Глава 16. Пропасть
23 декабря 2018 г., 12:54
— Ненавижу галстуки, — стонет Поттер, как только Риддл спускается по лестнице. Он одет в лучшую мантию, черную с серебристо-синей обивкой, и на нем галстук. Первое впечатление — ключ к победе над потенциальным новым союзником. Впрочем, Поттер, окруженный коллекцией чудовищно узорчатых галстуков, все еще не одет должным образом. Ему еще никогда не доводилось видеть так много неоновых цветов и горошка в одном месте. На некоторых из галстуков изображены белуги и танцующие пингвины.
— Я думал, что сжег все твое неподобающее одеяние.
— Ха! — драматично подчеркивает Поттер. — Виновник сознался в преступлении!
— Я называю это освобождением.
— Одеваться так, как тебе нравится, убийца свитеров.
— И говоришь, что ненавидишь каламбуры.
Поттер бледнеет.
— О нет. О нет, я произнес каламбур. Стариковская шутка. Я старею! Я больше не актуален. Скажи, что это неправда. Мне только девятнадцать и скоро исполнится восемьдесят, я одряхлею и умру…
— Ты не умрешь в любом случае настолько скоро, потому что, если ты так сделаешь, я верну тебя к жизни, чтобы убить самостоятельно, — огрызается Том, вырывая неоново-желтый галстук из рук Поттера. — Продолжительность жизни волшебников дольше, чем у обычных магглов. Так или иначе ты будешь жить до тех пор, пока тебе не исполнится сто пятьдесят и продолжать щебетать фальшивые пророчества своим будущим студентам, если тебя к тому времени не уволят.
— Ох? Так значит, ты больше не считаешь меня провидцем?
— Считаю. Но чувствую, что тебе доставляет удовольствие руководить людьми. Что за термин я выучил на сегодня? Троллинг? — Том ухмыляется озадаченному выражению лица. — Да, полагаю это понятие очень хорошо подходит тебе. А теперь стой спокойно.
— Не могу поверить, что ты знаешь интернетный сленг. Кто научил тебя?! Это были близнецы? Нет, подожди, кто-то маггло… Дин Томас? Абаби? И что ты делаешь с этим галстуком, я не люблю его. Он слишком зеленый! Я чувствую, сейчас на самом деле пурпурный день… — каким-то образом Поттеру удается стоять неподвижно, как статуя, пока Том крепит галстук на его шее.
— Празднование — прекрасная возможность привлечь больше спонсоров… — связей для его дела, — для наших карьер. Я не позволю тебе выставить себя дураком перед кем-либо, имеющем большое значение, особенно, когда я докажу, что ты истинный провидец… — Риддл игнорирует стон Поттера, — …и этот галстук гармонирует с твоей единственной приемлемой мантией.
И этими глазами.
— Вот, — Том отходит назад. Он весьма удивлен тому, как хорошо сидит на Поттере мантия, подчеркивая его лучшие черты. Это не напоминает обычный поттеровский стиль (маггловский, на несколько размеров больше, неоновые цвета, тема-животные), он более аристократичен. Внезапно Риддл испытывает желание бросить свитер, любой свитер, и накинуть его назад, на голову Поттера, чтобы тот стал самим собой снова. — …Ты выглядишь почти как настоящий волшебник.
Поттер фыркает, отворачиваясь.
— Я начинаю думать, что тебе нравится одевать меня.
— Пожалуйста, — ухмыляется Том, — тебе бы не понадобилась помощь в одевании, если бы ты знал, что такое настоящая мода.
— Я не слышу отрицания, — напевает Поттер, направляясь к двери, следующие по пятам бумажные журавлики прижимаются к его волосам. Хедвиг, прежде чем последовать тоже, впивается взглядом в Риддла, будто говоря, я смотрю за тобой. Он даже не заморачивается напоминанием, что фамилиаров с собой приносить нельзя. Поттер никогда не слушает.
— Просто веди себя хорошо, — скрипит Том, не испытывая желания разрушить вечер из-за еще одной эксцентричной прихоти Поттера.
— Как скажешь, дорогой.
Том решает проигнорировать это и продолжить идти.
* * *
Большой Зал преображен длинными флагами Хогвартса и хрустальным орнаментом. Он чем-то похож скорее на Йольский балл в чистокровном доме, чем на чудаковатый замок, одержимый привидениями. Том едва узнает его, лишь чары на потолке (делающие ночное небо видимым) намекают на прежний облик Большого Зала. Некоторые состоятельные спонсоры уже прибыли, придерживая бокалы с вином в разговорах с разными профессорами о их исследованиях. Риддл замечает Люциуса Малфоя, с презрением смотрящего на профессора маггловедения, и министра магии, Фаджа, в замешательстве кивающего восторженным речам Флитвика о будущем маго-технических чар. Некоторые иностранные посетители явились, чтобы поговорить с Дамблдором и даже Снейп выглядит глубоко увлеченным дискуссией с кем-то о следующих шагах в улучшении Волчьелычного зелья. — О нет, я вижу Регулуса. Ох… — Поттер пытается нырнуть за Тома. — Притворись, что меня не существует! — Это довольно сложно сделать, — бормочет Том, вежливо улыбаясь и все же оставаясь на месте. Как и ожидалось, Блек замечает их обоих (вероятно из-за особенной ненависти, которую, казалось, он испытывает к нему) и, бушуя, направляется к ним с ледяной улыбкой. — Гарри, Риддл, — Блек кивает им обоим. — Не ожидал, что вы придете вместе… — Мы делим кабинет, — прямо говорит Том, — и потому не исключено, что мы предпочли пойти на эту встречу в одно время. За исключением Беллатрикс, семья Блек еще не покорена делом Риддла (факт, о котором он долго не беспокоился, Блеки приносят больше проблем, чем пользы. Доказательство А: Регулус Блек испытывает иррациональную враждебность, когда кто-либо стоит рядом с его родственниками. Доказательство Б: Почти-убийственные желания Сириуса Блека фактически проклинать каждого человека, дотронувшегося к его крестнику). Он всегда может организовать смерти Регулуса и Сириуса Блеков, так что Беллатрикс станет главой дома. Не нужно беспокоиться притворством вежливой беседы. — Кабинет, в самом деле? У меня складывалось впечатление, что в Хогвартсе имеются сотни пустых классов, где профессора бы могли счастливо расположиться, если свободные кабинеты отсутствуют, — улыбка Регулуса Блека становится все острее и острее. — Школе не нравится, когда спят в классах, разве ты не помнишь, как я рассказывал, дядя Рег? — Поттер, к ужасу Тома, вскидывает на Регулуса взгляд умирающего котенка, каким-то образом набирающего всю мощь убедительности. Улыбка Блека дрогнула. — Гарри, — говорит он непонятным тоном. — О, смотри! Креветки из взбитого крема, думаю, я собираюсь съесть одну. Или три. Или двенадцать. Пока, — и Поттер спешит к парящему подносу с закусками. — Поттер, — хмурится Том, не испытывая желания подвергаться еще одному допросу от таких как Блек. Но на этот раз, его кажется не заботят угрозы Риддлу, который идет за Поттером. Блек громко произносит: — Гарри, мы должны поговорить с тобой об этом. Что бы сказал Сириус? Ты хотя бы навестил его позднее… Поттер резко останавливается, почти опрокидывая поднос. Болезненный взгляд, вынуждающий Риддла сжать кулаки, тревожит. — Конечно, навещу. Это же Сириус, ты думаешь… Что бы там Блек ни думал, Том не слышит этого, прерванный Беллатрикс, широко улыбнувшейся при виде Тома. Ее руки раскрыты. — Мой Л… я имею в виду, Риддл! Как чудесно видеть тебя! Регулус Блек, как хищник, чувствующий, будто кто-то посягнул на края его территории (иначе понимая — кто-либо, классифицируемый, как угроза Гарри Поттеру или Сириусу Блеку) внезапно становится перед Риддлом, бесстрастно улыбаясь, в сотни раз более леденяще при виде кузины. — Белла. Какой приятный сюрприз. Не знал, что ты все еще вращаешься в этих кругах. Перевод: Не знал, что ты еще не обанкротилась. Достаточно возмущенная (и доказывающая, что она настоящий Блек), Беллатрикс возвращает ледяную улыбку на несколько градусов холоднее. — Мой дорогой, милый маленький Регги, все еще следуешь по пятам за своим братом после того, как он провалился, пытаясь возродить семейное имя? Перевод: Все еще предатель крови? — Думаю, я вижу профессора Макгонагалл, зовущую нас, пожалуйста извините, — Том слегка кланяется, легко толкая Поттера в спину так, чтобы они оказались укрыты толпой и надеясь, что душевная обстановка обуздает любые взрывоопасные вспышки последней драмы семьи Блек. — Ах, подожди, я еще не сказал привет этой леди… Нет. Абсолютно нет. Риддл отказывается устраивать первую встречу Поттера и Беллатрикс на этом мероприятии. Может случиться все что угодно, и убийство находится на вершине списка. Пока что Регулус и Сириус Блеки предотвращали их встречи от ужаса за своего крестника/родственника. Том просто хочет мирного и продуктивного вечера. — Думаю, я вижу пирог с патокой, левитируемый профессором Макгонагалл. — Что, где? Поттер радостно идет туда, куда его направили. Макгонагалл по всей видимости глубоко беседует с Амелией Боунс о возможностях и этических последствиях использования трансфигурации для решения маггловских проблем с голодом. Тоскливо, но Том ненадолго принимает участие в разговоре, чтобы повысить свой статус в глазах мадам Боунс. Поттер, что достаточно раздражающе, уходит, как только получает свой пирог. Ему придется приглядывать за ним во избежание проблем… — Мой Лорд, — Крауч становится рядом с ним, предлагая бокал шампанского. Он кивает с некоторым почтением, как делают все последователи, вот только его действия всегда ярко выражены. — Я молюсь, чтобы время в Хогвартсе принесло вам хорошее здоровье. — …Это так, — кивает Риддл. Кольцо на пальце, его Крестарж, гарантирует психическое и ментальное здоровье. Продуктивность с другой стороны… Он хмурится. — Я наладил позитивные отношения со студентами. Полагаю, к декабрю, когда они начнут доверять мне, я начну неспеша вербовать некоторых для нашего дела. Взгляд Крауча светится тревожным пылом, таким, какой часто разделяет Беллатрикс. — Как и ожидалось от вас, мой Лорд. Мне удалось обнаружить нескольких коллег, откликающихся вашей харизме. Они охотно встретятся с вами после Йоля, чтобы обсудить спонсирование… — Великолепно, — триумф поет в его венах. На один шаг ближе к изменению волшебного мира… — У Керроу наметился прогресс с гигантами, — хоть для этого и потребовалось много утомительного нытья, — и также Эйвери с Долоховым принесли мне хорошие новости. У нас будет еще одна встреча на этих выходных, чтобы обсудить дальнейшие действия. — Я сообщу своим контактам. — И… — Риддл делает паузу. Крауч — единственный, кому он мог бы доверить такую информацию на данном этапе. И хотя Крауч такой же лихорадочно преданный как Беллатрикс, он напротив самый образованный и уравновешенный. Крауч отмечает паузу и прислоняется. — Да, мой Лорд? — …Если ты найдешь в Отделе Тайн кого-нибудь, кому известно больше о провидцах, я предпочел бы сконтактироваться с ним. Крауч кивает. Если ему и любопытен внезапный интерес Тома к прорицаниям, он не задает вопросов. Риддл не сомневается: Беллатрикс и Крауч верят, что их Лорд выше суеверий, выше пророчеств и законов магии. Но даже Том знает, что он просто человек (человек с крестражем). Даже Том знает, что от смерти так просто не уклониться. И если Поттер провидец, как Риддл того желает, он сможет избежать Смерть навсегда. Он станет больше, чем человек.* * *
Каким-то образом Том оказывается в глубокой дискуссии с министром магии и несколькими путешествующими Мастерами Зелий о своих последних исследованиях темных существ в Румынии. Но он продолжает наблюдать за Поттером, поглядывая на него уголком глаза во избежание всяких проблем. На удивление, Поттер похоже хорошо себя ведет. Возможно ему стоит прекратить удивляться всему, что окружает Поттера, и ожидать неожидаемое. Поттер кажется очаровал всех на вечеринке, заставив поверить в то что, он реформирует Прорицания в новую волну учения медитаций и саморазвития без единого намека или фальшивого пророчества (или истинного). Он также провел хорошую работу, избегая Регулуса Блека (хотя Беллатрикс отвлекала этого человека весь вечер. Они казались поглощенными в дебаты о манерах, дискуссии эти по правде не имели ничего общего с манерами). И хотя Поттер определенно разговаривал со своими спонсорами, он никак не выискивал их, казалось он никогда не отдавал полного внимания их словам, его взгляд был далеко от них… Пока кто-то не хлопнул Поттера по плечу, и он не взглянул на того с ясностью, и сияние его глаз, какое Том еще никогда не видел прежде… — Невилл! Седрик! — Поттер прыгает к ним в объятия. — Ахх, это было так долго! Как вы? Как тебе министерская работа, Сед? Ох, и путешествие! Невилл, расскажи мне, как ты приютил черепаху из Австралии, пожааалуйста! Том хмурится, желание убрать отсюда Поттера порталом сильно в его сознании. Он и забыл, что, как только Поттер подрос, он привязался к Лонгботтому, Диггори и Чанг. Дружба Поттера с Чанг стушевалась, с тех пор как они стали коллегами, но с Диггори и Лонгботтомом… Лонгботтом выглядит слишком спокойно с Поттером, обнимающем его за шею. — Риддл? Вы говорите о магических особенностях Lapin reve…? — говорит Мастер Зелий, кто-то важный из Австрии. — Конечно. Я потерял ход мысли. Прошу прощения, джентельмен, — Риддл призывает свою самую убедительную улыбку. — Как я и говорил, яд Lapin Reve может быть неоднократно использован в будущем Искусства Зелий… И он не стискивает зубы при звуке поттеровского смеха.* * *
Во время беседы один из Мастеров Зелий внезапно оживляется и выкрикивает: — Рубеус! Иди сюда! Этот парень, Риддл, кажется разбирается в магических существах, как и ты! Почему вы еще не сопоставили записи? Хагрид, красный от излишнего вина, без сомнений бледнеет, когда видит его. Том лишь слегка кивает головой. — Мы так и сделаем. — Чудесно! — Мастер Зелий, мистер Кван, хлопает, не ощущая напряжения. — Возможно вам следует поработать над проектом вместе. С удовольствием посмотрю какого рода ингредиенты вы сможете извлечь из чего-то настолько смертоносного, как Lapin Reve. — Хм, — Риддл не комментирует. Как будто он добровольно подвергнет себя работе с таким безответственным укротителем как Рубеус Хагрид. Хагрид кажется думает о том же самом, но с надеждой произносит: — Lapin Reve? Когда раздается другой голос. — Это будет совместное дело? Я могу помочь? Чарли Уизли. Драконолог и укротитель драконов из Румынского отдела между прочим, — вклинивается рыжеволосый. Ургх, Том внутренне недовольно хмурит брови. Он забыл об этом Уизли. Их слишком много. Он вспоминает Чарли Уизли, проведшем довольно много времени с Поттером на первом курсе до получения диплома. — Возможно, — Риддл пытается придумать способ уклониться, когда Кван кивает. — Великолепно! Решено! Я буду ждать ваших исследований на следующей Конференции Зелий в августе! Позвольте мне организовать контракт… — Отлично! — Чарли Уизли хлопает Тома и Хагрида по плечам. — Не могу дождаться, чтобы узнать больше о друзьях малыша Гарри! Том щурит глаза. Поттер. — Я не так часто вижу его, но это даст мне повод навестить его и семью. Думаю, маме будет приятно. Так на чем ты основываешься, Риддл? Я и раньше сотрудничал с Хагридом, но ты наверно новичок в этой области, да? Какова твоя специализация? Темная и неизвестная. Магия души. Легиллименция. Становление Темным Лордом. — Защита от Темных Искусств, — сухо говорит Риддл. — Ох! Окей, это другое. Но отлично, мы не будем много заниматься междисциплинарной работой в области Магических Существ. Почему ты сделал… — Ах, я вижу Малфоя. Извините меня, я пообещал, что отдам ему очень важное письмо, — отходит Том, сопротивляясь желанию очистить плечо. — О, но… — Риддл очень занят, Чарли. Почему бы нам не взять немного огневиски и ты расскажешь мне об этих венгерских хвосторогах, замечательные существа… По крайней мере Хагрид знает, как читать социальные ситуации. Том направляется к Люциусу, склоняя голову в приветствии. — Лорд Риддл, — говорит Люциус, отказываясь называть Тома новым именем или старым. — Люциус, — кивает он. — Твои сыновья также присутствуют? — Да. Они общаются. Я убедил их рассмотреть ваше предложение. Абрахас, пожалуй, благосклонен, но Драко необходимо более… конкретное свидетельство вашей силы. Том оценивает прямое предупреждение. Люциус никогда не один, играя в чистокровные игры с кем-то более мощным. — Я мог бы убедить его прямо сейчас. Где он? Люциус вздыхает. — Я думаю ищет Поттера. Пальцы Тома дергаются. — Извините? — Согласен, — Люциус хмурится. — Я не понимаю его одержимость полу… Я имею ввиду неполноценным волшебником… из них двоих, по сравнению с Абракасом, Драко всегда был странным. — Прошу прощения, — Том отходит назад. — Но Лорд Риддл, о этой книге… Риддл бросается назад, замечает светлые волосы Драко Малфоя в толпе… У Поттера раскрасневшееся щеки. Его уши багровые, он шатается и оправляется, отбиваясь от рук Драко Малфоя, которые тянутся к его поясу. — …Сказал тебе уйти отсюда… Ты собираешься превратиться в хорька, я не могу быть с тобой… — Поттер, нет, Гарри… прекрати создавать смехотворные отговорки! Я могу обеспечить тебе защиту, финансовую безопасность. Всего одно свидание и… — Извините, но думаю мне следует сопроводить своего коллегу назад, в его комнату. У него склонность к недомоганиям, когда выпьет, — лжет Том, становясь между ними двумя и располагая свою руку на спине Поттера. Драко Малфой презрительно усмехается. — Риддл, я могу сделать это самостоятельно, ты… — …Его сосед по комнате. А сейчас, если извинишь нас, — Том ярко улыбается. Он тянет Поттера прочь от слепящего взгляда Драко Малфоя. — Все вертится… слишком сильно… — бормочет Поттер из-за плеча Тома. — Возможно тебе не следовало пить так много, — резко отвечает он. — М-не пил… Был такой веселый цвет, когда я вызвался попробовать зелье… Не думаю, что мне было разрешено сделать это… Мастер Зелий Инез не выглядела счастливой… Она дала мне анти… антибиотик? Антидот! Это слово! Сказала, что мне нужно пить его каждые два часа… Том почти роняет Поттера на месте. — Ты выпил экпериментальное зелье без разрешения Мастера Зелий?! Почему?! — Без… Без понятия… Я просто… Голоса слишком громкие. Все… Это было похоже на… Это было похоже на зелье… — Почему ты подумал, что это хорошая идея, проглотить что-то, напоминающее тебе зелье?! — Мысленно они убили бы кого-то… убийство в движении! Всегда убийство… Ничего из того, что говорит Поттер не имеет смысла. Этот слабоумный нуждается в хранителе. Том не понимает, как он выжил, если его поступки так опрометчивы, так поглощены суицидальным идиотиз… Возможно поведение Регулуса и Сириуса Блеков было не настолько необосновано после всего… — Никто не пытается убить тебя. — Ты пытаешься. Ты будешь. Нет, нет, это не так… не этот ты… Но ты думаешь об этом. Я знаю, что ты об этом думаешь. Это… Это ранит, Том… — голос Поттера слабеет, такой тихий и дрожащий, какой он был на третьем курсе… — …Я не хочу убить тебя… — медленно говорит Том. Хотя он задумывался об этом. Много раз. Но никогда с настоящим смертельным подтекстом. Губы Поттера дрожат. — Ты уверен? — Да, — Том хмурится. — Я нуждаюсь в провидце, верно? — А что если я не провидец? Том останавливается. Он мог бы спросить Поттера прямо сейчас. Он беззащитен. Растерян. Том мог бы заставить Поттера признаться в чем угодно. Его странные проблемы с Сириусом Блеком, некоторый сорт шантажа… и использовать это против него. Поттер будет бессилен. Но… Смотря в эти широко раскрытые глаза, пронизанные зеленью Avada Kedavra, с воспоминаниями о травяном поле у озера, Том только говорит: — Тогда ты не являешься им. Воздух ощущается заряженным. Напряжение. Неизвестность. Будто Том идет вдоль огромной пропасти, момент, укоренившийся во времени. Один неверный шаг, и он помчится по тропе, он не сможет обернуться назад. Он переносит Поттера сквозь двери в их кабинет, располагает его в гамаке. Поттер, стоит ему только снова устроиться в своих шерстяных одеялах, кажется таким малым, неважным… и все же Риддл еще никогда раньше не хотел настолько удержать чье-то внимание на себе как сейчас. Всего один вопрос. Всего один предательский факт, и он сможет держать Поттера на своей стороне, сможет разобрать все его секреты, предвидеть… (Мгновение — Поттер, наполовину вымотанный и смеющийся, ни разу не улыбнувшийся как в тот момент Тому Риддлу раньше… — Как будто… я бы… обманул вот так… я слишком… уважаю тебя… чтобы довольствоваться… дешевой победой… — смотрел бы Поттер на него вот так, если бы знал, кто такой Лорд Волдеморт?) Лорд Волдеморт уходит. Встреча — это еще не все и у него есть последователи, занимающиеся вербовкой.* * *
Волдеморт просыпается рядом с Поттером, скрестившим ноги на кровати, недовольно хмурящемся. Даже журавлики кажутся подавленными. Они затихли и, застывшие в его волосах, похожи на увядших покойников. Хедвиг нет в пределах видимости, возможно где-то спорит с Нагайной. — Что случилось? — огрызается он. — Сейчас, — он проверяет часы, — три часа утра. Иди назад спать. — У тебя был шанс задать мне важный вопрос. Волдеморт не двигается. Он и не думал, что Поттер будет достаточно вразумителен, чтобы вспомнить. Он решает не отвечать. — О дуэльном клубе? Мы можем подождать до завтра. А сейчас иди спать. — Почему ты не сделал это? — Поттер… — Почему ты не сделал это? — он повторяет, торжественно и тихо, выглядя так похоже на мальчика, которого он встретил в поезде на первом курсе. — …Я слишком уважаю тебя… — слова вырываются наружу, непрошенные, — …чтобы выиграть такой дешевой тактикой. Его глаза как у Медузы, могут превратить волшебника в камень. Кажется, что они ищут, глубоко раскапывают и затем, невозможно… Поттер надламывается усталой улыбкой. — Хорошо тогда. Не думаю, что смогу избежать этого. Ты выиграл, Том. Подождите, что… — Я провидец. Тома трясет, мысли лихорадочны и скачут, все возможности… он знал, что Поттер особенный, он знал это… — Но не такой как ты думаешь.
