Жопаданец

      Всё горело. Горело с такой силой, что об это всё-таки узнала вся общественность. Пожар такой масштабности не смогли спрятать от всего мира. Хотя бы от той части, что не принадлежит к теневому миру. “Светлому” – так сказать. К проблемам с потерей всех исследований, что были в лаборатории, пропали “образцы”, без которых всё было несколько… бесполезно. К чёрту! Всё как раз и не имело смысл без записей и “образцами”!       Всё начинать заново.       Снова!       Это был слишком тяжкий труд. Снова искать “образцы”, снова готовить их, снова следить за ними.       Снова!       А ведь не каждый мог подойти! Сколько времени ушло на эту теорию, её подтверждение и начала экспериментов? Более двадцати лет. Сколько они выясняли необходимые условия для того чтобы стать “образцом”? Более семи лет. Сколько “образцов” пришлось перевести ради этого? Сотни. Сколько они искали нужные “образцы”? Непозволительно много. Сколько они добывали нужных “образцов”? Лучше просто сказать, что море. Сколько было добыто “образцов”? Не окупало все затраты. Сколько они перевели “образцов”? Миллионы, благо четвёртый год идёт война, так что такое бешеное снижение численности населения никого не удивляет. Сколько из них умирало после первой дозы? Чуть ли не 85%. Сколько из них умирало, подойдя к цели, но, так и не дойдя? 3%. Сколько им придётся навёрстывать упущенное? Лучше забыть об этой идее, меньше нервов, здоровья и времени будет потрачено. Более продуктивнее будет начать что-то новое.       Куда пропали сами “образцы” тоже было неизвестно. Всё-таки зря Салеван давал им книги, в итоге это сыграло очень плохую роль. “Образцы” и так были слишком умными и сообразительными для своего возраста, так ещё им книги не по возрасту давали. Словно их хотели чему-то научить, а этого не надо. Им это не нужно. Это может сыграть злую шутку со всеми ними. Не такое отношение должно быть к “образцам”. Они лишь материал для чего-то большего, так что всё равно, что они испытывают, ведь они жертвы на алтаре науки. А он воспитывал их как детей. Возможно, он подсознательно любил их и пытался хоть как-то это показать. По-своему, грубо, неумело, но хоть как-то.       Как бы это ни было смешно, а это так, но это действительно были его дети, которых он собственноручно понёс на алтарь знаний. Правда, не донёс. Убили, без жалости и сожалений, точно также как и он ставил на них опыты, или, если быть точнее только на одном из них, на ней. От разных матерей, но ближе чем кровные от одной матери. Как об это говорят? Духовное родство? Глупо. Этот мир создал себя сам. Природа, вот кому на самом деле стоит поклоняться. Она создала в с ё.       Но сейчас не об этом. На данный момент более интересно было нахождение этих “образцов”.       Девочка 8 лет с фиолетовыми волосами и глазами.       Мальчик 5 лет с зелёными волосами и глазами.       Брат и сестра по крови и духу.       Беглецы.       Читая отчёты Салевана и агентов, что подослал профессор Ардалион*, было многое понятно. Особенно то как Леопольд относился к “образцам”. Всё-таки его идея была глупой, что впоследствии была полностью оправдана.       После множества попыток узнать, какие же “образцы” подходят, стало известно, что гены Салевана Леопольда Киры практически подходящие. Лишь наполовину. Тогда он загорелся идеей создать идеального “образца”. Для этого ему нужна была женщина, которая хотя бы на 10% подходила эксперименту и заставить её забеременеть.       О! С каким энтузиазмом он подошёл к этому вопросу. Он лично искал женщину, в итоге выкрал двадцати семилетнюю женщину (хотя самому только недавно исполнилось 17), сделал с ней “образец”, но не факт что он мог подойти. Но всё-таки подошёл.       Это был мальчик, у него были волосы матери и глаза отца. Он редко плакал и часто улыбался. Мать ребёнка он отправил обратно домой, а сам стал присматривать за ним. Даже имя ему дал.       Как и всем остальным.       Салеван Адам Айра Леопольд – так звали мальчика (SAIL**).       Леопольд в нём души не чаял. Всё это время он лично смотрел за ним. Менял пелёнки, готовил кушать, ходил на горшок. Что только он не делал, всё для ребёнка. Сколько ему говорили, что Адам просто “образец” и что с ним не надо так обращаться? Не надо привязываться. Много. И сам Салеван говорил, что прекрасно это понимает, и что не допустит такой ошибки. Но всё равно был слишком сильно поглощён своим счастьем. Что вылилось ему боком.       Мальчик погиб, так и не дожив до своего седьмого дня рождения одного дня. Задохнулся от собственной крови, словно туберкулёзник. Для Леопольда это было большим ударом. Смерть первого сына на всю жизнь опечаталась у него в памяти. Но это не остановило его.       После своей утраты он попробовал ещё раз, на этот раз была двадцатилетняя студентка художественного колледжа. Девочку звали Салеван Эдна Эбигейл Леопольд (SEAL***), она умерла спустя пять месяцев после рождения. Мать же от горя, что с ней произошло, изнасилование и смерть первого ребёнка, порезала себе вены. Её никто не хоронил.       Третьем ребёнком была снова девочка. Салеван Ханна Аделаида Лили Леопольд (SHALL****) полностью пошла в мать и внешностью и характером. Рыжая, зеленоглазая, дерзкая и гордая, настолько, что иногда (чаще всего) приходилось применять силу против неё. Она умерла в три года. Остановка сердца.       Четвёртым снова был мальчик. Салеван Гарри Эдгар Ланселот Леопольд (SHELL*****) был первым ребёнком суррогатного материнства. В этот случай всё произошло мирно. Девушке что согласилась на это, было всего девятнадцать и срочно требовались деньги. Большие деньги. Вроде бы она пыталась поступить в какой-то престижный колледж в Америке. Мальчик прожил до двух лет. Чем он был примечателен, так это тем, что обладал пламенем, из-за чего эксперименты продвигались быстрее. Намного быстрее. Он был урагаником, что и отразилось на его смерти. Он умер от того, что кровь начала неожиданно нагреваться до бешеных градусов. Естественно тут было замешано его пламя, все приборы показывали это. Пламя было слабым, но всё равно причиняло мальчишке немыслимую боль. Лучшее что мог сделать и сделал Леопольд, так это пристрелить ребёнка, чтобы не мучился.       После случая с пламенником Леопольд решил вместе со своим семенем добавлять сыворотку, что поможет определить наличие пламени у ребёнка. Цвет его волос и глаз окрашивался в цвет его пламени. Впоследствии у него оказалось лишь два пламенника. От всех этих смертей Леопольд стал более жестоким и безжалостным. Если раньше он с некой неохотой отдавал своих детей на стол, то теперь сам тащил их туда. Он больше не общался с ними, по крайней мере, больше необходимого. Но даже так, видимо он всё равно их любил.       Пятыми были близнецы мальчик и девочка. Салеван Калеб Юзен Ли Леопольд и Салеван Кейтлин Юна Лоурен Леопольд (SCULL******) оказались очень замкнутыми детьми, которые без друг друга никуда не ходили. Параллельно им он зачал ещё троих. Благо суррогатное материнство позволяло и не такие фокусы. Девочка Салеван Мэй Эйлин Лилиана Леопольд (SMELL*******) и два мальчика Салеван Айзек Лео Леопольд (SKILL********)и Салеван Магнус Адриан Лестер Леопольд (SMALL*********). Смешно, но всё они умерли по порядку. Сначала близнецы, на следующий день Мэй, дальше Айзек и в конце Магнус. Всё четверо прожили до семи лет и умирали на следующие дни. У каждого была своя причина. Калеб от болевого шока, Кейтлин сошла с ума от потери брата и проломила себе череп, у Эйлин отключился спинной мозг, Лео прикусил себе язык из-за чего и умер, Адриан заболел лейкемией. Мать близнецов просто решила забыть про этот “темный” эпизод её жизни пошла дальше, мать Мэй не смотря на изнасилование, искала девочку, как только могла, мать Айзека была убита серийным убийцей, а мать Магнуса имела врождённые отклонения и сошла с ума.       Шестой была Салеван Катрина Урсула Люси Леопольд (SKULL*********). Самой необычной девочкой, что только была у Салевана. Она вела себя почти как ребёнок, но в тоже время в ней чувствовалась некая взрослость, словно она уже прожила несколько лет, хотя бы первый десяток это точно. Ещё её выделяло то, что она была Облаком, и довольно сильным. Катрина была от пятнадцатилетней девочки (язык не поворачивается назвать ей девушкой), что ещё училась в школе. После такого позора она спрыгнула с многоэтажки. Смерть была долгой.       Спустя три года родился седьмой, Салеван Вальверде Леопольд. Тоже яркий кадр, по крайней мере, на нём фантазия Салевана лопнула. Или просто закончились слова. Как и на самом Ленопольде. Вальверде был невероятно умным, слишком умным для своего возраста, даже смог обогнать свою сестру в этом. Кроме ума вторая и последняя вещь, которая его выделала это пламя Грозы. Оно было аналогично пламени сестры, такое же сильное. Родился он от пятидесятилетней женщины. Пожилая дама не пережила родов.       Эти два “образца” были самими уникальными. Многочисленные эксперименты Салевана давали свои плоды и теперь дети взрослели гораздо раньше. Они научились ходить в один год, в два они уже умели читать и говорить, разумно мыслить в три. В добавок каждый из них разбирался в какой-то своей сфере:       Катрина разбиралась в механике, домоводстве, культуре, экономике и истории.       Вальверде разбирался в точных науках, литературе, в новейших технологиях.       Катрине легче было на практике, но и от теории не отказывалась, правда, ей требовалось больше времени и усилий.       Вальверде легче было в теории, но и от практики не отказывался, правда, ему требовалось больше времени и усилий.       Катрина была сильнее и стремилась к большей подвижности.       Вальверде был умнее и стремился к большим знаниям.       Даже такие, казалось бы, разные личности прекрасно вместе уживались, подтверждая теорию о притяжении противоположности, а может тот факт, что они всё-таки кровные родственники играл роль. Может они на самом деле чувствовали друг друга, как животные? Чёрт знает его. Но ребята работали в команде лучше предыдущих детей. Катрина была бесспорным авторитетом и чаще всего была главной, но сдаётся профессору Ардалиону, что в экстренных ситуациях Урсула беспрекословно выполняла указания Вальверде и наоборот. Подчиняться друг другу не особо било по их гордости. Так, поворчать могли, но серьёзно возразить – нет. Они понимали друг друга с полуслова. Даже взгляда им было достаточно. Катрина в роли копья, Вальверде в роли щита. Как в притче о копье и щите. Противоречивые, но вместе невероятно сильны.       Это было доказано, когда Катрина разрушала лабораторию. Именно её ярость, гнев, злоба и ненависть вышли наружу. Это было её первое пробуждение пламени. И пламени Вальверде. Как и предполагал профессор Ардалион, копье и щит. Урсула усиливала мощь своего пламени своим же пламенем и пламя брата, как бы это странно не звучало, но основной и пожалуй единственно характеристикой пламени Облака было “Увеличение”. Облачник мог увеличивать своё пламя и союзников, числа оружий, размеров. Способности человека ограничивались его фантазией. Вальверде использовал на полную своё пламя, укрепляя тело, одежду и делая из своего пламени щит. Сестра увеличивала его пламя, так что он мог позволить себе его бездумно тратить.       Убийственная парочка.       Когда же дело дошло до Леопольда, то его одолевали противоречивые чувства. С одной стороны “образцы” могут сбежать и уничтожить всё над чем мы так долго работали, а с другой стороны его брали гордость и радость, гордость от того, что его дети сами всего смогли достичь, смогли сбежать из этого ада, а радость от того, что они сами всего достигли, не прося о помощи, что они невероятно дружны, поистине дорожат друг другом, и наконец-то смогут выбраться из этого ада… и смогут вытащить его тоже. Даже если они убьют его. А в этом он не сомневался.       Тридцать три – мистическое число, говорят, оно приносит счастье. Возможно, так оно и есть. По крайней мере, оно принесло счастье двоим. Именно столько ножевых отметин было на трупе доктора Салевана. Тридцать три. И все они были сделаны беспорядочно, хаотично. Все прекрасно понимали, что их делали на эмоциях, чувствах. Каждый из них нёс в себе какое-то чувство. Но главное это освобождение от оков.       …       Что в итоге стало с Салеванами, никто не знает. Дети просто пропали. Единственно зацепкой был след из пламени, что вёл в лес, но спустя 4 км след стал слабее, и чем дальше, тем хуже. В итоге след полностью пропал, только следопыты смогли как-то вывести к городу, где как раз видели таких детей. Но надолго они не задержались. Узнали, где находятся, какая дата, где большие города, какой самый ближайший, скорее всего, украли себе одежду, деньги, немного еды и поехали к ближайшему городу. Правда, на этом их след оборвался. Никто не видел таких детей, даже если убрать цвет волос и глаз, всё равно никто не видел детей, что приехали в город.       Профессор Ардалион уже говорил, что дети были слишком умными для своего возраста. Он говорил, что это может сыграть злую шутку. И это сыграло.       – Оповести остальные лаборатории о двух сбежавших “образца”. Если кто-то увидит их, то пусть сразу же поймают, не убивают, поймают. Мальчику пусть не причиняют серьёзного вреда, он ещё “чист”, а девчонку могут не жалеть. Как раз проверим, настолько ли хороша её регенерация, как говорил Салеван или же нет.