A Trail Of Destruction / Пути распада

— Выглядишь намного лучше, Эмма, — отметил Сидни, наблюдая, как шериф входит в офис утром следующего понедельника. — Спасибо, — ответила она, не глядя на него. Она все еще чувствовала себя не совсем хорошо — в голове пульсировало и за все выходные она спала в сумме не больше двух часов. Но, тем не менее, хоть ей и не хотелось этого признавать, возвращение на работу на прошлой неделе очень ей помогло. Ей все еще было так же страшно как раньше, но теперь у нее лучше получалось игнорировать это. Это была крошечная, но все же победа. Она не обратила внимание на то, что Сидни сделал какие-то заметки в своем блокноте. — Я думала, что сегодня ты должен был вернуться в редакцию? — спросила она через несколько секунд, заметив как он слегка дернулся на стуле. — Так и есть, — он выдавил напряженную улыбку. — Но я решил сначала заглянуть сюда, чтобы проверить, как ты. — Это… очень заботливо с твоей стороны, — медленно проговорила Эмма. — Но я в порядке. Прошла неделя, как я вышла на работу. Кажется, у меня все получается. — Ты уверена? — нахмурившись уточнил Сидни. — Потому что я могу остаться. — Предполагалось, что ты выйдешь на смену со мной завтра, не так ли? — спросила Эмма, ссылаясь на договоренность, к которой они с редактором пришли в конце прошлой недели: чтобы помочь ей вникнуть в работу и все, что она пропустила за время своего отсутствия, Сидни будет работать следующие две недели на два офиса. По истечении этих двух недель, она снова будет выполнять свои обязанности самостоятельно. — Да… — Значит, все в порядке. Возвращайся в редакцию, а мы увидимся с тобой завтра, хорошо? — Да, конечно. Но если тебе нужно, чтобы я остался, я… — Уверена, что шериф Свон непременно скажет тебе, если вдруг почувствует, что полицейский участок вот-вот рухнет без твоего присутствия, Сидни. Голос раздался от входной двери. Эмма и Сидни одновременно обернулись, хотя звук голоса мэра был слишком характерным, чтобы его можно было спутать с чьим-то еще. Сидни моментально густо покраснел. Эмма изо всех сил пыталась подавить смех. — Мадам мэр, — пробормотал он, нервно оглянувшись на Эмму. — Я как раз говорил… — Я слышала, — перебила она, входя в офис. — Сидни, я одобрила вашу договоренность с мисс Свон, поскольку согласна, что это будет полезным для вас обоих. Но я согласилась не для того, чтобы платить вам за работу в газете, в то время, как на самом деле вы прохлаждаетесь тут, убеждая шерифа, что она не способна выполнять собственную работу. Сидни тут же закрыл рот. Реджина стояла не двигаясь, даже не взглянув на Эмму, и спокойно наблюдала за мужчиной в ожидании, когда он соберет свои вещи и уйдет. Она сразу заметила старый разлинованный блокнот, со стикерами с заметками на нем, который мужчина сунул в свой портфель. Эмма, казалось, не обратила на него внимания. — Верно, — пробормотал он, снова бросив взгляд на светловолосую женщину. — Полагаю, тогда увидимся завтра утром, Эмма? — Ага, — ответила она, прислонившись к стеклянной перегородке своего офиса. — Увидимся завтра, Сидни. Мужчина вышел за дверь, опустив голову и громко шаркая ногами по коридору. Реджина не обернулась, чтобы проводить его взглядом. — Даже забавно, сколько людей сейчас чувствуют острую необходимость проверить меня, — сказала Эмма после непродолжительного молчания, подойдя к столу Сидни в центре комнаты. Реджина наблюдала, как она собирает бумаги, которые он оставил разбросанными по всему столу. Большинство из них, несомненно, были заполнены неправильно. — Все потому, что люди беспокоятся за вас, мисс Свон. — Я знаю, — ответила Эмма, со вздохом выпрямляясь. Она положила стопку бумаг на руку, согнутую в локте. — Так ты здесь тоже поэтому? Реджина сделала еще один шаг в комнату, стараясь не выдавать своим видом то, насколько она нервничала. — Отчасти, — она неловко улыбнулась шерифу. — Вам следует просто принять тот факт, что люди еще какое-то время будут волноваться. Особенно пока вы выглядите так, словно не спали уже почти пять недель. Эмма поморщилась. Реджина заметила, что руки блондинки все еще дрожат. — Я в порядке. Реджина многозначительно посмотрела на нее, но решила никак не комментировать эту фразу. — Очень хорошо, — сказала она, продвигаясь дальше по офису, пока не остановилась с другой стороны стола, возле которого стояла Эмма. — И как прошла ваша первая неделя? — Она прошла… нормально, — ответила Эмма, глядя на бумаги в своих руках. — В смысле, она прошла хорошо. Вроде. К счастью, никого не сбила машина и никто не пытался ограбить магазин, или что-то вроде этого, потому что я пока не уверена, что смогла бы справиться с этим. Но было приятно вернуться. Это отвлекает меня от плохих мыслей. Реджина не смогла сдержать улыбки облегчения, а ее сердцебиение наконец начало замедляться, возвращаясь в нормальный ритм. — Я рада, — кивнула она, усаживаясь на самый краешек стола Сидни. Эмма чувствовала себя неловко, стоя слева от нее и стараясь игнорировать участок длинной стройной ноги, который был теперь виден из-под юбки мэра. — Правда. Какая-то часть меня волновалась, что, возможно, то, что я вытащила вас сюда, может только ухудшить положение. — Вы сомневаетесь в себе, мадам мэр? — не задумываясь спросила Эмма. — Господи. Учитывая это и факт того, что ты действительно беспокоишься обо мне, я начинаю думать, что ты возможно вовсе не Злая Королева. Реджина почувствовала, как ее челюсть на мгновенье напряглась, хотя она и понимала, что Эмма просто шутит. Брюнетка выдавила улыбку. — Не привыкайте к этому, — медленно сказала она. — Я не планирую вводить это в повседневный режим. Эмма рассмеялась, положив стопку с бумагами обратно на стол и засунув руки в карманы джинсов. — Что ж, — сказала она, пожимая плечами. — Полагаю, ты можешь перестать беспокоиться. Офис еще не полыхает синим пламенем и я очевидно чувствую себя хорошо. — Очевидно, — повторила за ней Реджина, многозначительно посмотрев на ключицы Эммы, резко выпирающие из-под тонкой рубашки. Эмма закатила глаза. — Ты сказала, что была еще какая-то причина, по которой ты пришла, Реджина. В ту же секунду сердце Реджины екнуло и снова пустилось в галоп. Она знала, что должна была это сделать. Она знала, что так будет правильно. Но она даже не сказала Генри, что собирается это сделать. На случай, если Эмма откажется. Она набрала воздуха в легкие. — Да. Была. Я… я подумала, вдруг вы… Реджина запиналась. Когда она замолчала, чтобы собраться с мыслями, Эмма нахмурилась. Никогда раньше она не видела мэра такой — она выглядела нервной. И чувствовала себя некомфортно. Это совсем было на нее не похоже. — Реджина? — Я подумала, — наконец проговорила Реджина, заставив себя сесть прямо. — Есть ли у вас какие-нибудь планы на ужин сегодня? Эмма моргнула. Реджина заметила, как на лице блондинки мелькнула растерянность, а зеленые глаза сузились. Она втянула воздух сквозь зубы, прежде чем ответить. — Хммм… — медленно протянула она. — Нет. Не особо… — Хорошо, — сказала Реджина, возвращая на лицо свою идеально отточенную мэрскую улыбку. — Поскольку я хотела бы пригласить вас поужинать сегодня со мной и Генри. Нечто, что было либо облегчением, либо паникой, камнем ухнуло у нее в животе. — Что? — Он еще не знает, — быстро добавила Реджина, увидев, как краска сошла с лица Эммы. — Так что, если вы чувствуете, что не готовы — вы его не расстроите. Но… я действительно считаю, что вам стоит подумать об этом, мисс Свон. Прошло уже больше месяца и он очень грустит, тоскуя по вам. Вы не представляете, насколько тяжело видеть его таким каждый день. Эмма облизнула губы, нахмурившись. — Просто уточняю — ты приглашаешь меня к себе домой? На ужин? С тобой? Мысленно взмолившись о дополнительном терпении, Реджина кивнула. — Да, мисс Свон. Именно об этом я и спрашиваю. Эмма не отвечала несколько мгновений. Вместо этого, она попятилась от мэра, обошла вокруг стола, запустив руки в волосы. Шериф подошла к решетке тюремной камеры в дальнем углу кабинета и на секунду прислонилась к ней лбом, закрыв глаза и глубоко втягивая носом воздух. Реджина поднялась на ноги и обернулась, наблюдая за ней, не в силах отвести взгляд от глубокого шрама, стекающего по виску блондинки. — Вам уже гораздо лучше, Эмма, — тихо сказала она. Почти умоляюще. — Он выдохнет с облегчением, увидев это. И… возможно, вы сможете снова его обнять? — Да, — пробормотала Эмма, поворачиваясь к ней лицом. Она прислонилась спиной к металлическим прутьям, тяжело сглотнув. — Реджина, слушай… я действительно хочу увидеть его. Правда. Я скучаю по нему каждый божий день. — Тогда почему…? — Потому что… что если он ненавидит меня? — выдохнула она, качая головой. — Давай на чистоту, Реджина — я отстойная мать. Я бросила его однажды, а теперь, по сути, сделала это снова. Что если я появлюсь на пороге твоего дома, а он… а он скажет мне уйти? Сердце Реджины болезненно сжалось, когда она увидела, что Эмма изо всех сил сдерживает слезы. — Этого не произойдет. — Как ты можешь быть уверена? — Потому что я его знаю, — просто ответила Реджина. — Он вас любит. Он скучает по вам. И, по какой-то причине, он вбил себе в голову, что я тоже по вам скучаю. Эмма удивленно моргнула и Реджина закатила глаза. — Он думает, что мы должны стать друзьями, — прояснила мэр. — Так что я могу только представить, как он обрадуется, когда откроет входную дверь и обнаружит, что я приняла его слова всерьез. — Ты… — Эмма запнулась, сглотнув. — Ты хочешь, чтобы мы стали друзьями? — Не особо, — ответила Реджина, но без какого-либо намека на желчь в своем голосе. — Но даже я должна признать, что будет только на пользу, если я не буду злиться, психовать и ненавидеть вас каждый день своей жизни. Это уже стало немного приедаться. Короткий смешок слетел с губ Эммы. — Неплохая попытка убедить меня в этом, мадам мэр. Реджина вздернула бровь. — Вы понимаете, что я имею в виду. — Ага, понимаю, — вздохнула Эмма, снова откинув голову на железную решетку. — Ненавидеть тебя действительно очень утомительно. Повисла тишина, пока женщины просто изучали друг друга, не представляя, что сказать дальше. Наконец, Реджина снова засунула руки в карманы пальто и прочистила горло. — Итак, — сказала она, глядя в пол. — Ужин? В семь? Едва заметная улыбка, скользнула по губам Эммы. — Ага. Хорошо. * * * Реджина услышала крик восторга, раздавшийся из коридора, всего через пару секунд после того, как она попросила Генри сходить посмотреть, кто звонит в дверь. Она улыбнулась сама себе, помешивая соус, кипящий на плите, прежде чем подойти к ближайшему зеркалу, чтобы поправить и без того идеальную прическу. — Мам! — радостно вопил Генри, появляясь в дверном проеме кухни, таща за собой ошарашенную Эмму. — Ты пригласила Эмму?! — Да, пригласила, — кивнула Реджина и едва успела развернуться, как мальчик кинулся к ней через всю кухню. Он крепко обхватил руками талию матери, так, как он не делал уже многие месяцы, и Реджина замерла, тяжело сглотнув. Эмма наблюдала, как брюнетка обняла его в ответ, притягивая еще ближе к себе. — Спасибо, — промычал Генри ей в живот и она нежно улыбнулась ему. — Пожалуйста, — ответила она. Когда он оторвался от нее, Реджина подняла взгляд на Эмму, которая все еще неловко переминалась с ноги на ногу в дверях. — Мисс Свон. — Привет, — коротко поприветствовала шериф. Какое-то мгновенье Реджина могла смотреть только на светлые локоны, которые явно были совсем недавно вымыты и уложены, на черную рубашку на пуговицах, тщательно отглаженные узкие голубые джинсы и черные ботинки, на этот раз не покрытые пылью и грязью. Но затем внимание брюнетки переключилось на лицо Эммы: она выглядела истощенной и темные круги по прежнему растекались под слегка покрасневшими глазами. Но больше всего взгляд мэра привлекла левая сторона лица шерифа. На уродливом шраме, спускающемся по ее виску, сейчас были наложены несколько слоев макияжа, что делало его почти незаметным. Лицо Эммы сейчас было почти таким же, как раньше, и это поразило Реджину. — Спасибо, что пришли, — наконец произнесла Реджина, возвращаясь к плите, а Генри снова подлетел к Эмме, схватив ее за руку. — Надеюсь, вы не против пасты? — Паста — это отлично, — кивнула блондинка. Ни одна из них не решилась признать тот факт, что она скорей всего ничего не съест. — Давай, Эмма, — возбужденно тараторил Генри, затаскивая блондинку на кухню. — Мы можем помочь маме с едой, а потом… — Все в порядке, Генри, — прервала его Реджина, выключая духовку. — Проводи мисс Свон в столовую. Я принесу еду через минутку. — Точно? — Реджина, пожалуйста, позволь мне помочь, — сказала Эмма, делая шаг вперед. — Нет. Вы — наш гость, — твердо ответила Реджина, махнув в сторону двери в столовую. — Кыш с кухни. Я буду через минуту. Генри тут же схватил Эмму за руку и потянул ее к двери в соседнее помещение. Блондинка бросила извиняющуюся улыбку через плечо, выходя в дверь, так что Реджина не успела ответить ей тем же, прежде чем Эмма и Генри скрылись в коридоре. Она повернулась к плите и сглотнула, пройдясь пальцами по волосам. Итак, подумала она, делая глубокий вдох. Поехали. * * * Сияющий взгляд Генри скользил над столом взад и вперед, в течение всего ужина, наблюдая за обеими его мамами, пока они разговаривали друг с другом. Какая-то часть его ждала, что вот-вот начнутся крики и ругань. Другая же, готова была рыдать от облегчения, поскольку, судя по всему, ничего не предвещало такого развития вечера. Наблюдая за тем, как Реджина опиралась локтем о стол, свободно держа бокал вина в руке, и внимательно слушала рассказы Эммы о ее жизни в Бостоне, Генри кое-что понял: Август был прав. Они нравились друг другу. Каким-то странным, невероятным образом, но это было так. Темные глаза его матери сияли, следя за тем, как оживленно двигались руки Эммы, когда она говорила, и мальчика осенило, что он уже давно не видел ее такой счастливой. То же самое можно было сказать и об Эмме — время от времени, всего на несколько секунд, вспышки прежнего жизнерадостного шерифа, пробивались сквозь высокие, колючие стены, которые она выстроила вокруг себя за последние несколько недель. В эти моменты ее зеленые глаза уже не выглядели такими пустыми и отчужденными. Мальчик откинулся на спинку стула, обдумывая это. Пытаясь представить, каково было бы иметь двух матерей, которые бы не спорили постоянно и не соперничали, а которые бы на самом деле друг другу нравились. Которые могли бы назвать себя подругами. — Ты как-то странно притих, Генри, — голос Реджины внезапно проник сквозь дымку его мыслей, заставив его вздрогнуть. Мальчик поднял взгляд и обнаружил, что обе женщины смотрят на него. — Все хорошо? Он улыбнулся. Настоящей, искренней улыбкой, от которой у Реджины что-то сжалось в груди. — Ага. Все просто прекрасно. Эмма потянулась к нему и сжала его руку своей ладонью. — Было действительно здорово повидаться с тобой, малыш. — И мне, — сказал он, широко улыбаясь. — Я рад, что ты наконец-то чувствуешь себя лучше. — Ну, может быть еще не совсем лучше, — сказала она, сглатывая. — Но я определенно к этому иду. И… то, что я пришла сюда и увидела тебя, на самом деле помогло. Она взглянула на Реджину, успев уловить едва заметную улыбку облегчения, мелькнувшую на губах мэра. — Я же говорил тебе, мама, — сказал Генри Реджине, даже не пытаясь скрыть самодовольную ухмылку. — Я говорил, что это хорошая идея. Эмма с любопытством наблюдала за Реджиной, отметив, как по ее щекам распространился легкий румянец. Брюнетка опустила взгляд на бокал вина в своей руке и кивнула. — Я знаю, Генри, — ответила она. — Иногда я забываю, насколько ты смышленный. Эмма медленно отпила из своего бокала вина, не отрывая взгляда от мэра. * * * Было уже около половины десятого, когда со стола было убрано, а Реджина закончила приборку на кухне. Она вернулась в гостиную, прислонившись к дверному косяку. Генри и Эмма сидели на диване и тихо разговаривали. Реджина уловила слово «королева». Еще она услышала слово «друг». — Генри, — тихо произнесла Эмма. Она сидела скрестив ноги, лицом к сыну. — Я же говорила тебе. Я здесь не для того, чтобы участвовать в каких-то битвах. — Но это не битва, — настаивал мальчик, наклоняясь вперед. — Больше не битва. Разве ты не видишь? Вот почему все так идеально. Потому что вы нравитесь друг другу. Эмма вздохнула. — Послушай. Генри… — Генри, — произнесла наконец Реджина с порога, заставив их обоих вздрогнуть. На ее лице не отражалось ни одной эмоции. — Тебе уже давно пора ложиться спать. Генри моргнул, отодвигаясь от Эммы. Взгляд блондинки остался прикованным к пустому месту на диване, которое только что занимал мальчик, ее щеки вспыхнули. Ее сын встал и, подойдя к ней, крепко обнял. Она резко втянула воздух, утыкаясь лицом в его грудь и закрывая глаза. Они ненадолго замерли в такой позе. — Я был очень рад снова увидеть тебя, Эмма, — сказал он. Блондинка, наконец, отпустила его, искренне улыбнувшись. Мальчик не заметил, как увлажнились зеленые глаза. — Я тоже, малыш, — мягко ответила она. — Скоро снова увидимся. — Могу я прийти к тебе в участок, чтобы повидаться с тобой? — Когда? — Завтра? Эмма сглотнула и посмотрела на Реджину. Мэр кивнула. — Конечно, — ответила Эмма, сжав его руку. — Там и увидимся. Она проследила взглядом, как он пересек комнату и остановился, чтобы порывисто обхватить узкую талию Реджины с такой силой, что она покачнулась, привалившись к дверному косяку. Ее руки робко легли на его затылок, притягивая ребенка к себе. — Спасибо, — пробормотал он. Женщина нежно ему улыбнулась. — Пожалуйста. Поднимаясь по лестнице, Генри не мог сдержать радостную улыбку, растягивающую его губы. Схватив телефон со стола в коридоре, он проскользнул в свою комнату и закрыл за собой дверь, набирая номер Августа. Как только Генри исчез за дверью, Эмма выдохнула и откинулась на мягкий диван. Реджина наблюдала за ней с порога, пробегаясь взглядом по шраму на виске, который начал проявляться из-под тонального крема, наложенного на него. Когда Эмма посмотрела на нее, мэр ей улыбнулась. — Что? — Похоже, вам не помешает выпить, — сказала Реджина. Неожиданное чувство облегчения перевернуло что-то в животе у Эммы. — Господи. Да, пожалуйста. — Пойдемте, — кивнула Реджина и оттолкнулась от косяка, жестом указывая на коридор. Эмма поднялась на ноги, подошла к мэру и проследовала за ней вглубь дома. Реджина открыла дверь, отойдя немного в сторону и пропуская Эмму в небольшой кабинет, в который пригласила ее в тот самый вечер, когда блондинка впервые приехала в Сторибрук.