В поисках волшебника

— Мерлин! — раздался привычный каждому придворному утренний вопль короля. Артур привстал на локтях, полусонно оглядывая свои покои. Слуги не было. Так же, как и не было завтрака на столе, горячей воды для купания, чистой одежды, отдёрнутых штор… — Мерлин! — ещё раз возмущённо и очень громко позвал слугу Артур, откидываясь обратно в подушки. Через пару минут Мерлин не появился в покоях Артура — и это было странно, ведь раньше Мерлин появлялся по первому зову Артура, если он не был занят очередной работой от Гаюса, очередной работой от Артура, или… Артур резко сел в кровати, только сейчас вспомнив события вчерашнего вечера — Мерлин оказался волшебником. Сильнейшим волшебником, как утверждала та девушка, Эльза. И Повелителем Драконов, и волшебником Драгуном, и врагом Морганы по имени Эмрис, и… возможно кем-нибудь ещё — просто Артур ещё не успел это выяснить. Где-то внутри Артура подняло голову странное чувство вины — скорее, его можно было назвать сожалением. Артур сожалел, что так резко отнёсся к правде, которую скрывал от него Мерлин. Действительно, для него стало полной неожиданностью известие о том, что в королевском замке, под самым носом короля, обязанного истреблять магию, жил волшебник. И, если сначала, узнав об этом, Артур всерьёз задумывался об изгнании Мерлина, то позже, хорошо прооравшись и выплеснув на слугу всё своё негодование, Артур всё же признал, что не может его лишиться — за то время, что они провели вместе, король слишком сильно привык к его шуточкам и своеволию. Артур выругался. А потом собрался с мыслями и ещё раз совершенно не по-королевски выругался, вспомнив какими словами и выражениями отправил Мерлина вместе с той девушкой, Эльзой, в её родную деревню, где появилось чудовище. Накинув первое, что ему попалось под руку, король бросился в башню лекаря, надеясь лишь на привычку Мерлина не выполнять отданных ему приказов. Он уже и сам понимал, что слишком погорячился, отправив слугу на верную смерть — в самом-то деле, вот какой из него волшебник? В руках Мерлина даже вилка может быть опасной для него самого — а сильная магия в руках Мерлина… Артур передёрнул плечами, представив себе, сколько бед может натворить его неуклюжий и безалаберный слуга, применяя магию. В воображении Артура тут же нарисовались развалины Камелота и Мерлин, виновато пожимающий плечами со словами: «Оно само так получилось». И пока безрадостные мысли о возможных масштабных разрушениях кругами бродили в голове Артура, ноги принесли его в покои Гаюса. — Где Мерлин? — Артур распахнул дверь покоев, не утруждая себя стуком. — Уехал, — пожал плечами Гаюс, разглядывая взлохмаченного и помятого после сна короля в грязном дорожном плаще поверх ночной рубашки и, почему-то, в одном носке: — Ещё утром. — Как уехал? — Собрал вещи, сел на лошадь и уехал, — язвительность в голосе Гаюса заставила Артура пожалеть о своей излишней горячности прошлым вечером. — Надеюсь, следующим вопросом не будет «Куда он уехал?» Артур уже раскрыл рот, чтобы спросить у Гаюса, куда уехал Мерлин, но тут же благоразумно решил помолчать — ведь это он самолично послал Мерлина туда-не-знаю-куда, чтобы победить то-не-знаю-что. И сейчас переживал за него — хотя не признался бы в этом никому даже под страхом смерти. Король потоптался на пороге, пытаясь вспомнить, что он ещё хотел спросить у Гаюса, но язвительно поднятая бровь лекаря сбивала его с мысли — почему-то Артуру захотелось повторить его выражение лица и точно так же выжидательно уставиться на Гаюса. Так и не придумав подходящего вопроса и понимая, что затянувшееся молчание уже становится неловким, Артур величественно взмахнул плащом, разворачиваясь к выходу. — Я прослежу, чтобы с ним ничего не случилось, — пафосно кивнул Артур, покидая Гаюса. Заметив, как от подола плаща отвалился кусок грязи, король поспешил покинуть как покои лекаря, так и его башню — ведь именно по вине Артура пожилой лекарь лишился своего ученика (хотя больше было похоже, что бесплатного слуги), поэтому вполне мог обратиться к королю с просьбой убрать принесённую с собой грязь. Язвительный взгляд Гаюса сменился неодобрительным. — Я найду тебе слугу, — донеслось до лекаря откуда-то снизу лестницы. Уже проснувшаяся Гвиневра ожидала Артура в его покоях. Хмурым взглядом она окинула растрёпанного и всё ещё помятого после сна мужа. — Доброе утро, Гвен, — улыбнулся Артур. Гвиневра сложила руки на груди и нахмурилась ещё сильнее. — Что-то случилось? — Артур вмиг стал чуть более серьёзным. — Да, случилось! — холодно процедила королева и нахмурилась изо всех сил. — Ты изгнал Мерлина. — Я не… — После всего того, что он сделал для тебя! — Гвиневра подошла на шаг ближе и повысила голос: — Пусть он и волшебник, но разве он хоть раз пытался навредить тебе? — Гвен, я… — Даже не пытайся оправдаться! — почти выкрикнула Гвиневра. — Ты жестокий, мелочный, не ценящий друзей… — Сначала выслушай меня! — в ответ рыкнул Артур. От неожиданности Гвиневра забыла уже подготовленную обвинительную речь, которую сочиняла всё утро. — Я не изгонял Мерлина, — немного тише продолжил Артур: — Я нашёл ему работу, подходящую для волшебника. — Да? — недоверчиво протянула Гвиневра, — А если он не справится? — Поэтому я еду за ним, — величественно кивнул Артур, направляясь к шкафу с одеждой. Чуть позже, в небольшом коридоре, ведущем к оружейной, Артур встретил Гавейна — столь же помятый (но не после сна, а после бессонной ночи, проведённой в проверках качества продукции всех таверн Камелота) Гавейн схватил Артура за ворот рубашки: — Это правда? Ты изгнал Мерлина за то, что он волшебник? — Нет, это не так… — Как ты мог, Артур? — обвиняюще вопросил Гавейн, слегка покачиваясь на месте. — Мерлин же твой друг! На самом деле, было похоже, что он сам держится за Артура, а не держит его. «Да они сговорились, что ли?» — возмущённо подумал Артур, разжимая пальцы Гавейна на своём вороте и прислоняя рыцаря к стеночке. — Я не изгонял Мерлина! — с возмущением в голосе заявил Артур. — Я нашёл ему работу — ту, которая подходит для волшебника. — Работу? — недоуменно переспросил Гавейн. — Если бы ты соизволил присутствовать на вчерашнем приёме, ты бы знал, куда отправился Мерлин, — Артур обвиняюще повысил голос. Гавейн скривился, показывая своё отношение ко всяческим королевским приёмам и остальным официальным мероприятиям. Артур только вздохнул, оставляя рыцаря в одиночестве, — ему нужно было догнать Мерлина. Быстрым шагом несущийся по замку король увидел Леона, что-то выясняющего у стражи. Леон тоже заметил недовольного и слегка запыхавшегося Артура: — Сир? — Я уезжаю. Оставляю тебя за главного, — на ходу бросил Артур. — А куда? — Леон не удержался от вопроса. — Собрать отряд рыцарей? — Не нужно, — остановился Артур, переводя дыхание. — Я поеду один. — Мерлин уехал через восточные ворота пару часов назад, — проницательно улыбнулся Леон. — Вы сможете догнать его ещё до сумерек. Артур бросил на рыцаря недовольный взгляд — ему не понравилось то, что Леон угадал цель путешествия Артура. Персиваль нашёл собирающегося в путь короля в оружейной. Артур как раз пытался надеть доспехи, что без слуги оказалось очень сложным делом. Но упрямство короля не имело себе равных, поэтому ко времени появления в оружейной Персиваля, Артуру оставалось надеть только наручи. — Артур… — появившийся рыцарь задумчиво почесал в затылке: — Я хотел спросить… — Да, Мерлин волшебник, — резко оборвал его Артур, которого уже раздражали сочувствующие: — И нет, я его не изгнал. И да, я еду за ним. Есть ещё вопросы? Персиваль растерянно взглянул на Артура: — Я хотел спросить, где можно починить пряжку с ремня — у меня кольчуга опять не сходится. — Спроси у Гвиневры, — вздохнул Артур. — Или у Элиана — думаю, они смогут найти тебе кузнеца, который починит твою пряжку. Персиваль окинул короля долгим оценивающим взглядом, а потом улыбнулся: — Когда выезжаем? К тому времени, когда Артур и Персиваль вышли на площадь, там уже стояли три оседланных и полностью готовых к поездке коня с уже навьюченными сумками. Артур в одно движение забрался на коня, кивнул Персивалю и направился к воротам. Рыцарь закрепил узду третьего коня на своём седле и перевёл коня на быстрый шаг, догоняя Артура. — Стойте! — донеслось из оружейной. Персиваль оглянулся — на ходу затягивая пояс и едва не спотыкаясь о неправильно пристёгнутые ножны, с плащом в зубах его догонял Гавейн. — Я тоже еду с вами. — широко улыбнулся в спешке собиравшийся рыцарь. — Ты-то здесь зачем? — слегка нахмурился Артур, заметив Гавейна. — Защищать Мерлина, — кивнул Гавейн с таким выражением лица, словно защита Мерлина была чем-то совершенно естественным для него. — И что же ты собираешься делать с чудовищем? — фыркнул Артур. — Или ты у нас тоже волшебник? — Чудовища сами разбегутся, когда Гавейн начнёт заговаривать им зубы, — усмехнулся Персиваль. — Или предложит вместе выпить. Ты же взял с собой эль, верно? — Нет, не взял, — язвительно отозвался рыцарь, незаметно перепрятывая прихваченную с собой фляжку. — Если мы встретим чудовище, мы просто выставим тебя вперёд… — Хватит, — оборвал пререкания рыцарей Артур. — Не забывайте о том, куда мы едем. — А куда мы, собственно, едем? — вопросительно взглянул на короля Гавейн. — За Мерлином, — обернулся к нему Артур. — Я спросил не «За кем?», а «Куда?» — поднял бровь Гавейн. — Туда, — после недолгого молчания махнул рукой Артур куда-то в сторону дальнего леса. — Ты не знаешь, да? — вздохнул рыцарь. — Ну… — Артур задумчиво взлохматил волосы: — Вроде бы он уехал туда. А за это время далеко он уехать не мог. Так что мы найдём его ещё до сумерек. А в самом крайнем случае — просто спросим, где завелось то чудовище. — А что за чудовище-то? — спросил Персиваль, тоже не присутствовавший на вчерашнем приёме. — Сильное? И тут Артур понял, что совершенно забыл, что хотел спросить у Гаюса, как же называлось то чудовище, и как его можно победить. Король задумчиво обвёл взглядом обоих рыцарей. — Значит, мы едем туда-не-знаю-куда, чтобы убить то-не-знаю-что, — со вздохом резюмировал Гавейн. — Впрочем, как всегда.