Глава 19. Просто..
5 января 2019 г., 00:28
Том немедленно извещает всех своих знакомых, что этим вечером в старом особняке Риддлов у них будет собрание. Он отправится туда камином, как только у него будет Поттер. Нужно начинать переманивать его на свою сторону, и что может быть лучше, чем демонстрация силы и достижений Риддла?
Развалившись на его коленях, Нагайна вздыхает.
— Это ужасный способ ухаживания за партнером, Хозяин. Зеленые-Глаза мало заботят смешные существа, которых ты покоряешь. Также он знает, что ты силен. Ему все равно. Тебе следует больше уделять внимания тому, что он любит. Я бы принесла ему мышей.
— Только ты хочешь есть мышей.
— Только есть. Может Поттер захочет заменить фамилиара с этого мусорного мешка с перьями на милую аппетитную мышь.
Том щурит глаза.
— Ты в любом случае захочешь ее съесть. И забрать Поттера себе.
— Я знаю, чего я хочу, и я иду к этому. В отличие от некоторых знакомых мне людей.
Прежде чем у Тома появляется возможность запихнуть немного здравого смысла в голову Нагайны, он слышит чей-то голос, доносящийся из камина.
— Привет? Гарри? Риддл здесь? Я и Хагрид должны поговорить с ним… Привет?
Том спускается по лестнице, Нагайна плетется за ним.
— Ах. Уизли.
Действительно, голова Чарли Уизли высовывается из камина. И хотя Риддл продолжает не любить магглов, он по достоинству ценит некоторые их полезные изобретения, такие как телефоны. Почему волшебный мир настаивает на устройстве таких шумных каминных сетей для связи, он не понимает.
— Если ты ищешь моего соседа по комнате, то он скорее всего занимается йогой с третьекурсниками… или поет колыбельную гигантскому кальмару.
— Прости, ты сказал гигантскому кальмару?
— Я не притворяюсь, что понимаю его жизненные выборы.
Чарли Уизли в неверии трясет головой.
— Это же Гарри. Странные выходки, как обычно, — говорит человек, зарабатывающий на жизнь, работая с драконами, думает Риддл. — Как бы мне ни хотелось догнать его, на самом деле я пытаюсь найти тебя.
— Ах, — он вспоминает несчастный проект Мастера Зелий Квана, в котором его вынудили участвовать. — Понятно. Ты и Хагрид хотели бы организовать исследовательское совещание?
— Да! Это будет замечательно! Следующая суббота, окей?
— …Было бы прекрасно, только пусть оно не будет слишком долгим, — Том надеется уговорить Поттера еженедельно, по субботам, заниматься практическими дуэлями. Для их клубных собраний конечно. Ничего более.
— Отлично! Хагрид пошлет тебе сову с образцами и результатами, которые мы собрали за последние несколько лет. Только предупреждаю, у него несколько видов завывающих соколов-скелетов, он использует их для отправки писем. Я бы накинул несколько щитов против окаменения. Наколдуешь Гарри тоже, да?
И до того, как у Риддла появляется возможность прошипеть о идиотизме заведения таких опасных животных, голова Чарли Уизли исчезает в огне.
— Ургх, соколы-скелеты. Они слишком хрустящие для еды. Все эти кости, отказывающиеся нормально перевариваться! Может у нас получится швырнуть в них совой.
— Я развею их в пыль, если они окажутся чем-то вроде ненаглядных акромантулов Хагрида.
* * *
— Ты в порядке, Гарри? Выглядишь бледным… — замечает Чанг за ужином. Она даже решает сесть рядом с ним вместо Хуч только, чтобы похлопать по спине. — С ним все прекрасно, Чанг, — Том отмахивается от нее. — Он просто устал от вчерашней вечеринки. Почти не спал. — Ты определенно выглядишь… лучше, чем обычно, учитывая насколько ты обыкновенно хорош, — Чанг недовольно смотрит на Тома. — Осторожней там, Чанг, — подмигивает Хуч через стол, — или Риддл подумает, что ты собираешься бросить Диггори в погоне за ним! — Ни за что, — в ужасе произносят Поттер и Чанг. Том сопротивляется желанию нахмуриться, как всегда делает, когда люди советуют ему поискать романтического партнера. — Такая… очаровательная… как Чанг не в моем вкусе, — подобная отговорка обычно срабатывает. — Правда? — Чанг наклоняется, больше заинтересованная чем отвергнутая. — Тогда кто твой тип, Риддл? Любознательные умы хотят знать. — Чо, — Поттер пытается оттолкнуть ее, — ты не можешь просто так спрашивать такое! — О, замолчи, Гарри. Каждый человек в Хогвартсе хочет знать. Кроме тебя видимо. Том щурит глаза. — Все это очень непрофессионально. — Вот! — Поттер лучится. — Видишь? Он не чувствует ничего подобного. Ему не интересно. Том хмурится. Дыра, оставленная тем, что он потерял после вчерашнего разговора с Поттером, скручивается от пустоты… — Хорошо. Я понимаю. Но что насчет тебя, Гарри? Я не видела тебя еще ни на одном свидании с теми очаровательными людьми, которых пытаюсь свести с тобой. Поттер дергается. — Они не мой тип. — Как таинственно! — Флитвик шмыгает носом. — Тогда кто это? — Том тоже слушает. Информация может оказаться полезной при удержании Поттера в его предприятии. — …Кто-то кто не считает, что я сумасшедший, — шепчет Поттер, изучая свою перенасыщенную сахаром чашку с чаем чуть более напряженно. — Кто-то добрый. Каждый за столом перестает разговаривать только для того, чтобы поглазеть на Поттера с выражениями в спектре от ужаса до искренней жалости. Даже Снейп смотрит встревоженно. — Гарри, дай я обниму тебя! — плачет Чанг, в то время как Флитвик, Хуч и Дамблдор начинают разбрасываться предложениями слепых свиданий. — Я знаю чудесную ведьму из Индии, — Флитвик щебечет так взволнованно, что едва не падает со стула. — Она Мастер Чар, как и твоя мать… — Как насчет девочки, которая любит квиддич? У меня есть несколько знакомых из Гарпий! — Хуч отталкивает Флитвика назад. — Я повстречал симпатичного вампира, он казалось хотел поговорить с тобой, но был слишком стеснителен. Я мог бы дать тебе его каминный адрес, — кивает Дамблдор. — Он большой фанат гольфа. — Ребята, ребята, остановитесь, меня это не интересует! И серьезно, Альбус? Свидание с вампиром? Нет! Клянусь, на следующем свидании он переживет ужас и жестокое столкновение с конфетти и брызгами! И в этом тоже не будет моей вины. Оставшаяся часть ужина кисла, потому как Том прислушивается к Чанг, обнимающую Поттера и заявляющую «слишком благороден для этого мира». Каждый укус кажется питает пустоту, скручивающуюся внутри него.* * *
— Поттер, — Том останавливает его после ужина. — Я подумал, мы могли бы пойти вместе в паб и обсудить Дуэльный Клуб. — Разве мы не обсуждали его вче... — Я шесть месяцев буду платить тебе за пряжу. — Идет. Отмечая для себя, Риддл думает, что Гарри Поттера легко поколебать обещаниями бесплатных пряжи и конфет. — Так куда мы идем? Хогсмид? Косая аллея? Старбакс? — Старбакс не паб. — Откуда ты знаешь? Держу пари, ты никогда не ходил хоть в один! Том хмурится. — Ах! Ты и вправду не ходил! Это издевательство! Ты должен попробовать зеленый чай латте! Или топленый шоколадный мокко! — Это звучит как смертельная сахарная ловушка. — Но это приятная смертельная сахарная ловушка! Хотя дорогая. Риддл ведет его к комнате с камином для преподавателей, который достаточно велик, чтобы вместить как минимум пять человек за раз. Под померкнувшим взглядом Поттера Том тянет его за руку. — Я скажу наше место прибытия. Мы же не хотим в итоге оказаться в центре Сахары из-за того, что ты что-то неправильно произнес, — говорит он, вспоминая насколько все плачевно у Поттера с камином. — Ах. Хорошо… Спасибо, — тихий ответ, так разительно отличающийся от обычных глупых шуточек Поттера, вынуждает Тома усилить хватку. — Риддл-манор, — говорит он, дымолетный порошок взмывает в воздух, нависая над удивленным лицом Поттера. Для провидца у него ужасные инстинкты самосохранения.* * *
Гермиона Грейнджер и Рон Уизли в холле обменялись шокированными взглядами. — Профессор Риддл только что… пригласил профессора Поттера на свидание…?* * *
— …Скажи мне, ты что не притащил меня в дом твоего мертвого отца, дом, где ты возможно убил его, судя по очень, очень многим различным и атакующим образам, которые были у меня на протяжении шестого курса… и еще долго после этого… просто потому что ты должен был навестить его. Том не понимает почему Поттер выглядит таким расстроенным. Манор достаточно уединенный и широкий, чтобы все его последователи собрались на закрытое собрание. Он даже нанял домового эльфа, чтобы поддерживать все в рабочем состоянии. — Конечно ты уже знал это. — Не в этом дело! Из того, что мне известно, я могу предполагать, что альтернативный ты сделал что-то, что «настоящий» ты не делал! Я провидец, а не могущественная и ужасающая, всесильная, всезнающая, пылающая туманность! Так у Поттера проблемы с распознаванием какое видение реально, а какое нет… Риддл задается вопросом может ли искусство исцеления разума обуздать эти побочные эффекты. Он должен будет оказать благосклонность некоторым последователям, чтобы получить желаемую книгу по теме. — Уверен, ты знал, что я собираюсь взять тебя на эту встречу. Поттер свирепо сверкает глазами и указывает на себя. — Провидец. Не. Всезнающ. Я думал, ты на самом деле собирался повести меня на… О, неважно! Я ухожу. Где дымолетный порошок? — Подожди! — Том хватает его за руку и осознает, что поражен этим прямым взглядом. Ему приходит в голову, что Поттер может не в состоянии контролировать то, что происходит в этой реальности, но он свидетель бесчисленных вариантов в других. Каковы границы тех образов, что он видел? Возможно Поттер уже наблюдал эту встречу, в другой вселенной во время сна. Возможно Поттер в точности знает, что следующим скажет Том. Ожидал ли он иной исход? Выбор другого Тома Риддла? Видит ли он того, кто стоит перед ним? Восхищение, испытываемое им насчет способностей Поттера, угасает… Том Риддл настолько предсказуем, что Поттер отмахнется от него без шанса убедить себя в своей неповторимой ценности? Нет. Том не позволит. — Стой. Пожалуйста. Просто… понаблюдай и посмотри, что из себя представляет собрание в… «этой» реальности. Возможно я удивлю тебя. — Ни за что. — Я… надену один из твоих свитеров на встречу дуэльного клуба во вторник. Моргая, Поттер смотрит на него наполовину изумленно и измученно. Риддл хочет убрать эти мешки под глазами. — …Ты. В свитере. Том не хмурится. — …Да. — …Я не могу пообещать, что не помешаю или не вызову всеобщий хаос в этом… маленьком клубе Пожирателей Смерти. Но я останусь. На этот раз. — Это все, что я прошу, — он ведет Поттера за руку.* * *
К сожалению, собрание не проходит хорошо. — Мой Лорд, — Крауч кланяется, как только Риддл и Поттер появляются в гостиной. Том может ощутить невосторженный взгляд Поттера. — Крауч, — он кивает, — могу я представить своего коллегу, Гарри Поттера? — О да, — Крауч чуть жмурится. — Вы довольно часто упоминали его, когда мы учились в школе. Том сопротивляется желанию нахмуриться. Он не делал таких вещей. Впрочем, Поттер лишь добавляет пружинистости своим шагам. — О, правда? Я не слышал, чтобы он говорил о вас. Я бы хотел, чтобы он так делал. Дядя Рег может многое рассказать о вас, мистер Крауч. Вы, ээ, правда дотошный в работе, да? Улыбка Крауча становится тоньше. — Возможно он говорил о моем отце. Боюсь, я не знаком с Лордом Блеком. В министерстве мы не вращаемся в одних и тех же кругах. Хитросплетения семьи Крауч всегда интересовали Риддла для манипулирования. Пока Бартемиус Крауч младший предпочитает одиночество, Том с легкостью узнает его секреты, используя легиллименцию. Он задается вопросом, как много известно Поттеру об этой версии Крауча младшего… — Ах, — Поттер мигает. — Папочка даже здесь, хах? Я сочувствую тебе, Барти. Я сочувствую тебе. Бисквит? Неудивительно, Поттер из маленькой сумки выкапывает контейнер со свежеиспеченным бисквитом. Каждое печенье оказывается в форме улыбающийся змеи с белым шоколадным цилиндром. Том сопротивляется желанию задергаться от поттеровской неформальности и карикатурных сладостей. Крауч, однако, только медлит и смотрит на Риддла, а после кивает. — Я с удовольствием попробую одно из ваших печально известных творений, спасибо, — он осторожно берет печенье и пробует кусочек. Неожиданно его глаза расширяются. — Это… весьма неплохо. Намного превосходит готовку моего домового эльфа… — Ой, да ладно. Здорово знать, что кто-то в этом клубе смерти сладкоежка. Возможно для вас тут еще есть немного надежды! Том не сверкает глазами. Он абсолютно спокоен. — Так что вы обычно делаете на этих встречах? Практикуете маниакальный смех? Сравниваете заметки на тему, кто сможет создать лучшую командную эмблему? Шьете соответствующую форму? Испытываете и придумываете девиз? Глаза Крауча загораются тревожным светом. — На самом деле я составил список латинских фраз, которые могут убедительно уговорить молодых людей присоединиться к нашему делу! Что вы думаете о pariter ad inimicos nostros? Поттер едва не давится бисквитом. — Наши враги в пыль? — Да! Мощное заявление, вы согласны? Поттер только раскрывает рот, пораженный смех повисает в воздухе. — Великолепно! — Крауч берет следующий бисквит. — Тогда я запишу вас на следующее голосование… — Что? Нет, я не… — Давай я представлю тебя своим последователям, — Том быстро уводит Поттера к Долохову. — Что ты делаешь рядом с нашим Лордом, маленькая мразь, предатель крови? К несчастью, Беллатрикс, бушуя, направляется к ним. — Ах, — Поттер моргает, а после пугающе широко улыбается, как маггловский клоун. Его руки широко раскрыты, он практически подпрыгивает к ней. — Дорогая тетя Беллатрикс! Беллатрикс, шипя, уклоняется от приближающегося объятия. — Не прикасайся ко мне! — А. Точно. Ты пока не любишь объятия. Или никогда не полюбишь? Подождите, какой вариант сейчас был? — Первый, — быстро шипит Риддл. Пока его последователи не связали эксцентричное поведение Поттера с провидением, Том предпочел бы сохранить этот секрет между ними. — Верно! — Поттер кивает. — Никаких обниманий! Объятия плохие, они зарежут меня! Прежде чем Тому удается оттолкнуть Поттера, гигантский безвкусный букет мрачных подсолнухов материализуется у того в руках. Каждая улыбка к цветку будто пришита небрежно, дополняя огромные раскосые глаза, смотрящие во всех направлениях. Беллатрикс бледнеет, когда Поттер наклоняется к ней. — Для тебя, как извинение за мою грубость! Цветы будут изображать дружелюбие к тебе! Пока ты выглядишь как закалывающий вид тети вместо дружелюбного вида. С шипением Беллатрикс выбрасывает букет. — Я не. Твоя. Тетя! — Тогда перестань называть дядю Рега и Сириуса предателями крови. Тетя. — Слушай, ты… — Гарри здесь как мой гость. Я знакомлю его со всеми, так что пожалуйста, оставь ему хорошее впечатление о нашем деле, Беллатрикс, — вставляет Том, укладывая руку на плечо Поттера. Улыбка Беллатрикс тонка. Она пододвигается ближе к Тому. — Но мой Лорд, то, как он был воспитан… — Эй, я был воспитан потрясающе, со здоровой любовью к животным и сладкому! Ты была воспитана… — Долохов, можешь занять Поттера на минуту? Мне нужно поговорить с Беллартикс наедине… Долохов выглядит готовым выпрыгнуть в окно, лишь бы не вмешиваться в конфликт, но несколько расслабляется, когда Поттер предлагает ему бисквит. Том мог быть убежден, что Поттер накладывает какие-то привлекающие чары на эти вещи, если бы сам не попробовал их. Люди искренне любят перенасыщенные сахаром сладости. Он никогда не поймет их. — Я не примирюсь с его присутствием здесь, я не соглашусь, — шипит Беллатрикс. — Единственная причина, по которой я не встречалась с ним раньше, так это потому что дорогой маленький Регги не хочет, чтобы я развращала его маленького крестного сына. Это… — Я уверен, при определенных обстоятельствах и времени, Поттера можно склонить к нашему образу мышления. На этот раз Беллатрикс, хмурясь, задумывается. Хорошо. — Подумай тогда о лице Регулуса Блека, когда он увидит насколько сильно ты влияешь на его крестного сына. Улыбка Беллатрикс в это мгновение похожа на ту, что у нее появляется, когда она пытает людей.* * *
— Дорогой, милый, маленький Гарри, — Беллатрикс заключает его в объятия, подгибая его голову под свой подбородок. — Ээ?! — Поттер роняет печенье. — Подойди, подойди, ты должен сидеть рядом со мной все собрание. Мы должны наверстать так много упущенного. Я должна купить тебе подарков за девятнадцать дней рождений! Ты бы хотел иметь свою собственную гильотину? — Я… нет? Просто нет? Ты только что вплела эти подсолнухи в свои волосы?! Беллатрикс напевает: — Они очаровательны, — она болезненно тыкает стеблем другого цветка за ухо Поттеру. — Вот! Мы встретились! А теперь расскажи тете все свои маленькие секреты! Поттер оборачивается, впивается взглядом в Тома. — Я обвиняю тебя. — Весьма справедливо, — соглашается Том. Теперь ему не нужно беспокоиться о том, что Поттер аппарирует отсюда или Беллатрикс прицепится к его руке. — Клянусь, если ты не приступишь к собранию сейчас, я начну трансфигурировать людей в уток. Фиолетовых уток. Проклятых, чтобы сиять в лунном свете и никогда не принадлежать к числу других уток. Каждый раз, попытавшись крякать, они будут издавать звуки, как у свиней. Это проклятие хуже смерти. Риддл пристально смотрит на торжествующее лицо Поттера, на смешные косоглазые подсолнухи в его волосах и назад, на Беллатрикс, усмехающуюся у поттеровской руки. Теперь он видит семейное сходство.* * *
— Есть прогресс, достигнутый нашими усилиями. Керроу наладил позитивные взаимоотношения с гигантами, за это время Эйвери и Долохов также установили больше связей с будущими знакомыми. Крауч сообщает мне, что в министерстве множество желающих спонсировать или поддерживать наше дело. Собравшиеся за столом кивают в полном восхищении. Он чувствует себя как придворный король у стола, приказывающий своей будущей армии. Это изображение отвлекает его от того, насколько раздражающе это — иметь сторонников, притворно улыбающихся каждому его слову. — Ээ, вопрос? А что собственно — это ваше дело? Том дергается, когда Поттер поднимает руку, будто он легко возбудимый первокурсник. — Ты уже должен быть осведомлен об этом, Гарри. — Нет, Том, на самом деле нет, — приходит слишком оживленный ответ. — Думаю, ты забываешь наш ранний разговор о моих проблемах с памятью. — Я лишь предположил, что это могло быть постоянным во всех этих проблемах с памятью. — В действительности нет, ты был бы удивлен, каким исходя из характера ты можешь быть в этих проблемах. Пожиратели смерти, бесполезно переводят взгляды туда и назад, как будто они смотрят очень интересный квиддичный матч. — Наше дело — распространять Темные Искусства по всему миру и усадить нашего Лорда на трон как лидера этой магической революции! — взрывается Крауч. — Я думал ты знал, когда голосовал за наш девиз! — Так Темные Искусства. Ура, — монотонно произносит Поттер. — Это все? — Конечно нет! — Беллатрикс агрессивно гладит его по голове. Том встает, чтобы остановить ее. — Белла… — …Со всего света мы будем истреблять всех этих грязных магглокровок. Магия станет великой снова! Комната погружается в ледяную тишину. — Понимаю, — улыбка Поттера выглядит надтреснувшей, такой же застывшей, как и пришитые губы на подсолнухах. — Извините. Думаю, моя сова только что написала мне. Эйвери хмурится, шепча Долохову: — Совы могут писать? Долохов беспомощно оглядывается назад. — Что написать? Как книгу? — Гарри… — О, и прежде чем я забуду, — Поттер взмахивает палочкой, заклинание бесшумно устремляется в воздух. Комната наполняется фиолетовыми утками вместо пожирателей смерти, хрюкающими и бессмысленными стаями взмахивающими крыльями на Риддла. — Поттер! — он бросается в погоню. Но Поттер не замедляет движение. Он в нескольких дюймах от камина, когда перед ним выскакивает Том. — Убирайся с моего пути. — Нет, — рычит Том, — ты обещал, что останешься. — Я не говорил, как долго, а теперь убирайся с моего пути! — Трансфигурируй моих Пожирателей Смерти обратно! — Нет. Ты же гений. Ты сделай это! — Ты и я, мы оба знаем, что ты только что выполнил целиком авторский и высоко продвинутый уровень трансфигурации, невербально, на людях и это работает. Ты создатель этих чар, ты должен отменить их. — Как насчет нет. Сейчас они милые домашние животные. Хотя они не могут плавать, так что держи их подальше от воды. — Поттер… — Значит снова Поттер, да? Когда ты называл меня просто Гарри несколько минут назад? Ты вообще помнишь последний раз, когда называл меня Гарри? Ты вообще помнишь, как близки мы были в школе? — Мы никогда не были близки. Ты смешиваешь временные линии, путаешь их со своими проблемами с памятью… — Тогда зачем я тебе понадобился, если не мои «полезные» данные и не мои отстойные способности «провидца»?! Ты знаешь, что я никогда не одобрю издевательства над магглами, ты знаешь это, и ты все равно привел меня сюда. Я думал, ты другой. Том подходит ближе, пристально смотря на нос Поттера. — Я отличаюсь от тех остальных Томов Риддов, что ты видел… Нос Поттера в нескольких дюймах от него. — Ты серьезно? Тогда скажи мне, Риддл, почему ты притащил меня сюда? — Твои способности… — …Дерьмо… — Твоя магия… — …Угроза для тебя. — Ты не угроза! — Откуда тебе это знать… — Потому что я хочу, чтобы ты стал мне равным! — кричит Том. Последующая тишина кажется невозможной. Том смотрит на Гарри… нет, Поттера… в ужасе. Но чем дольше слова задерживаются в воздухе, тем больше Риддл осознает, что они правда. С первого дня их встречи и до сих пор Том всегда ждал любое подтверждение, любое, доказывающее, что Поттер такой же, как он. Равный ему. Такой же могущественный, такой же особенный. Им не мог быть кто-то другой. Поттер — тот, у кого есть родственная палочка, тот, кто выглядит как он, тот, кто… — Я не могу быть таким для тебя, — тихо говорит Поттер. Том моргает, шокированный. — Что. — Я не такой… не такой совершенный образ «равного», что у тебя голове. Я не такой. Я просто… — он выглядит таким небольшим, таким смиренным, — просто Гарри. Возмущение шумит в его ушах. — Ты не просто… — Тогда кто я для тебя? Прямо сейчас? У Тома нет слов. — Вот, — улыбка Поттера исчезает. — Видишь? На самом деле ты не знаешь меня. Ты слишком занят поисками себя. Гарри отходит и исчезает в камине.
