Глава 21. Недопонимание
19 января 2019 г., 23:31
Том выскакивает из камина Хогвартса и пламя вырывается наружу, словно уходящие штормовые волны, за ним следует вереница парящих фиолетовых уток, похожих на прицепившиеся останки разбитого маггловского самолета. Студенты отскакивают в стороны, как только Риддл проносится мимо них, его взгляд сосредоточен на удаляющейся спине.
— Поттер! — рычит он. И нет, это неправильное имя, неправильное обращение, уже нет. Не для него. — Гарри!
Его имя на вкус как убивающее проклятие. Яркое. Сияющее. Как проблеск. Утерянное. Почему он тратил столько лет впустую, насмехаясь над «Поттером», когда «Гарри» кажется таким правильным? Что однажды сказала эта лунатичка Трелони? Да… «ты не узнаешь кого-то, пока по-настоящему не назовешь его».
Студенты снова начинают оживленно шептаться, как хор змей. Риддл не обращает на них внимания, игнорирует взволнованное кряканье позади. Несколько уток почти что вбиваются в доспехи, их перья попадают ему в глаза…
Наконец Том выхватывает руку из толпы.
— Хватит, — холодно произносит Гарри, он все еще повернут к нему спиной.
— Никогда, — слова вырываются наружу. Непрошенные.
— Дай. Пройти.
— Я не хочу, — глупо отвечает Том. Но нет, как же глупо держаться за то, что принадлежит ему? Как глупо отрицать то, кем является Гарри Поттер? Гарри сильный, опытный дуэлянт, великолепно справляется со змеями, подходящий, чтобы стоять на стороне Волдеморта. — Ты все время уходишь, по-настоящему не смотришь на меня, — в конце концов, как часто Гарри видел других Темных Лордов в глазах Тома? — Я не дам пройти, пока ты не выслушаешь.
Гарри оборачивается и утыкает палец в грудь Тома.
— Выслушать?! Выслушать?! Ты хоть обратил внимание на то, что я говорил тебе эти выходные?! Я слушаю все чертово время! Ты не поверишь, какое дерьмо я слышу. И ты… о ты… Я слушаю тебя слишком много. Нет, Том Риддл, думаю на этот раз это ты должен быть тем, кто реально выслушает! Я не обязан оставаться здесь просто потому что ты сказал мне это. Я ухожу.
Он вырывает пальцы из хватки Тома, оставляя ему холод собственной руки, и в бешенстве уносится прочь.
— Гарри!..
— Возможно, профессор Риддл… — среди всех людей объявляется Дамблдор, чтобы расследовать ситуацию. Почему вселенная продолжает подбрасывать старого идиота на его пути?! — Вам следует перенести свой внутренний конфликт подальше от пытливых глаз.
— Каких глаз… — остановившись, Том наконец замечает огромную толпу любопытных студентов, собравшихся в коридоре. — Возвращайтесь в свои комнаты, маленькие…
— Профессор Риддл, — Дамблдор излишне громко откашливается. — Возможно, вы предпочли бы пройтись со мной к кабинету? Профессор Поттер, казалось, направлялся туда.
Том свирепо смотрит на последних суетящихся студентов, подскакивающих к ближайшему выходу.
— …Прекрасно.
* * *
— …Что ж, тогда, — начинает Дамблдор после пролетевшей напряженно минуты, — чем ты так расстроил молодого Гарри? — Я его расстроил?! Он… — Том останавливается и негодующе смотрит. — Он не расстроен. Это просто небольшое недопонимание. — Хм-м… Безусловно. — Гарри упрямый. Он не слушает то, что я говорю! — Звучит знакомо. — Неужели он не понимает, что я показываю ему, как лучше жить? — …Уверен, ты веришь в свою правоту. Том кидает на него недовольный взгляд. — Я не допускаю ошибок. — Никогда не казалось, что ты ошибаешься. — Потому что я не допускаю ошибок. Дамблдор пожимает плечами. Сощурив глаза, Том шипит: — Гарри будет смотреть на вещи по-моему. — Тогда во что бы то ни стало, — директор указывает на дверь, — иди к нему. Действительно, они уже пришли к совместному кабинету Гарри и Тома. Несколько обжигающих секунд Том всматривается в дверь, в табличку, а после врывается сквозь двери, захлопывая их за собой. — Гарри, — Риддл задается вопросом, какую маску он должен использовать. Очаровательный? Раскаявшийся? Нет, в этом нет его вины. Это Гарри так или иначе не понимает, кто такой Том. Не видит себя в Томе, как Том видит себя в Гарри… Он не утруждает себя фальшивыми лицами. — Гарри, — начинает он, игнорируя переваливающихся с ног на голову уток из-за подвешивающих чар. — Признаю, я обманул тебя, но мои намерения были… На пустом полу Нагайна печально шипит: — Зеленые-Глаза покинул нас-с-с, — она плачет так, как может плакать любая змея. — Что. — Я сказала… — Я знаю, что ты сказала! — главный кабинет пуст, лишен странных бумажных журавликов, всех цветов. Нет мешковатых кресел, нет шуршащего гамака, нет ящиков с торчащей разноцветной шерстью. Нет смешных улыбок Гарри Поттера или вредных глаз. Просто пустота. Ничего. — Где он?! Почему он ушел?! Сворачиваясь так, как может сворачиваться любая гигантская змея, Нагайна шипит: — Он сказал, что ему нужно отдохнуть от тебя. Подумать. Он сказал, что может не возвращаться некоторое время. Что ты СКАЗАЛ, Хозяин?! Ты предложил ему гниющую мышь?! Я говорила тебе всегда приносить СВЕЖУЮ мышь! Чем свежее, тем лучше! В случае Зеленых-Глаз скорее всего живую! — Я собираюсь привести его, Нагайна, оставайся на месте, — Том нахмуривается, намереваясь, если понадобится, растащить Хогвартс на кусочки. — Он ушел через огненную вещь. Он не в Хогвартсе. — У него уроки завтра! — Тогда он вернется утром. В отличие от тебя, он кажется искренне любит этих человеческих детенышей. Он воспринимает их как своих змей? Возможно мне придется убить конкурентов. Риддл выбегает, захлопывая дверь перед бредовыми бреднями Нагайны. Естественно Дамблдор все еще стоит у двери, напевая про себя. — Где он? — требует Том. — Предполагаю, что в вашем кабинете, — терпеливо отвечает Дамблдор, будто с ребенком. — Его нет здесь! Он ушел камином! Где живет Лонгботтом? Диггори? — рычит Том. Только к этим двоим Гарри мог вернуться. Только эти двое могли бы заявить, что знают Гарри лучше. Скоро этого не будет. — Боюсь, я не могу сказать тебе это прямо сейчас, Том. Ты сейчас не в лучшем настроении… — Меня это не волнует, я должен увидеть его! — Том, я знаю, что ты обычно немного безрассуден, когда дело касается Гарри, но… — Я не безрассудный. Дамблдор лишь печально вздыхает. — Это ваша первая крупная ссора как друзей? Друзья, какое простое слово для того, что обозначает Гарри для Тома. Дамблдор никогда и надеялся понять их. — Я вижу себя в нем, — вместо этого говорит Том. Несколько сводящих с ума секунд директор просто глядит на него. — …Конечно, видишь. Сходство может быть одной из многих вещей, что сближает людей в дружбе. Но иногда различия между другими людьми также связывают их. Гарри всегда говорил, как нравится ему твой профессионализм, твоя изобретательность и твои амбиции. — Я… — по какой-то причине Риддл чувствует, как жар бросается ему в лицо. — Я понятия не имел, — но, конечно, Гарри сказал бы это. Каждый говорит такое. Но сейчас, когда это исходит от Гарри, все по-другому. Как-то… Тому… ценно… то, что говорит Гарри. Если он всегда так высоко отзывался о нем, то его ложь должна была восприниматься как неуважение, даже оскорбление… — Как… — Том ненавидит предоставлять директору больше информации, которую можно использовать против себя, но его связь с Гарри будет более полезна, — вы восстанавливаете благосклонность того, кто зол на вас? Дамблдор лучится так доброжелательно, что Риддл хочет накинуть мешок старику на голову. — Ну, для начала ты предоставляешь ему пространство, чтобы успокоиться. Уважаешь его дистанцию разумное количество времени и затем приходишь к нему для разговора. Объясняешь, как раскаиваешься и приносишь извинения. Надеешься, что он примет их. Том хмурится. — Я не раскаиваюсь. Я просто… сожалею, что пропустил определенную информацию. — …Полагаю, что это одно из определений, означающих «раскаяние». Том сверкает глазами. Летающие утки позади него беспомощно крякают. — Уверены, что у вас нет лучшего совета на эту тему? — Ну, это ты вроде бы знаешь о Гарри все. Уверен, тебе не состоит излишней сложности выяснить, Том. Этот бесящий старик и его бесящий сарказм когда-нибудь умрут.* * *
— …Стой. Спокойно, — шипит Риддл на фиолетовую утку, пытающуюся прижаться к его голове. Если эта утка — Беллатрикс, он выкинет ее в пруд. — Почему я не могу просто съесть их. Они выглядят вкусными. Возможно ядовитые. Но у меня непременно получилось бы съесть их, — размышляет Нагайна, все еще претендующая на пустой пол, оставленный Гарри. При таких темпах Том сможет позволить ей. — Я говорил тебе, это мои последователи. Я все еще нуждаюсь в них. Возможно. Заклинание, наложенное на Пожирателей Смерти похоже на комбинацию человеческой трансфигурации, окрашивающих чар, конфудуса и четвертого элемента, который Тому еще не удалось распознать. В тот момент, когда он выяснит четвертый магический элемент, он сможет обратить трансформацию… — КРЯ! — утка на голове орет ему в уши. Риддл хлопает по столу. — Довольно! Он тут же погружает их стазис и запихивает в стол. Вылетает несколько фиолетовых перьев, но Том отмахивается от них. — Я займусь этим позже, после того, как поговорю с Гарри. Не ешь их, Нагайна. — Ургх… хорошо…* * *
Этой ночью Том обнаруживает, что мечется и ворочается. Он не слышит, как Гарри шуршит внизу или как раскачивается гамак. Нет суеты из-за того, что Гарри тайно пытается приготовить новую порцию выпечки, от которой откажется Том. Ничего, кроме его собственного дыхания, Нагайна дуется там, где раньше находился Гарри. Хогвартс всегда был таким тихим?* * *
— Ого, профессор Риддл реально выглядит усталым, — шепчут некоторые студенты. — Что? Почему? Я думала, он наконец повел профессора Поттера на свидание! Он должен сиять! Быть более прекрасным, чем когда-либо! — Ты не слышала их ссору в коридоре прошлой ночью? У профессора Поттера был вид, будто он сейчас расплачется! — Не может быть! — Да, может! Профессор Риддл должно быть реально облажалс… о, хи, профессор Риддл, разве вы не выглядите так прекрасно сегодня?! Ахахаха… о, смотрите, я вижу Джинни! — Лаванда Браун уносится к гриффиндорскому столу. Другие девочки следуют ее примеру. Риддл впивается взглядом в последних подглядывающих из-за своих столов студентов. Все они быстро отдают внимание своим завтракам. — Профессор Чанг, — говорит Том, занимая свое место за столом. — Я подумал, не навещал ли Гарри вашу… вторую половину… прошлой ночью. — Почему ты спрашиваешь? — Чанг невыносимо ухмыляется. — Я услышала от маленькой птички, что вы двое пошли на свидание… — Это была просто выпивка… — Хорошо, встреча с орденом, который однажды будет править миром. — …так что он должен быть с тобой. Он сбежал? Испугался, решил передумать и встречаться со мной и Седриком? — Что. — Мы его очень любим. — Вы есть друг у друга, держитесь от него подальше. Чанг просто сияет. И отказывается отвечать на вопрос. Уважаешь его дистанцию разумное количество времени, эхом раздается голос Дамблдора. Прекрасно. Только на сегодня.* * *
День проходит вяло. Том продолжает смотреть на часы, отсчитывая секунды до следующего приема пищи. И снова Гарри там нет…* * *
— Он взял выходной, — пожимает плечами Дамблдор, когда Том требует объяснений за ужином.* * *
К вечеру каждый студент знает, что надо избегать профессора Риддла, если он проходит где-то поблизости. Их красивый и вежливый профессор оказывается раздражительным, жаждущим огрызаться на любое несоответствие, слишком саркастичным и презрительным… Том игнорирует всех их, когда возвращается в свой кабинет, игнорирует слишком громкое эхо своих шагов. Раздражает. Когда Гарри был здесь, Риддл не задумывался насколько большая это комната. Она была заполнена обычными бесполезными вещами вроде вязаных грелок, журналов по садоводству, неудавшихся остатков от последней выпечки. Том все еще может ощутить сохранившийся аромат сахара и корицы… Гарри поступает неразумно. Как только у Тома предоставится возможность поговорить с ним, все будет хорошо. Том почувствует… Почувствует?.. — Ох, — он замирает, ощущая себя полным дураком. Я скучаю по нему.
