что оно якобы относится к нашему покойному другу.       — Но зачем? — продолжила расспрашивать дочь. — Кому ты что хотел доказать?       К удивлению, Хирам поменялся в лице, сменив серьёзное и грозное выражение лица на более расслабленное.       — Я лишь припугнул их, а они так легко на всё это повелись.       — Мы несколько лет живём с этим грузом на душе, — начал вспоминать Бернар младший. — Я ненавидел себя каждый день!       — И по делом, Доминик. Ты это заслужил.       В разговор вмешалась Вероника.       — А это что ещё значит?       — По правде говоря, он никогда мне не нравился. Он тебе не пара.       — Понятия не имею, зачем ты решил прикрыться мёртвым другом, зачем ты сюда втянул Бернаров, — Вероника в своём возмущении не собиралась сдавать позиции. — Я нашла это в твоём сейфе. И как по мне — это жестоко!       На стол тут же полетели ужасающие снимки, на которых бывший компаньон был в брызгах крови. И хоть это был монтаж, присутствующим за столом стало не по себе.       — Думаю, Доминик в курсе, почему эти снимки приходили в письмах именно его семье, — уверенно ответил Хирам, сделав короткий глоток вина. — И вообще, я считаю, что Бернарам нечестно досталась такая большая доля.       — Стефан сам завещал свою долю моему отцу, — злостно процедуры Доминик, сжимая кулаки под столом.       — Стефан терпеть не мог твоего отца-святошу. И я понятия не имею, как вам удалось всё это провернуть, но большая часть бизнеса принадлежит моей семье.       Ухмыльнувшись, Доминик задал свой вопрос:       — Так ты думал, если начнёшь запугивать нас событиями того вечера, то мой отец сразу же тебе отдаст бизнес?       — Ты виновен, Доминик. И ты это знаешь. Думаю, твой отец пошёл бы на всё, лишь бы не всплыли подробности того страшного вечера.       — Так что случилось тем вечером? — почти закричала Вероника.       — Всего лишь несчастный случай… Или нет? Шрамы на на костяшках всё ещё с тобой, Доминик?       После подобного заявления все вмиг замолчали. Вероника медленно перевела растерянный взгляд с отца на возлюбленного. Доминик сидел с опущенным взглядом, боясь пошевелиться.       — А сейчас вы оба расскажите мне правду, — медленно сквозь зубы проговорила девушка. — Немедленно.       — Что ж, — вздохнул Хирам. — Думаю, скрывать от тебя это больше не имеет значения.       — Я слушаю.       И Хирам Лодж начал свой длинный, но любопытный разговор:       — Мы познакомились с Луи, когда его жена Сара была беременна, они тогда вернулись в Ривердэйл из Парижа. Примерно в то же время мы решили создать бизнес: импорт вина в США из Франции. Между нами завязалась дружба, Сара родила, через год тебя родила твоя мама, — Лодж обратился к дочери. — В какой-то момент мы поняли, что вести дела из Ривердэйла больше не предоставлялось возможным, решили переехать семьями в Нью-Йорк… Потом мы обзавелись ещё одним компаньоном — Стефаном Моретти.       — Стефан был что-то вроде капо, личного телохранителя, — перебил Доминик, вспоминая то время с волнением на душе. — Так и появилась троица: мой отец занимался виноделием, Хирам сделками, а Стефан их крышевал.       Вероника, казалось, глотала каждое сказанное слово, перебегая глазами от одного рассказчика к другому.       — Вы росли, — вновь взял слово Хирам, — общались, к подростковому возрасту вдруг напридумывали себе любовь. А у нас тем временем начались разногласия по бизнесу.       Бернар младший залпом опустошил бокал с водой и саркастично высказался.       — Неудивительно. Вы со Стефаном начали проводить за спиной моего отца махинации.       — И это было на пользу, согласись? Вы меньше знали, крепче спали, а деньги продолжали лететь в ваш карман.       — И что было дальше? — Вероника перебила отца и обратилась к Доминику.       — Начались угрозы от конкурентов в сторону наших семей, — теперь Доминик говорил тише и осторожнее. — Отец боялся за нас с мамой, — мрачный взгляд был обращён куда-то в сторону, — он попросил своих компаньонов выйти из дела.       — Мы тогда на это не обратили внимания, — покачал головой Хирам, — подумаешь, переволновался. С Луи это бывало часто. А потом предстояло отметить шестнадцатилетние Вероники, — и тут мужчина сделал паузу.       — Продолжай, — напомнила Вероника, чувствуя, что разгадка рядом.       Хозяин дома оглядел поникшего и побледневшего гостя. Приняв тишину за согласие, мужчина продолжил дальше:       — У Луи и Стефана случилась крупная ссора, практически драка…       — Я этого не помню, — покачала головой Вероника. — Всё было так хорошо.       — Дочка, я ограждал тебя всячески от этого. Я не хотел, чтобы твои шестнадцать лет запомнились в памяти, как вечер убийства.       — Так это было убийство, а не авария? Стефана убили? — девушка принялась бегать взглядом по присутствующим, но никто не стремился ответить ей тем же взглядом, присутствующие были погружены в себя. — Почему вы молчите?       — Потому, что я убил его.       Не поверив ушам, Вероника вжалась в стул и медленно развернулась к Доминику. Юноша закрыл глаза.       — Доминик?       — Стефан изрядно перебрал с алкоголем и отправился подышать на улицу через чёрный ход, — Бернар младший чувствовал, что к глазам были готовы вот-вот нахлынуть слёзы, но юноша держался. — Моя мама опаздывала на твой праздник, Вероника, перепутав рестораны. Так уж вышло, что дорога привела её к заднему входу, — далее последовал тяжёлый вздох. — Я почувствовал, что что-то не так, отправился следом за Стефаном.       И Доминик замолчал, он был больше не в силах говорить о том вечере, который навсегда отпечатался не только в его памяти, но и шрамами на руках.       — Стефан сел за руль и сбил Сару Бернар, — тихо проговорил Хирам. — Не знаю… До сих пор не знаю, сделал он это нарочно или же нет.       — С тех пор моя мама хромает, — выражение лица гостя поменялось, оттенок обречённости сменился на злобу. — И это не исправить ничем.       — После того, как Стефан сбил Сару, его машину занесло на повороте, а дальше удар в столб…       Доминик эмоционально перебил:       — Я бросился к нему, вытащил из машины и просто начал бить… Я бил и бил, это было бесконечно. Я уже ничего не понимал, но продолжал бить, — юноша вскочил со стула. — И он умер. Я убил его. Теперь ты всё знаешь, Ники.       В ответ Вероника тоже вскочила со стула, не скрывая слёз. Всё наконец-то стало ясно. Синие глаза любимого были запорошены слезой, Доминик покачал головой, затем дёрнулся к выходу. Лодж побежала следом.       — Ты не виноват!       — Послушай себя! Что ты говоришь? — далее было сказано шёпотом. — Я убил человека…       — Ну, хватит этой драмы! — громко скомандовал Хирам, вставая из-за стола, не желая лицезреть, как ненавистный мальчишка пытается заключить в объятья его дочь. — Мне, признаться, надоело всё это. Стефан умер своей смертью.       От услышанного Веронику и Доминика вновь повергло в шок. Отпустив руки возлюбленной, Бернар стал медленно приближаться к Хираму, хмуря брови, сжимая кулаки.       — Что ты сейчас сказал?       — Думаю, держать тебя и твою семью в неведении достаточно. Луи едва держится на ногах, ну, а ты просто жалок, Доминик.       — Папа? — Вероника смотрела в упор на отца, негласно требуя подробностей.       — Стефан умер от удара в столб. Так показала экспертиза.       — Какая экспертиза? Ты же говорил моему отцу, что…       Хирам перебил:       — Говорил, что тело спрятал и никто ни о чём не узнает? Что ж, мне нужно было, чтобы Луи так думал.       Разделяя душевную боль с любимым, Вероника как могла сдерживала себя от эмоциональных порывов. Главу семьи едва можно было считать порядочным человеком, но то, в чём признался сегодня отец было выше всяких границ.       — Вы жалкие, — спокойно, будто наслаждаясь, продолжал свою речь глава дома, расхаживая по гостиной. — Особенно, твой отец. Улетев во Францию, он показал себя трусом и надеялся, что я разгребу всё сам. Я так и сделал, но потом вдруг подумал: а с чего моего бывшему компаньону жить спокойно? Стефан едва был в уме, когда завещал долю Луи.       — Ты чудовище, — Вероника качала головой.       — Пусть и так. Зато, дочка, я никогда не теряю хватку. А твой пацан и его отец жалкие создания, которым не место в большом бизнесе. Их надо уничтожать.       Подобное признание вывело Доминика из себя, ведь он и его семья несколько лет думали, что причастны к убийству человека, а, как оказалось, Стефан умер ещё до того, как Доминик той злосчастной ночью начал его избивать. Юноше хватило лишь пару секунд, дабы принять эмоциональное решение. Дёрнувшись с места, Бернар замахнулся кулаком на обидчика, но тут же получил в ответ удар в челюсть. Стоило признать: Хирам Лодж был в отличной форме, он отлично владел навыками кулачных боёв.       — Убирайся отсюда, — сквозь зубы процедил Хирам. — Мне плевать, какие ты там показываешь рукопашные чудеса на своих сверстниках. Здесь ты букашка.       После осмотра кожных покровов на лице Бернара, Веронику протянула тому руку и помогла подняться. Последовало несколько волнительных переглядов, затем Доминик резко дёрнулся к выходу и немедленно скрылся за дверями. Вероника утёрла пальцами слёзы, затем обернулась к отцу и крикнула:       — Ты монстр! Ты несколько лет играл на чувствах людей!       — Прекрати кричать, — тихо и строго попросил Хирам. — Этот парень и его семья заслужили всё, что с ними произошло.       Оставив все рамки приличия, дочь подлетела к отцу и с силой развернула к себе.       — Это ты виноват! Я думала, что Доминик меня тогда бросил…       И тут, не выдержав наезда, Хирам дëрнулся вперёд и строго проговорил:       — Иди к себе, Вероника! Мы обо всём поговорим завтра.       — Ну уж нет, — девушка демонстративно выставила указательный палец вперед. — Командуй своими шавками, но не мной!       С этими словами Вероника выбежала из гостиной. Отец окликнул дочь лишь единожды, а затем достал телефон и набрал номер.       — Андре, сейчас спустится Вероника, проследи за ней, но только ненавязчиво. Не напугай. Пусть побудет в своих мыслях. А через минут двадцать привези домой.

***

      Этот вечер выдался нервным не только у Лоджей и Бернаров. Своей нервотрёпки хватало и в доме семьи Купер. Элизабет металась по своей идеально розовой комнате, то и дело прислоняя телефон к уху. Стив не торопился брать трубку, упрямые гудки раздражали и вгоняли в тревогу. Белокурая красавица не могла поверить, что любимый баскетболист мог её так жестоко продинамить. Что с ним происходило в последнее время? Неужели так влиял отец? И главный вопрос: что будет дальше?       — Элизабет, ты не ужинала! — послышался требовательный голосок Элис Купер.       — Я знаю, мама, — ответ прозвучал раздражением. — Я не хочу.       — Почему ты заперлась? У тебя всё хорошо?       — Да, я просто устала, — тут же соврала дочь, — и ложусь спать.       Через пару мгновений стук маминых каблуков стих и Бетти схватила ветровку. От упрямых вопросов разболелась голова, но сейчас было не до таблеток. Аккуратно миновав преграду от диванчика до подоконника, девушка едва дыша вылезла в окно, а затем бесшумно спустилась по трельяжу с вьющимся плющом. Прикинув, где может находиться Дэвид Харрингтон, Элизабет мысленно проложила самый короткий маршрут и побежала по пустынному городу.       Отель Five Seasons находился в самом центре города. Благодаря другу Кевину, которого девушка случайно встретила на перекрёстке, дорога заняла минут семь. И теперь Элизабет сидела на мягких диванчиках в фойе и пробовала повторно дозвониться любимому человеку. Администратор недоверчиво оглядывал школьницу в столь позднее время, других посетителей в помещении замечено не было.       — Вы кого-то ожидаете, мисс? — к гостье подошёл усталый управляющий в тёмной бабочке.       — Нет, хотя… Скажите, а в каком номере остановился Дэвид Харрингтон?       — Хм, дело в том, что мы не сообщаем информацию о наших гостях.       — А он сейчас в отеле? — Бетти вскочила с диванчика и тут же выронила телефон на пол. — Это вы хотя бы сказать можете? Чёрт…       В этот момент дверях гостиницы замелькало знакомое лицо в компании нахмуренного мужчины. Элизабет в спешке схватила телефон с пола и буквально отползла за одну из колонн помещения.       — Вечер добрый, мне кто-нибудь звонил? — деловито поинтересовался Дэвид Харрингтон.       — Нет, сегодня тишина, — тут же отозвался управляющий. — Вы что-нибудь желаете?       — Да, подайте в номер двойную порцию мясного рулета и печёные овощи, — мужчина оглянулся на сына. — Ты идёшь, Стив? Чего у порога трёшься?       Харрингтон младший устало вздохнул и поплёлся за отцом в сторону лифта. Элизабет не смогла не подметить уставший и растерянный вид возлюбленного. Что-то явно происходило со Стивом в последнее время, юноша будто бы постоянно о чём-то думал, и мысли его были, похоже, не из приятных.       — Стив! Постой! — Бетти всё-таки решилась показаться из-за колонны и уверенно двинулась к лифту.       Двое мужчин испуганно дёрнулись, а затем развернулись. Дэвид хмуро оглядел подружку сына с ног до головы, а затем задал вопрос едва приветливым тоном:       — Вы знакомы?       — Да, это моя одноклассница, — не раздумывая, ответил Стив. — Бетти, что ты здесь делаешь?       Белокурая красавица в удивлении приоткрыла рот, возлюбленный продолжал удивлять своим равнодушием и нежеланием общаться.       — Я… — девушка аккуратно посмотрела на Дэвида, а затем вернула растерянный взгляд на приятеля. — Мы должны были встретиться…       — Ах, да, точно, — Стив потёр переносицу и устало вздохнул. — Было много дел, мы только закончили.       По всей видимости, Дэвиду просто так стоять на одном месте быстро надоело, мужчина посмотрел на наручные часы и поправил галстук.       — Бетти, ты можешь поужинать с нами, заодно расскажешь об успехах моего сына.       — Это… — начал Стив, но его тут же перебили.       — Это замечательная идея! — сорвалось с девичьих губ практически восклицанием.       Лифт приехал быстро, и вот уже серьёзный Дэвид Харрингтон пропускал даму вперёд. Элизабет чувствовала напряжение, которое, к удивлению, исходило только от Стива. Юноша и правда был не слишком рад подобной встрече. Причину предстояло узнать чуть позже.       В другом конце города такая же настойчивая девчонка совершенно не собиралась ложиться спать. Дождавшись, пока Шерил скроется за поворотом на своём красном авто, Нэнси отправились в противоположную сторону от общежития. Дороги были пустынны, улицы помрачнели и затихли. Так часто прогуливаясь по Ривердэйлу, Нэнси сравнивала этот город с родным Хоукинсом: спокойный малолюдный и безопасный. Были, конечно, и свои причуды, но хоукинская принцесса вдруг осознала, как будет скучать по Ривердэйлу. Школьный год плавно подходил к концу, а чувство тревоги обострялось с каждым днём. О Лондоне можно было позабыть, Уилер знала, что её семья не потянет расходы на обучение в Европе, да и сама Нэнси себя там совсем не представляла. Но что было делать с мечтой Джагхеда? Неужели для приятеля был закрыт путь в лучшую жизнь?       Расположившись за столом на набережной реки Свитуотер, Нэнси спокойно выдохнула, а затем собралась с мыслями и набрала номер. — Луи? Это Нэнси Уилер.

— Нэнси,

сейчас не лучшее время для разговора…

— Я отниму у вас пару минут.       Голос на том конце провода совсем не располагал к беседе.

— Хорошо, говори.

— Знаю, что условия нашего договора не были выполнены, но всё же…

— Нэнси, пожалуйста, говори прямо.

Чего ты хочешь?

      Совсем не мешкаясь, девчонка произнесла: — Не отказывайте Джагхеду Джонсу в стажировке в Лондоне.

— Нэнси…

— Он не виноват ни в чём! Это я запорола нашу секретную «миссию».

— А как же ты? Тебе не нужен Лондон?

— На днях я поеду в другой колледж, мне прислали приглашение.       Немного помолчав, Луи Бернар продолжил совсем невесёлым голосом:

— Жаль. По правде говоря,

в тебе я увидел больше таланта.

— Так что насчёт Джагхеда?

— А я ничего и не отменял.

Пусть ожидает пригласительное письмо.

— Спасибо!       Нэнси убрала телефон в карман и победоносно улыбнулась. И всё бы ничего, но как теперь принять ту мысль, что ребятам придётся расстаться? К подобному Уилер была едва готова.

***

      — Значит, именно ты помогла моему бездельнику вытянуть программу выпускного класса?       Дэвид Харрингтон закончил с ужином и теперь расслабленно сидел на кожаных диванах одного из номеров отеля Five Seasons. Этот номер напомнил Элизабет чем-то обстановку в доме Бернаров: такой же мрачный и строгий.       — Да, я его репетитор.       — И я благодарю тебя. Если бы Стив и дальше продолжил пинать балду, то вряд ли бы получил от меня приглашение.       В этот момент Купер почувствовала, как похолодели и затряслись её конечности. Предчувствие было не из приятных. Сам Стив вдруг сорвался с дивана и метнулся к окну. Напряжение повисло в воздухе.       — Что за приглашение? — осмелилась спросить Бетти.       — Я еду в Нью-Йорк.       — Когда? — дрожь в голосе предательски выдавала гостью с потрохами, большие глаза в удивлении уловили неуверенный и испуганный взгляд приятеля.       — Я забираю его завтра же, пусть постажируется неделю, — Дэвид поднялся с дивана вслед за сыном и взглянул на часы. — Элизабет, благодарю за уделённое время. Я распоряжусь о такси, твои родители, наверное, беспокоятся.       Бетти бросила пронзительный и удивлённый одновременно взгляд в сторону возлюбленного, но тот лишь неуверенно поддакивал отцу и тёрся возле окна. Было во взгляде Стива что-то незнакомое и трусливое. Белокурая красавица кивнула мужчинам напоследок, а затем быстрыми шагами вышла из номера. Негодование и злость распирали Бетти, но та лишь мчалась по лестнице вниз. На первом этаже её всё же окликнули.       — Беттс! Куда ты?       Стив, по всей видимости, спустился на лифте быстрее. Хоукинский милашка выглядел привычно уверенно, невинно улыбаясь, юноша медленно вышагивал к Элизабет.       — А что ты можешь мне ещё сказать? — сдержать раздражение всё-таки не получилось. — Как же твоя мечта, Стив?       — Надо смотреть правде в глаза, Нью-Йорк даст мне больше.       Не веря ушам и глазам, Бетти покачала головой и усмехнулась. Что случилось с возлюблённым за столь короткое время? Что же это за фрукт такой — Дэвид Харрингтон? Каким образом этот мужчина смог промыть мозг сыну?       — Стив…       В голосе приятеля послышались нотки раздражения и злости. Харрингтон поправил ладонью волосы, затем облокотился на одну из колонн и спрятал руки в карманы джинсовой куртки.       — Это ты у нас умница — все дороги открыты, а я не собираюсь просирать шанс стать успешным из-за какой-то мнимой спортивной стипендии в Блумингтоне.       И их глаза наконец встретились. Стив смотрел исподлобья, будто бы боялся прямого контакта. Бетти, почувствовав, как к глазам подкрадываются слёзы, понимающе кивнула и поспешила отвернуться, дабы собраться с силами.       — Спасибо тебе, — начал юноша, но тут же замолк, к горлу подкатил ком. — Спасибо, что занималась со мной. Надеюсь, в Стэнфорде ты найдёшь себя.       Горестно усмехнувшись, Элизабет не решилась повернуться. Слеза потекла по щеке, сбежать из этого отеля захотелось немедленно. И Бетти побежала. Двери отеля сменились на лесные виды Ривердэйла. Городской асфальт на земельную дорожку парка. Ещё какое-то время девушка слышала голос позади себя, Харрингтон бежал за избранницей, но, потеряв её из виду, вернулся в отель.

***