le diable et ses cornes

Солнечные лучи безбоязненно проникают сквозь холодное стекло и рассыпаются бликами по кровати, едва касаясь сонного лица. В комнате царит упорядоченный беспорядок, невероятным образом складывающийся в единую картину. Тэ, лениво приоткрыв глаза, ощущает спиной абсолютно сбившуюся куда-то в бок простынь и орду игрушек, ускакавших куда-то в ноги. Царственно оглядывая свои небольшие владения, он безмятежно изучает завалы около кровати, где совершенно естественно переплетаются удлинитель с тремя зарядками и спутавшимися проводами, какая-то чистая одежда, небрежно скинутая вчера на пол, пакеты со сменкой… В скором времени под – несомненно – крики матери ему придется все относительно умело раскидать по углам, но пока он наслаждается хаосом. Тэхен потягивается, разминая плечи, и со сладким стоном переворачивается на живот, крепче закутываясь в кокон. Он проспал все на свете, но совершенно не чувствует угрызений совести. Вчера они с Чонгуком – впрочем, как и предыдущие пару недель – взахлеб переписывались полночи, и это, честно, стоило того, чтобы проспать. Техен сейчас уже слабо помнит суть их полуночных разговоров (они обнаружили в себе удивительную способность болтать о совершенно несусветной ерунде с максимально серьезным видом), но вот ощущения тепла и удовлетворения никуда не ушли. Техен, наверно, мог бы осмелиться подумать, что вместе с ними есть и ощущение счастья, но… Все же, он недостаточно смел. Поэтому он останавливается на том, что ему потрясающе хорошо, комфортно, совершенно невозможно, и сладкая нега, болезненно растекающаяся по спине после долгого сна, подтверждает это. Техену ведь всегда сложно засыпать: как только его голова касается подушки, он ощущает дикую потребность что-то делать, высказаться, обдумать миллион мыслей. Техену уже не помогают разговоры с самим с собой, да и с Чимином, вырубающимся на середине их беседы, тоже. Поэтому сейчас, когда в голове немного тяжело летают сонными мухами мысли, ему хорошо. Техен слегка вздрагивает, ощущая под подушкой вибрацию, и запускает под нее руку. С экрана телефона не него смотрят возмущенно-обиженные сообщения Чимина. Парень улыбается – как вовремя он про него вспомнил. ЧимЧим: Эй, Тэ Возможно, ты заметил, но если нет, спешу сообщить – ты проспал Как посмел меня бросить, засранец >-< Тэ: Я не специально, Чиим Просто так хорошо спалось, что как тут встать :З Я приду на танцы и затискаю тебя, обиженная плюшка о/ ЧимЧим: Эх ты, злостный прогульщик :( У нас, вообще-то, сплошняк скоро, когда собираешься все делать? Рисунок сам себя не нарисует Техен страдальчески вздыхает, закатывая глаза к потолку. А то он без него не знает! Путаясь ногами в свалке рядом с кроватью, он вновь плюхается на кровать, решив, что первым делом напечатает сообщение, исполненное праведного гнева, а потом уже приступит к разборке королевских завалов. Все равно ему уже торопится некуда, да и терять нечего – пробегает трагичная мысль в его голове. Тэ: Опять ты очерняешь мое доброе имя, подлец! А у меня, вообще-то, есть уважительная причина :( Да и рисунок я, между прочим, в первый раз прогуливаю :( ЧимЧим: Ну-ну, страдалец, объяснись У тебя есть пять минут, у нас перерыв заканчивается Тэ: А вот и ОбЪяСнЮсЬ Я ПРОСТО ЛЕГ ПОЗДНО А МОЛОДОМУ ОРГАНИЗМУ НУЖНО НОРМАЛЬНО СПАТЬ Отправив (почти) гневное сообщение, Техен замирает, понимая, что, кажется, допустил ошибку. И тут же получает тому подтверждение – телефон легко вибрирует в его руке, оповещая о прилетевшем сообщении от прозорливого Чимина. ЧимЧим: Как же так, Техен-а :) Ты же мне в 12 написал, что идешь спать :) Тэхену хочется взвыть от того, что его друг иногда настолько догадливый, а еще хочется прописать легкий подзатыльник – перед ним в мельчайших подробностях рисуется лицо друга, расплывающегося в ехидной улыбке. Он вздыхает – что же, это Чимин, и от него, кажется, не скрыться. Остается только написать, а после стоически выдерживать лавину насмешек. Тэ: Ну, тут такое дело Понимаешь, я ложился, но потом слегка передумал Там Чонгук написал, ну мы немножко и поболтали, чуть-чуть ЧимЧим: Боже, от тебя неловкостью даже отсюда веет -_- Немножко, говоришь? Тэ: Где-то Часа четыре? ЧимЧим: ЧТО АООЩХКУЛТ Ты серьезно променял своего лучшего друга на разговоры с ЧОНГУКОМ? Тэ: Прости? Т.Т ЧимЧим: Мы тебя теряем, парень Вы всего-то несколько недель хорошо общаетесь, а ты уже нас покинул… На последнее сообщение Техен не отвечает, откидывая телефон обратно куда-то в недра одеяла. Задумчиво поднимая с пола вещи и распихивая их по своим местам, он думает о том, что, ведь, действительно – все до странности быстро. Месяц назад он бы даже не подумал, что они с Чонгуком будут полночи переписываться. О чем он – он никогда бы и мысли не допустил, что они вообще будут переписываться, долго, без причины, и так увлеченно. Как тогда, три недели назад для него стал откровением поступок Чонгука, неожиданно давшего ему свой номер, так и сейчас неожиданно тяжело опускается осознание их близости. Они действительно близко общаются, и по количеству дурацких переписок и глубоких разговоров уже могут сравниться с ним и Чимином, и Техена это немного пугает. Возможно, он просто не ожидал, что человек, так упорно и долго закрывающийся от всех, откроется им, своей команде, и начнет доверять? Не думал, что тот начнет доверять ему, Техену, что найдет в нем необходимую поддержку? Возможно. Сейчас Техен думает, что, наверно, боится не оправдать ожиданий. За все время его общения с людьми, его близкой дружбы с Чимином, теплого, почти семейного общения с ребятами, он не задумывался об этом, но сейчас, когда в его жизни появился Чонгук, он начал бояться, что его любви не хватит на всех. Техен не привык бояться, Техен привык любить, и это пугает его сильнее всего. Он со вздохом запихивает последнюю майку в шкаф и со смешанными чувствами отправляется на кухню. Пока он не в силах в себе разобраться.

***

После занятия Техен привычно караулит Чонгука у выхода из студии, намеренно игнорируя обиженные взгляды Чимина, что трагично вьется вокруг Юнги, жалуясь на жизнь и боль в натруженных мышцах. Юнги упорно делает вид, что ему нет дела до страданий младшего, однако в конце концов притягивает того к себе на мат, приказывая замолчать. А после треплет по волосам, спешно подзывает к ним Джина и, когда тот плюхается с другой стороны от Чимина, быстро ретируется. Техен, наблюдая краем глаза, тепло улыбается: так привычно видеть такого Юнги и такого Чимина. Забавно, что старший до сих пор стесняется проявлять о них заботу, хотя из всех парней обычно волнуется и переживает больше всех. Техен улыбается, думая, что ему самому просто нужно немного времени, чтобы объединить две истории – его с Чонгуком и его с ребятами. Еще чуть-чуть, и их история станет общей. Просто… ему нужно немного времени надо всем подумать. - Ну что, пойдем? – рядом возникает Чонгук, шутливо, пусть и осторожно, толкающий Техена в плечо. - Ага, - тот ему улыбается, привычно широко, и открывает дверь студии, приглашая на выход. – Я тебя уже заждался. Думал, Чимин меня съест. - Что так? – Чонгук сейчас – воплощение любопытного кролика, отчего Тэ не в силах сдержать смех. - А вот так. Обижается, мол, что так часто с тобой гуляю, - поясняет он. - Ааа, - понимающе тянет младший и тут же спохватывается, уточняя виновато, - а это ничего? Ну?.. - Все нормально, - отмахивается Техен и находит в себе силы подмигнуть, - должен же ты, в конце концов, освоиться у нас? Сейчас Техену не время делить себя на части. Думая об этом, он забывается в калейдоскопе ощущений, отключая мысли, чтобы эти пару часов существовать только для одного человека. Они идут по бульвару, вдоль домов, покрытых тонким слоем инея, под ногами еле слышно хрустят оледеневшие листья и зеркалят небо стеклянные синие лужи. Этот конец ноября пропитан зимой, оседающей саднящей болью в горле и морозящей коленки, обтянутые тонкой джинсой. Техен сильнее натягивает рукава куртки, старательно пряча в них кончики пальцев, и обхватывает чужое предплечье, прижимаясь ближе. - Холодно, - беспечно объясняет он и чувствует, как напрягшийся было Чонгук расслабляется под его рукой. Техен прячет довольные глаза в сверкающих лужах, приручающих солнечные лучи. Странно ли это, что для Техена Чонгук тоже подобен солнечному лучу?

***

Обычно, злой Чимин - это очень страшное зрелище. Но вот такой Чимин, с воинственно-решительным видом направляющийся в их с Чонгуком сторону, думается Тэ, ещё страшнее. Поэтому он смиренно ждёт, пока друг приблизится, содрогаясь внутри - уж больно редко Чимин принимает такое своё обличие. - Ты! Неблагодарный засранец! - подошедший парень буквально пышет злостью, больно тыкая Техена в плечо. - Сегодня вы оба никуда не идёте, и меня совершенно не волнует, были ли у вас какие-то планы или нет! Вы оставляете свои отвратительные бездушные задницы с нами, ибо... - Ибо?.. - любопытствует не сдержавшийся Чонгук, а Тэ отчаянно прикрывает глаза, готовясь к буре. Но Чимин неожиданно теряет всю свою спесь, превращаясь в обиженного ребенка. - Мы идём ко мне, - как-то расстроенно завершает он. - Дождитесь нас. И убегает в раздевалку. Техен плюхается на лавочку перед выходом, обнимает крепко рюкзак и думает о том, что чувствует себя сейчас действительно виновато. Чонгук неловко присаживается рядом, солидарно переплетая пальцы в сложный узел. Наконец, в коридор вываливаются все остальные, громко смеясь и что-то шумно обсуждая, а Техен впервые чувствует себя неуютно в таком родном ему коллективе, которому он на мгновение стал чуждым. Неожиданно ему хочется выбежать отсюда и скрыться, оставив позади студию, ребят и Чонгука, лишь бы не чувствовать себя сейчас настолько лишним. Он резко встаёт и сразу же попадает в объятия Хосока. - Эй, что с лицом? - щёлкает тот Техена по носу. - Посмотрел на нас как на людоедов. Техен лишь что-то неразборчиво бурчит, едва улыбаясь, а облегчение подземным озером разливается где-то под веками. Он с благодарностью сжимает чужую ладонь и позволяет вытянуть их на улицу. - Джин-а, это, конечно, интересный выбор, но?.. - за их спинами звонко отскакивает от заледеневших улиц голос Чонгука и превращается в пар. - Ничего не знаю, - задорно отвечает старший. - Фильм про пингвинов - это потрясающе. Или вы не доверяете моему чувству прекрасного? - Про пингвинов так про пингвинов, Джин-а, это не суть важно, - как-то устало вздыхает Джун и обводит идущих парней мягким взглядом, - хорошо, что мы все вместе. В квартире шумно: из-за дребезжащих тарелок на кухне, включающегося-выключающегося фильма (надо же проверить, что он работает), топота ног носящихся по квартире парней (ну скучно же)... Привычная анархия теплом разливается на сердце. Одним широким движением Техен смахивает с дивана подушки и устраивает их в беспорядке на полу, после хватает стопку пледов, только что кем-то принесённых, и продолжает организовывать пространство: перед телевизором его усилиями появляется несколько небрежное, но уютное гнездо. Егозой он скачет на кухню, тащит оттуда кружки с какао, чудом не заляпывая им пол, и не без сложностей расставляет среди вороха одеял. Юнги (то ли к ужасу, то ли к восторгу всех) хихикает, подмечая, что это больше похоже на какую-то девчачью вечеринку, чем на веселый вечер в компании парней. Джин тут же авторитетно заявляет, что старичок Юнги ничего не смыслит в развлечениях, и опрокидывает того в самый центр гнезда, указав устраиваться. Юнги почти улыбается и крепче заворачивается в ближайшее одеяло. Вскоре все размещаются рядом - с плохо сочетающимися, но вкусными закусками, кружками какао и абсурдно большим количеством сладостей. Техен привычно валится рядом с Чонгуком, с другой от него стороны - показательно щурящийся Чимин. Фильм начинается.

***

Здесь слишком тепло и уютно - единственная мысль, скользящая в сонном сознании Техена. Кажется, он уже слабо соображает, что происходит: только лишь слышит и чувствует. Легкие смешки остальных. Плечо Чонгука вплотную к его. Шуршание почти пустых пакетов. Свою руку, отчего-то забравшуюся в карман чонгуковой толстовки. Заманчиво веселую мелодию титров, проигрывающихся на экране. Руку Чонгука, лежащую поверх кармана. Техен чувствует себя поджаренным над костром зефиром - тело, как и разум, мягкие и податливые настолько, что сложно даже приподнять голову. А ещё - горячо. Ему почти опаляюще жарко, но все так же тяжело сдвинуться с места. Вскоре его расталкивает слегка помятый Чимин и гонит на кухню с грязными чашками. Он аккуратно и как-то неловко убирает от Чонгука свои конечности и выползает из комнаты, нагруженный посудой. Пока он задумчиво отмывает чашки от прилипших к стенкам маршмеллоу, рядом возникает Чимин, с руками, полными шуршащих упаковок, и бьет наотмашь вопросом. - Тебе нравится парень, - звучит, как утверждение. - И что? - с вызовом огрызается Тэ, сверкая обиженным взглядом и, спохватившись, поспешно добавляет: - Не нравится. На лице Чимина расплывается самодовольная ухмылка, он приближается к Техену, а тот смотрит неожиданно зло. Чимин мягко его отодвигает, выкидывая мусор в корзину под раковиной. Тэ замирает, раздраженно, остервенело (испуганно?) драя тарелку. Чимин утомленно вздыхает и обнимает со спины. - Будешь так меня забывать, действительно за кого-нибудь сосватаю, - бурчит он тому в шею и, отбирая мокрую тарелку, вытирает ее полотенцем. Тэ (почти) возмущённо толкает того локтем в бок и тянет обратно в комнату. Они устраиваются обратно среди уже заснувших парней. Техен привычно прижимается к чужой руке, и его не может не пугать то чувство удовлетворения, что возникает вместе с этим действием. Тебе нравится парень Чонгук привык к его прикосновениям - он разрешает заваливаться к нему на колени, хватать за руки, ставить подбородок на плечо и греть руки в чужих карманах. Это греет самолюбие Техена и Тебе нравится парень он рад, что теперь они действительно друг другу доверяют.