Я заберу тебя домой

      — Дэн, смотри мне в глаза, окей? Дэн, зачем ты это сделал? — бормотал Джек, когда мы положили друга на диван в гостиной. Стефани уже была дома и положила мокрую тряпку на лоб парня. — Не думай, что он тебе ответит. Он пьяный в хлам, да еще и под героином, — произнесла блондинка, заходя в комнату с кружкой горячего чая. Дэн не ведет себя так, будто вколол себе наркотики. Скорее, как обычный пьяница, хотя оно и понятно. Я не знаю, сколько он выпил, но несло от него знатно. — Эй, парень. Ку-ку. — Я пощелкал пальцами перед его глазами. — Если надумаешь нам хоть что-то рассказать — милости просим. — Отойдя от дивана, я обратился уже к другим сожителям: — Я не знаю, как вы, но я заснуть сейчас точно не смогу. — Я тоже, — сказала девушка, проходя в сторону кухни. Я пошел следом, немного прихрамывая, и к сожалению, Стефани заметила это. — Боже, Фрэнк, что с твоей ногой? Почему ты хромаешь? — Да так, машина сбила. Ничего особенного, просто… — Машина? — блондинка меня перебила. — Твою мать, Айеро! А если перелом? Тебе надо в больницу! — Нет, не надо. Это ушиб, я знаю, как это — ломать кости. Это ушиб, — повторил я, вспоминая реакцию Джерарда на происшествие. Никогда не видел никого настолько перепуганного, как он в тот момент. — Нет, ты должен поехать. Серьезно, так будет лучше и спокойней для нас. — Я никуда не поеду. Во-первых, я смертельно устал, во-вторых, медики сообщат в полицию, в-третьих, у меня нет страховки. — Стоп, что?! Айеро, ты вообще поехал?! — Девушка выпучила на меня свои глаза. Это выглядело так комично, мне через силу пришлось сдерживать смех. Иначе сам пожалею об ее отсутствии. — Стеф, будь тише. У меня и так голова болит, — сказал Джек. Он был спокоен как никогда. Наверно, парни не так сильно переживают о таких вещах. — Как скажешь. — Злобный взгляд, который она кинула в его сторону, это то, ради чего я живу. — Но Фрэнк! А что, если с тобой случится что-то подобное сегодняшнему? Тебя ни одна больница не сможет принять, пока не заплатишь деньги. — Ничего со мной не случится. У меня была страховка, но сейчас денег нет. — Да и кому она вообще нужна? Нет, в жизни всякое бывает, но я не боюсь ни смерти, ни других вещей. Будет что будет. — А если случится? Ты должен оформить страховку! Завтра же пойдем, если что, я и Джек поможем материально. Да, Джек? — Рыжий захлебнулся напитком. Теперь уже он стоял с выпученными глазами. — Нет, это мои деньги. — Ну Джек, тебе плевать на то, что случится с Фрэнком? — Ее взгляд прямо кричал «соглашайся, твою мать». — Нет, не плевать. Но если я оформлю ему страховку, то деньги на нее понадобятся уже мне. — Парень поставил кружку на стол и вышел из комнаты. — Окей, ладно. А как насчет твоего друга? Как его там… Дже, дже… Джейк? — Джерард. — Внутри все перевернулось, когда я произнес это имя. — Да, точно. Он казался милым, да и в тебе заинтересован был. Может, он сможет помочь? — Как это, заинтересован во мне? Парень только что сбежал, а ей кажется, что он был заинтересован? — Нет, точно нет. Может, и казался милым, но беспокоить я его не буду. К тому же, ему абсолютно плевать на меня. — Я не заметила этого. Как по мне, очень даже не плевать. — Глаза Стефани загорелись, а губы расплылись в широкой улыбке. — Вот только свахой работать не надо, окей? Я сам со всем разберусь. — Девушка меня не услышала и только шире улыбнулась, начиная хлопать в ладоши, как маленький ребенок. — Тебе он нравится? А как давно вы знакомы? Вы уже спали? — Она начала меня закидывать вопросами, и на последнем моё терпение кончилось. — Стефани! Что я тебе только что сказал? Сказал не лезть в мою личную жизнь и не сводить ни с кем! — прокричал я, но блондинка улыбнулась еще шире. Куда еще шире? — Значит, нравится. Оно и неудивительно, такой джентльмен… — Боожеее… — Я прикрыл лицо руками, соседка рассмеялась. — Стеф, я же попросил. Нет ничего между нами и не будет, окей? Откуда ты вообще знаешь о моей ориентации? — Последнее меня особенно интересовало, потому что не помню, чтобы я говорил ребятам об этом. — Значит, я была права. Гей или би? — Что? — Ты гей, или тебе и девушки нравятся? — Твою ж мать, не надо было спрашивать у нее об этом. Теперь блондинка точно не отвяжется. — Би… — прошептал я достаточно громко, чтобы Стефани услышала, и потянулся к кружке с чаем, прикрывая ей свои немного покрасневшие щеки. Чувствую себя двенадцатилетней девочкой. — Ну да, можно было догадаться. Так что там с… ээээ, Дже…. Джерардом? Его же так зовут, да? — Да, так. И ничего с ним нет, отвянь. — Блондинка не удовлетворилась таким ответом, продолжая сверлить меня взглядом. — Боже, да что б тебя! Окей, окей. Да, он мне нравится, довольна? Но ничего не выйдет. — Я знала это! Стоп, а почему нет? — Теперь улыбка спала с милого личика подруги. — Слушай, это не твоё дело… — начал я, но был прерван. — Нет, моё. — Окей. Что тебе сказать?! Он не захотел меня больше видеть! — сказал я, не особо подумав перед этим. Вся злость и обида на парня вылилась в моем раздраженном тоне. — Прямо так и сказал? — Ей в руки не хватало только попкорна и колы. Она смотрит на меня так же, как и на свой любимый сериал. — Нет, но имел в виду это. — Так не пойдет, перескажи дословно! — Она встала и достала из холодильника банку газировки. Вы серьезно? — Он убежал, как только мы вышли из такси. На мой вопрос, увидимся ли мы, ответил: «я не знаю, пока» или что-то по типу этого. — На самом деле, моя реакция на его слова была очень и очень тупой. Они ничего не значили. Да и мне все еще надо за ним следить, чтобы он не наложил на себя руки. — Та ну, Айеро, ты идиот. — Да понял уже… все равно ничего не выйдет. Не мой тип. — Стефани разочарованно вздохнула. — Почему же? Вроде как твой. — Нет, не в этом смысле… у него слишком много тараканов, понимаешь? Я не могу о таком рассказывать тебе, прости. — Наступила тишина. Только капанье неисправного крана нарушало ее. — Но общаться я все равно с ним буду. Я обязан и переживаю за него, так что… — Посмотрим, Фрэнк. Посмотрим. Может, ты еще поменяешь свое мнение. — Она встала со стула, кидая банку с недопитой колой в нашу гору мусора. — Я устала и иду спать, ты как хочешь. Спокойной ночи. — С этими словами девушка вышла из комнаты, закрывая за собой дверь в свою спальню. И вот, я теперь опять наедине со своими мыслями. Стефани права, если бы те слова сказал любой другой человек — это бы ничего не значило. Но это Джерард, и я прекрасно знаю, что они значат. Это гораздо хуже простого отказа или нежелания видеть. Он не отталкивал меня, он просто не знает, увидимся ли мы опять. Только бы он не покончил с собой… я должен его завтра найти. Я должен убедиться, что с ним все хорошо. Что он жив и здоров. На остальное плевать. Не хочет общаться — окей, я не капризная девушка, чтобы истерики устраивать. Только убиваться не надо. В свою комнату я пошел самым последним, перед этим проверив, спит ли Дэн. Кажется, парень вырубился, как только мы вышли из зала. Пусть отдохнет: завтра у него будет тяжелый день. Знаю Джека и Стефани: они ему прохода не дадут, не отстанут, пока сами его в могилу не заведут своими расспросами. Мне тоже интересно, но я не хочу давить на паренька. На часах было около трех ночи. Я зашел в свою прокуренную обитель и без сил повалился на кровать. Единственное, что не давало мне покоя, — Джерард. Вдруг завтра уже будет поздно? И, черт, кажется, я так и не записал его телефон. То есть телефон его брата у меня есть, а номера самого Джерарда нет… у него вообще есть телефон? Я бы не удивился, узнав, что нет. Он похож на отшельника, который даже сотовый покупать не будет, лишь бы не контактировать с людьми. Почему он со мной так дружелюбен? Парень, который не общается ни с кем, вдруг сам инициировал встречу со мной. И если бы я был обычным пареньком… не думаю, что мой внешний вид внушает доверие. Наколки по всему телу еще никогда не располагали ко мне людей. Я чем-то был похож на Кару, только если у нее был пирсинг абсолютно везде, то моё тело полностью покрыто рисунками. Курить ночью в темной комнате — странная затея. После пары затяжек я уже не засну, буду всю ночь размышлять и философствовать, как пьяный. Только с помощью сигарет я могу успокоиться, а успокоиться мне ой как надо сейчас. Боль в груди, с которой меня оставил Джерард, не просто не проходит, а только увеличивается с каждой секундой. С каждой мыслью об этом человеке сердце начинает разрываться. Никогда ни за кого так еще не переживал, да и повода не было. Впервые в моей жизни встречается сумасшедший самоубийца, который может в любую секунду себя убить. Как бы я хотел, чтобы у меня был его телефон… стоп, но у меня же есть телефон Майки. Точно, Майки. Я вскочил с деревянной кровати, даже не обращая внимания на резкую боль в ноге, и подбежал к тумбе. Хватая телефон, я принялся искать номер Майкла, сразу находя его и облегченно выдыхая. У меня есть надежда. Быстро настрочил текстовое сообщение и, перечитав пару раз, отправил: «Привет, это Фрэнк. Ты попросил меня приглядывать за твоим братом. У меня возникли некоторые проблемы. Напиши, когда появится время» К моему удивлению, парень почти сразу прочитал сообщение, очень резко отреагировав на эту новость. Даже по переписке можно было заметить его злость и негодование, в первую очередь на Джерарда. Ко мне у Майкла не было никаких претензий, только просьба найти его брата как можно скорее. Я еле уговорил его подождать до утра — надеюсь, что не пожалею об этом. Номер, кстати, так и не получил. Майки сослался на нежелание Джерарда социализироваться, и парень просто не будет с ним говорить, если тот даст мне его номер. В чем-то он прав, но я мог соврать и сказать, что выпросил телефон у директора или у одного из профессоров. Я решил перепроверить личный сайт Джи. Как я и думал, единственным способом связи была электронная рабочая почта. Немного подумав, я решился написать туда, на всякий случай. Не знаю, что это даст, но попытка не пытка, да? «Привет, Джерард. Это Фрэнк. Я нашел тебя по инициалам, оставленным в правом углу рисунка. Просто хотел спросить, все ли в порядке. Ты так резко попрощался, и я бы все-таки хотел с тобой еще встретиться. Не делай глупостей, подумай о брате. Напиши мне, хорошо?» Я перечитал письмо раз десять, перед тем как нажать Enter и отправить сообщение. «Отправлено в 4:35 AM» — прекрасно, до будильника осталось меньше трех часов. Может, просто пропустить? Тогда у меня будет меньше шансов найти Джерарда, предотвратить его смерть, или что он там собирается делать. Если у меня это получится, то стоит приступать к делу и выяснять, почему он хочет умереть. Я хочу помочь ему, избавить от суицидальных мыслей, спасти его. Это все похоже на игру в супергероя. Если бы это была просто игра — я бы был счастлив. Не знаю, получится ли у меня что-то, может, и нет. Тогда мир потеряет прекрасного, талантливого и доброго человека. Немного антисоциального, но милого и отзывчивого, понимающего. Я будто знаю его всю свою жизнь, на деле же общаясь всего пару дней. Ведь это можно исправить, да? Мы можем общаться намного больше. Те три часа, отведенные на сон, были потрачены на бессмысленные размышления о жизни и смерти. О Боге и поступках людей. Кому как ни выпускнику католической школы знать такие вещи. Правда, без разницы, в какой школе я учился: меня туда отправили в основном для того, чтобы сохранить деньги и не переплачивать за обучение. Зато те деньги пошли на колледж. В любом случае, религиозным человеком такая школа меня не сделала, хотя много чего из Библии я все-таки запомнил. Моя копилка знаний — важная вещь. Мне так говорили, на деле Библейские заповеди и куча другой информации мне еще ни разу не пригодились в жизни. Только в конце я заснул. Буквально минут на пятнадцать, не более, проснувшись в холодном поту через мгновение после того, как сомкнул глаза. Передо мной сидел незнакомый мне человек. Он был старше меня лет на десять, если не больше, и очень сильно мне кого-то напоминал. Лицо было прикрыто длинными спутавшимися волосами — разглядеть мужчину было просто невозможно. Трехдневная щетина и больничная одежда, какую дают в реанимационной. Он сидел, смотрел в пол, немного покачиваясь из стороны в сторону. Его руки были в перчатках, таких же, как и у меня — со скелетами. Это выглядело как минимум странно, потому что мужчина был не в том возрасте, чтобы носить такие вещи. Я попытался подняться с кровати, но моё движение что-то сковывало. Что-то холодное давило на мои запястья, и я обернулся, чтобы увидеть наручники, приковывавшие меня к спинке железной кровати. Старой больничной койки. Сердце начало биться с невероятной скоростью, когда до меня стало доходить происходящее. Внезапно человек напротив засмеялся. Он перестал раскачиваться из стороны в сторону и поднял свои глаза на меня. Я все еще не мог разглядеть лицо за копной спутавшихся волос, но я точно знаю, что незнакомец смотрел на меня. Через пару минут мужчина поднялся, подходя ближе и садясь на край кровати. Он прислонил палец к своим губам, прошептав тихое «тшшш», и широко улыбнулся. — Не пытайся, ничего у тебя не получится, — прошептал он так тихо, что разобрать его голос было невозможно. Это был безликий шепот. Но что-то подсказывало мне, что я его уже слышал. Что я знаю человека напротив. — Кто ты? — прошептал я в ответ. Незнакомец лишь улыбнулся. — Тшшш, тихо. Ничего не спрашивай, просто поверь мне, хорошо? — сказал он уже громче. Голос оказался каким-то размытым — его невозможно разобрать, будто это и не голос вовсе. Безликий образ. — Я знаю тебя? — Незнакомец ухмыльнулся и положительно покачал головой. Он не казался злым, но заставлял насторожиться. — Ты будешь пытаться, я знаю, — начал он, — но будь готов, что это не поможет. Просто смирись. — мужчина опять шептал. — О чем ты? — Ты знаешь, о чем я, Фрэнки. Ты будешь пытаться спасти его, я знаю, но мы оба знаем, какой исход у этой истории, так ведь? — Он потянулся к моим рукам, скованным холодной сталью, освобождая их. — Да что ты вообще можешь знать? — прокричал я, понимая, в какую сторону клонит незнакомец. Я не хочу верить в то, что он прав. — Ты не сможешь спасти его, — повторил он. Комната начала темнеть, и я не видел уже даже волос незнакомца — только силуэт. — Попытаешься, но не сможешь. Нет, — его голос дрогнул, но все еще оставался каким-то нереальным, нечеловеческим. — Нельзя спасти того, кто сам этого не желает, понимаешь? — Теперь я слышал, как он плачет. Мужчина действительно плакал, растворяясь в темноте. Перчатки на его руках — единственное, что я мог видеть из всей темноты, что нас окружала. — Но я же могу хотя бы попытаться? — прошептал я больше для себя, чем для незнакомца. Но он услышал. — И ты будешь пытаться. Пожалуйста, попробуй спасти его… — Незнакомец убрал руки с кровати, и теперь я уже не мог видеть ничего. Только свои собственные, без перчаток, но не мужчины напротив, который продолжал плакать. — У тебя не получится, — произнес он, резко перестав заливаться слезами. Теперь его голос был холодным, как наручники, приковавшие меня к кровати. — Ты не спасешь его, если он не захочет быть спасенным! — прокричал мужчина, резко приблизившись ко мне. Не успев разглядеть лицо, я резко вскочил с кровати в своей комнате. Я сидел на полу и тяжело дышал. Это ведь просто сон, так ведь? Незнакомец во сне не может быть прав, это моя фантазия. Мои страхи, которые из-за жуткой усталости решили воплотиться в сон. И человека этого я тоже, скорее всего, видел. Может быть, в родном Джерси, может, здесь. Может, это сосед, которого я не смог вспомнить во сне? Мы же видим в своей голове только образы людей, которых уже встречали в реальной жизни, так ведь? Это сон, и мне стоит просто забыть его, как страшный кошмар. Ждать будильника мне долго не пришлось: он прозвонил буквально через две минуты. Я поднялся и дрожащими руками открыл почту. За два часа мне пришла куча спама, но от Джерарда — ни одной строчки. Не нравится мне все это, особенно после такого сна. Хотя, когда он мог успеть прочитать, да еще и ответить? Наверно, сразу лег спать, как только приехал домой. Надеюсь, что он лег спать и ничего плохого не случилось. Это странно — переживать за едва знакомого человека, но я это не контролирую. Была бы моя воля — меня бы даже здесь не было. Все-таки поступить в этот колледж больше мечта моей матери. Кто знает, вдруг ее мечта поможет мне исполнить свою? За месяц в Нью-Йорке многое изменилось. Я встретил музыкантов (точнее, встречу), познакомился с троицей друзей, проживающих со мной. Эти ребята действительно заслуживают большего, чем ютиться в маленькой старой квартирке. Может, иногда они бывают раздражительными, ворчат или спорят, но Джек, Дэн и Стефани как одна семья. И конечно, я встретил Джерарда. Странного художника с бледной кожей и смоляными волосами, любовью к прекрасному и непреодолимому желанию смерти. Я не могу это так просто оставить. Собрать все эти вещи вместе, и может, колледж — это не так уж и плохо? Наверно, еще через пару месяцев я буду благодарить своих родителей за такую возможность, или наоборот — проклинать. Надеюсь, первое, потому что для проклятий нужны свои причины. — Доброе утро, — пробормотал я, проходя на кухню, где уже сидели Стефани с Джеком. Ребята выглядели измученно после нашей «веселой ночки». Блондинка что-то готовила, а парень сидел и молча потягивал кофе из своей кружки. — Дэн еще спит? — поинтересовался я, открывая кухонный шкафчик и доставая чай. — Да, — ответила девушка, убавляя огонь на плите. — Завтракать будешь? Яичницы на троих хватит, — предложила она, выдавливая из себя фальшивую улыбку. — Нет, я в колледже что-нибудь куплю. — А, окей. — Стефани замолчала, пока выкладывала еду на тарелки. — Мы с Джеком останемся и проследим за Дэном, наверное. Ничего же не случится, если мы пропустим денек? Рыжий улыбнулся соседке и отрицательно покачал головой. Они учились вместе, поэтому если пропускали что-то — то только вместе. Не могу сказать, что они были очень близкими друзьями, но проучившись два года, последний год еще и живя под одной крышей, они просто привыкли друг к другу. — Думаю, Дэну будет несладко сегодня, — подшутил я, пытаясь немного разбавить атмосферу. Как ни странно — ребята улыбнулись. — Не убейте его своими расспросами и вниманием, окей? Не для этого вчера полночи искали. Улыбка друзей стала еще шире, хоть и не смогла скрыть грусть в их глазах. Понятное дело, это тяжело. Знать, что твой друг может погибнуть по своей же глупости, даже без особой на то причины. У Дэна и Джерарда есть одно единственное сходство — они оба убивают себя, глупо и бессмысленно убивают. Только если Дэн делает это неосознанно, просто скрываясь от проблем в чувстве эйфории, вызванном наркотиками, то Джерард… он просто самоубийца. Я выпил свой чай, молча наблюдая за такими же тихими соседями. Это необычно — видеть, как Джек или Стефани молчат. Я даже не знал, что они на это способны. Я привык видеть Дэна молчаливым и замкнутым, он мог не говорить часами, просто наблюдая за людьми на улице. Но когда разговорчивые люди замолкают… когда они становятся тихими мышками, зарываются в мыслях и уходят в себя — это пугает. Такие люди никогда не сделают это без серьезной причины. Попрощавшись с ребятами, я выбежал из дома, впервые не опаздывая. Сонный, уставший, я бежал вниз по ступенькам, стараясь не обращать внимания на боль в ноге — лифт ехал слишком долго. Сказать, что я был нервным и на взводе — ничего не сказать. Мысли перемешались в кучу, теперь разобраться с самим собой стало еще тяжелее. Я переживал за Дэна, но еще больше я переживал за Джерарда. Я думал о нем всю ночь в надежде, что он ответит на моё письмо хотя бы что-то. Даже если бы он меня просто послал — окей. Тогда я мог бы спать спокойно, зная, что с парнем все хорошо и он жив. Что не висит в петле. В данную секунду я бы просто хотел думать, что он меня не хочет видеть. Только так я могу успокоить себя и не надумывать разные страшные сценарии, где он повесился или спрыгнул с крыши. Просто я ему не интересен, и у него нет желания со мной общаться. А я просто должен проглотить это, заняться учебой и проблемами друзей. Подготовиться к четвергу. Может, пригласить Стефани и Джека на этот «джем»? Сначала я подумал, что можно было бы пригласить Джерарда, но теперь понимаю, что это ему нахер не сдалось.

***

Погода на улице испортилась до невозможности. Я сидел на лекции, посвященной важности литературы в современном мире. В этот момент я думал только о том, какой черт меня потянул именно на этот факультет. Да, родители хотели и тому подобное, но они ведь не изверги. Впервые за время после моего поступления я понимал, что мог с легкостью отказаться. Я бы расстроил семью, да, но они бы поняли меня. В конце концов, это моя жизнь. Возможно, я сделал это, потому что у самого не было идей насчет будущего? Потому что да — у меня нет идей, до сих пор. Разве что стать музыкантом… профессионально. Я хорошо играю, иногда пишу что-то свое, почему бы мне просто не отталкиваться от этого? Не создать свою группу, колесить по США на старом фургоне и выступать в разных клубах. Потом, может, остановиться где-то и продолжать жить там. Это, казалось, намного лучше, чем моё будущее после колледжа. Серое и унылое, я могу обменять его на занятие любимым делом. Как видите, лекция оказалась очень интересной. Джерарда не было в колледже. Я приехал задолго до начала пар, всмотрелся в каждого студента, входящего в главные двери. Брюнета среди них не было. Стараясь не паниковать, я оббежал все здание во время обеда вместо того чтобы поесть — в рот ничего не лезло, ни кусочка. Проходя четвертый раз около кабинета директора, я был уверен, что Джи не было в колледже. Его просто не было, он ведь мог прогуливать, да? Нет. Но казалось, всем было плевать на его отсутствие. Я еле нашел человека, который, по слухам и, если даже просто размышлять логически, был с Джерардом в одной группе. Понятное дело, что виделись они крайне редко: разные интересы, разные лекции и т.д., но были же и обязательные предметы? Что бы он там не изучал. Поймав паренька на выходе из аудитории, я окинул его быстрым взглядом. Черные волосы, худощавый и немного бледный, но он совершенно не был похож на Джи. Во-первых, парень был младше моего знакомого. Иногда это тяжело заметить, особенно когда разница всего один или два года. В этом случае я мог с уверенностью сказать, что он был младше. Также Джерард не был слишком худым, скорее подтянутым и в хорошей физической форме, этот же был действительно худым. Не болезненно, на его костях были некоторые мышцы, но намного худее моего знакомого. У него тоже были довольно длинные волосы, только были они аккуратно уложены и подстрижены под линеечку. Волосы Джи чаще всего напоминали гнездо, пусть это ему и шло. Кожа парня не была такой бледной, на ней даже был легкий румянец. Женственное лицо, но опять же, кардинально отличающееся от лица Джерарда. Оно было худое, и ярко выраженные скулы только подчеркивали его худобу. Парень выходил из кабинета один — это мой шанс. — Привет, Брайан. — Я знал имя студента и по его описанию сразу вычислил его. Если кто и общался с Джи до моего приезда, то это был он. Такой похожий, и в свою очередь кардинально отличающийся от брюнета. — Я тебя знаю? — спросил он, испуганно хлопая ресницами. — Нет, но сейчас узнаешь. Я Фрэнк. — Я протянул ему руку в ожидании рукопожатия. Окей, кажется, надо было начинать по-другому, но нервы не выдерживали, и я просто не сдержался. Испугал бедолагу. — Откуда ты знаешь моё имя, Фрэнк? — собеседник пожал мою ладонь, успокаиваясь. — Я тебя по всему зданию искал. Ты знаешь Джерарда, да? Парень приподнял бровь в удивлении. — Да, он учится со мной в одной группе. А что? — легкая нотка паники послышалась в голосе студента. Он за него переживал? Они были близки? О Господи, Айеро, успокойся. Не надо ревновать совершенно чужого парня ко всему что движется. — Он в колледже? Брайан застыл, скорее всего, вспоминая, видел ли он Джи сегодня или нет. Я знаю ответ на этот вопрос, просто хотел убедиться… — Нет. Я его не видел по крайней мере. С ним все в порядке? Я слышал, он опять пытался покончить с собой… — Как только студент закончил говорить, меня просто бросило в дрожь от ревности. Парень переживал за Джерарда, значит, они точно близки… я так и знал. Слишком этот Брайан женственен, чтобы быть натуралом. Да, я слишком привязался за эти дни, но что могу я сделать? Мои чувства не под моим контролем. И понимание этого не уменьшило мою злость, даже наоборот. — Да, было дело, — холодно ответил я. — Ты ему кем приходишься? — мой голос был раздраженным и даже немного зловещим. Паренек насупился. Он был выше меня, но сейчас напоминал испуганного ребенка. Думаю, это мои татуировки наводили легкий страх на людей… — Никем… парень, если у тебя какие-то проблемы, я мо- — Никаких проблем, — я резко перебил Брайана. — Мне сказали, что с тобой он общался больше всего. Кто ты ему? — Друг? Я не знаю, кто я ему. Мы общаемся раз в полгода. — Брюнет замолчал, наблюдая за мной, но я продолжал смотреть в глаза собеседника, пытаясь разглядеть в них ложь. В какой-то момент парень вдруг улыбнулся и начал смеяться, уже не обращая внимания на мой злобный взгляд. — Я, кажется, понял. Ты что, умудрился влюбиться в Джерарда? Ты серьезно, чувак? Боже… — Я не- — Ты да! Не отрицай это. Или ты просто так меня чуть не убил только что? Серьезно, я думал, что ты во мне дырку прожжешь своим взглядом. — Брайан начал кашлять, все еще продолжая смеяться и заставляя меня краснеть. Я ведь реально был похож на влюбленного, ревнивого парня в тот момент. Какой же я идиот. — Я не влюблен в него. Я не- — Ты не гей? Это хотел сказать? Брось, все мы через это проходили. Отрицание, понимание, принятие. Успокойся. — Я вообще не это хотел сказать… — признался я, чувствуя, что мои щеки уже цвета помидора. — Просто я волнуюсь за своего друга, понимаешь? И стоп, ты сказал, что вы все через это проходили? — Ну, может, если бы ты общался с людьми больше, то узнал бы, что я бисексуален. Так что да, мы все через это прошли, — сказал он, заправляя одну прядь волос за ухо. — Не строй из себя знаменитость, — прошипел я. С каждой секундой этот паренек нравился мне все меньше и меньше. — Я и не строю, просто общительный. Не будь такой занудой. — Он посмотрел на свои наручные часы. — Это все? Ты просто хотел узнать, что нас связывает? Тогда твой путь свободен — у него нет никого, я почти уверен. Никто не задерживается в его жизни больше, чем на одну ночь. — От этой фразы моё сердце болезненно сжалось. В принципе, я и не строил никаких надежд… — Ясно. Знаешь, где он? — Нет, но удачи. — Брайан положил руку мне на плечо, заглядывая в глаза. — Если понадобится что-то тяжеленькое, чтобы забыться от этого кошмара — найди меня. Мало ли, что Джерард учудит, — ухмыльнулся он и пошел к лестнице. До меня дошло, почему он был таким худым. Он принимает наркотики. И продает их, судя по всему, тоже… что общего у него с Джи? А если он тоже…? Нет, я не хочу даже думать об этом. — Ты Джерарда ищешь? — грубый голос вырвал меня из мыслей, и я быстро обернулся. Передо мной был незнакомец, скорее всего, с того же курса, что и Джи. По возрасту по крайней мере подходит. Я кивнул. — Этот шизик уже давно себе вены перерезал, я тебе говорю. И хорошо, нам тут ебанутые не нужны. — Из аудитории выходит второй парень, очень высокий и с мерзкой ухмылкой. — Он не сумасшедший, — шиплю я сквозь сжатые зубы. Главное — держать себя в руках. Не могу же я врезать ему в челюсть посреди колледжа? — Сколько ты с ним общался? Один день? Мальчик, ты еще даже не представляешь, с кем связался, — проговаривает первый. В отличие от своего друга, парень абсолютно серьезен. — Как хорошо, что он уже сдох, да? Я думаю, что в этот раз его никто не спасет. — Второй высокий парень перестает улыбаться и хлопает меня по плечу. — Мне жаль, чувак. Если то, что сказал Брайан, правда, то мои соболезнования, — говорит он и уходит со своим другом в сторону лестницы. Туда, куда ушел Брайан пару минут назад. Все обрывается. Боль и паника — все, что я могу чувствовать. Ноги подкашиваются, но я нахожу в себе силы спуститься на первый этаж и выбежать на улицу. А что дальше? Не может же быть незнакомец из моего сна прав, правда? Пожалуйста, нет. Джерард, Боже, зачем? Где он? Почему? Я не успею его спасти… нет, я должен. Я не могу так просто сдаться. Нет, пожалуйста, нет. Почему так всегда происходит? Почему всегда, когда я привязываюсь к людям, они начинают творить неведомую херню? И измена, обман, да что угодно — просто ничто по сравнению с Джерардом. Боже, Джерард, Джи… Мои мысли спутались, я не могу даже нормально думать. Первая толковая, которая пришла мне в голову — это позвонить Майки. Майкл, да. Он же должен знать, где живет его брат, так ведь? Абонент недоступен. Сука, что б его! Абонент недоступен. Опять. Тварь, я убью его сам, если он не ответит хотя бы на сообщение. Пишу смс с просьбой перекинуть мне точный адрес Джерарда. Я не могу стоять на ногах спокойно, поэтому иду куда глаза глядят. Нью-Йорк — огромный город, я не смогу сам найти его квартиру. Пожалуйста, только не говорите, что уже поздно. Почему я не задержал его вчера? Не настоял на том, чтобы он остался? Почему я такой идиот? Я чувствовал только жуткую панику и страх, идя по городу. Набрал Майки в третий раз, и он все-таки поднял трубку. — Майкл? Это ты? — голос казался чужим. От страха пересохло горло, и даже разговаривать было больно. Вчерашний ожог тоже сказался, но мне было абсолютно плевать на все. Единственной мыслью в голове был Джерард. — Нет, это не я. Блять, ну конечно это я, ты же на мой номер звонишь! Что?! — Он казался раздраженным, скорее всего я его отвлекал от чего-то важного. Но что может быть важнее жизни собственного брата? — Адрес, скажи мне адрес, — в панике бормочу я. — Что такое, какой адрес? — Кажется, теперь и парень на другом конце провода начинает переживать. Его голос становится мягче и требовательнее. — Что случилось, Фрэнк? — Скажи мне адрес Джерарда. Быстро, — произношу я на одном дыхании. Голова раскалывается, а с неба начинает капать. Давайте еще, как в фильмах, грозу с молниями. — Зачем? Я не понимаю, Фрэнк, в чем дело? — Теперь Майки перепуган не меньше чем я, и это бы давило мне на совесть, если бы я не был таким шокированным. На секунду задумываюсь, решая — стоит ли говорить? Я не хочу беспокоить его до того, как что-то выяснится. Мне просто надо найти Джерарда. Срочно. — Просто пришли мне его. Я потом объясню, — бормочу я, но ответа не следует. Парень молчит. Как жаль, что он не понимает всей серьезности ситуации… — Майкл, скажи, блять, чертов адрес! Просто скажи! Это очень важно! — кричу в трубку, и на этот раз мои слова не остаются без внимания. — Я пришлю тебе адрес. Окей. Поспеши, — говорит он отстраненно и бросает трубку. Я пару секунд пялюсь на телефон, пока мне не приходит его сообщение. Блять, я забыл куртку в колледже, а в ней был проездной на метро и все деньги. К сожалению, уже поздно возвращаться: слишком далеко отбежал от здания, поэтому придется идти пешком. Даже не идти, а чуть ли не бежать. Дождь усиливался с каждой минутой, я уже промок до ниточки. К моему счастью, Джи живет на Манхэттене, но к моему несчастью — достаточно далеко. Я старался не думать о самом плохом варианте развития событий, а именно — смерти Джи. Не знаю, можно ли верить тем двум парням, понятное дело, что поступил глупо, сразу выбежав из здания, да еще и перепугав Майки. Но в ту секунду я не мог думать ни о чем другом, кроме того, что возможно было уже поздно. Поздно даже попытаться спасти Джерарда, потому что, возможно, его бездыханное тело лежит на полу все в крови. Может, он уже давно не дышит, его труп холодный, как лед, он выполнил свою мечту… с шестой попытки. Я не хочу думать об этом, но мысли раз за разом возвращаются. Вода в обуви неприятно хлюпала. Начался жуткий ливень, хотя в прогнозе не было ни слова о плохой погоде. Все будто играло против меня. В голове стоял образ незнакомого мне человека, кричащего в лицо: «Ты не спасешь его, если он не захочет быть спасенным!» Он, кем бы он ни был, прав. Но как добиться желания жить и быть спасенным у того, у кого его уже нет более четырех лет. Такой эгоистичный человек, не может подумать о брате, как о том, ради кого стоит жить. Неужели ему не стыдно? Уэй — подонок, пожалел бы Майки. И меня заодно. Я уже промок до ниточки, когда наконец-то дошел до здания, в котором, по словам Майки, должен жить Джерард. Меня трясло от переживаний и холода, не знаю даже, от чего больше. Наверно, от всего сразу. Дверь в здание оказалась открытой: я без проблем зашел внутрь огромной элитной многоэтажки. Джи — богатый человек, что же ему не хватает для счастья? Почему он по-прежнему не хочет жить? Ступеньки казались адской пыткой для моих ватных мог, пока я поднимался по крутой лестнице: лифт был сломан и не работал. Мои руки дрожали, сердце билось очень быстро, такое чувство, что еще чуть-чуть — и оно пробьет грудную клетку и вывалится наружу. Я поморщился, представив на секунду такую картину в голове. Это была бы самая дурацкая смерть. Когда я добрался до восемнадцатого этажа, мои ноги были готовы просто оторваться и остаться на лестничной клетке лежать, ожидать лучших времен. Если Джерард жив — я его убью. С моих мокрых волос ручьем стекала вода, будто я только что вышел из душа. Одежда была насквозь промокшей, как и я сам, а тело бросало в дрожь то ли от лихорадки, то ли от страха, что за дверью в квартире художника я найду лишь бездыханный труп. Меня морозило, мне было так холодно, как никогда прежде. Выбежать в мороз на улицу без одежды — и то теплее было бы. Я чуть ли не бился в конвульсиях, подходя к двери под номером двадцать два. Я постучал. Тишина. Я постучал опять. Снова тишина. Теперь я просто бил ногами и руками в дверь, пока не услышал с другой стороны шаги и не взглянул на стену. Можно было просто позвонить в дверной звонок. Я дурак. — Кто там? — послышался удивленный знакомый голос. Слава Богу, он жив. Не успел я ничего ответить, потому что сразу после своих слов брюнет открыл дверь и с шоком уставился на меня. Мокрого, измученного парня на пороге его квартиры в шесть вечера. — Сюрприз… — пробормотал я, чуть ли не падая в руки друга. — Фрэнки! — прокричал он. Парень казался очень испуганным; он не растерялся и затащил меня в квартиру, сразу крепко обнимая. — Боже, что ты здесь делаешь? Ты весь мокрый, Господи. Что случилось, Фрэнки? — бормотал он, поглаживая меня по спине. Такой теплый и живой… я идиот. Поверил словам незнакомых мне людей, основываясь на одной фразе, слухам и дурацком кошмаре. Я поверил сну, буквально на пару минут, но я поверил в свои же страхи! — Прости… — прошептал я, чувствуя, как силы потихоньку меня покидают. Я слишком переохладился за это время и теперь, скорее всего, заболею. По своей же глупости. — За что, Фрэнки? Как ты узнал, где я живу? — Брюнет посадил меня на диван в гостиной, прикладывая свою руку к моему лбу. — Боже, да ты горишь! Почему ты вообще выбрался на улицу в такую погоду? — Искал тебя, — признался я. Джерард молча покачал головой, поглаживая мои волосы. — Тебе надо принять душ и поспать. Я пойду заварю чай, чтобы ты мог согреться, а потом дам тебе чистую одежду. Не хочу, чтобы ты серьезно заболел. — сказал он, удаляясь из комнаты. Я не смог долго ждать его, сразу проваливаясь в сон. На этот раз без кошмаров, спокойный и приятный.