Верность Валькирии

Медленно, но неумолимо приближалась зима. А с ней и рождественские каникулы. Правда один подарок на Рождество Гарри уже получил. В один из дней, когда на улице шел снег, к Поттеру подошли близнецы Уизли.  — Вот тебе наш подарок на Рождество. — Фред вытащил из–под мантии большой квадратный лист старого пергамента и торжественно протянул Гарри. Пергамент был совершенно чист, на нем не было ни единой строчки, и Гарри решил, что это очередная шутка близнецов. — И что же это такое?  — Это, Гарри, секрет нашего успеха, — ответил Джордж и нежно погладил пергамент. — Нелегко с ним расстаться, — сказал Фред. — Но мы решили, что тебе он нужнее. — Мы-то его наизусть знаем, — прибавил Джордж. — Поэтому и вручаем тебе. Нам он больше ни к чему. — И что я буду делать с куском старого пергамента? — С куском старого пергамента?! — Фред зажмурился и скорчил рожу, как будто Гарри смертельно его обидел. — Объясни ему, Джордж  — Когда мы учились на первом курсе, Гарри, мы тогда были совсем еще зеленые, беззаботные и невинные… Гарри хмыкнул. — Во всяком случае, более невинные, чем сейчас. Ну так вот, мы как–то рассорились с Филчем. — Взорвали в коридоре грязевую бомбу, а Филч почему-то на нас разозлился — затащил в свой кабинет и, как водится, стал грозить… —наказанием —четвертованием —мы слушали, слушали и вдруг заметили особый ящик с табличкой: «Конфисковано, очень опасно». — Только не говорите, что. — улыбнулся Гарри. — Ну, а как бы ты поступил на нашем месте? — пожал плечами Фред. — Джордж кинул еще одну бомбу, и, пока Филч суетился, я открыл ящик и взял вот этот кусок пергамента. — Что тут плохого? — прибавил Джордж — Филч не знал, как с ним обращаться. Хотя, раз отобрал его, наверное, догадывался, что это такое.  — И вы знаете, что с ним делать?  — Знаем. — Фред самодовольно улыбнулся. — Этот свиток научил нас такому, чему не научит ни один учитель. — Ого! — Что, здорово? То–то! Фред достал волшебную палочку, слегка коснулся ею пергамента и произнес:  — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. Тотчас на пергаменте, в том месте, которого коснулся старшекурсник, одна за другой стали появляться тоненькие чернильные линии. Линии соединялись, пересекались, расползались как паутина по краям пергамента, и скоро наверху распустились, как цветы, выведенные зелеными чернилами слова: «Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост! Поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов с гордостью представляют свое новейшее изобретение — КАРТУ МАРОДЕРОВ.» На карте были видны все до единого закоулки замка и территория на много миль вокруг. Но, что самое удивительное, по ней двигались крошечные чернильные точки, каждая была подписана. Гарри в восхищении склонился над картой. В левом верхнем углу профессор Дамблдор вышагивал в своем кабинете; миссис Норрис, кошка завхоза, кралась на четвертом этаже, полтергейст Пивз носился в Зале почета. Были там еще закоулки и потайные ходы, где он никогда не был. Некоторые из ходов вели… — Прямо в Хогсмид. — Фред указал один из них. — Таких ходов семь. Филч знает об этих вот четырех, об остальных — только мы. В тот, что за зеркалом на пятом этаже, можешь не ходить. Мы сунулись было прошлой зимой, а там потолок обвалился. И вот сюда тоже лучше не ходить: прямо над выходом Гремучая ива. Зато этот ведет прямо в подвал «Сладкого королевства». Мы этим ходом частенько лазаем, он, кстати, начинается в горбу старой карги за дверью. — Спасибо нашим предшественникам, — вздохнул Джордж и дружески похлопал по названию карты. — Благородные, славные помощники новому поколению проказников, — провозгласил Фред. — Верно. Да, Гарри, не забывай стирать карту… — предупредил Джордж. —… а то кто-нибудь еще узнает ее секрет, — закончил за Джорджа Фред. — Дотронься до нее волшебной палочкой и скажи: «Шалость удалась» и карта исчезнет. Поблагодарив близнецов, Гарри направился в сторону заброшенного класса. Третьекурснику не терпелось лично изучить полученную карту. Зайдя в аудиторию и закрыв за собой дверь, на всякий случай навесив на неё парочку заклинаний.Развернув пергамент и указав кончиком волшебной палочки на центр листа, Гарри произнес: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость. Как только карта активизировалась, гриффиндорец стал рассматривать её. Внезапно взгляд подростка задержался на гриффиндорской гостиной. — Минуточку. Так — так — так и кто тут у нас — произнес Гарри всматриваясь в точку подписанную как «Питер Петтигрю». Она указывала на спальню Уизела. К удаче третьекурсника рыжего в данный момент в комнате не было. Ухмыльнувшись, Гарри поспешил в сторону гриффиндорской гостиной. «Попался выродок» — мысленно произнес Гарри, ускоренным шагом, переходящим в бег, двигался к своей факультетской гостиной. Добравшись до места, Поттер зашел в комнату рыжего, но кроме облезлой крысы никого не обнаружил. Однако стоило Гарри свериться с картой, как он увидел что точка с именем Питер Петтигрю и крыса сидящая на столике совпадают. — Анимаг, значит. Вот как. Ну тогда -Остолбеней. После того как крыса была оглушена, Гарри быстро связал её, при помощи чар, затем закинул животное в свою сумку и быстро покинул комнату Шестого, пока рыжий придурок не появился.Выйдя из гриффиндорской гостиной, третьекурсник тот час помчался в сторону портрета с изображением пейзажа. Прошептав пароль на парслетанге, Гарри зашел в лифт и спустился в Тайную комнату. Брать с собой Дафну, Поттер не рискнул. Положив связанную крысу на пол, гриффиндорец направил на неё свою волшебную палочку и произнес необходимое заклинание: -Анимагум Ревелиум И спустя несколько мгновений перед Гарри предстал толстоватый мужчина с жидкими бесцветными волосами, на макушке у толстячка была изрядная лысина. А его черты лица напоминали крысиные. Заметив гриффиндорца, Петтигрю залепетал:  — Гарри, ты так похож на отца, просто вылитый Джеймс. Стоило этому выродку произнести имя его отца, как Гарри рассвирепел — Dolorum — насыщенно -фиолетовый луч проклятия поразил Пожирателя смерти и тот заверещал от дикой боли, сильно выгибаясь. — Как ты смеешь, произносить имя моего отца, предатель. Страдай,выродок. Dolorum -гневно произнес Гарри, продолжая мучать пыточным заклинанием Пожирателя смерти. — Прошу,не надо — умолял Петтигрю, но Поттер был не умолим. Гриффиндорец яростно смотрел на то как руки и ноги пожирателя смерти выламывались, хруст костей был слышан отчетливо.  — Гарри, Джеймс не стал бы меня убивать. Он бы понял, Гарри, он пощадил бы меня… — всхлипывал трус. — Ты,мерзкий выродок, продал моих родителей Темному ублюдку. Ты не заслужил милосердия, как впрочем и другие члены вашего сообщества жополизов Волдеморта. Я уничтожу всех вас. О вас никто не вспомнит, а если и вспомнят то будут проклинать до скончания времен, ваши имена всегда будут синонимом самой настоящей мерзости. Никто из Пожирателей не избежит своей судьбы. А теперь -Fulgur — произнес Гарри, угостив Питера разрядом синеватых молний. Толстоватый пожиратель смерти заверещал как резанная свинка. Если бы кто сейчас посмотрел на Гарри, то не узнал в нем того скромного гриффиндорца. Сейчас лицо подростка отражало лишь ярость. Его глаза светились черным цветом. Скулящий на полу Петтигрю продолжал молить о пощаде, но Гарри его не слушал. — Вы, мерзкие выродки мучили и пытали беззащитных и ни в чем не повинных людей, получая от этого извращенное удовольствие. Так что как говориться, что посеешь то и пожнешь. Ты первый из числа слуг Темного выродка, кто умрет как бешеная собака. — Прошу, Гарри, не надо. Меня заставили вступить в Пожиратели. Я не хотел, но Темный Лорд, ты себе не представляешь, на что он способен — проскулил Петтигрю. — Заставили? Ну конечно, так я тебе и поверил Питер. Я внимательно изучил события Первой магической войны и нашел один весьма любопытный факт. Темную метку получали добровольно, так что не надо врать,Питер. А чтобы ты понял, что врать не хорошо — произнеся это Гарри зловеще улыбнулся, отчего Петтигрю забился в сильном страхе. Даже оскал Беллатрисы Лестрейндж не шел ни в какое сравнение с улыбкой Поттера. — Iram Hel — черный луч очередного проклятия попал в Петтигрю. Пожиратель стал испытывать такую боль, что Круциатус, выглядел как детская шалость. Каждый нерв в теле Питера рвался, кровь в венах вскипала, от чего мужчине становилось все хуже и хуже. Пожиратель уже не мог кричать, он сорвал голос. — Пожалуй хватит с тебя. Я сейчас уйду и приведу кое — кого, а потом мы продолжим наш разговор. Отключись — произнес Гарри. Однако прежде чем уйти, гриффиндорец привел Петтигрю в полный порядок, залечив ему все раны. Как только это было сделано, Гарри вызвал Хешассс, велев василиску охранять связанного и обездвиженного Пожирателя смерти. Ухмыльнувшись, Поттер покинул Тайную комнату. Идя по коридору, Гарри как нельзя вовремя столкнулся с Дафной. — Гарри, ты где был? Я тебя обыскалась — произнесла Гринграсс. — Мне нужно срочно связаться с твоим отцом, Дафна. — А в чем дело? — Я поймал Питера Петтегрю. Сейчас этот выродок находится в Тайной комнате под охраной Хешассс. — Тогда нам не стоит медлить — произнесла Гринграсс и направилась вместе с Поттером в сторону директорского кабинета. Убедить Дамблдора, чтобы он позволил связаться через камин с Ричардом Гринграссом, не заняло много времени. Сообщив лорду Гринграссу о поимке Петтигрю, Гарри попросил того связаться с Амелией Боунс. И вот спустя полчаса в кабинет директора Хогвартса из камина вышли Ричард Гринграсс, Амелия Боунс в сопровождении двух авроров — чернокожего мужчины и фиолетоволосой белой девушки, которая правда умудрилась на ровном месте споткнуться, чем слегка развеселила Гарри и Дафну. — Нимфадора, аккуратней — попеняла свою подчиненную глава департамента магического правопорядка. Девушка хотела явно что-то сказать, но моментально замолчала, когда посмотрела на мадам Боунс. Поняв, что в данный момент препираться не стоит Тонкс решила промолчать. — Итак, мистер Поттер,вы утверждаете, что вам удалось поймать Питера Петтигрю? — после недолгого молчания заявила Амелия Боунс — Да, именно так. В данный момент он находиться в Тайной комнате и не может от туда сбежать. Думаю, что не стоит медлить. Идемте —ответил третьекурсник и вышел из кабинета директора. Через некоторое время Поттер и его спутники, стояли напротив нужной картины. Как только Гарри заговорил на змеином языке, взрослые волшебники вздрогнули, но ничего не сказали. В лифте вместились все. Как только он опустился в подземелье, Гарри вышел первым. Слегка опередив своих спутников, Поттер приказал василиску скрыться.Змея едва уползла, как в комнату вошли мракобрцы вместе с Амелией Боунс, директором Хогвартса, Ричардом Гринграссом и Дафной. Пройдя несколько метров они увидели лежащего на каменном полу связанного магическими веревками полноватого мужчину с крысиными чертами лица. Отойдя чуть вперед, Гарри вернул пленника в сознание. Увидев перед собой, внушительную делегацию, Петтигрю не шуточно испугался. — Чтобы не осталось ни у кого сомнений, что этот урод является Пожирателем смерти — произнеся это Гарри закатил левый рукав рубашки мужчины, явив своим спутникам черную татуировку — череп, из рта которого вылезала змея. Затем два мракоборца подняли пленника, после чего директор Хогвартса создал при помощи заклинания кресло, в которое моментально усадили Петтигрю. Как только пленник был закован в кандалы, начался допрос. Вытащив из своей мантии флакон с сывороткой правды, чернокожий аврор влил несколько капель зелья в рот Питера. Как только взгляд толстоватого мужчины стал стеклянным, Амелия начала допрашивать его. — Ваше имя — Питер Альфред Петтигрю — Дата рождения — 15 апреля 1960 года — Вы являетесь Пожирателем смерти? — Да. — Когда вы начали служить Темному лорду? — С декабря 1980 года — Вы выдали местонахождение семьи Поттеров, Темному лорду? — Да Пока шел допрос пойманного Пожирателя, Гарри отошел чуть в сторону и стал рассматривать узоры на каменной стене, стараясь не смотреть в сторону Петтигрю. Где —то минут через пятнадцать допрос предателя завершился, его показания были записаны. — Думаю этого хватит, чтобы засадить этого выродка в Азкабан на пожизненное заключение — высказалась Тонкс. — Извините, что вмешиваюсь, но я считаю что это неправильно. Эта мразь виновна в гибели моей семьи, так что я хочу лично уничтожить его. Я, Гарри Джеймс Поттер объявляю кровную месть всем Пожирателям смерти, не важно находятся они на свободе или в тюрьме. Любой слуга Темного лорда будет мною убит — произнес гриффиндорец и его тот час охватило красноватое свечение. Магия приняла его клятву. — Гарри зачем ты это сделал? Не стоит уподобляться Пожирателям — покачав головой сказал директор Хогвартса. — В отличие от этих выродков я не буду убивать невинных, да и милосердие Пожиратели не заслужили — ответил Гарри. На некоторое время в комнате воцарилось молчание. — А теперь я выведу вас отсюда, после чего расправлюсь с этим выродком — произнес Поттер и повел Гринграссов, мракоборцев с Боунс и директором Хогвартса на выход. Как только они ушли в кабинет директора, Гарри вернулся обратно в Тайную комнату и вызвал снова Хешассс. Вернув в Питера в сознание, Поттер решительно посмотрел на него. — Ну, что же пора платить за все, Питер. — Гарри, прошу не надо -упав на колени взмолился толстячок. Тем временем из тени за ними наблюдала Хель. Ей было интересно посмотреть как поступит с предателем, Гарри. Посмотрев на василиска, Поттер недолго думая приказал змее, слегка сжать Петтигрю. Хоть объятия василиска и были довольно слабы, но тем не менее руки и ноги Пожирателя смерти были сломаны. Как только Хешассс отпустила его, Питер скуля попытался отползти в сторону от Поттера, но у него это не получалось. — Умоляю, пощади — снова обратился к гриффиндорцу, толстоватый пожиратель. — Tormentum mortis — черный луч некромантического пыточного проклятия попал в пожирателя и тот заверещал на всю Тайную комнату. И без того сломанные руки и ноги Петтигрю, выгибало в разные стороны, затем несколько черных энергетических лучей проникли прямо под кожу мужчины, направляясь к его магическому ядру и душе. Боль была настолько невыносимой, что невозможно описать. Гарри с каменным лицом смотрел на то, как предатель его семьи мучается и бьется в бесчисленных конвульсиях. Поттер был настолько увлечен процессом, что не заметил появления Вечной Госпожи. Хель подошла к гриффиндорцу и встав рядом с ним, стала смотреть на мучения Питера Петтигрю. Некоторое время она просто молчала. — Молодец, Гарри. Этот выродок заслужил свои муки, так же как и в прочем и остальные Пожиратели смерти — произнесла Хель. — Спасибо, но зачем вам все это? — Этот жалкий трус, Том Реддл,назвал свою организацию, утверждая что я не всесильна. Поэтому я хочу, чтобы ты истребил всех слуг Тома, вместе с ним отправив эти черные души в мое царство — Хельхейм. Я найду для них достойное наказание. А теперь прошу сядь на колени. — Зачем? — Я официально сделаю тебя моим жнецом. По достижении 25 лет ты перестанешь стареть и умереть не сможешь, обретя бессмертие. Садись. Как только Гарри сделал это, Хель положила свою руку ему на правое плечо и стала произносить длинное заклинание на языке смерти. Гриффиндорец успешно сдерживал боль, которая охватила его. Затем спустя несколько мгновений глаза Гарри засветились ярким черным светом, а он сам стал произносить на языке смерти следующее: Слава Хель, Королеве Хельхейма, Мудрейшей из духов, Хранящей Тайны, Хранящей надежды на завтрашний день, Стражнице Душ, Неумолимой богине застывшего мира. Половина лица твоего — Лик Красоты. Половина лица твоего — Смерти Лик. Слава кормящей мертвых За скудным своим столом, Где каждому — равная доля! Нет тебе дела До богатства и сана, До удачи и славы, Тебе все равно, все едино — Что крестьянин, что князь. Так учи нас тому, Что пред Смертью мы все равны И в чертогах твоих Не найдется места гордыне. О Госпожа, Ты отнимаешь всё, Но слово твое нерушимо. Так учи нас ценить утрату и смерть И поток, без следа уносящий былое, Ибо он же — великий источник Твоей благодати. Как только последние слова были сказаны, Гарри Поттер официально стал жнецом Смерти. На правом плече подростка отныне красовался знак самой Хель — горящий в синем пламени череп. Данную татуировку, подросток при желании мог скрыть от остальных, произнеся на языке смерти слово «Сокрытие». — Удачи тебе мой жнец — произнеся это Хель исчезла в черном дыме, оставив Поттера наедине со скулящим от невыносимой боли, Питером Петтигрю. Попытки просить пощаду, анимаг — крыса уже не предпринимал, поняв что это бесполезно. Он лишь с ужасом смотрел в глаза сына, преданного им лучшего друга. Юный жнец чувствовал исходящие от Петтигрю волны ужаса и это ему нравилось. Страх врага стал еще больше подпитывать жнеца Смерти. — Не волнуйся, Питер,в скором времени, на твоем месте окажутся и другие Пожиратели. Каждый из этих выродков сполна познает боль и страдания, на которых ты Питер и тебе подобные обрекали невинных магов и магглов, в том числе и детей. Затем к удивлению Питера, гриффиндорец убрал свою волшебную палочку в карман. Петтигрю хотел было уже вздохнуть с облегчением, но не тут -то было. -Cruciatus — произнес Гарри, применив данное заклинание без использования волшебной палочки и без того покалеченный Питер завершал от сильнейшей боли. Круциатус в исполнении Поттера вышел гораздо болезненным, чем у того же Темного лорда или троицы Лестрейнджей. Смотря на то как предатель извивается на каменном полу в бессознательном состоянии, Гарри слегка улыбнулся. Прошло полчаса и пытки плененного Пожирателя смерти уже наскучили жнецу смерти, тем более что Питер уже превратился фактически в овощ, ибо разум его был сломан множественными пыточными проклятиями. — Хешассс. — Да, хозззяин? — Обед подан- указав в сторону тела Питера Петтигрю, произнес Гарри. Василиск не стал медлить, подползя поближе змея разинула свою пасть и сожрала Пожирателя смерти. Как только это произошло, имя Питера в списке известных слуг Темного лорда, было перечеркнуто красной линией. Убрав все следы пыток, Гарри поспешил покинуть Тайную комнату. На следующий день в Ежедневном пророке вышла статья о том, что Сириуса Блэка признали невиновным. Дементоры тот час были убраны от стен школы. Так что дальнейшая часть года прошла без каких-либо происшествий. Лишь после экзаменов стало известно, что профессор ЗОТИ увольняется. Гарри решил выяснить в чем дело. — Профессор, но почему вы уволились? Ведь вы очень хорошо знаете свой предмет. — Спасибо за такую оценку, Гарри. Кое —кто проговорился о том, что я, а в прочем не важно -увильнув от неприятной темы, Люпин. Гриффиндорец был уверен, что за этим стоит Снейп. Однако Поттер предпочел держать свою догадку при себе. В дверь кто–то постучал.Это был профессор Дамблдор. Он ничуть не удивился, застав в кабинете Гарри. — Ваш экипаж у ворот, Римус. — Спасибо, директор. Люпин поднял старый чемодан и пустой бак из–под гриндилоу. — Что же, Гарри, прощай. Учить тебя было истинным удовольствием. Уверен, мы когда–нибудь еще встретимся. Директор, нет необходимости провожать меня до ворот, я сам справлюсь. — До свидания, Римус, — спокойно сказал Дамблдор. Люпин взял под мышку бак, и они с Дамблдором обменялись рукопожатием. Улыбнувшись Гарри на прощанье, Люпин быстрым шагом вышел из кабинета. После того как взрослые волшебники ушли, гриффиндорец также поспешил покинуть пустой кабинет Защиты от Темных Искусств. ********** В этот раз в Поттер- мэнор Гарри отправился не один. Дафна упросила своего отца, посетить родовое поместье Поттеров. Через пару дней после начала летних каникул к Гарри заявился его крестный отец. Все следы Азкабана улетучились с мужчины. Ведь после того как ему объявили амнистию, Блэк сразу же направился в госпиталь Святого Мунго на лечение.Вместе с Блэком прибыла и Амелия Боунс. К счастью Гарри не видел того скандала, что устроила женщина, Блэку как только тот отошел от долгого пребывания в Азкабане. Еще до того как попасть в магическую тюрьму, Сириус ухлестывал за Амелией. Лишь предлоги в речи Амелии, в адрес Блэка были цензурными. И если говорить кратко, то женщина охарактеризовала Сириуса следующим образом: «безответственный, эгоцентричный, самовлюбленный, болван на всем белом свете». Залепив Сириусу пощечину и еще пару минут наорав на Блэка, Амелия все же поцеловала его. На то, чтобы загладить свою вину перед ней, Сириусу потребовалось две недели после окончания своего излечения в больнице Святого Мунго. — Гарри, крестник — распахнув руки в стороны, подошел к подростку Сириус. Блэк и Поттер тот час же обнялись. — Спасибо, за то что смог вычислить и наказать эту крысу — закончив обнимать своего крестника произнес Сириус. Пока Гарри отвечал, мужчина бросил лукавый взор в сторону Дафны. — А это, что за красивая девушка, а, Гарри? — Позволь представить, Дафна Гринграсс — подведя её поближе, ответил Поттер. — Очень приятно мистер Блэк —присев в реверансе, сказала Дафна. Блэк явно что-то хотел сказать, но был остановлен Амелией. — Без твоих шуточек, псина — шутливым тоном произнесла женщина. Отчего все рассмеялись. Затем они прошли в столовую, чтобы там побеседовать. По ходу разговора, Сириус презентовал для Гарри билет на финал чемпионата мира по квиддичу, который должен был состояться в августе месяце в Англии. Затем,разговор зашел на другие темы. Гарри со своими гостями засиделись допоздна. Подросток предусмотрел и это. Для Сириуса и Амелии была выделена отдельная комната, также как и для Дафны. ********** Время шло неторопливо, Гарри занимался с нанятыми учителями, также как и Дафна. Подростки не забывали и о домашнем задании на лето. В перерывах между учебой, Поттер и Гринграсс гуляли вместе по роскошному саду растущему рядом с поместьем. Правда иногда они сталкивались там с Сириусом и Амелией, которые старались наверстать упущенное. И вот настал день когда нужно было отправляться на финальный матч чемпионата мира по квиддичу. Прибыв к стадиону при помощи порт-ключа, Гарри с Сириусом, а также с Гринграссами и Амелией и Сюзен Боунс направились в вип -ложу. Людей на стадионе было предостаточно.Протолкнуться было негде. Однако вскоре Гарри со своими сопровождающими добрались до нужной ложи. В следующие полчаса ложа постепенно наполнялась людьми. Через несколько минут появился английский министр магии. Фадж первым делом подошел к Гарри. Министр поприветствовал Поттера словно старого друга.Фадж, пожав ему руку в отеческой манере, поинтересовался, как у него дела, и представил его окружавшим министра волшебникам. — Гарри Поттер, вы понимаете, — громко втолко­вывал он болгарскому министру магии, который был одет в роскошную, черного бархата с золотом мантию и, похоже, прикидывался что не понимает по-английски. — Гар­ри Поттер, ну же, вы знаете, кто это.Мальчик, кото­рый одолел Сами-Знаете-Кого.Ну должны же вы знать, кто это. Закончив беседовать с иностранными министрами, Фадж обратился к Гарри и его сопровождающим: — Так я и знал, что этим кончится.Ну не силен я в языках. В таких случаях мне нужен Барти Крауч. Ага, вижу, его домашний эльф занял ему место.Тоже недурно, эти болгарские парни так и норовят выпросить все лучшие места, а вот и Люциус! Услышав имя Пожирателя смерти, Гарри вместе с Сириусом, Амелией и Ричардом Гринграссом скривились в отвращении. Анжелика Гринграсс со своими дочерьми и Сюзан Боунс, сидела в креслах и смотрела на квиддичное поле. Через пару мгновений министр стал беседовать с Люциусом Малфоем. Решив пока слегка отвлечься, Гарри подошел к краю ложи и стал смотреть вдаль. Гриффиндорец простоял несколько минут в одиночестве, пока к нему не подошла высокая и стройная блондинка. Это была мать его школьного врага, Нарцисса Малфой. Женщина несколько мгновений молчала, не решаясь пока заговорить. -Доброго вечера леди Малфой. — Доброго, мистер Поттер. Вы бы не могли уделить мне пару минут. — Да, конечно Оглядевшись по сторонам, Нарцисса установила вокруг них чары отвлечения внимания и приватности. — Мистер Поттер я прошу вас поговорить с Сириусом на счет моего брачного контракта. Я хочу развестись с Люциусом. — А в чем причина, миссис Малфой? — Я боюсь, что в скором времени Темный лорд вернется. А не могу больше жить в постоянном страхе. Да и к тому же, Люциус откровенный гей и дальше жить под одной крыше с ним я не могу. — Вот как. Пожалуй я удовлетворю вашу просьбу леди Малфой. — Спасибо мистер Поттер — отменив действие заклинаний, попрощалась с Гарри женщина. Вернувшись обратно внутрь ложи, подросток поспешил сесть на свое место. Тем временем Людо Бэгмен начал объявлять: — Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чем­пионата мира по квиддичу! Зрители разразились криками и аплодисментами. Разве­вались тысячи флагов, добавляя к шуму разноголосицу на­циональных гимнов. С гигантского табло напротив сгинуло последнее объявление и зажглись слова: БОЛГАРИЯ — НОЛЬ, ИРЛАНДИЯ — НОЛЬ. — А теперь без долгих предисловий позвольте пред­ставить вам… Талисманы болгарской сборной! Правая часть трибун — сплошь в красных флагах — одобряюще заревела. На поле выбежали вейлы. Они начали танцевать, а мужчины со всех трибун вскочили со своих мест и стали пускать слюни на прекрасных женщин. Однако долго это не продлилось и вскоре музыка завершилась, а вейлы покинули поле. Гарри же был одним из немногих кто не подвергся влиянию вейл, ну за исключением двух Малфоев, являющихся педиками, которым женщины априори были неинтересны. —А теперь, — загрохотал голос Людо Бэгмена, — в знак приветствия поднимем наши волшебные палоч­ки… Перед нами талисманы сборной Ирландии! В следующую секунду нечто похожее на громадную зелено-золотую комету влетело на стадион. Сделав круг, она распалась на две поменьше, каждая из которых со свистом понеслась к голевым шестам. Связывая два пы­лающих шара, над полем неожиданно аркой встала ра­дуга. Бесчисленные зрители дружно издали громогласное «о-о-о-ох» и «а-а-а-ах», глядя на этот фейерверк. Радуга угасла, светящиеся шары вновь соединились и слились, образовав на этот раз исполинский мерцающий трили­стник, который взмыл в небо, завис над стадионом, и из него хлынуло нечто наподобие золотого дождя. Величественный трилистник распался, лепреконы опустились на поле — на противоположную сторону от вейл — и, скрестив ноги, расселись, чтобы смотреть матч. — А теперь, леди и джентльмены, поприветствуем — болгарская национальная сборная по квиддичу! Пред­ставляю вам — Димитров! Фигура в красных одеждах, на метле, двигающаяся с такой быстротой, что казалась размытой, вылетела на поле из дальнего нижнего входа под сумасшедшие апло­дисменты болгарских болельщиков. — Иванова! Подлетел второй игрок в красной мантии. — Зогров! Левски! Волчанов! Волков! И-и-и-и-и-и — Крам! — А сейчас, прошу вас, встречаем ирландскую национальную сборную! — надсаживался Бэгмен. — Представ­ляю: Конолли! Райан! Трой! Маллет! Моран! Куигли! И-и-и-и-и — Линч! — А также из самого Египта — наш судья, почетный председатель Международной ассоциации квиддича, Хасан Мустафа! Маленький и тощий волшебник, совершенно лысый, но зато с усами, которым позавидовал бы даже дядя Вернон, одетый в мантию цвета чистого золота под стать ста­диону, вышел на поле. В одной руке он нес солидных раз­меров плетеную корзину, в другой — метлу, из-под усов торчал серебряный свисток. Пронзительно свистнув, Мустафа взлетел вслед за шарами. — На-а-а-ачинаем! — взвыл Бэгмен. — Это Маллет! Трой! Моран! Димитров! Снова Маллет! Трой! Левски! Моран! Такого квиддича Гарри еще не видел.Скорость игроков была невероятной — охот­ники перебрасывали друг другу квоффл так быстро, что Бэгмен едва успевал называть их имена. — Трой открывает счет! — взревел Бэгмен, и стадион задрожал от грома оваций и криков восторга. — Десять — ноль в пользу Ирландии! Гарри достаточно разбирался в квиддиче, чтобы оце­нить великолепие ирландских охотников. Они действо­вали как единое целое и, похоже, читали мысли друг дру­га, перестраиваясь в воздухе; розетка на груди Гарри не­прерывно выкрикивала их имена: «Трой — Маллет — Моран!». В течение десяти минут Ирландия забила еще дважды, упрочив свое лидерство до тридцати — ноль, чем вызвала шквал оглушительного рева и аплодисментов со стороны украшенных зеленым болельщиков. Игра пошла еще быстрее, но стала жестче. Волков и Волчанов, болгарские загонщики, лупили по бладжерам со всей свирепостью, целя в ирландских охотников, и старались помешать им применить их коронные при­емы; два раза болгары были отброшены, но вот наконец Иванова сумела прорвать оборону противника, обыгра­ла вратаря Райана и забила первый болгарский гол. — Димитров! Левски! Димитров! Иванова! Вот это да! — кричал Бэгмен. Сто тысяч волшебников и колдуний затаили дыхание, когда двое ловцов — Крам и Линч — спикировали прямо через кучу охотников на такой скорости, что, казалось, они просто спрыгнули с самолета без парашютов. Дальнейший ход матча для Гарри прошел как одно мгновение и вскоре он увидел как Крам поймал снитч. Однако это не спасло болгар от поражения. На табло зажегся счет: БОЛГАРИЯ — СТО ШЕСТЬДЕ­СЯТ, ИРЛАНДИЯ — СТО СЕМЬДЕСЯТ. До зрителей не сра­зу дошла суть произошедшего. Но затем постепенно, буд­то неимоверной величины нарастающий поток, гул на трибунах ирландских болельщиков становился все гром­че, громче и взорвался громовым воплем ликования. —ИРЛАНДИЯ ПОБЕДИЛА! — надрывался Бэгмен, ко­торый, как и ирландцы, был захвачен врасплох неожи­данным окончанием матча. — КРАМ ЛОВИТ СНИТЧ, НО ПОБЕЖДАЕТ ИРЛАНДИЯ! Бог ты мой, кто мог такое ожи­дать! Покинув ложу Гарри со своим крестным, семействами Гринграсс и Боунс, поспешили уйти со стадиона. Добравшись до конца антиаппарационного барьера, они активировали личные порт- ключи и спустя несколько мгновений исчезли в синеватом свечении. Прибыв в Поттер — мэнор, Гарри рассказал Сириусу о просьбе леди Малфой. — Хм, видимо Цисси, действительно осточертело находиться рядом с этим голубоватым хорьком — произнес Сириус, почесывая свою бородку. На некоторое время воцарилось молчание. — Ну, так что Сириус, ты поможешь, леди Малфой. — Конечно, Гарри. Негоже моей нормальной кузине находиться в вертепе Пожирателей смерти — ответил Блэк, после чего рассмеялся. ********* Утром после завтрака, Гарри читал свежий выпуск Ежедневного пророка. На глаза подростку попалась статья следующего содержания: «КОШМАРНЫЕ СЦЕ­НЫ НА ЧЕМПИОНАТЕ МИРА ПО КВИДДИЧУ» Текст был дополнен­ мерцающей черно-белой фотографией Черной Метки, зависшей над вершинами деревьев. — Значит в скором времени следует ждать более широкой активизации Пожирателей смерти. Что же в таком случае их ждет только смерть — произнес Гарри, глаза которого на миг сверкнули черным. Жнец Смерти был готов встретить своих врагов.