Две стороны одной любви

Кот. Самый обычный серый кот с чёрными полосами. Откуда он взялся на территории поместья сам Сатана не знает, но факт остаётся фактом, наглый серый красавец развалился на ветке прямо у лужайки, на которой играли дети. И, естественно, не мог остаться незамеченным…

***

— Ты посмотри какой красивый. Давай погладим? — Не лучшая идея, он сидит довольно высоко и по сути вам… — Мейлин обреченно вздохнула. Её никто не слушал. Ричард переглянулся с сестрой и, стащив с себя лёгкое пальто, уже взбирался на дерево. Алиса не отставала от брата, кажется, её даже не особо заботило то, что она была в платье. Дети ловко забрались на дерево, а сам виновник такого поведения даже не шелохнулся. Вскоре девочка уже усадила кота себе на колени и восторженно рассматривала жёлтые, буквально-таки лимонные глаза животного. — Вы что там делаете? Спускайтесь. Скоро обед. — Граф, можно мы его оставим? Ну пожалуйста-пожалуйста! Сиэль поморщился. Мало того, что дети залезли на дерево, так еще и предлагали притащить в поместье животное. Нет, ну вы посмотрите, он непонятно откуда взялся, непонятно чем болеет и вообще это уже переходило всякие границы. — Я сказал, в этом доме не будет животных. Особенно котов! Спускайтесь. Демон осторожно посмотрел на графа. Так и есть. Он был в одном из тех настроений, когда лучше всего было не попадаться ему на глаза, не говоря уж о том, чтобы спорить. Интересно, с чего бы он так внезапно разозлился? — Это же жестоко! Неужели у вас в детстве никогда не было животных? А у нас, у нас даже друзей нет! Неожиданно Михаэлис заметил возню у ворот. Но не успел он даже толком отреагировать, как невысокий парень, по виду совсем мальчишка, перемахнув через ворота, открыл их и небольшая группа людей быстро зашагала в сторону деревьев, то и дело озираясь. — Кажется, у нас гости, Господин. Ричард с Алисой переглянулись. Ну наконец-то. Ну хоть кто-то пришел сюда. Дети, не сговариваясь, начали спускаться вниз, Алиса при этом умудрялась тащить за собой кота. — Вижу. — Кажется, это дети людей живущих на ваших землях. Прикажете их остановить? — Пусть подойдут. Мне кажется, довольно смелое решение войти на территорию чужого поместья. Дети подошли ближе, наконец заметив лужайку и людей на ней. — Кто вы? Как вы посмели войти на территорию поместья без разрешения? Старший из детей, подросток лет пятнадцати, хмуро уставился на роскошно одетого ровесника, говорившего таким тоном, словно он по крайней мере принц. На лице дворянина было непоколебимое выражение полноправного хозяина. — Мы искали своего кота. Вот же он, Моррис, иди сюда! — ответила за друга девочка лет десяти. Кот не шевельнулся. Алиса прижала кота к себе ближе и он благодарно замурчал. — Я спрашиваю кто вы такие и как посмели пересечь территорию поместья?! — Сиэль повторил вопрос с угрозой в голосе. Но, кажется, на старшего из подростков его тон не подействовал. Он нагло оскалился и сделал шаг к графу. Демон моментально загородил собой всю троицу. Ситуация приобретала скверный оборот. Сиэль медленно приходил в ярость от того, как нагло вели себя эти… Да даже не простолюдины, это же по сути скорее всего дети рабочих, живущих на его земле. Никто. Он давал их родителям работу, кров, а это отребье вело себя так, словно они тут хозяева. — Отойди, Себастьян, — юноша поднял трость и указал ею на самого наглого, судя по всему главаря группы. — Ты. Как тебя зовут? — Слушай сюда, если твои родители живут в дорогом доме и тебя разодели, как магазинную куклу, ты не имеешь права мне тыкать! Сиэль поморщился. — Это глава поместья Фантомхайв, граф Сиэль Фантомхайв, — холодно отозвался дворецкий. Дети переглянулись. Вот попали так попали. Неужели этот юноша сам граф Фантомхайв? Хозяин компании и земли, на которой живут и работают их родители. Но разве честно, что этот богач присвоил себе их кота? Да есть же хоть где-то на этом свете справедливость? — И что? Раз у тебя много денег, ты можешь делать все что угодно? Отбирать что угодно, вести себя как высокомерный ублюдок? Плевать я хотел на такие правила и врезать могу, как и любому другому человеку! Парень быстро сделал несколько шагов и замахнулся на Сиэля. — Себастьян, разберись. Никто не увидел удара. Просто в какое-то мгновение парень рухнул на землю, как подкошенный. — Эй, ты. Поднять руку на дворянина, это уголовная ответственность. Ты пришел на мою землю и ведешь себя, как наглец. Я проучу тебя и дружков, — граф зловеще ухмыльнулся. От этой жестокой гримасы, не предвещающей ничего хорошего, всем остальным стало не по себе, а Себастьян заметно помрачнел. — Алиса, забирай кота в дом. Теперь это твоя игрушка. — Позвать Скотланд Ярд? — Нет. Я сам. Юноша подошел к парню, стоящему на коленях, что тщетно пытался отдышаться после удара демона. Взял его за волосы и поднял голову, запоминая лицо. — Либо ты просишь прощение за свое поведение сейчас же и я отпускаю тебя и твоих друзей восвояси… — медленно проговорил граф, но парень проигнорировал его слова. — Ты думаешь, что все купить можешь? Да плевать я на тебя хотел. И на таких как ты тоже. Маленький высокомерный засранец, без своего дворецкого ты ничего мне не сделаешь. Ты ничего и никогда не делал в этой жизни, а пользовался деньгами родителей и смазливой мордашкой! — Господин… — осторожно начал демон, но, увидев отстраненный взгляд мальчика, решил не вмешиваться. В конце концов Сиэль и сам мог прекрасно проучить этих щенков. Сиэль помертвел. Это переходило все границы. Да как этот… Смел такое говорить. Ну ничего. Он знал, как проучить этого ублюдка. Да еще и судя по всему остальные дети из этой компании были так же настроены по отношению к поместью и дворянству. — Вы с ним согласны? Кто-то из детей отделился от толпы. Девочка постарше и вовсе попятилась к выходу. Но остальные смотрели со злобой не уступающей коленопреклонному другу. — Ричард, Алиса. Я хочу, чтобы вы запомнили одно важное правило. Обиды и ошибки нужно смывать. За такие оскорбления обычно платят кровью. Но так как ты мне не ровня, я просто закрою тебя у себя в подвале и ты будешь сидеть без еды и воды, прикованный кандалами к решетке до тех пор, пока ты не будешь ползать у меня в ногах и просить прощения. Подросток резко встал с колен и наотмашь ударил Сиэля по лицу. Удар был такой силы, что графа просто впечатало в стоящего позади Себастьяна. Выстрел. Нет, целая очередь. Тело подростка падает на землю, изрешеченное добрым десятком пуль. Кто-то из толпы бросается на графа, но демон легко загораживает юношу собой. — Вот как? Тогда завтра на этом же месте мы будем драться один на один. Без твоего дворецкого. Граф Фантомхайв. Один из компании бросил на землю визитку. — Джонатан Флитвуд. Сын виконта, — брезгливо перевернув носком сапога, прочитал Сиэль. — Ясно. — Стоит ли мне говорить, граф, что если вы проиграете, то Королева узнает, что вы убийца? А значит вас посадят. — Твои слова против моих. Я бы на твоем месте остерегался мне угрожать, за твоим отцом водится много грехов. — А ты не Цепной Пес Королевы, не тебе лезть в дела дворян и проповедовать правильный образ жизни. С твоим то личиком вообще опасно кому-то угрожать. Не ровен час накажут, ой как накажут. Демон ухмыльнулся. — Прикажете их… — Да. Сына виконта, Себастьян. Мне это надоело. Остальные пусть расскажут о случившемся родителям, а потом запомнят этот урок на всю жизнь. Сын виконта попятился. Кажется, его шутка зашла слишком далеко. Он ведь просто хотел посмотреть на графа, ну может немного позабавиться с ним. Для этого, собственно, и кота приволок сюда и детей рабочих собрал. Кто же знал, что сын рабочего так выведет из себя графа? — Хотя я милосерден. Ты можешь вымолить у меня прощение, если будешь извиняться за своего мертвого друга. Блондин с готовностью рухнул на колени у ног графа. Вся смелость исчезла, он понял, что сейчас нужно спасать свою жизнь. Бормоча извинения, юноша поднял голову и увидел на лице графа выражение полного презрения. — Как мерзко. Живи, слизняк, я больше не хочу тратить на тебя свое время. Себастьян. Проведи их. Дети, за мной. У нас обед, а потом по расписанию урок французского.

***

Сиэль битый час после обеда рассматривал себя в зеркало. Да, что не говори, но слова сына виконта и того смертника все-таки больно задели его за живое. Хотя бы тем, что они напомнили ему о той ночи, когда он заключил контракт с Себастьяном. Те ублюдки тоже говорили, что его лицо, тело, все в нем порочное. И в любом существе вызывают такие же, как и он сам, мысли. Парадокс. Выходит, что только Себастьян видел в нем нечто большее, чем условно красивое лицо? Он хотел его душу, а к телу относился больше как с сосуду ее хранящему. И где, вот где эта красота? Он слишком бледный, эта повязка, словно он ребенок играющий пирата, маленький рот, несимметричная прическа. Вон, челка уже мешает и приходится ее убирать за ухо. Бред сивой кобылы, а не красота! Вот Себастьян, он красивый. Да. Ему по статусу наверное положено быть таким, что девушки головы сворачивали, глядя ему вслед, и мужчины завистливо вздыхали, проклиная его на чем свет стоит. Он похож на зверя, расслабленного и в то же время не упускающего ничего из вида. Эта прическа, самодовольная ухмылка уверенного в себе, сильного мужчины. А когда он сражался, то и вовсе любо-дорого смотреть. Одним словом демон, не больше и не меньше. — Господин, о чем вы думаете? Чертов демон опять появился бесшумно, как кот! Застал его врасплох! Юноша отскочил от зеркала, словно стекло как минимум билось током. Не хватало еще, чтобы Себастьян подумал, что он себя в зеркало рассматривает. Хотя стоило ли опасаться насмешки от демона? Не все ли равно. Демон осторожно подошел к графу сзади и тот, спасаясь от взгляда демона, опять повернулся к огромному зеркалу. Теперь оно отражало обоих и Сиэль вдруг резко ощутил насколько они с дворецким разные. — Ты ведь разбираешься в людях. Скажи мне, почему меня называют красивым? И что такое красота? Что во мне есть такого, что так много людей считают меня порочным, а лицо смазливым? Себастьян изумленно посмотрел на юношу. Такого развития событий он не ожидал. Он то думал, что граф переживает из-за того, что сегодня буквально расстрелял человека. А оказалось, он думает о чьих-то словах. Воистину необыкновенный человек. Определенно местами псих. — Мне трудно судить вашу внешность. Я слишком субъективен в данной ситуации. — Это еще почему? Потому что я твой контрактер? Демон закатил глаза. Нет, мальчишка действительно не понимал. — Кажется, вы забыли о том, что я сказал в прошлом году в зимнем саду. И предпочли проигнорировать мою утреннюю выходку. Сиэль молча сел на гостевой диван, не сводя взгляда с демона. Кажется, он ждал ответа на свой вопрос вне зависимости от отговорок Себастьяна. — Хорошо. Но я могу быть слишком субъективен, ведь дело касается вас. Позвольте, — демон осторожно снял повязку с лица мальчика и стал перед ним на одно колено, чтобы лица были вровень. Граф удивленно смотрел, как мужчина снимает перчатки и берет его лицо в свои руки, заставляя не отводить взгляда. — Во-первых, ваши глаза. Восхитительного синего цвета. Словно ночное небо или океан. В них так и хочется утонуть. Внутри все начинает дрожать от его оценивающего и такого лукавого взгляда. А демон внезапно поднимается, ставит стул прямо у зеркала, берет его на руки и садится вместе с ним. — Я хочу, чтобы вы видели, о чем я говорю. Так, на чем я остановился. Дальше, — демон задумчиво смотрит на мальчика и легко гладит по щеке, — кожа. Мягкая, словно чистейший шелк, и безумно красивого оттенка лучшего фарфора. Признаться, к вам постоянно хочется прикасаться, чтобы проверить настоящий ли вы. — Я похож на куклу? Михаэлис неопределенно пожимает плечами и продолжает: — Я уже хорошо знаю, как вы чувствительны и как долго ваша кожа хранит мои отметины, — Сиэль покраснел, но демон, не отвлекаясь, продолжил, — Теперь губы. Тонкие, изящные. И хотя почти всегда они бледные, я очень люблю их целовать до тех пор, пока они не сравняются цветом с лепестками пиона. Мужчина хмыкнул и улыбнулся. Сиэль залился краской. Он уже и не рад был, что спросил, потому что эта игра слишком сильно начинала его увлекать. Краем глаза он видел, о чем говорил демон, и почему-то зеркало подтверждало его слова, словно не показывало несколько минут назад нечто вовсе несуразное. — Худые, тонкие запястья и руки настоящего музыканта. Ваши запястья и щиколотки выдают в вас потомственного аристократа. Ваша худоба делает вас очаровательно хрупким и вы привлекаете к себе много, очень много взглядов, а я постоянно сдерживаю себя, чтобы не набрасываться на каждого, кто смотрит на вас похотливо. Граф неожиданно сник. Действительно, он был похож на куклу. На игрушку или еще что-то в этом роде и даже Себастьян не видел большего. — Но больше всего лично я люблю вас самого. Капризного, злого, напуганного, упрямого, мне не важно. Кажется, я вас смутил, милорд, верно? — Едва ли. Ты несешь невероятную чушь. — Но опять-таки я не могу быть объективен, если дело касается вас, милорд. Кстати, до меня дошли слухи, что именно вы пообещали некую вещь ангелу, в обмен на перо из крыла того, чьим оружием проткнула мисс Элизабет дворецкого Транси. Сиэль побледнел. Вот оно. Тот самый камень преткновения, который не давал ему спокойно спать и постоянно заставлял чувствовать себя виноватым. Отталкивать Себастьяна и в целом опасаться за будущее. — Нашел когда спросить. В такой момент… Юноша выдавил из себя подобие ухмылки. Нужно было взять себя в руки. Срочно! И как-то заставить Себастьяна забыть хотя бы на время об этом разговоре. И, кажется, у него была отличная идея как это сделать. Мальчик неожиданно смело посмотрел в глаза мужчины, убрал длинную прядь волос с его лица и заправил ее за ухо. Себастьян ошарашенно уставился на Сиэля, не понимая, что вообще происходит. — Нашел чем заниматься, сплетни собираешь? Времени много? Я найду, чем тебе заняться. А пока, — граф резко встал: — Ну, теперь пора заняться французским. Себастьян, не сиди там как истукан, готовь классную комнату!