Огненное дыхание

Я, конечно, ничего против приключений не имею, но когда это именно приключения, а не проблемы! ©Нацуми Хеби

      — Левой! Левой ногой бей! Зачем ты правую вырываешь если знаешь, что не получится?! — Куда ты вообще смотришь? — Неужели так тяжело было увернуться? — Скажи мне, милая кувшинка… нахрена ты остановил свой удар?! — Молодец, получилось. Как понятно по всем этим крикам — Рэн всё же стал моим учеником. Наверное, из меня очень плохой учитель, если нормально задеть меня, когда я двигалась даже не в половину своей скорости, он смог только в самом конце тренировки. С метательным оружием было чуть лучше — пять из десяти. То есть в случае чего мне удобнее будет отобрать у него всё железо, кинуть самой как попало и, схватив за шкирку, бежать. — Какой, по твоему, сейчас час? — киваю головой на солнце. — Девять часов? — ну, почти. — Восемь. Иди домой. Я приду чуть позже и помогу, если захочешь. А если не приду, то вечером у нас всё равно тренировка тут. И не ешь перед ней. — Хай, Мируки-сан. Парень, не смотря на наши скачки по поляне, шёл вполне бодро и не спотыкался о ямки. Проследив за ним взглядом, хмыкнула и принялась за нормальную тренировку. Отжимания, подтягивания, упражнения на пресс и растяжку. Тщательно тяну мышцы, чтобы тело не подвело в самый ответственный момент, когда я даже чакрой воспользоваться не смогу. В беготне по полянке проходит ещё час и вот я уже перескакиваю с ветки дерева на стену вокруг города, а оттуда вниз, в телегу с сеном. Поправив перчатки довольно улыбаюсь и иду в сторону борделя. За несколько дней праздношатания по городу я уже научилась немного ориентироваться тут и вряд ли заблужусь. Впрочем, через пару недель я и вовсе забуду о том, где какая улочка и какой поворот ведь уже завтра мне нужно уходить. М-да… вот я так всё забываю-забываю, а потом когда внуки спросят меня «бабушка, а чем ты в молодости занималась?», я промычу что-то невразумительное, глупо хихикну и выгоню из мыслей воспоминания о том, как вприпрыжку поскакала по кривой и скользкой дорожке воровства. Не то, чтобы я воровала из-за скуки (хотя и из-за этого тоже. Всё-таки я, привыкшая к тренировкам на пределе, когда кунай сенсея пролетает в миллиметре от шеи начинаю без этого всего скучать) — мне ведь и деньги нужно было экономить. А так — там булку стянула, там томат, там яблоко, там палочку колбасы и вот завтрак готов. Очень надеюсь, что я и дальше буду так промышлять именно в целях экономии средств, а не из-за того, что этих самых средств нет и карманы пусты. Похоже, удача пока что благоволит мне. Но вот это-то меня и смущает — как бы не отвернулась от меня эта капризная госпожа в самый неподходящий момент. Пока продавец занят, взором критика кустарного осматриваю яблочки и, выбрав два понравившихся, быстро закидываю их в рукав. Уже отойдя на достаточное расстояние одно перекладываю за пазуху, а второе вытираю и с хрустом кусаю. М-мня, кисленькие, как я люблю. Уже войдя в бордель я почувствовала, что что-то неуловимое изменилось. Кто-то улыбался, пряча это за веером, кто-то смеялся — всё как обычно, но что-то явно не давало мне покоя. Это было не чувство опасности, а, скорее, ощущение, будто случилось что-то плохое. Тряхнув плечами, чтобы избавиться от этой иллюзии поднялась на второй этаж и уже почти дойдя до двери в свою комнату остановилась напротив другой. Это комната Саши, или Шицзу, как зовут её здесь. Протянув руку к дверной ручке замерла в нерешительности. Да что за ерунда?! Просто спрошу всё ли в порядке и выйду! Резко опустив руку вниз, открываю дверь и вновь замираю, но уже сделав шаг вперёд. На полу сидит подрагивая Рэн и дрожащими пальцами цепляется за руку матери. Подхожу ближе и понимаю, что всё одеяло в крови, женщина слишком бледна и её грудь не поднимается при дыхании. Точнее, его нет. Она мертва. Так, ладно. Этого стоило ожидать. Она и сама знала, что скоро умрёт, потому и повесила своего сына на меня. А он, похоже, просто не может с этим смириться. И, кстати, судя по сильно распухшему и покрасневшему лицу ревёт он долго, не удивлюсь, если скоро икать начнёт. Специально ступая так, чтобы меня было слышно, но негромко, дохожу до столика для каллиграфии и, как несколько дней назад, на запах ищу среди кучи отваров нужное. Успокоительного тут нет, а вот снотворное — пожалуйста, целая банка. Поднимаю её, подхожу к Рэну и жду хоть какой-нибудь реакции. Ноль. Он, похоже, мои блуждания по комнате даже не заметил. Опускаюсь на пол рядом с ним и, положив руку на плечо, зову по имени. — Рэн. — опять ноль внимания. — Рэн. Юйчиро Рэн, смотри на меня! Приходится повысить тон, но не зря — ревущий мальчишка поднимает на меня пустой взгляд и смотрит. Придерживая банку подношу к нему и говоря так мягко, как могу при изменённом голосе: — Выпей, пожалуйста. Тот на удивление послушно берёт из моих рук банку и, поняв просьбу буквально, выпивает всё до дна. Оу. Он же сейчас свалится от такой дозы! И действительно. Руки Рэна скоро ослабевают, он роняет банку, что чудом не разбивается, и медленно заваливается на бок. Приходится ловить, иначе голову об пол расшибёт. Так, ну и куда его? К себе в комнату нежелательно, лучше в его комнатушку-подсобочку. Кое-как закинув на спину, чуть подкинула вверх, чтобы было удобнее нести и вышла в коридор, ногой закрывая дверь. Судя по тому, что тут ещё нет толпы народу скорбящей по Юйчиро Шицзу о её смерти знаем только мы двое. Значит, придётся сообщать самой. Положив мальчишку на футон, стянула обувь и накрыла одеялом по пояс. Снотворного он выпил немало и проспит, минимум, часов пять. Убедившись, что всё нормально, вернулась к телу Саши и принялась за осмотр. Итак. На одеяле очень много крови, но открытых ран на теле нет. Значит, смерть наступила во время приступа или после него. Возможно, от большой потери крови, возможно, организм исчерпал свои ресурсы для восстановления аррув. Пятьдесят на пятьдесят. Но вся проблема в том, что тогда я отдала Саше немало энергии и вряд ли она бы потратила её за несколько дней. Эй, помощник, подъём. Дело есть. «Слушаю тебя, о мудрейшая.» — в голове послышался язвительный ответ. Она, судя по всему, дрыхла у меня в подсознании и вообще не в курсе ситуации. Можно как-нибудь незаметно вытянуть из ёкая аррув? Копия пару секунд молчала, после чего принялась рассказывать мне о каких-то артефактах. Облазив всё, что только можно, и потерпев неудачу, недовольно нахмурилась, оглядывая комнату. Зеркало, сундук, кровать, столик для каллиграфии, флейта на нём, гербарий, картина на стене, изображающая какой-то пейзаж… что? Что из этого привлекает моё внимание? Эх, а ведь я когда-то смеялась над Винчестерами, которые не могли найти проклятый предмет… Досчитав до десяти, выдохнула и осмотрела всё по отдельности. Взгляд зацепился за царапину на… ну, назовём это рамкой, гербария. Будто кто-то вынимал стекло. Но зачем? Он же может рассыпаться. Стоп. Внезапная догадка пронеслась перед глазами и я провела рукой над сухими цветами. Так и есть. Этот цветок тянет мою энергию. Аккуратно вытянув, положила его на ладонь и попыталась сжечь. Нет, не получилось. Хотя аррув я направила как нужно, он всего лишь нагрелся, а должен был сгореть. Вставляю стекло и хмурюсь. Кому? Кому это надо? По словам Саши Рэн не знал о её ёкайстве. Да и смысл ему её убивать, если даже наследства нормального нет? Значит, он отпадает. Хн… если вспомнить наш разговор, то становится ясно, что постоянно используя силу иллюзий кицуне, она была звездой этого заведения. Вполне логично, что кому-то из работниц борделя выгодна её смерть, ведь ещё было неизвестно: умрёт она от загадочной болезни, или нет… Так. Узнать, есть ли тут ещё ёкаи я не смогу, но можно предположить, что нет. Всё же, что мешало завистливой даме зазвездиться, если у неё есть аррув. В таком случае, можно было бы просто… затмить ушедшую с неба наслаждений звезду собой? Ух, как я завернула, но мы не о том. Ладно. В любом случае, если это кто-то из борделя, то он должен успокоиться, а если нет… уходить мы будем, вероятно, очень быстро, потому что нарушать данное обещание я не собираюсь, а серьги уже покоятся у меня на нитке ожерелья, скрытого под одеждой. Поставив всё как и было, я оглядела комнату. Можно, конечно, уже сейчас сообщить Цугуки о смерти Шицзу-Саши, но тогда я поставлю Рэна, да и себя, в невыгодное положение, ведь не факт, что пока я буду ожидать его пробуждение, отсюда не растащат самые дорогие вещи, а нам деньги в путь-дорогу нужны, причём чем больше — тем лучше. Та же флейта на вид стоит не мало, хотя я далека от музыки и могу ошибаться. Так. А теперь нужно закрыть дверь. Но у меня есть ключ только от моей комнаты… подкинув ключик в руке, поймала, повторила ещё раз, пока взгляд не зацепился за скрученную в колечко проволоку, которую можно нацепить на палец. Хмыкнув, выпрямила мягкую железку и согнула под нужным углом. Я, конечно, не Шерлок-мистер-мастер-взлома, но тут замки простые и, думаю, закрыть дверь вот этой фигнёй, что сейчас у меня в руках, я смогу. Поковырявшись в замке пару минут, подцепила что-то загнутым кончиком проволоки, поттянула, прокрутила другим концом цилиндр, после чего послышался тихий щёлк. Подёргала ручку. Ну, дверь я закрыла, не факт, что не навсегда, правда, и нужно лишь вылезти через окно и вернуться к Рэну. А ещё заранее собрать все свои пожитки, чтобы выйти рано утром. Уже в комнате спящего, куда я зашла опять же, через окно, я присела на пол, оставив сапоги у двери. Итак, по легенде Рэн нахлебался успокоительного, вырубился, я дотащил его до комнаты, взял у него ключ, сходил закрыл дверь и всё оставшееся время просидел рядом. О моём обшаривании комнаты лучше, в случае чего, умолчать. Прежде, чем совершать скачки по деревьям и подоконникам я осматривалась на наличие людей в округе, так что сомневаюсь, что меня кто-то заметил. Эх, вот мало мне проблем было, так я и тут отметилась… что за чешуйня в моей жизни творится? И надо бы думать о том, кто этот цветок Саше подкинул, а я… кстати, я же сегодня ещё не ела. А деньги у меня лежат в комнате. И окно я закрыла, чтобы никакой умник вроде меня не пролез. Значит придётся идти как цивилизованный человек. Но если кто-то увидит, как я выхожу из комнаты Рэна, то мне придётся переделывать легенду. Я могу сказать, что давала какие-то рекомендации, так как с недавних пор его учитель, но если его позовут и спросят, то во-первых, вряд ли разбудят, во-вторых, у него будет слишком сонный вид. И в-третьих, он сейчас должен работать, а не спать. Ох, Рэн-Рэн, дурная твоя голова, сколько же от тебя проблем! Впрочем, я сама виновата, что не выхватила у него банку, пока он не выдул её всю. Повздыхав пару минут, всё же пошла в комнату за деньгами и удивлённо приподняла бровь. На полу в коридоре в лучших традициях «принцесса в обмороке» лежала женщина будто бы без сознания. «Будто бы» — потому что у лежащего в отключке человека другой ритм дыхания. Можно было бы просто через неё перешагнуть, но она как бы лежала между моей комнатой и комнатой, где лежит тело Саши. Ещё и тоненькая царапинка на замке. Словно какой-то неумелый воришка с дрожащими руками пытался взломать. Надо бы и на свой посмотреть, но отсюда не вижу. А если эта дама проникла ко мне в комнату и порылась в сумке, то моей конспирации полный трындец, потому что там лежит мой лифчик. О, небеса, я, конечно, могу сыграть малолетнего извращенца, но биджу вас задери… Так, ладно, вижу, что у этой женщины на правой руке есть едва заметные мозоли, значит она правша и то, чем она пыталась взломать замок может оказаться в правом рукаве. Но пульс-то меряют на левой! Выходит, «случайно» вытряхнуть оттуда всё лишнее я,не смогу. Ох, то ли я такая тупая, то ли проблемы настолько сложные. К счастью, моргала глазками я всего пару секунд, как раз время, за которое обычный человек успеет удивится и немного вникнуть в ситуацию. Но не шиноби же! Ладно, я пока всего лишь молодой избалованный господин, умеющий драться. Моему образу это простительно. Усилием воли выкинув из головы всё лишнее, присела на корточки рядом с женщиной и пощупала пальцами пульс. Разумеется, искала я его специально не в том месте, где нужно и нашла лишь через пол минуты. Угу. Сердце бьется слишком часто, она боится, что её раскроют. Ладно, подыграем и сделаем вид, что я тупее, чем есть на самом деле. Специального пропустив нужное место сделала ещё несколько неудачных попыток найти пульс и разочарованно вздохнула, положив пальцы на шею. Тихо прошептав «жива», подхватила женщину под подмышки и облокотила её спиной о стенку. Сама же, «вот вообще случайно», опёрлась спиной о дверь комнаты Саши и она, ожидаемо, открылась, хоть на ручку я и не нажимала. С грохотом свалившись на пол, поднялась, испуганно выдохнула: — Небо, это кровь? Она не дышит?! Громко ступая подбежала к уже почти остывшему телу, пять минут пыталась найти пульс, тихо крикнула «она мертва!» и кинулась к женщине, для которой и устраивала этот театр одного актёра. — Тётенька, тётенька! Очнитесь! Там труп! Тётенька! — тряся её за плечи так, что головой она билась об стенку за спиной (моя маленькая месть и её оплата за шоу), кричала ей почти в лицо. Вскоре она «очнулась», похлопала для публики вроде меня удивлённо глазками и чуть опять не упала в обморок, но особо сильный удар затылком убедил её это не делать. — Тётенька вы видели?! — спрашиваю хриплым голосом и хватаю её за правую руку, будто случайно, ища поддержку и пытаясь успокоиться. — Мальчик, что случилось? Почему ты меня трясёшь? Отпусти! Она выдернула руку из моих пальцев, но я всё же успела заметить блеск чего-то, едва не выпавшего, в рукаве. — Там труп! Тётя, там тру-уп! Он мёртвый! — Кто? — уже искренне удивилась она. Ну, да, «он» — мужской род, а мертва женщина. — Труп! — с горящими глазами навыкате сообщила я, после чего заткнулась, будто скоро начнётся уже полноценная истерика. Поправив сползшую с плечей красную юкату, женщина посмотрела мне прямо в глаза и тут же разревелась, повиснув угадайте у кого на шее и плотно прижимаясь грудью. Это, что, батл «кто кого переиграет»?! Кстати, хорошо, что я перед тренировкой всё же перетянула грудь бинтами теперь она абсолютно плоская. Она и до этого, конечно, не особо выделялась, но так я хоть на мальчишку похожа. Хотя да, это больно. Но у нас другие проблемы. Она явно хочет отвлечь меня и мне нужно реагировать как обычный мальчишка в период полового созревания. Вся суть нашей проблемы в том, что я лишь примерно догадываюсь, что нужно делать. Помощник от Саламандра сейчас был полностью бесполезен, так как ухохатывался у меня в подсознании. А мне вот не до смеха. — Шицзу-чан… — задушено всхлипнула женщина мне в шею. Приобняв её за плечи, мягко отстраняю, старательно вспоминая всё, что могло меня смутить: случайно увиденный пресс Джирайи, то, как я однажды случайно забежала в мужские купальни на горячем источнике, яойные манги, арты и фанфики из моей первой жизни… Судя по тому, как горят щёки я всё же покраснела. Так, а теперь последний штрих. Отодвигаюсь назад и оттягиваю край удлинённой жилетки вниз, чтобы скрыть то, что будь я действительно парнем хоть немного, но натянуло бы ткань. В общем, то, чего у меня нет. Женщина картинно плакала заломив руки на груди и прикусив нижнюю губу. Фе-е, да на такое только совсем дурак купится! — А… Аи-чан, а не… тётенька… — прерываясь на всхлипы сообщила эта, блин, актриса. Растерянно кивнув, вперила взгляд в зáпах опять сползшей юкаты. Небо-небо, что я только не делаю, чтобы меня не раскрыли… Вся эта игра закончилась, когда по лестнице поднялась ещё одна женщина и увидела наш спектакль. — Аи-чан, Ками Великие, — всплеснула она руками, — что произошло?! Аи повернулась к ней. — Ш-Шицзу-чан… умерла… — А ты что здесь делаешь? На адресованный мне вопрос я потупила глазки в пол, сильнее натянула низ рубахи, успела испугаться, что она порвётся и в итоге так же тихо, как и Аи, проблеяла: — Аи-сан лежала на полу и я… р-решил п-помочь. А потом с-случайно о… опёрся спиной об дверь и-и упал… а та-ам тру-уп! Он не дышит! — Он? — Она. — исправила меня та женщина, из-за которой я так и не дошла до своей комнаты и теперь сижу голодаю тут. Две эти кумушки захлопотали в комнате, а я поняла, что только что убила свою прекрасную легенду. По-новой Рэн, так же, как и Аи, упал в обморок в коридоре и я перенёс его в его комнату. Пока они о чём-то говорили внутри, я быстро проскользнула к себе, взяла деньги и пулей вылетела через главный вход. Смотавшись на рынок за тремя пекучими сосисками в булках, вернулась обратно, но на этот раз в комнату к Рэну. Один хот-дог я уже съела и принялась за второй, но за дверью кто-то искал «мальчишку с хвостиком и в сером» и пришлось выйти, утирая кетчуп с губ. Там меня взяли на буксир, отволокли на второй этаж, выпытали мою версию событий и отпустили во своя си. Пока что никто не вспомнил, что я была не в своей комнате и не начал ещё один допрос, так что пора сматываться к своему спящему ученику, попутно собрав свои скромные пожитки и перетащив их в комнату Юйчиро-Юки. Уже там я более или менее спокойно доела свой завтрак и принялась обдумывать всю ситуацию. Выходила херня полная. Где-то на том моменте, когда я подумывала спалить этот бордель к биджу и дело с концом, заворочался, а после и проснулся Рэн. Подождав, пока он продрёт глаза и пересказав ему всё, что сегодня случилось, только не очень детально и проинструктировав его на случай разных вопросов и неожиданностей, приволокла наверх, где сейчас творилась полная неразбериха. Юйчиро-Юки быстро разобрался, что происходит и отправился отвоёвывать вещи своей матери, пока их не растащили кумушки-подружки под предлогом «я сама их подарила». Рэн оставил меня за дверью, а сама я не горела желанием принимать участие в разгорающемся за стенкой конфликте, так как и так уже глубоко вляпалась в собачьи отходы. Когда я уже подумывала уйти, шум в комнате почему-то стих и причина этому была явно не в том, что все пришли к какому-то решению проблемы. Открыв дверь и заглянув в комнату, я едва не выдала многозначительное «оу». С той стороны комнаты, где стояла кровать находился Рэн с горой вещей за спиной, а на расстоянии полуметра от него вся толпа, что успела сюда набежать. Но дело было даже не в этом. Начиная от стоп Юки по полу шла тонкая корочка льда, которая после начинала набирать толщину, а у стены переросла в огромные, до самого потолка, ледяные глыбы, пробившие стену. Кто-то из стоящих в комнате упал в обморок, кто-то просто упал. Что-то затрещало и тот участок пола, из которого выросли явно не мало весящие горы льда… обвалился. Нет, я сейчас и вправду серьёзно, даже испуганный крик откуда-то снизу послышался. Я восхищённо-удивлённо присвистнула. Кто-то посмотрел на меня осуждающе, кто-то вообще не обратил внимания, а сам сутенёр покраснел, видимо от гнева, сжал руки в кулаки и рассерженной змеёй, готовой вот-вот сорваться в атаку, зашипел: — Маленький ублюдок… убирайся отсюда куда угодно, пока я не заставил тебя отрабатывать это, — тыкнул пальцем на дыру в полу, — как работала твоя мать… пошёл вон! Его тёмные глаза налились кровью, в то время как Рэн побледнел и я смекнула, что на это представление в стиле «Холодное сердце» он явно потратил всю имеющуюся чакру и скоро свалится, потеряв сознание. Но маленький ослёнок даже не думал об этом, подобравшись как кошка и оскалившись. — Да хватит вам уже обливать грязью мою маму! Она не виновата, что залетела от какого-то уёбка! Цугуки, тварь, думаешь, я тебя боюсь?! Ха, да имел я мать твою, скотина! Думаешь, ты что-то сможешь мне сделать?! Вы правы, я ублюдок, но зато могу то, что не можете вы! — Рэн отставил в сторону ладонь, но как бы это не было его последним действием. Пора спасать своего непутёвого ученика. Заскочив в комнату, я здоровски проехалась по льду и притормозила шагах в пяти от Юки. — Прошу прощения, уважаемые. — проскользила немного назад, открыла сундук, сложила все лежащие в нём вещи внутрь, закрыла. — Мой ученик вёл себя немного неподобающе. — подняла сундук, взяла Рэна за ворот одежд сзади. — Ещё раз приношу свои извинения, но мы вынуждены откланяться. Всего доброго, прощайте. Пока зрители переваривали эту белиберду вытащила маленького придурка из комнаты и молча пошла в сторону его комнаты, всё так же держа за шкирку. — Собирайся. Бери всё самое нужное, кидай мне в сумку. Вещи из сундука я сам переложу. — Мируки-сан? Что это только что было? — Спасение твоей проблемной задницы, ослёнок. Собирайся говорю! Мстить потом будешь.