Monsters

      Перед её глазами была холодная поверхность асфальта. Голова раскалывалась, запах грязной улицы душил, тошнило. Руки, лежавшие в очень неудобной позиции затекли и по венам как-будто тёк кипяток.       Знаете, бывают такие утра, когда ты просыпаешься и уже знаешь, что тебя ждёт тяжёлый день. Ванда сейчас знала: впереди нет ничего хорошего. Она опять провалилась в эту глубокую, тёмную яму отчаяния. Память сейчас сыграла с ней злую шутку. Ведьма хорошо помнила каждый день того года, когда она была наркоманкой. Помнила каждый день, каждый выбор между наркотиками и ломкой, между нормальным сном и шумными ночными клубами, между здоровьем и спиртным. Каждый раз она делала выбор в пользу наркоты, баров и коктейлей. Зачем? Потому что из той ямы было не выбраться. Никаких лестниц, никаких выходов, ничего. Оставалось только одно — продолжать жить. И Ванда сейчас знала точно — она не хочет обратно. Не хочет в эту яму. Но разве ей дан выбор? На самом деле, выбор и выход есть. Просто иногда, если выражаться дословно, у нас нет ног, чтобы идти. Нет сил, чтобы выбираться. И тогда это становится невозможным. Пьетро сам был в отчаянии, поэтому не мог помочь сестре, как бы не любил её. Но это сделала Гидра. Первые месяцы в клетке для Ванды были худшими в её жизни. Ломка, эксперименты и крики брата. Она чуть не сошла с ума. А может и сошла…       Но сейчас нет ни Пьетро, ни Гидры. Ничего и никого. Локи не знает где она, не знает, что такое ломка. Удержит ли он её? Ванде хотелось в это верить, ведь после тех событий, что изменили её жизнь возвращаться к прежней не хотелось. Появилось здравомыслие и оно шептало: «Поднимайся. Иди. Живи!». С невероятным трудом она поднялась на колени и её вырвало ещё раз. Немного пошатываясь, девушка побрела к выходу. Где-то недалеко её дом. Где-то совсем близко… Через час скитаний по утреннему городу девушка дошла до своего дома. Дверь была заперта и Ванда постучала. Никто не отвечал. Неужели он ушёл? Но нет, вскоре послышались шаги и дверь начала открываться.  — Я же говорил, что не пойду тебя и… — он не договорил. Ванда усмехнулась, хотя казалось бы, что ничего смешного в этой ситуации нет.  — Я так ужасно выгляжу? Или пахну?  — Что с тобой?! Что вообще произошло?!  — Я просто устала. И скоро начнётся ад. Ломка. Так что если ты не хочешь смотреть как я блюю, носить мне воду, слушать мои стоны, то вали.  — Куда? И что это такое, ломка?  — Я приняла наркотики. Сейчас они будут выходить из моего организма, а поскольку я уже была наркоманом, то сейчас мне надо будет ещё. Но я не хочу больше принимать. Пока.  — - Но ты же больше не зависима.  — Я ведьма. Это вызывает осложнения.  — Я…уйду. Хочу уйти, но ты же просто сдохнешь тут.  — Да. Я опять падаю в эту яму отчаяния. И если в прошлый раз меня вытащили, то сейчас…это сделать некому, — её слова превратились в неразборчивый клубок звуков и она обмякла на руках у Бога.       Порой то, что ты ведьма доставляет удовольствие, помогает, а бывает, что это губит тебя. Сейчас был второй вариант. Из-за неимоверного количества алкоголя и наркотиков в её крови, талант ведьмы сделали её слабее. Нет, Ванда не умрёт, но сама не поднимется. И сейчас Локи запросто мог бросить её и лечь и уйти. Он нашёл бы брата, принял бы вид обычного человека. Но что-то не давало ему просто оставить эту девушку. Жалость? Возможно. Нет, благодарность. А может и то, и другое. Короче, он просто закрыл дверь и отнёс девушку на диван. Впереди длинный день и бессонная ночь. За что? Почему? Чёрт его знает, но он не может её бросить. Просто потому что знает — она не встанет. Она так и пролежит здесь, потом пойдёт в тот бар и купит ещё наркоты. И что самое ужасное — она не умрёт ближайший месяц. Она продолжит это существование, пока не загнётся где-нибудь в переулке под кокаином из-за передозировки. Из-за того, что приняла слоновую дозу.