A Trail Of Destruction / Пути распада

На дисплее настенных часов высвечивалось время 9:28 утра, когда зазвонил телефон в кабинете мэра. — Реджина? — прозвучал голос в трубке. — Боюсь, она не пришла. Реджина сморщила нос и вздохнула. Какая-то часть нее искреннее надеялась, что Эмма вернется в участок этим утром. Но затем, вспоминая пустоту в глазах блондинки на прошлой неделе, мэр не могла понять, откуда в ней взялся этот оптимизм. — Спасибо, Сидни, — ответила она, потянувшись за ключами. — Я разберусь. Она закрыла дверь кабинета на ключ и медленно направилась через весь город в квартиру шерифа, нервно сжимая и разжимая кулаки в карманах. * * * — Ты сказала, что не будешь заставлять меня, — выпалила Эмма, даже не удосужившись поздороваться. Ее лицо скривилось, когда она открыла дверь и снова увидела за ней мэра. Блондинка устало прислонилась головой к дверному косяку и вздохнула. — Ты же знаешь, что я не готова, Реджина. — Да, я знаю, — ответила брюнетка. Однако, окинув блондинку взглядом с ног до головы, она поняла, что впервые почти за целый месяц, Эмма была полностью одета: начиная от своих мужских ботинок и заканчивая отвратительной красной курткой из кожзаменителя, которая наверняка требовала хирургического вмешательства, чтобы отделить ее от тела. Шериф вряд ли выглядела как женщина, которая проснулась с намерением весь день оставаться дома. Реджина сглотнула. — Но, когда вы не появились… я все равно забеспокоилась. — Не стоило, — пробормотала Эмма. — Я в порядке. — Мне немного поднадоела эта ваша заезженная пластинка, мисс Свон, — вздохнула Реджина, делая шаг в квартиру, не дожидаясь, пока Эмма пригласит ее. — Вы никого не обманете, так что не стоит зря сотрясать воздух. Она услышала обреченный вздох за своей спиной, прежде чем шериф закрыла дверь. Реджина обернулась, сознательно величественно выпрямляя спину. Эмма, стоявшая напротив нее, наоборот съежилась под взглядом карих глаз и зацепила большие пальцы за петельки на джинсах. Несмотря на наряд блондинки, Реджина не могла не заметить, что на ее лице совсем не было макияжа, а волосы выглядели так, словно не видели душа или хотя бы расчески уже несколько дней. — Похоже на то, что вы проснулись с хорошими намерениями, мисс Свон, — медленно сказала Реджина, указывая на ее куртку и ботинки. Эмма окинула себя взглядом сверху вниз и пожала плечами. — Вроде того, — пробормотала она. — Хотя, я не совсем проснулась. — Вы все еще не спите? — Это зависит от того, что вы подразумеваете под сном, — Эмма криво усмехнулась. — Если считать по полчаса за ночь нормой, то — да, я сплю как чертово бревно. Реджина не рассмеялась над этой очевидной попыткой пошутить. — Мисс Свон… — Но да, — перебила ее шериф, проведя пальцем под левым глазом. — Ладно. Если хочешь знать, я планировала прийти сегодня. — И что изменилось? — Серьезно? Посмотри на меня, Реджина, — Эмма указала на свое лицо: кожа нездорового желтого цвета и глаза, которые угрожали закрыться каждый раз, когда она переставала двигаться. — Я не в самой лучшей форме сегодня. Я не могу выйти на работу в таком состоянии. — Никто не ждет, что вы сразу же вступите в схватку с наркобароном, мисс Свон, — возразила Реджина, склонив голову набок. — На самом деле, я даже не ожидала, что вы будете делать какую-нибудь бумажную работу. Все, чего я хотела — это чтобы вы зашли на минутку в офис, просто чтобы доказать себе, что вы это можете. Вот и все. Честное слово. Эмме едва удалось скрыть удивление, отразившееся на ее лице. Она передернула плечами, уставившись в пол. — Ну… — начала она, скрещивая руки на груди. — Я не… я действительно хотела пойти. Правда. Но потом я… я надела эту куртку, потому что другая куртка все еще в крови и… Окончание предложения повисло в воздухе. Реджина молча смотрела на нее пару мгновений, затаив дыхание. Затем она развернулась, вошла в кухню и наполнила чайник водой. — Что ты делаешь? — спросила Эмма, осторожно подходя к кухонной стойке. Реджина не повернулась на ее голос. — Вам нужен кофеин, — просто ответила она, поставив чайник на плиту, и принялась открывать и закрывать дверцы шкафчиков в поисках кружек и кофе, который можно пить. — И никаких отвратительных сублимированных помоев, которыми вы пытались меня напоить. У мисс Бланшард должно быть что-то получше. — У нее есть, но я, правда… — Где? Эмма закатила глаза, прислонившись к деревянному столбу, тянувшемуся от пола до потолка кухни. — В нижнем шкафчике. — Отлично, — сказала Реджина, открывая нужную дверцу. — Присаживайтесь. Совершенно неожиданно для самой себя, Эмма обнаружила, что молча выполняет то, что ей велено. Сидя на высоком стуле, на котором всего несколько дней назад сидела Реджина, и болтая ногами в воздухе, Эмма с пустым выражением лица наблюдала за мэром, которая передвигалась по кухне. Брюнетка выглядела совершенно невозмутимой, открывая и закрывая ящики так, как будто она была хозяйкой этого места. Что, как поняла Эмма со слабым вздохом, скорей всего, так и было. Это был город Реджины, и она абсолютно точно знала, как себя в нем вести. — Подожди, — сказала Эмма, несколько минут понаблюдав за действиями мэра, но не принимая в них никакого участия. — Что ты делаешь? Реджина глянула на нее через плечо, держа серебристый термос в руке. — Наливаю вам кофе, мисс Свон. Я думала, мы уже это выяснили. — В термос? — Эмма сузила глаза. — Что такое, ни одна из наших кружек тебе не понравилась? — Это чтобы можно было взять с собой, — спокойно ответила брюнетка, заливая кипяток в термос и не удосуживаясь посмотреть на Эмму, чтобы оценить ее вымученное выражение лица. — Я не говорила, что собираюсь пойти! — Вы собирались сегодня утром, — ответила Реджина, все так же, не поднимая на нее взгляд. — С тех пор ничего не изменилось. — Я сказала тебе, что не могу… — Ничего не изменилось, мисс Свон, — повторила мэр, бросив наконец на блондинку такой острый взгляд, что та сразу замолчала. — Вокруг вас все так же, как и было. Единственное, что изменилось за промежуток времени с шести утра до сего момента — это то, что вы снова напуганы. И именно поэтому вам необходимо пойти в офис шерифа сегодня. — Реджина, — Эмма глубоко вздохнула, пытаясь вернуть себе спокойствие. Она закрыла глаза, когда продолжила. — Слушай. Я правда не знаю, хочешь ли ты меня сейчас разозлить или действительно пытаешься помочь, но, в любом случае, это вообще не твое дело. Я сама решаю, когда буду готова вернуться к работе. И сегодня это не так. За ее словами последовала тишина и блондинка заставила себя открыть глаза. Она вздрогнула от неожиданности, когда обнаружила, что мэр стояла прямо перед ней, прислонившись бедром к кухонной стойке. — Вы боитесь. Эмма закатила глаза. — Да. Боюсь. Тебя это удивляет? — Нет, — Реджина пожала плечами, поджав губы. — Меня это разочаровывает. Зеленые глаза распахнулись. — Стоп. Какого черта ты… — Несколько месяцев назад, — перебила ее Реджина, ровным, спокойным голосом. - … вы сказали мне не недооценивать вас. Что я понятия не имею, на что вы способны. Помните это? — Да, — ухмыльнулась Эмма, сопротивляясь желанию протянуть руку и ударить по нехарактерно терпеливому лицу мэра. — К чему ты клонишь? — Та женщина… — продолжила Реджина. - …была той же самой женщиной, которая ударила меня по лицу возле могилы моего отца. Той же самой женщиной, которая выгрызала себе право получить работу, даже не будучи уверенной, что действительно ее хочет. А затем — выполняя эту самую работу — встала перед мужчиной с пистолетом, чтобы защитить полную комнату незнакомцев и женщину, которую не переваривает. — Я не… — И хотя эта женщина, возможно, невыносимо неотесанная и раздражающая, и грубая, и безвкусно одевается — я не могу притворяться, что не восхищаюсь ею. Эмма моргнула, разинув рот. — Подожди. Что? — Повторять не буду, — лицо Реджины оставалось непроницаемым. — Так что не утруждайтесь. Все, что я пытаюсь вам сказать — это то, что вы имеете полное право бояться. Вы так же имеете полное право уйти с этой работы и уехать навсегда из этого города, потому что вам сложно снова быть его частью. Но я думаю, мы обе знаем, что та женщина, которая спустилась в шахту, чтобы спасти жизнь своего сына, не позволит вам сделать это. Та женщина ждет, когда вы наберете воздуха в грудь и вернетесь в свой офис. В комнате повисла тишина. Глубокие складки пролегли на лбу Эммы, а часто моргающие зеленые глаза говорили о подступивших слезах. — Ты… — Эмма запнулась, тяжело сглотнула и попыталась снова. — Поверить не могу, что ты используешь все это против меня. — Я грязно играю, мисс Свон, — ответила Реджина и на ее губах проскользнула усмешка. Эмма не смогла сдержаться и тоже издала короткий смешок. — Но разве я ошибаюсь? — Нет, — признала Эмма со вздохом. — Готовы ли вы попробовать? — надавила Реджина, слегка наклоняясь вперед. — Никакой бумажной работы, уж точно никаких патрулей. Просто десять шагов в ваш офис. Это все, что вам нужно сделать. После этого вы можете снова сбежать домой и снять уже с себя эту ужасную куртку и, возможно, по-настоящему поспать, зная, что вы можете это сделать, что не все так плохо. Вам не нужно бояться всего мира, мисс Свон. Вокруг вас не «все враги, кругом война». — Только в тех местах, где я бываю, — пробормотала Эмма, потерев кулаками глаза. Наконец, она откинула голову назад и вздохнула. — Господи, ладно. Я пойду туда, встречусь с Сидни и дам ему знать, что я еще жива. Но на этом все, ясно? Если же я приду туда и увижу, что ты подготовила мне отчеты о происшествиях за последние три недели, которые мне необходимо заполнить, то я без колебаний перееду тебя на своей машине. — Меньшего я и не ожидала, — сказала Реджина и улыбнулась ей неожиданно теплой улыбкой. Она отвернулась, прежде чем Эмма успела понять, было ли на ее лице выражение гордости или, блондинка просто вообразила это своим затуманенным отсутствием сна мозгом. * * * — Прости, что заставила тебя идти пешком, — сказала Эмма после нескольких минут неловкого молчания, бросив многозначительный взгляд на непрактично высокие каблуки мэра. Реджина подняла на нее озадаченный взгляд. — Я просто… подумала, что мне не помешает свежий воздух. — Все в порядке, — ответила брюнетка, переводя взгляд на дорогу перед ними. — В любом случае, я предпочитаю идти пешком, чем ехать в этой груде металлолома, которую вы называете машиной. — Смешно, — буркнула Эмма, все еще глядя себе под ноги. Она не осмеливалась посмотреть Реджине в глаза с тех пор, как они покинули квартиру. Мэр же, напротив, окинула ее хмурым взглядом, медленно сдвигая брови. Когда она пришла в лофт, Эмма, несомненно, была подавлена, но теперь все разительно изменилось. Она выглядела… поверженной. Она шла, обеими руками вцепившись в термос, который держала перед собой, как маленький ребенок, отчаянно цепляющийся за свой пакет с обедом в первый школьный день. Реджина вздрогнула, осознав, насколько сильно блондинка сейчас была похожа на Генри: она выглядела крошечной, напуганной и как будто упрямо старалась заставить себя не расплакаться. Реджина сглотнула. — Все будет хорошо, мисс Свон. Эмма дернулась от мягкости в ее голосе. Наконец, она подняла взгляд, с любопытством изучая темные глаза, смотревшие на нее. — Тебе легко говорить. — Сидни будет там, чтобы помочь вам. — Конечно, — кивнула Эмма, снова переведя взгляд на кофе в своей руке. — Он ведь так сильно помог мне в прошлый раз, когда я попала в неприятности. В эту секунду Реджину поразило осознание: она ведь предположила, что Эмма оценит присутствие Сидни в офисе, учитывая, что блондинка, вероятно, до сих пор считает, что он на ее стороне. Реджина даже не подумала, что нахождение в одной комнате с одним из тех людей, которые абсолютно ничего не сделали, чтобы спасти ее от жестокости Мо — и который, более того, хоть и непреднамеренно, но навлек на нее еще большие неприятности — само по себе может стать причиной другого рода проблем. — О, — растерянно выдохнула Реджина, качая головой. — Мисс Свон, я не подумала… — Все нормально, — прервала ее Эмма, сжимая дрожащими пальцами металлический термос. — Извини. Я не пытаюсь быть проблемной. Просто… ну, ты понимаешь. Несмотря на то, что она даже не могла бы притвориться, что понимает, Реджина кивнула. — Конечно. Следующие пару минут они шли в тишине, пока не прошли мимо кафе «У Бабули» на другой стороне дороги. Реджина поймала себя на том, что ее глаза метнулись к нему, по привычке останавливаясь на том же самом столике у окна, что и каждое утро, хотя женщина, которую она всегда искала взглядом, в настоящее время шла рядом с ней. Однако, сегодня за этим столиком она увидела человека с ярко голубыми глазами, смотрящими на нее. Он моргнул, затем нахмурился, озадаченный видом Злой Королевы и Спасителя, спокойно прогуливающихся по Мэйн Стрит бок о бок, и кажется, изо всех сил пытался уложить это у себя в голове. Реджина сглотнула, проследив взглядом, как Август поднялся со своего места и прошел в дальний конец кафе, где был вход в гостиницу, так больше и не взглянув на них. — Как дела у Генри? Мэр вздрогнула, поворачиваясь к Эмме, задавшей этот неожиданный вопрос. — Простите, что? — Генри, — повторила Эмма, обеспокоенно взглянув на Реджину. — У него все хорошо? — Он в порядке, — ответила мэр, вспомнив счастливое лицо своего сына, когда она вернулась домой в прошлую среду и сказала ему, что он наконец-то сможет увидеть свою биологическую мать. Затем она заставила себя не думать о вспышке разочарования, которая последовала днем позже, когда ей пришлось сказать ему, что мисс Свон, вероятно, все еще не совсем готова встретиться с ним. Реджина ничего из этого не сказала вслух, но Эмма, каким-то образом, все поняла без слов. — Хм. — Он понимает, Эмма, — поспешно добавила Реджина, не в силах вынести расстроенное выражение лица шерифа. — Правда понимает. Он просто скучает по вам — вот и все. Он хочет, чтобы все снова стало нормальным. Что-то, почти напоминавшее улыбку, тронуло уголки губ Эммы. — Нормальным, — вздохнула она, закатив глаза. — Ну конечно. В тишине, последовавшей за этим, Реджина слышала как плещется кофе в термосе в дрожащих руках Эммы. Что-то твердое поднялось из груди и застряло у нее в горле. — Если честно, меня удивляет, что он вообще хочет меня видеть, — тихо призналась Эмма. — В смысле, я бы не захотела. Я ужасно вела себя по отношению к нему в последнее время. Было бы правильно, если бы он сказал мне вернуться в Бостон и больше никогда с ним не разговаривать. — Вы ведь не верите в это на самом деле, правда? — медленно спросила Реджина. Эмма пожала плечами. — Не знаю. Вроде как верю. — Мисс Свон, — Реджина глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. — Вы же не можете всерьез верить в то, что он настолько инфантильный? Я имею в виду, я знаю, что иногда он бывает крайне непостоянным, но даже он не меняет свое мнение так легко. Эмма только моргнула, глядя, как мэр разочаровано покачала головой. — Он действительно по вам скучает, — продолжила она со стоном, как будто это было самое болезненное признание за всю ее жизнь. — И к вашему сведению, он уже совсем не такой, каким был, когда вы перестали видеться с ним. Он старается быть терпеливым и понимающим. Но ему всего лишь десять, мисс Свон — он борется. Мы все боремся. Сейчас все сложно и я думаю… я думаю, что было бы полезно — не только для него, но и для вас — если бы вы позволили себе вернуться в его жизнь. Правда. Потому что он и так был слишком много раз отвергнут для такого маленького мальчика. До станции шерифа оставалось всего полквартала, когда они обе остановились. Левая рука Эммы все так же сжимала термос, в то время, как правая, слегка подрагивая, поднялась к впадине между ключиц, схватившись за кулон таким образом, что это сразу болезненно напомнило Реджине школьную учительницу, с которой жила шериф. Мэр не знала, как можно было перенять эту привычку, это умоляющее выражение лица, не встречаясь в течение двадцати восьми лет с матерью, от которой ты их унаследовала. И вот оно снова: это чувство вины, раздирающее ее грудь изнутри, как будто в ее сердце был железный крюк. — Ты… — едва слышно сказала Эмма, наконец встретив взгляд Реджины немигающими, блестящими от слез глазами. — Ты хочешь, чтобы я вернулась? Реджина сглотнула, засунув руки глубоко в карманы пальто. — Генри этого хочет. — Но ты только что сказала… — Я знаю, что я сказала, — спокойно ответила она, заставляя себя выдохнуть. — Да. Хорошо. Я думаю, что вам полезно будет вернуться. Я прошу вас это сделать. Довольны? Улыбка мелькнула на лице Эммы, почти отвлекая внимание мэра от слез, которые уже собрались в зеленых глазах. — Ага, — признала она, передернув плечами. — Типа того. Реджина закатила глаза, коротко рассмеявшись. — В таком случае, вас довольно легко уважить. Я не собираюсь приглашать вас на ужин в честь Дня Благодарения, мисс Свон — не тешьте себя надеждами. Эмма снова опустила взгляд на асфальт между ними и по ее губам скользнула призрачная, грустная улыбка. — Как скажете, мадам мэр. Немного помолчав, она подняла взгляд на станцию шерифа, которая была всего в нескольких десятков метров от них. Реджина внимательно наблюдала, как она судорожно вдохнула, крепко сжав зубы. — Тогда, полагаю, мне лучше пойти и сделать это. — Мисс Свон, — сказала Реджина, внезапно пожалев о своем грандиозном плане. Вне зависимости от ее причин — какими бы логичными они ей ни казались ранее — все еще было совершенно очевидно, как для нее, так и для всех остальных людей, которые оборачивались и провожали их взглядом, пока они с блондинкой шли сюда, что Эмма еще не в форме. Ее плечи сгорбились, глаза были красными, а светлые локоны, на которые Реджина обычно смотрела с неприятной завистью, сейчас были убраны с лица в растрепавшийся хвостик, концы которого трепал зимний ветер штата Мэн. Она едва ли олицетворяла власть и авторитетность, и выглядела так, что скорее расплачется, чем подойдет еще хоть на пару шагов к станции. — Если вы не готовы, если хотите вернуться домой… Я не буду вас останавливать. Эмма напряженно улыбнулась ей. — Нет. Ты была права — я должна попытаться. Рано или поздно, мне придется пройти через это. И раз уж сейчас я здесь — полагаю, это и есть самое лучшее время. В груди мэра почувствовалось движение чего-то, что можно было бы назвать гордостью. Она оглянулась на здание позади нее. — Вы хотите, чтобы я пошла с вами? — Нет, — Эмма снова пожала плечами. — Ты и так достаточно сделала. Правда. — Эмма… — Все хорошо, Реджина, — прервала блондинка, слабо улыбнувшись. — Я серьезно. Ты практически вытащила меня из этой квартиры и, хотя я все еще хочу ударить тебя за это, я все же полагаю, что позже буду тебе благодарна. Так что давай сейчас все оставим так, как есть. Брюнетка кивнула, все еще держа руки глубоко в карманах. — Хорошо. Если вы в этом уверены. — Уверена, — сказала Эмма, глубоко вздохнув. — Итак, я полагаю, пора с этим покончить. С этими словами она в последний раз улыбнулась мэру, а затем обошла ее и направилась по улице к своему старому офису. Реджина наблюдала за ней все то время, что Эмма шла к зданию, не в состоянии понять, почему она чувствовала себя немного расстроенной тем, что блондинка не обернулась, чтобы удостовериться, что она все еще здесь. Как только Эмма исчезла в дверях станции шерифа, Реджина подошла к ближайшей скамье и присела на самый ее край, плотно сжав колени. Не сводя глаз с серого унылого здания, мэр подождала еще десять минут, чтобы удостовериться, что шериф не вышла обратно. Десять минут незаметно превратились в двадцать. Когда начался моросящий дождь и ноги Реджины начало покалывать от холода, она наконец-то вздохнула и заставила себя подняться. Незнакомое чувство гордости, смешанное с еще более необычным разочарованием, скребли когтями ее замерзшее тело, когда она в одиночестве вернулась в мэрию.