Bittersweet Silence

      — А это и вправду отлично сделано. — Фиона моргнула и повернулась на голос, игнорируя тот факт, что она внезапно оказалась у себя на чердаке. Мгновение назад она сидела за своим рабочим столом, организовывая место проведения свадьбы. Теперь же она стояла над своим оберегом, защищающим дом от всевозможных сверхъестественных существ. Стайлз стоял с другой стороны, носком ботинка касаясь круга из крови, глядя на него с улыбкой. — Должен сказать, я не ожидал такого уровня мастерства от вашего первого заклинания. У вас здесь представлены все основные группы. О, и запасной вход для меня? Оу, не нужно было! — Она изогнула губы в улыбку и пожала плечами. Она еще не узнала Стайлза хорошо, потому что взаимодействовала с ним всего раз. Ей не нужно было понимать его, чтобы воспользоваться его помощью.       — Я подумала, что в любом случае это твоя сила, так что ты можешь пройти сквозь щит, хочу я того или нет. Предоставить тебе доступ администратора не навредит мне больше, чем можешь ты, захоти ты того, к тому же это позволит тебе усовершенствовать заклинание, не разрушая мой дом. При условии, что ты любезно согласишься. — Он открыто усмехнулся, в глазах заплясали смешки, она поняла, что он оценил её ответ. Она даже немного загордилась собой из-за его одобрения.       — Я могу показать вам, как привязать Путевые Врата к проемам дверей, чтобы вы могли путешествовать в разные места отсюда. Хорошо для побегов или чтобы выдержать осаду. — Она кивнула, и он продемонстрировал печать, с помощью которой можно связать две двери, и как запереть другую сторону защитным заклинанием, чтобы предотвратить вторжение с той стороны. Над этим придется поработать, даже чтобы безопасно привязать одну дверь, но её ум уже разрабатывал бесчисленные способы применения такой штуки. Особенно о том, что она может привязать каждую печать к своему заклинанию, тем самым не давая Вратам работать для любого, кого не защищает оберег.       — Прямо «Корпорация монстров». Спасибо, Стайлз. А теперь, я уверена, ты пришел сюда не для того, чтобы похвалить меня и удостоить бо́льшим знанием. Чем я могу помочь? — Фиона покорно сложила перед собой руки, выказывая подростку уважение. Он более чем заслужил его. Она положила в залог свои жизненные силы на его нужды в обмен на его силу. В обмен на способность защитить свою семью она поможет ему во всем, чего бы он не попросил.       — Мне нужен… кто-то, кто может истекать кровью. Нужно задействовать кое-какую представительную магию, чтобы разобраться с появившимися говнюками. Проблема в том, что они не кровоточат. Нет крови — нет магии.       — Показывай. — Его улыбка исказилась в дикую, он кивнул и переместил их в другое место.       Она сразу же узнала Неметон — кладезь силы, что пульсировала вокруг неё и разносилась беспорядочно по всей поляне. Ствол возрос почти до уровня её глаз, хотя, она знала, раньше он был ей по колено. Дерево быстро регенерировало.       Осмотрев поляну, она увидела сооруженную металлическую клетку, предположительно, чтобы держать в себе существо, что было приковано к пню. Металлическая решетка была сделана наподобие клетки Фарадея, так что она предположила, что этот ковбой как-то использует молнию. Кровавые щупальца — фирменный боевой трюк Стайлза — вытянули руки существа по бокам и связали его, сделав беспомощным. Оно просто стояло и наблюдало за ними своим безглазым лицом.       — Призрачный всадник Дикой Охоты, — голос Стайлза мягкий. Таящий угрозу. Такой же, как когда он впервые заговорил с ней: наполнен обещанием боли, если ситуация сложится не так, как он хочет. Она пересилила дрожь и кивнула ему.       — Полагаю, большего ты не знаешь, иначе ты бы не прибегнул к такому представлению, чтобы просто… разделаться с ним. — Нахмурившись, он кивнул. — Я спрошу Тео, знает ли он что-то про них от Врачевателей. — Он снова кивнул. Она вынула телефон и щелкнула Призрачного всадника, после чего обернулась к своему Мастеру: — Начнем? — Он еще раз кивнул и приблизился к Всаднику.       Жестом он искромсал одежду на фигуре, оголив его бледную, как у трупа, грудь. Он протянул к ней руку, и она без замедления шагнула вперед. Нож появился в его руке, он провел им по её запястью. Женщина вздрогнула, но не издала ни звука. Зачерпнув её крови, он нарисовал два круга, соединяющихся по касательной, потом начертил в них две разные звезды и серию символов. Стайлз отошел и сжал кулак, и она почувствовала, что заклинание стало работать.       Осознание себя Всадником было первым, что она заметила. Она ощущала его, как саму себя, словно это она привязана к дереву, но этот момент лишь отпечатался у неё на периферии сознания. Из его легких не исходило дыхание; когда она закрыла глаза, она увидела мир с его ракурса. Всё окунулось в зеленый. Стайлз светился ярким светом: темно-красный, граничащий с черным — такой излучала его могущественная, пугающая аура. Сама она светилась похожим светом, но её был слабее. Далекая звезда, по сравнению с Солнцем Стайлза. Он макнул палец в её кровь и нарисовал что-то у неё на лбу, прежде чем притянуть её голову к себе, зарываясь пальцами в её волосы. Она осталась неподвижна, когда он придвинулся и дотронулся лбом к её голове, размазывая и разделяя символ между ними двумя. Картинки и впечатления пронеслись перед её глазами.       Железнодорожная станция, где полно оцепеневших людей. По громкоговорителю разносится голос, объявляющий: «Поезд прибудет через две минуты». Поезд с гулом прибывает на платформу, безликие люди механически поднимаются и заходят в вагоны. Он отбывает с платформы, проносится по туннелю и минует барьер. Люди в поезде кричат и извиваются, становясь копиями того существа, что Стайлз приковал к дереву.       — Те, кто охотятся с нами, охотятся вечно.       На них глядят фиолетовые глаза, горящие на красном лице. Всадники окружают его и принимаются стрелять пулю за пулей, прежде чем они накидывают на его руки хлысты и разрывают его пополам. Половины растворяются в зеленый дым и рассеиваются по ветру.       — Сбежать невозможно.       Мужчина в зеленой форме с красной нашивкой со свастикой на руке проревел, сверкая на них красным взглядом. Кнут задевает его руку, но он бежит дальше и удирает.       Группа людей ест и оживленно болтает где-то, что похоже на карнавал. Место украшают карусели и киоски с едой. Кто-то кричит, а затем исчезает в облаке зеленого дыма. Всадники появляются из ниоткуда и начинают пулять и хлестать толпу. Забирают всех.       — Сбежать невозможно.       Стайлз стоит в коридоре больницы, у него впавшие глаза, за ним стоят окутанные в черный фигуры с металлическими масками.       — Никто не устоит. Никто не сбежит.       Фиона судорожно ахает, когда Стайлз отшатывается от неё. Она глубоко дышит и падает на колени, в легких проносится боль, тело дрожит, отходя от заклинания.       — Что это было?       — Цель Всадников здесь, — у Стайлза мягкий голос. Она подняла глаза, чтобы посмотреть на него: он не отрывал глаз от плененного существа. — Я искал причину, по которой они сюда пожаловали. Похоже, они охотятся на могущественных созданий, что могут разрушить мир, если их не остановить. Видимо, меня тоже к ним причислили, — он невесело усмехнулся. Фиона отвела назад плечи и поднялась.       — И что мы собираемся делать?       — Лично я склонен к тому, чтобы помочь им найти Человекольва. — У неё в голове сразу всплыла картинка нациста с красными глазами. Должно быть, это знание прилагается к тому заклинанию, что наложил на неё Стайлз. Она решила не спрашивать об этом, так как сейчас был неподходящий момент. — Я не слыхал о них с тех пор, как в одной пещере в Германии нашли наскальное изображение, и это было 35,000 лет тому назад. — Фиона удивилась тому объему информации, который Стайлз знал просто случайно натолкнувшись. Он продолжил, глядя на Всадника: — Там ещё достаточно Всадников, чтобы поймать эту тварь. Поэтому этого мы используем для защиты от его соратников. Я собираюсь вас использовать, чтобы принести его в жертву Неметону, это позволит вкусить ему силы Призрачных всадников. Впоследствии, будет проще их выманить и ранить. — Фиона кивнула. С этим она справится. Будет больно, но не более. Она уверена, что боль того стоит.       Стайлз переместил их на массивный пень. Разрезав себе руки, Стайлз нарисовал круг в центре дерева, выводя жирные символы по краю, затем нарисовал пятиугольник так, чтобы его углы соприкасались с границей круга, а перевернутый треугольник соединял три из сторон пятиугольника.       — Встаньте посередине.       Она так и сделала, попутно рассматривая символы, что он нарисовал, и стараясь в них разобраться. Увы, ей не удалось, поэтому она просто ждала дальнейших инструкций. Он поднял руку, и её рука поднялась автоматически; он сжал её запястье. Он встретился с ней взглядом, в котором отражалось тихое извинение, но она уверенно кивнула. Стайлз кивнул ей в ответ и провел пальцем вниз по внутренней стороне её предплечья.       Из-под кожи хлынула кровь, когда под его пальцами открылся глубокий разрез, Фиона сжала зубы и со свистом втянула воздух. Она подавила крик, когда он погрузил свои пальцы внутрь зияющей раны; металлическое острие выдвинулось из её руки. Она закричала в открытую, когда он начал вытаскивать из её руки тонкое, острое лезвие. Сквозь боль она пыталась понять физику того, что видит, но она сомневалась, что сможет её постичь, даже если бы не была поглощена агонией.       Лезвие покинуло её плоть с мерзким хлюпаньем, ощущалось это так, словно оно отделяет её кости. Она охнула, когда он полностью его вытащил, слезы катились по её лицу, дыхание перешло во всхлипывания. Стайлз провел пальцем по открытой ране, и она затянулась. Фиона резко выдохнула и кивнула, чтобы дать ему понять, что она в порядке. Она знала, что это только половина ритуала.       Пока она приходила в себя, из клетки послышался низкий булькающий звук. Всадник заметался по клетке, в небе сверкнула молния и ударила в клетку, заряд прошел по металлическим прутьям и безобидно упал на землю.       — Нужно поторопиться, — мягко сказал Стайлз, но Фиона расслышала в его голосе напряжение. Она знала, что должно произойти. Поэтому она кивнула и легла на середину пня, на печать. Он присел рядом с ней и провел рукой по её лицу. — Это будет похоже на смерть. И вы станете её желать. Но вы это переживете и будете в порядке. — Она кивнула и закрыла глаза.       На секунду она задумалась: что будет, если он солгал, если это её убьет? Лиам, Тео и её муж останутся на произвол судьбы, и никто не узнает, что с ней случилось. Они сильные, они это переживут. Но это ужасно их ранит. С другой стороны, эти Призрачные всадники угрожают всему городу. Они уже схватили одного, почему бы не взяться и за остальных? Помощь Стайлзу ускорит их исчезновение из Бейкон Хиллса. Чем скорее они уйдут, тем безопаснее будет её семье. Поэтому риск того стоил. Кроме того, у Стайлза нет причин ей врать. Или убивать её. Пока нет.       — Я готова.       Закрыв глаза, Фиона не знала, что делает Стайлз. Сорок семь секунд ничего не происходило, а потом острая боль пронзила её грудь. Она захлебнулась воздухом, агония прокатилась по её телу, и женщина завыла, выворачивая конечности, её тело задергалось в диких судорогах. Огонь вырвался из её ребер и распространился по каждой клеточке тела. Ей казалось, что крик уже как час разрывает её глотку, пока агония прокатывалась по ней волнами снова и снова. Она чувствовала, как из неё вырвалась сила и закружила вокруг поляны. Почувствовала, как Призрачный всадник, привязанный к древу, замер, словно парализованный, и замертво завалился на землю.       Неметон загудел.       Несмотря на боль, Фиону уносила песнь, льющаяся из древа, которая разливалась по деревьям и почве. Она наполняла её силой и жизнью, такая же опаляющая и переполняющая, как и боль, что всё еще пульсировала в такт её сердцебиению. Но она приветствовала это обжигание. Оно означало начало эры.       Спустя некоторое время боль и песня затихли. Она ощущала, как новая сила — слабее и острее — втекает в её тело и затягивает раны, оставленные ритуалом. Когда она оклемалась, она облегченно вздохнула и открыла глаза. Стайлз смотрел на нее сверху вниз с легкой улыбкой.       — Сделано? — спросила она. Конечно, это был необязательный вопрос, ведь она знала, что сработало: заклинание завершено. Призрачный всадник мертв, и теперь они могут остановить остальных.       В ответ он кивнул, взаправду улыбаясь, и помог ей встать на ноги.       — Да. Дальше я сам.       Фиона моргнула и обнаружила себя в офисе, одежда опрятна и незапятнанна кровью. Никто не мог предположить ничего более того, что она просто поднялась со стула, дабы размять ноги. Удовлетворенно кивнув, она села обратно за рабочий стол и включила компьютер. Её ждало планирование свадьбы.

***

      — Зачем мы спустились сюда? Тео, ты знаешь, я ненавижу канализации! Зачем мы сюда пожаловали?!       — О мой бог, Лиам, заткнись! Я уже говорил тебе, зачем мы здесь!       — И я всё еще ненавижу это место!       — Тогда жди меня наверху!       — Я не оставлю тебя здесь одного!       — Тогда прекрати ныть!       — Я не ною, я просто… — Тео неожиданно развернулся и заехал локтем ему в живот, выбивая дыхание на полуслове. Зарычав, он уперся ногой в бетон, схватил Тео за пояс и бросил его через себя с прогиба. Затем, выпустив с ревом клыки и когти, последовал за ним, поймал химеру за подбородок и пустил в ход кулаки.       Они дрались пару минут, пока оба не стали задыхаться и не перемазались в крови; они взяли передышку, опираясь руками на колени. Когда Лиам выпрямился, последняя из его ран уже зажила. Он взглянул на Тео, чувствуя себя намного спокойнее.       — Прости. И спасибо, мне это было нужно. Мне уже лучше, пошли. — Тео недобро глянул на него, но выпрямился, размял плечи и тут же усмехнулся.       — Догадываюсь, что ты на взводе из-за того, что спал в одном доме с Хэйден. — Лиам зарычал и попытался ударить, но Тео увернулся. Он слишком устал, чтобы продолжать потасовку, поэтому он пошел дальше, его тяжелые шаги эхом разнеслись по канализации.       — Почему ты продолжаешь это говорить?! Мне не нравится Хэйден! Я еле её выношу!       — Ты уверен, что это просто не детсад, где вы не хотите признаваться, поэтому достаете друг друга? — Лиам закатил глаза и фыркнул. Только Тео. Только Тео будет докапываться до него. Всем остальным пофиг! Ну конечно же, они все думают, что они с Тео встречаются. Неудивительно, что Тео считает, что он может встречаться с кем-то еще более раздражающим, чем он сам.       — Уверен. Мы реально не ладим. Настолько, что сегодня утром я думал, как бы не убить её.       — Ого, серьезно?! — его глаза загорелись, Лиам не понял, нравится ему это или нет. Это весьма болезненная тема, так что он не мог разделить его восторг. Но… восторг хорошо смотрелся на лице Тео. Он признает, что хотел бы чаще видеть, как радуется химера. Особенно, если причиной для радости будут не злые дела. — И что тебя остановило? Может, то, что она тебе всё же нра-а-авится? — Он возвел глаза к потолку и с шумом выдохнул.       — Да нет же, придурок. Меня остановила мысль о том, как прятать её труп и что тебе придется помочь мне с этим, потому что я ни в жизнь не смогу замести следы достаточно хорошо. — На несколько секунд повисла тишина, он повернулся и увидел, что челюсть Тео отвисла, а его глаза распахнуты в чистейшем удивлении. — Тебе так муха влетит.       — Боже мой! — голос Тео эхом прошелся по туннелю, заставляя Лиама вздрогнуть. — Да это же… Я даже не знаю! — сквозь его слова пробивался смех, Лиам вновь закатил глаза и пошел дальше, пока химера ржал. Пофиг. Он не будет обращать внимание на его поддразнивания. Они уже итак подрались здесь внизу, он слишком устал для другой потасовки. — Ты думал о том, сколько работы мне предстоит сделать, если ты кого-то убьешь, — вот что заставило тебя остановиться?! Чувак, я даже не могу решить: это мило или жалко!       — Заткнись, мудак! Старая мантра не работает, а мне надо что-то в качестве привязки!       Тупой Тео. Ну зачем ему надо было докапываться и насмехаться над этим? Может, ему просто обернуться и хорошенько ему врезать еще раз? Он же выдержит еще одну драку?       Молчание длилось достаточно долго, чтобы стать ощутимым. Он обернулся снова на Тео: всё ли с ним там в порядке? У него было странное выражение лица.       — Что? — Тео взглянул на него и моргнул, покачав головой, снимая наваждение.       — Ничего. И с каких пор я стал твоим якорем? — Лиам пожал плечами, стараясь выглядеть как обычно. Ничего серьезного. Нечего стыдиться. Использовать Тео в качестве якоря — вполне естественно, ибо они проводят всё время вместе.       — Не знаю, месяц назад или около того. Может, чуть дольше. Я не заметил, так как ты постоянно поблизости, сердиться и срываться на тебе намного легче, чем на более хрупких людей. Потом я начал думать о том, что бы ты сказал или сделал, когда тебя не было со мной… и это помогало. Лучше, чем это тупое: «Солнце, Луна, Истина». Вот и всё, ничего особенного. — Тео ухмыльнулся и кивнул.       — Аргх, теперь это официально: я не могу в плохое влияние. Я так плох в этом, что ты используешь мой образ, чтобы не совершать плохих вещей. Теперь я уж точно — провал. — Лиам пихнул его в бок, получая легкий толчок в ответ. Они шутливо толкались, пока Тео не замер и не повернулся, глядя вглубь коридора, где была дверь, подсвеченная мигающим светом. В его животе расцвел страх.       — Это оно, да? — Тео кивнул и шагнул вперед. Он держался позади, держа уши на стороже и прислушиваясь ко всему, что может предупредить об опасности. Тео вошел в дверь и с трудом выдохнул. Лиам проследил за его взглядом и наткнулся на лежащий на полу пустой шприц. Он положил руку Тео на плечо, подталкивая пройти вперед, и отшвырнул шприц ногой к стене.       Тео подошел к ящику с документами и открыл его, сбив резким движением замок. Он пролистывал файлы, ища непонятно что. Лиам же решил осмотреться.       Тусклый люминесцентный свет слабо мигал, явно на последнем издыхании. Он задался вопросом: придет ли кто-то сменить лампочку, или эта часть туннелей будет погребена во тьме навечно? Посреди комнаты пустовал стол для обследований. Другая часть комнаты была накрыта полиэтиленовой пленкой, кое-где разрезанной в местах. Пустой резервуар — напоминающий бакта-камеру из Звездных Войн — стоял в углу комнаты, повсюду валялись осколки стекла и виднелись очертания высохших луж жидкости.       — Эй, Тео, — позвал он тихо.       — Минутку. — Лиам кивнул, но сильнее напряг слух. Что-то не так. Он сомневался, что Врачеватели оставили бы эти осколки и разлитую воду, даже если нечто, что содержалось в баке, вырвалось на свободу, перед тем как они сгинули. Он сфокусировал взгляд и глубоко вдохнул через нос, надеясь, что хоть одно из его чувств предупредит его о постороннем, прежде чем станет поздно. — Всё. Что?       — Что было в том баке? — указал Лиам, и Тео ругнулся, с силой сжав папку, которую вытянул.       — Там был Человеколев. Доктора схватили его раненного и решили подлечить, чтобы изучить Призрачных всадников. В этой папке как раз всё, что им удалось узнать.       — О, так любезно с твоей стороны вернуть мне мою папку! — Оба парня резко обернулись на чужой голос, сердце Лиама чуть не выпрыгнуло. Как он сумел к ним подкрасться?! Он всё время вслушивался и смотрел по сторонам!       — Мистер Дуглас? — неверяще спросил Лиам. Его учитель — Человеколев? Серьезно? Да что не так с этими злодеями, занимающими учительские должности?       — О, Лиам. Рад, что у тебя всё в порядке. Жаль, что нам придется это исправить. Не могу позволить вам разрушить мои планы, зная, кто я такой.       — Какие планы? Мы не собираемся мешать ничьим планам! Как насчет того, что вы отпускаете нас с миром, а сами занимаетесь тем, для чего сюда пришли? — Лиам понимал, что это была бессмысленная попытка, но Скотт подчеркивал снова и снова, что диалог иногда может решить проблему прежде, чем она перерастет в сражение.       — Не думаю. — Что ж, попытка не пытка.       Мистер Дуглас атаковал их без предупреждения, выпустив когти и промазав по воздуху, так как Лиам и Тео успели пригнуться. Лиам прошелся когтями по его икре и перекатился на достаточное расстояние. Человеколев заревел в недовольстве, развернулся и приготовился прыгнуть за ним. Тео зарычал и набросился ему на спину, отводя на себя внимание, прежде чем тот достанет Лиама.       — Чтоб тебя, химера!       Мистер Дуглас был больше и сильнее, поэтому легко схватил Тео за шиворот и перекинул через свое плечо на пол. Ногой он ударил его по ребрам так, что Тео отлетел к дальней стене. Удары сопровождались невыносимым для уха хрустом, Лиам понял, что ситуация критическая. Он потянулся к рубашке и сорвал со шнурка на шее маленький стеклянный пузырек, что дала ему мать. Он завел руку назад и приготовился швырнуть его.       — Эй, препод! — Мистер Дуглас нашел его взглядом. — Лови! — И он метнул пузырек в учителя так сильно, как только мог, молясь, чтобы он разбился прямо об его лицо.       И конечно же, он его легко поймал. Лиам скривился, но остался стоять. Флакон был темный и непрозрачный, нельзя было узнать, что внутри. Усмехнувшись ему, учитель бросил сосуд через плечо и направился к нему. Лиам оскалился и победно сжал кулак. Йес!       Пузырек разбился о землю.       Черные шипы высунулись из бетонного пола и без предупреждения проткнули тело мистера Дугласа. Они выбили воздух из его легких, ведь каждое из них сейчас протыкали копья; другие шипы пронзили грудь и спину, еще парочка под разными углами вошла через бока. Лиам таращился во все глаза, из его рта вырвался крошечный, свистящий выдох.       Он не ожидал такого.       Его мать дала ему это с простой инструкцией: «Если окажешься в смертельной опасности, брось это в источник проблемы. При условии, что этот человек был последним, кто касался сосуда прежде, чем он разбился, — ты избавишься от этой проблемы».       Он же… он не… Лиам с трудом мог мыслить, наблюдая, как кровь стекает по пикам. Человеколев обмяк, но остался стоять прямо, так как пики пригвоздили его к полу. От подобной жестокости слезы навернулись на его глаза.       До этого времени он никогда никого не убивал.       Его ушей достиг слабый, удушливый, ноющий звук, через мгновение он осознал, что он исходит из его горла. После этого откровения его рука наконец опустилась и он отступил назад. Его сейчас стошнит. Живот скрутило и забурлило. Его глаза оставались прикованы к разрушенному телу мистера Дугласа. Его ужин вырывался наружу, и он упал на колени, чтобы вырвать. Его выворачивало где-то пять минут до тех пор, пока его желудок не стал полностью пустым, слезы катились по щекам.       Он убил мистера Дугласа.       Его мама дала ему нечто, зная, что оно убьет кого-то!       Он убил человека. Живого человека.       Он начал задыхаться, вдыхая воздух со свистом слишком быстро, чтобы легкие успели его переработать. Он действительно убил кого-то. Возврата уже нет. Его глаза станут голубыми, все узнают о том, что он сделал. Полиция тоже узнает, и он попадет в тюрьму! Он никогда не выпустится из школы, потому что всю оставшуюся жизнь проведет за решеткой! И поделом ему, он это заслужил, потому что убил человека!       — Лиам, Лиам, Лиам! Эй! Эй, Лиам! — он игнорировал голос, пока по его лицу не раздался резкий шлепок. Он поднял шокированный взгляд на источник пощечины. — Лиам, сосредоточься! — Тео. Тео присел перед ним, держа руку наготове ударить еще раз, если потребуется. — Ты со мной? — Он оцепенело кивнул. — Вставай, нам надо уходить. Никто не спустится сюда искать его. Я уже вытер здесь со всего наши отпечатки. — Он действительно настолько долго выпал из реальности? Против воли его глаза проследили туда, где висел мистер Дуглас. Тео встал на пути, заслоняя вид, и его плечи опали с облегчением, что он не видит доказательства своего преступления. Он встал вместе с Тео, и был благодарен ему, когда химера повернул его в сторону выхода, не давая взглянуть назад на их мертвого учителя.       Тео практически тащил его весь путь обратно к пикапу. Он спотыкался на онемевших ногах, не обращая внимания, куда они идут, так как мыслями возвращался к мистеру Дугласу снова и снова. Какого цвета его глаза сейчас? Точно голубые. Они становятся голубыми, когда ты кого-то убиваешь. С этих пор его глаза будут голубыми при обращении. Каждый раз. Он снова и снова видел, как пики пронзают мистера Дугласа, картина отпечаталась на его веках. Это была самозащита. Он знал это. Он знал. Он раньше не испытывал проблем с тем, чтобы сражаться за свою жизнь. Но еще никогда сражение за его жизнь не заканчивалось оборванной жизнью другого. Хоть он и прошел через многое за прошлый год, хоть они и совершали многое, он никогда не убивал никого. Серьезно ранить? Да. Нанести угрожающие жизни увечья? Такое было. Но ни один его противник не погиб в битве с ним. Он всегда вовремя уходил, прежде чем драка могла окончиться неожиданной смертью.       Теперь это в прошлом. Никто на него не взглянет так, как прежде. Его глаза окрасятся в синий, и все будут знать, что он совершил.       — Лиам.       Он поднял глаза на оклик Тео и заметил, что они припарковались у его дома.       Его дом.       Его мать.       Мать, что дала ему оружие, которое он применил для убийства мистера Дугласа.       Он даже не заметил, что тихо скулит и что он с такой силой впечатал кулаки в глаза, что видел плавающие узоры, пока Тео не потряс его за плечо достаточно сильно, чтобы он прислонился к дверце.       — Я не могу… Тео, я не могу… Не надо…       — Лиам.       — Я не могу туда войти, Тео, — слова вырвались из его рта вместе со всхлипом. Он запустил руки в волосы, пару прядей вырвалось, а дальше скальп стал протестовать. Поверх его рук легли ласковые пальцы и выпутали их из его копны. Он сделал дрожащий вдох, когда Тео опустил его руки от лица, чтобы Лиам посмотрел на него.       — Лиам. — Он сглотнул и нерешительно поднял глаза на Тео. Тот был спокоен. Лиам не увидел ни капли осуждения в его глазах. Хотя, если кто и имел право судить его за убийство, то точно не Тео. — Скажи мне, что хочешь сделать.       Этот вопрос поставил его в тупик. Что он хочет делать? Он не может вернуться домой. Не может… не может встретиться лицом со своей матерью. Не так. Не после того, как… Он прервал мысль, не желая переживать еще одну панику. Ему просто… нужно время. Ему просто нужно смириться с фактом, что он кое-кого убил. Несколько людей говорили ему, что это неизбежно, что жизнь оборотнем окропит его руки кровью хотя бы раз. Но никто не предупредил его, насколько паршиво он будет себя чувствовать.       — Мы можем… просто… поехать?       — Поехать куда? — Он отчаянно замотал головой.       — Куда угодно. Лишь бы не здесь. — Пока Тео молчал, он держал глаза закрытыми. Ему необходимо не быть здесь. Через пару секунд Тео сжал его руки.       — Дай мне десять минут. Жди здесь. — Лиам кивнул, не открывая глаз. Он резко вдохнул, когда Тео открыл дверь и вышел из пикапа. Его пробрала дрожь, и он свернулся калачиком, поджав ноги к груди и спрятав в коленях лицо.       Считать. Считать, до скольки он может, чтобы успокоиться — посоветовал ему однажды психолог. И это работало лучше, чем всё остальное, что он пробовал. Так что он начал считать. Он проецировал цифры в воображении с такими красочными пейзажами, какие только мог представить. Ему нужно держать подальше воспоминания о канализации, хотя бы сейчас. Нельзя снова впадать в припадок так скоро.       «Четыреста шестьдесят три» взорвалось фейерверками среди ночного неба; Млечный Путь, видимый и яркий на фоне луны, стелился у подножия шестерки.       «Четыреста шестьдесят четыре» выросло из извилистых деревьев в зеленеющем лесу, ветки переплетались и разветвлялись, формируя новые числа.       Глухой удар багажника вырвал его из мыслей, и Лиам облегченно вздохнул, когда Тео обошел пикап и открыл дверь. Он без слов повернул ключ зажигания и отъехал от дома. Они ехали в молчании, в итоге выехав на автостраду.       — Куда мы едем? — Его мозг блаженно молчал, пока они ехали, но сейчас он заинтересовался.       — Тебе важно? — Он наконец отвернулся от окна, в которое слепо глядел, чтобы взглянуть на Тео. Он сменил грязную одежду, а волосы были зачесаны набок, как будто он пытался уложить их, но сдался и пошел так. Левая рука держала руль, а правая лениво выстукивала по бедру. Он поднял её на секунду, чтобы переключиться на пятую передачу, затем опустил обратно.       — Нет. — Ему реально плевать.       Тео приподнял свободную руку и махнул к себе — молчаливое приглашение на утешение. Подумав над предложением всего секунду, Лиам ослабил ремень безопасности и сполз в сторону, чтобы лечь поперек сидения. Он нырнул под руку Тео и положил голову ему на бедро, не обращая внимания на внезапное напряжение мускулов под щекой. Он позволил себе выдохнуть, только когда рука химеры устроилась на его плече, мягко сжимая, когда Тео тоже расслабился.       Он закрыл глаза, и Тео поехал.