Практика жизни 2: Операция "Забвение"

Дождь, казалось, усилился, когда Стив, Брок и Баки покинули квартиру. Ветер стал заметно сильнее, что огорчало не только их. Порядком промокший собачник спешил к себе, чудом разминувшись с Баки. Взгляд, который тот бросил в сторону незадачливого жителя характеризовался как убийственный. Стив улыбнувшись, сжал плечо супруга, успокаивая. В машине было намного комфортнее. Спустя пять минут они покинули парковку. Баки привычно уже ввел режим тонировки стекол — разглядеть пассажиров теперь было невозможно. — Какие у кого планы на сегодня? — поинтересовался он, негромко насвистывая прицепившуюся популярную песню. — Я-то, понятно, сижу со Стивом, не даю натворить глупостей. — Бак, — Стив укоризненно на него посмотрел. — За последний месяц я практически образец благоразумия. Старк то и дело появляется, чтобы посмотреть на меня за работой и его шутки скоро начнут повторяться. — А у меня все так же не перестает чесаться рука ему врезать, — поморщился Баки. Тони по-прежнему оставался не в курсе положения Стива, но дураком он не был — пытался самостоятельно вычислить в чем причина временного перевода. И тогда, на совместной миссии он успел порядком достать Баки расспросами о состоянии здоровья Стива. — Если так застоялся, предлагаю после обеда заглянуть на тренировку, — усмехнулся Брок. — Погоняешь ребят немного. В очередной раз познакомившись с полом, они вспомнят, что не бессмертные. — Опять самооценка взлетела до небес? — усмехнулся Баки. — Не у всех, — поморщился Брок. — Новички этим страдают. Твои пропиздоны уже выветрились из головы, а Джека некоторые из этих шустрых умудряются все-таки держать на спарринг-боях. — Бак, со мной точно ничего не случится, буду разбирать бумаги или планировать операцию, — поддержал Стив, уловив колебания супруга. — И никуда не денусь из кабинета. Как закончишь — вернешься. — Умеете вы уговаривать, — Баки не стал прятать довольной улыбки. Размяться со Страйком он всегда был не против, тем более, что ситуация вполне к этому располагала. За разговорами триумвират добрался, наконец, до штаба. Баки умудрялся лавировать в потоках машин, избегать почти неотвратимых столкновений и выруливать из явной пробки на свободную трассу. Доехали они относительно быстро, пусть и пришлось задействовать для этого не основной маршрут. Оставив машину на парковке, триумвират проследовал в штаб Щита. Уже внутри они разделились — Брок отправился к своему отряду, а Стив с Баки направились во временный капитанский кабинет. Его тоже Баки приходилось регулярно чистить от жучков, которые ставить стал еще и Старк, помимо неизменных Марии и Наташи. Стив только вздохнул, в первый раз услышав такую новость — он понятия не имел, зачем это понадобилось Тони, но предполагал, что тот ввязался в сомнительный спор. Азартный по натуре Старк отступить уже не мог, особенно если кто-нибудь намекнул, что он не все знает о собственной команде. — Доброе утро, — у кабинета Стив и Баки с изумлением увидели Наташу. Она прекрасно могла попасть внутрь не используя ключ, но по какой-то причине дожидалась их появления. — Тебе тоже. Что-то случилось? — Поговорим внутри, — Наташа повела плечами и пропустила Стива с Баки вперед. Следующие минут десять Стив с возрастающим удивлением наблюдал, как Баки с Наташей синхронно искали жучки. Какое-то количество они, разумеется обнаружили и уничтожили. Лишь только после этой манипуляции Наташа начала рассказывать, за чем, она собственно пришла. Стив слушал, непроизвольно закусив губу. Скупыми сведениями его с некоторых пор было не удивить. Операция «Забвение» ничего ему не говорила — просто не приходилось сталкиваться с ней до этих пор. И уверенность автора письма в успешности проекта тоже не вызвала у капитана никакого удивления — Гидра всегда строила планы и воплощала их до отвращения последовательно. Только «Озарение» пошло не так и не без помощи самого Стива. — По возможности, я буду вам предоставлять еще данные, но пока — это все, — закончила Наташа. — Обмозгуете? — Попробуем, — Стив переглянулся с Баки, достал один из новеньких блокнотов — в компьютер он вносил только уже готовый план, черновики же предпочитал держать в таких вот бумажных источниках. И за их сохранность Стив не боялся — кроме Баки и Брока практически никто не мог разобрать, что означал тот или иной условный символ. — Удачи, — Наташа благодарно кивнула обоим. Помимо этого поручения, на ней висело еще несколько заданий, на одно из которых она собиралась отправиться вместе с Клинтом через несколько дней. — Все, что узнаю — перешлю на почту или стандартной шифровкой на телефон. — Будем ждать. Тут любая зацепка не помешает, — Стив хмурился, крутя ручку. Он успел уже занести всю скупую информацию в блокнот. — Версий по этим данным может много, какие-то точно неправдоподобны. Могу пока сказать, что эта операция, скорее всего, имела большой подготовительный этап. И как-то эти данные достались чиновникам из Техаса — но их пока трогать не стоит, ничего не добьемся, кроме шума в прессе. — Именно, — Наташа одобрительно посмотрела на Стива. — Все слишком зыбко, чтобы можно было действовать. Я оставила в кабинете пару жучков, но гарантии, что их не обнаружат или не заглушат у меня, сами понимаете, нет. И вообще, пока я здесь — Стив снимай свое маскировочное устройство, хочу посмотреть. — А не хочешь для этого прийти к нам в гости? — мгновенно отреагировал Баки, явно спасая смущенного мужа. Стив заливался краской постоянно при упоминании собственной беременности кем-либо из друзей. Выглядело это своеобразно — Наташа искренне считала забавным, а Баки с Броком неизменно вскидывались на защиту Стива. — Я уезжаю уже через пару дней, так что не успеваю, — с сожалением вздохнула Наташа. — Так уж и быть, только ради тебя, — Стив аккуратно поднялся, бросил взгляд на большое окно — единственное в его временном кабинете и созданное из такого же непростого сплава, что и в директорском офисе. — Смотри, — он стянул с руки браслет, убирая иллюзию. — Но не трогай — тут же вмешался Баки, обнявший Стива со спины. Тот довольно улыбнулся, позволив себе откинуть голову на родное плечо, пока Наташа грациозно кружила вокруг, присматриваясь. — На моей родине когда-то определяли пол будущего ребенка по форме живота, — поделилась она, не отводя глаз от Стива. Живот не казался чем-то неестественным и это сильно удивляло Наташу. — Во всех странах в разные периоды времени это практиковалось, — откликнулся Стив, пряча улыбку. Он наблюдал за Наташей из-под полуприкрытых ресниц — выражение лица подруги было на редкость умиротворенным, граничащим с удивлением и восторгом. И он вполне ее понимал, сам в первое время испытывал смешанные чувства, с трудом осознавая перспективу скорого родительства. — Возможно. Знаешь, тебе идет, — Наташа с неохотой отошла и махнула рукой, показывая, что насмотрелась. Стив тут же вернул браслет на место, но от Баки отстранился далеко не сразу. И даже когда он опустился в кресло, Бак остался рядом, опираясь о спинку и с легкой насмешкой глядя на Наташу. — Я еще у Локи это заметил — живот вписывается в комплекцию гармонично и естественно. Не знаю, с чем это связано, — пожал плечами Стив, пододвигая к себе блокнот с информацией. — Видимо, природа так задумала. Не задавалась никогда этим вопросом, — с обманчивой легкостью выпалила Наташа. — Ладно, мальчики, я вам подкинула пищу для размышлений, пойду, пожалуй. Я, конечно, мультизадачная, но быть в трех местах сразу еще не научилась. — Удачи, — улыбнулся ей вслед Стив. Наташа неопределенно повела плечами и выскользнула из кабинета. — Что думаешь? — Баки взял стул и решительно придвинулся поближе к Стиву. Ему не нравилось окно, не нравились стоявшие на нем цветы — пара кактусов не слишком вписывались в интерьер, а кололись они вполне ощутимо. К негодованию Баки во временном кабинете Стива отсутствовало то самое защитное бронированное жалюзи, а шторы сюда вешать не хотел сам Стив, упирая на то, что тогда атмосфера кабинета станет совсем иной. Да и кактусы жалко, их тогда он и вовсе забудет поливать. — Ты о «Забвении»? — Стив покрутил в руках блокнот и нахмурился. — Мне оно не нравится. Очередной скелет в гробу Гидры, который может еще и огрызнуться в ответ, если тот стрелок связан с этим проектом. Сам того не зная, Стив попал в точку, но еще не представлял масштабы, с которыми им всем предстояло столкнуться в самом ближайшем времени. — Пока не поймаем и не допросим — ничего не узнаем, — Баки хищно прищурился. Стив покачал головой и ласково погладил мужа по бедру. — Мы ничего о нем не знаем, — напомнил он. — Он, возможно, жертва страшных обстоятельств, о которых ничего… — Стиви, — мягко перебил его Баки. — Я бы с тобой согласился, если бы не одно «но». Он в тебя стрелял. Кроме того, после «Озарения» прошло уже лет шесть, он объявился по некоторым данным — надо сходить Фьюри потрясти — всего-то месяцев шесть -семь назад. Где-то он жил все это время, значит, ему знакомо существование добропорядочного гражданина. Но он все равно вернулся на кривую дорожку и представляет из себя опасного врага. Не заблуждайся на его счет. — Мы можем строить разные версии, но пока напрямую не поговорим с ним, ясности не будет, — вздохнул Стив, откладывая в сторону блокнот. — Что такое? Плохо себя чувствуешь? — подобрался Баки, заметив, как изменилось лицо супруга. — Все в порядке, Бак, — Стив успокаивающе сжал его ладонь и извлек один из своих черновиков. — Вспомнил, просто, что недавно Фил прислал. Они с командой сейчас находятся в Мексике и оказались между двух огней — местные сил правопорядка их не принимают, а дружеские связи Фила помочь не в силах. Но у нас ничего я тоже не нашел о похитителях донорской крови, которую, к тому же, потом еще и возвращали. И уже несколько погибших от попытки переливания — Фил сказал, что отправил образцы в наши лаборатории и просил выяснить, что это все-таки такое. — Сомневаюсь, чтобы таким путем пытались вывести суперсолдата, — фыркнул Баки. — Не обязательно, что цель неизвестных именно это, — покачал головой Стив, поднимаясь на ноги. — А вот паника и негодование из-за испорченной крови могут разразиться серьезные и все претензии достанутся фирме-отправителю. — Которая находится в Америке и служит на благо Щита, — усмехнулся Баки. — Не знаю, Фил так подробно не распространялся об этом деле, но вполне вероятно. Что, пройдешься со мной на десяток этажей вниз? — Стив поднялся с кресла, прихватив с собой нужный блокнот для записей. Сидеть без дела он никогда не умел, о чем Баки знал лучше многих. — Разумеется, — фыркнул он. — А то мало ли, свалишься еще там от аромата реактивов. Переполох поднимется на весь Щит. Стив только улыбнулся на такое предположение и позволил себе небольшую вольность — в Щите он все-таки старался избегать демонстрации личной привязанности — но сдержаться сейчас не смог. Баки только вздохнул, разумеется, обнимая приникшего к нему Стива и поглаживая его по спине. Через пару минут, разорвав объятие, они словно ни в чем не бывало двинулись в сторону лаборатории, которая находилась на втором этаже. *** Десятый продолжал наблюдение за целью, ожидая, когда представится подходящая возможность для атаки. Новый кабинет располагался намного удобнее предыдущего и открывал лучший обзор. Стоявшие на подоконнике кактусы вызывали в Десятом недоумение и растерянность — его цель вроде бы не являлась любителем цветов. «Видимо, остались от предыдущего владельца», — сделал вывод наемник, чуть сдвинувшись, рассматривая кружившую вокруг цели женщину. Позывной — Черная Вдова, умения — шпионаж. Опасный противник и сильный союзник. Десятый тихо фыркнул, позволив себе выразить эмоции — его лежку все равно еще не обнаружили, несмотря на все совершенные приборы. Погода его не смущала совершенно — заболеть он не мог, а дождь был не более чем досадным неудобством. Десятый вздохнул, когда Вдова и один из пары цели начали что-то обсуждать. Он не слышал, о чем шла речь, да и по большей части ему это было и не нужно. Его интересовала исключительно цель. Когда женщина покинула кабинет, наемник непроизвольно подобрался. Обнаружить они его точно не могли, но Вдова была профессионалом. Спустя пару минут он вновь перевел взгляд на кабинет. Цель с парой о чем-то оживленно общались, не отрывая глаз друг от друга. У Десятого тоскливо заныло где-то под ложечкой. В Канзасе в это время года стояла удушающая жара. Десятый жил здесь второй год, но никак не мог привыкнуть. И кошмары не прекращались почти никогда. Спасала маска, которую он наотрез отказался снимать, к удивлению приютившего его семейства. Впрочем, они никогда на него не давили, признавая и уважая его право решать самому. Для Десятого это было в новинку. Кроме Первого, никто не разрешал ему делать свой собственный выбор, подбадривая при этом. Он приносил пользу, никогда не сидел на одном месте — дел на ферме всегда было много. Обедал всегда с семьей — маска не была глухой, ее можно было снять и снизу, чем он и пользовался. Десятый любил слушать их рассказы обо всем на свете. Он бывал в разных городах исключительно на заданиях и даже представить не мог, что можно было как-то иначе. И от этого что-то больно царапалось внутри. А однажды на ферму на костылях вернулся внук пожилой пары — на одной из операций по зачистке местности он нарвался на хитро замаскированную гранату, в результате подрыва которой лишился ноги и его списали из армии. Протез обещали выделить по квоте, но к моменту его отъезда из госпиталя этот вопрос даже не поднимался. Десятый тогда и предположить не мог, что его ожидали приятные перемены в жизни. Наемник поморщился и мысленно отвесил себе подзатыльник. Он наблюдал за целью, нельзя было отвлекаться на прошлое. Вернуть все равно уже ничего невозможно. Положа руку на сердце, Десятый не хотел бы возвращать ту жизнь, в которой были кураторы. Ведь благодаря им он сейчас находился здесь, продолжая искать подходы к цели, а не на ставшей домом ферме в Канзасе. Он позволял себе только дружеские звонки, раз в две недели, потому что дал слово не пропадать. Было странно осознавать, что о нем беспокоятся. Единственным, кто волновался о нем прежде был Первый. Десятый иногда позволял себе мысль, что начнись Озарение всего на пару часов раньше, шанс на жизнь был бы у них обоих. История не знала сослагательного наклонения, увы. Наемник вновь перевел взгляд на окна кабинета. Цель с парой куда-то собрались — поднялись со своих мест. К проявлению нежности со стороны цели Десятый вроде бы привык, но все-равно дернулся, когда тот потянулся к своей паре, чтобы обнять его. Он был бы рад оставить их в покое, но приказ должен быть выполнен. Даже если это будет означать его физическое устранение. Цель с парой скрылись из виду, предоставив Десятого собственным мыслям. Аккуратно пошевелившись — разминая затекшие мышцы, в случае необходимости, придется двигаться быстро, Десятый вновь посмотрел в этот раз на пустой кабинет. Он знал, кто его готовил. И не испытывал никаких эмоций — изменить все равно ничего невозможно. От мощи Гидры ничего не осталось, но она не исчезла совсем — его все-таки нашли в Канзасе и произнеся первичные слова — вынудили покинуть место, ставшее ему домом. С целью обезопасить любимого, Десятый постарался перевести их отношения в крепкую дружбу, намеренно начав отдаляться. Спустя всего неделю после того, как его нашел младший куратор, он покинул под надуманным предлогом гостеприимную ферму. Десятый понимал, что его отъезд выглядел для семьи побегом, но ничего не мог поделать. Он не мог рассказать им всего. Поморщившись, наемник отогнал воспоминания и продолжил наружное наблюдение.