Если бы ветер мог говорить

— Скоро Айко придет, — тонко намекнул Кира, раскачиваясь на стуле. — Угу, понял. Пойду тоже схожу… к кому-нибудь в гости, — понимающе усмехнулся Ренджи. — Завтра выходной, — напомнил Кира уже выходящему за дверь Абараи. — Помню, — махнул рукой тот. Это значило, что с утра являться было некстати. Впрочем, никакого раздражения он по этому поводу не испытывал. Насколько он знал, Изуру и Айко были вместе где-то с середины первого курса, поэтому ничего, кроме радости за друзей, он не испытывал. Его собственная личная жизнь была… Да, она определенно была. Достаточно фееричной, к слову сказать. Девушки, парни... Не то, чтобы он был каким-то там ловеласом и трахал все что движется, просто так получалось, что в основном клеились к нему, а он был в принципе не против. Даже если на вечеринке или в баре ему вдруг кто-то начинал нравиться, и он уже обдумывал, как подойти к предмету симпатий, оказывалось, что этот предмет уже сам чуть ли не вешается ему на шею. Это было удобно, но иногда чересчур утомительно. Ренджи отнюдь не был неразборчивым в связях. И даже временами завидовал Кире, у которого были постоянные отношения. Особенно с утра, просыпаясь в чьей-то кровати. Положение усугублялось тем, что он как-то до сих пор не определился, кто в его вкусе. Ему нравились и блондинки и брюнетки, со стрижкой или длинными волосами, фигуристые и стройные, в общем, внешность точно не имела особого значения. С парнями было практически то же самое. Свободные взгляды на однополый секс самого Абараи совершенно не смущали, в отличие от его родителей опять же. Он вышел из здания общежития и присел на крыльцо с новой банкой пива, раздумывая, куда бы пойти, когда в кармане заиграл мобильный. — Да, — выдохнул Абараи в трубку, чуть не подавившись глотком, в носу противно защипало. — Привет, дружище! Ты занят? Давай к нам, тут такая вечерина, не пожалеешь! – раздался ликующий голос его хорошего знакомого по тусовкам. На заднем плане громыхала музыка и раздавался веселый хохот. — Куда? – только и спросил он, проблема выбора решилась сама собой. — Двигай в третий корпус, знаешь, где старшекурсники живут? — Не задавай глупых вопросов, — усмехнулся Ренджи. За три месяца, проведенных здесь, он уже успел побывать во всех корпусах и прекрасно знал, кто где живет. Знакомства он заводил легко, люди сами тянулись к нему, конечно, те, кто не пытался его подначивать и не лез в драку. Слетались на его яркую внешность и такой же огненный характер, словно желая погреться у жаркого костра. Его тепла хватало на всех, в нем не было показушности, чувства превосходства или надменности. Он просто был самим собой, и это притягивало своей искренностью и простотой. — Ну, тогда ждем! – сказал собеседник и дал отбой. Вечеринка еще не была в самом разгаре, но уже неумолимо приобретала характер полной вседозволенности и разнузданности. Еще не зажимались нетрезвые парочки по углам, не танцевали стриптиз девушки на столах, не собирали каждое препятствие перед собой пьяные, спешащие до туалета. То есть, можно было надеяться, что Ренджи успеет нагнать их как раз к этому моменту. — Гулянка просто так или по поводу? – лениво спросил он, потягивая пиво. — Я что-то не совсем понял, — честно признался приятель, — но они пригласили все младшие курсы, ты заметил? — Угу, — окидывая взглядом широкий коридор, промычал Абараи. Двери некоторых комнат были нараспашку, отовсюду доносились крики и звон посуды, — какие планы? — Нууу… подцепить какую-нибудь милашку с первого курса, например и… — Понятно, — кивнул головой Ренджи, — напоить и совратить, ничего нового. — Можно подумать, ты святая невинность, — фыркнул тот, — хотя, тебе и напаивать не надо, любая итак с тобой пойдет, куда хочешь. — Если захочу, — поправил его рыжий, — для меня это не самоцель. — Посмотрим, как ты заговоришь через пару часов, — хохотнул парень, — пойдем, выпьем чего-нибудь стоящего что ли. — Ну, пойдем. Двигаясь за приятелем, он вдруг краем глаза уловил знакомую растрепанную шевелюру и очки в одном из дверных проемов. Внутри что-то слабо вспыхнуло и сразу погасло. Ну а что, собственно, в этом такого? Он же старшекурсник, но, почему-то казалось, что по таким тусовкам Хисаги ходить не должен. Да и откуда времени взяться на такое веселье, если столькими делами занимается? В этот момент из-за стены показалась та рыжая девушка – Мацумото, кажется, — и, обняв Шухея за шею, что-то прошептала на ухо. Парень отодвинулся, чтобы посмотреть ей в глаза, словно спрашивая, не шутит ли она. Рангику подкрепила свои слова поцелуем. Ренджи стало даже как-то неловко, как будто он подсматривал в замочную скважину за чем-то, что не для его глаз. К этому примешивалось слабое чувство раздражения, которое он не мог себе объяснить. Мысленно плюнув на парочку, он пошел нагонять приятеля. Он сюда зачем пришел? Правильно — пить и веселиться, и ему абсолютно нет дела до какой-то там «легенды университета». Через два часа Абараи уже забыл обо всем, привычное пьяное веселье кружило голову, и он, как обычно, смеялся громче всех, участвовал во всех дурацкий конкурсах, танцевал напропалую и вообще, чувствовал себя преотлично. Словив слишком уж заинтересованный взгляд какого-то парнишки, наверно, с первого курса, сам нагло вперился в него глазами. Ничего так себе, даже очень, тонкий весь, стройный, но не костлявый. Смешная челка падает на лоб, волосы темные, растрепанные и неожиданно голубые глаза. Убийственное сочетание. Не разумывая, подошел: — Привет. — Привет, — парень был пьян, конечно, но все равно смешался под взглядом его горящих глаз. — Нравится вечеринка? – спросил Ренджи, прислоняясь боком к стене, и как бы невзначай касаясь его плеча грудью. — Нормально, — пожал плечами парень, не отстраняясь. Абараи знал, что если первокурсник поднимет голову, то окажется слишком близко, прямо перед его лицом, похоже, мальчишка тоже это знал и раздумывал, стоит ли это делать или нет. Ренджи подождал пару минут, а потом сказал: — Ладно, тогда веселись, — и, отделившись от стены, хотел пойти к выходу. — Постой, — тонкие пальцы как будто против воли ухватили его за рукав, — не хочешь… воздухом подышать? Ренджи посмотрел на легкий румянец, разлитый по щекам парня, то ли от выпитого, то ли от собственной смелости и кивнул: — Да, тебе это определенно не помешает. Они пробрались к выходу из комнаты и пошли по коридору, он не заметил, что чужая рука до сих пор сжимает кожу его куртки. Когда они почти дошли до лестницы, дверь комнаты, с которой они поравнялись, открылась и оттуда кто-то вышел спиной, натолкнувшись на шагающего Абараи, и наступил ему на ногу. — Ксо! Поаккуратнее нельзя? Ты что… Договорить он не сумел, потому что парень обернулся и оказался не кем иным, как Хисаги. — Прошу прощения, — легко проговорил он без тени улыбки на лице, но глаза… Они, черт возьми, опять смеялись. Ренджи показалось, что на него пахнуло теплым ветром, хотя, откуда бы ему тут взяться? Шухей был без очков, черная рубашка была расстегнута на груди и не заправлена в джинсы. Те же растепанные волосы и татуировка, которую теперь можно было разглядеть вблизи. Припухшие губы и блестящие глаза не оставляли никаких сомнений в том, чем он занимался в этой комнате. Особенно, когда из нее выплыла Мацумото, поправляя на ходу подол короткой юбки. Абараи забыл, что хотел сказать, смотря в эти серые смеющиеся глаза. От злости хотелось толкнуть Хисаги, чтоб летел дальше, чем видел. Но он не мог, потому что ощущение этого ветра, мягко ласкавшего его кожу, тогда бы исчезло. Так и стояли, глядя друг на друга, неизвестно чего ожидая. — Шухей? – позвала девушка, — надеюсь, драки не намечается? Намечается, — хотелось сказать Абараи, но он промолчал. — Эмм… — Хисаги скользнул взглядом по спутнику Ренджи, заметил пальцы, лежащие на рукаве, и попробовал улыбнуться. — Хороший вопрос, но я не знаю, — взгляд опять вернулся к Ренджи, будто спрашивал, намечается или нет? — Была бы, — уверенно сказал красноволосый, — но я передумал. — Неужели из-за кацудона? – насмешливо спросил Шухей. Нет, ну это не возможно, он еще издевается! — Я могу еще раз передумать, — предупредительно понизив голос, сказал Абараи. — Ну, когда захочешь, придешь, — весело ответил Хисаги и отошел, наконец-то, от Ренджи. Взял за руку девушку и, бросив последний, такой все понимающий взгляд на парочку, отвернулся. — Все в порядке? – спросил его спутник, о котором он даже почти забыл. — Лучше не бывает, пошли уже, — пробубнил он, сам взял парня за локоть и повел к лестнице. …Парень был хорош. Сидя верхом на Ренджи, он елозил бедрами и стонал в такт своим движениям. Периодически склонялся к татуированной груди, оставляя влажные дорожки языком, прикусывал темные соски, иногда прижимался к сухим губам, кусая и посасывая их. Абараи сжал его бедра и сел, задавая теперь собственный ритм, приподнимая легкого мальчишку и насаживая снова и снова. Парень давился стонами и цеплялся за его плечи, путался пальцами в длинных волосах. Ренджи коротко рыкнул и опрокинул его на спину, подхватив под колени, чувствуя, что он уже на пределе. Сделал остановку, посмотрел в раскрасневшееся лицо с полуприкрытыми глазами и распахнутыми в немом вскрике губами. Парень разочарованно всхлипнул и начал судорожно подаваться бедрами, не желая останавливаться. Он тоже был на грани. Абараи закрыл глаза и снова начал двигаться, резко, страстно, вжимаясь до предела. Услышал тихий шепот, слов не разобрал, кроме «еще так» и «я сейчас», после чего мальчишка шумно вздохнул и вскрикнул, рискуя перебудить всех соседей. Ренджи почувствовал, как сокращаются мышцы вокруг него, он сам был уже готов, когда перед глазами возникло лицо с татуировкой и серые глаза. «Когда захочешь, придешь»,— беззвучно вымолвили тонкие, чуть распухшие от поцелуев губы. Пара-тройка резких толчков и яркая вспышка в мозгу прибила к черту все мысли и образы. Такой разрядки он не получал давно, из него как будто ушли все силы, он повалился всем весом на парня, дышал хрипло, прерывисто, сердце, казалось, выскочит из груди. Через несколько бесконечных минут удалось взять себя в руки и слезть с чужого тела. Первая мысль, которая наконец-то возникла в его голове, не радовала: «Что это было?» *** — Кэндо? – недоверчиво переспросил Изуру, глядя на него из-под длинной челки. — Да, и что? – с вызовом ответил Ренджи, — что не так? «Почему не баскетбол?» — хотелось съехидничать Кире, но он благоразумно промолчал. — Ты же сам просил выбрать. Между прочим, к твоему сведению, я им с детства занимаюсь. — Ну… я подумал, что ты выберешь что-то более..хм, — он замолчал под тяжелым взглядом. — Знаешь, я не только кулаками махать умею, — Абараи со злостью смял пустую банку из-под пива и прицельно бросил в мусорку у двери. «Но и мечом, оказывается, тоже, — мысленно продолжил Изуру, — хотя, если он будет выкладываться на тренировках, может, поумерит пыл за пределами додзё. Возможно, это даже к лучшему. Только, все-таки, почему кэндо?» — Абараи Ренджи? — Да. Тренер с интересом окинул взглядом его фигуру и спросил: — Говоришь, занимался раньше? — Угу, — Ренджи стоял, ковыряясь мизинцем в ухе, и рассеянным взглядом оглядывал помещение. — Ну, тогда пошли, покажешь, на что способен. Способен он был на многое. Индивидуальные тренировки, которые оплачивал его отец с самого детства, даром не прошли. Большинство учеников смотрели на него с неприкрытой завистью, а те, кто уже обладал каким-то мастерством, с интересом и одобрением. Тренер был явно доволен и, похлопав его по плечу, сказал: — Отличная координация, парень, и у тебя есть стиль. Если дела пойдут хорошо, сможешь претендовать на место в сборной уже через пару месяцев. Место в сборной? Право, Ренджи не думал об этом. О чем он вообще думал, когда записывался сюда? Всего лишь о том, чтобы от него отстал Кира, да и начинать заниматься чем-то незнакомым не хотелось. Всего лишь? Ну ладно, не только поэтому. Было интересно посмотреть на Хисаги, а может и подраться с ним. Почему-то махать с ним кулаками не хотелось. Хотя, сомнений в том, что победит он, не было ни малейших. Не в этом дело. А в том, что он слишком часто позволял себе думать об этом странном парне. И с этим надо было что-то делать. Вот только знать бы что. Почему-то мысль победить его другим способом, показалась ему заманчивой. Эти смеющиеся глаза подстегивали его, словно говорили: «Ну же, покажи себя». И Ренджи повелся на провокацию. Зачем это нужно было самому Шухею, он как-то не задумывался. Наверняка, тот знал о его репутации. Хисаги оказался не таким уж ботаником, как изначально предполагал Абараи. Было в нем что-то, что не позволяло недооценивать кажущуюся с виду хрупкость, ну, по сравнению с Ренджи, конечно. Так-то он не назвал бы его хрупким, хотя бы вспомнить Изуру. — Абараи, — голос тренера оторвал его от размышлений, — ты все понял? — Эмм…, да, конечно. — Вот и прекрасно, а теперь можешь идти. Сейчас у нас тренировка сборной. — Можно мне посмотреть? — вырвалось у него само собой, слишком быстро, слишком требовательно. — Почему бы и нет, — подумав, ответил тренер, — тебе будет, пожалуй, даже полезно. Да, он определенно не ошибся в Хисаги. Ренджи с плохо скрываемым восхищением следил за действиями Шухея, пожалуй, для того, чтобы ему победить, придется хорошенько тренироваться. Но ничего, он готов. Готов надрать задницу этой «легенде университета», не со зла, а просто из принципа. Из-за смеющихся глаз. И из-за того случая, о котором он не хотел вспоминать вообще. Будь готов, Хисаги, – мысленно сказал он, наблюдая, как Шухей выбивает меч из рук партнера. Потом он внезапно оборачивается и смотрит прямо на Ренджи, которому вдруг чудится ответ в его, теперь уже абсолютно серьезных, глазах. Я готов.