Death is Gold

— Кто такой Тэд? — поинтересовалась Мэйбл, прислонившись к дереву и чувствуя его твердую кору спиной. Билл находился рядом, привычно обводящий данную местность равнодушным взглядом и кидающий камни куда-то в сторону. — Он, как ты, верно?  — Он похож на меня, — уточнил он, когда она протянула руку, чтобы заставить прекратить его швырять камни, и отскочил от неё, как ошпаренный, машинально вытягивая трость перед собой.       Мэйбл вновь сводит губы в тонкую линию и самой себе сухо кивает, всё так же считая, что она ему противна, как смертная и обычный по сравнению с ним человек. Несомненно, её это задевает, но она не говорит ничего на это — просто опускает руку и взгляд вместе с ней.  — Он… не кажется нормальным, — Пайнс было неловко говорить об этом, но так или иначе брать свои слова обратно было слишком поздно.       Ей в самом деле было интересно, кем являлся Тэд, какие же всё-таки отношения между Коллекционерами Душ и почему Стрэндж так ведёт себя. Он был странным, безумным, пугающим, чего уж нельзя не заметить точно. Он пугал и в то же время очень интересовал; интересовал, как экспонат, который нельзя потрогать. Да даже если и можно было — она вряд ли бы это сделала. Билл же в ответ на эти слова выпустил безрадостный, короткий смешок, теперь нацеливая камень на птиц, сидящих на ветках дерева. А если быть точнее, то на соловья.  — Мы ненормальные, — подметил Сайфер за обоих. — А чего ты хотела?  — Не знаю… Просто ты не ведешь себя, как припадочный и неуравновешенный, а вот Тэд очень даже, — Мэйбл вздохнула. — Как долго ты знаешь его?  — Почему все вопросы о Тэде? Ты что, виделась с ним? — его напряженный голос заставил её замереть и опустить взгляд, избегая того, кто яро просверливал в ней дыру.  — Нет, — выскользнуло с её рта, и она прекрасно поняла то, что неосознанно соврала ему в его догадке. — Просто любопытно.       Билл зарычал, сжимая трость руками, и немного сгорбился на скамье, чтобы попытаться посмотреть ей в глаза, но она открыто избегала зрительного контакта с ним. Это заставило его приблизиться и сощурить глаза, заставило немного перейти грань дозволенного, оказываясь опасно близко к ней. Его наверняка мертвое в груди сердце странно забилось, предвещая не особо хорошие мысли, а непонятно откуда взявшиеся чувства злости, напряжения, волнения, опасения и даже ревности превращались в нескончаемый фонтан чувств, который просто-напросто хотелось прикрутить.  — Ты врёшь, Мэйбл.       Она немного поморщилась, но так и не взглянула в эти янтарные глаза. Ей не хотелось рассказывать Биллу, что она виделась с Тэдом вчера у полицейского участка, и она этого не сделала, ссылаясь на то, что Сайфер просто отстанет от неё, переведя тему. Тут и без того было ясно, что он догадался. Главное — чтобы не понял подробностей сей ситуации. И он, казалось, смог прочесть её мысли в этот момент, потому что, как ей и хотелось, Жнец перенёс тему, но так или иначе далеко от неё не ушел.  — Я на пару сотен лет старше Тэда, — наконец пробормотал он. — Возможно, мы почти ровесники, но… я не помню точно, — Билл вновь вернулся к метанию камней, и только тогда она осмелилась поднять свой настороженный взгляд на него, сходу замечая, что каждый камень, попавший в его руку, окрашивался в ярко-золотой цвет, переливаясь под лучами солнца, что было и красиво, и странно одновременно. — Он не нравится тебе, — констатировал Билл, чувствуя, как щемящее чувство ревности заметно утихает, но, что удивительно, не до конца.       Мэйбл в ответ на его слова промолчала, понимая, что не может отрицать это. Тэд не был похож на Билла; у Билла не было странного сумасшествия, беспричинного смеха, припадков вроде безграничного веселья и в то же время проявляющейся внешней опасности, не было странных взглядов, желаний приблизиться к ней, как делал это Стрэндж в их первую встречу; Билл остерегался контактов с ней, любил помолчать и был в большинстве случаев спокоен.       Они чертовски разные.  — Не разговаривай с ним, пока меня нет рядом.  — И не буду, — прошептала ему Мэйбл, мысленно отмечая, что обещание это далеко не из легких, каким может показаться на первый взгляд. И нет, у неё не было каких-либо намерений встречаться и говорить с Тэдом. Он просто может появиться сам и вовлечь её в разговор, вероятно, на протяжении которого она просто не сможет удержаться от ответа из-за своего любопытства. Пайнс очень надеялась, что Стрэндж оставит её в покое, но… какое-то глубокое чувство подсказывало, что этого не случится.  — Мэйбл, ты услышала меня? — Билл нахмурился, немного надувшись на неё за то, что она проигнорировала его. Девушка хихикнула и посмотрела ему в глаза.  — Извини, задумалась.  — Повторюсь: ты витаешь в своих мыслях, — пробормотал блондин. — Ты хоть небо видишь? Или твой засахаренный чем-то мозг просто отключился? — Билл поднес трость к её подбородку, разворачивая к себе, а она замерла, даже не пытаясь отмахнуться или и вовсе отвернуться от него. Он посмотрел в её голубые, блестящие при лучах солнца и искрящиеся искренним недоумением глаза, и вновь почувствовал, как пальцы, расположенные на трости, дрогнули в желании коснуться её именно рукой, каждым кончиком пальцев ощутить температуру её тела и коснуться того же подбородка, чтобы развернуть девушку к себе.  — Я вижу небо, Билл, — хохотнула она и слегка улыбнулась, сжимая рукав толстовки второй руки в желании коснуться его хотя бы на несколько секунд. Поэтому, чтобы отвлечься от этих желаний, она решила вернуться к первоначальной теме их разговора: — Так кто такой Тэд? Что с ним случилось?  — Да черт тебя подери! — огрызнулся Билл, и Мэйбл от внезапности его слов вдруг откинулась назад так, словно его слова напугали её до глубины души. — Тэд — Коллекционер Душ, подобный мне Жнец, собирающий жизни. И он в полнейшем порядке. Почему ты так печешься о нём? — в завершение он вздохнул, уже мягче разговаривая с ней, а Мэйбл, пораженная тем, каким тоном он впервые разговаривал с ней, удивленно похлопала глазами.  — Хорошо, — кивнула она, игнорируя последний его вопрос. — Как долго вы дружите?  — Почему тебя так интересует Стрэндж? — вновь не выдержал и зарычал Сайфер. — Рядом с тобой сидит нескончаемый бесконечный источник информации о целой планете, а ты всего-навсего хочешь узнать о нем? — Билл сощурил глаза, а пальцы нервно постукивали по трости, желая сломать её пополам. Мэйбл едва услышала ноту грусти в его словах, и если бы не его раздраженный вид, она бы подумала, что ему в самом деле больно говорить о Тэде с ней.  — Мне просто интересно… — призналась Пайнс. — Каждый раз, когда я что-то спрашиваю, ты чаще всего набрасываешься на меня либо с переводным вопросом, либо и вовсе не отвечаешь на них. Не находишь это несправедливым?  — Не нахожу, — отвечает он. — И я, к слову, так совсем не делаю.       Мэйбл хотелось дать ему подзатыльник за то, что он нагло врет. Хотя, если говорить о справедливости, то она тут и восторжествовала, потому что ей довелось соврать ему о встречи с Тэдом.  — Ты одинок?       Вопрос, слетевший с губ необдуманно. Мэйбл тут же хотела было хлопнуть ладонью себя по рту, но сдержалась, понимая, что уже во второй раз сказала что-то, что следовало бы сначала разобрать в голове, подумать, стоит ли его задавать, и только потом произносить. Она почувствовала, как воздух отяжелел после заданного вопроса, даже несмотря на то, что они находились на улице, а сам Билл застыл в удивлении, устремляя взгляд куда-то вперед. С виду казалось, что это его задело.  — Тебе не нужно отвечать на него, извини, — Пайнс махнула рукой в момент, когда Сайфер уже открыл рот, чтобы наверняка ответить — отрицательно, если можно заметить.  — С тобой я не чувствую себя одиноким, — всё же ответил он, но не посмотрел на неё. — Я всегда жду наших встреч. Порой сам на них настаиваю, появляясь в самых различных местах, где оказываешься ты. Жить стало довольно интересно. А ещё странно, что я называю это жизнью, будучи смертью, не правда ли? — Билл усмехнулся. — Я чувствую, будто у меня появилась одна большая перемена за последнюю сотню лет, которой, не скрою, я чертовски рад. Я слишком долго жил в молчании, не имея возможности поговорить с кем-либо, и молчал сам, подстраиваясь под эту схему. Поэтому отвечаю на твой вопрос так: я не одинок. У меня есть ты.       Она покраснела, услышав это, и прижала руки к щекам, внезапно осознавая, что хочется то ли расплакаться, то ли прижаться к нему и крепко обнять за все эти теплые, что было довольно удивительно слышать от него, слова. Возможно, и то, и другое. Она чувствует, как сердце хочет разорвать грудную клетку в клочья, и прижимает одну руку к области сердца довольно незаметно, пытаясь успокоиться. Билл нечасто смущал её, да и, кажется, даже не понимал, что делает это. Обычно их беседы ведутся про унесенные жизни, смерть, его обязанности, как Жнеца, теперь же ещё и о Тэде… Но в последнее время он защищает её от того, что может ей навредить, выдает подобные откровения, даже один раз назвал её дорогой, словно она была ему и вправду дорога.       Ей нравится Билл.  — Д-давай поговорим о чем-нибудь другом! — чересчур нервно выдала Мэйбл, но вместо этого покраснела пуще прежнего и отвернулась, чтобы прийти в себя. Билл терпеливо ждал, а затем ухмыльнулся, когда она посмотрела ему в глаза, едва отойдя от смущения, и улыбнулась уголками губ, которые безумно хотелось поцеловать. Мысли бредовые по его мнению, но лезут в голову, как назойливая синтезированная музыка. — Например, об огне, который появляется в твоей руке, когда кто-то умирает. Что это такое?  — Синий огонь? — Билл недоуменно взглянул на неё, а затем кивнул, когда понял, о чем шла речь. — О, синий. Это души.  — Души? О боже, только не говори, что вы, Коллекционеры, их поедаете, — Мэйбл вздохнула, уже готовая удивляться ответу, и задумалась о том, что никогда ранее не задавала ему этого вопроса. Билл питался душами? Он пытался или всё же пытается заполучить её душу?       Резкая боль в затылке заставила её выпасть из круговорота мыслей, и она даже вздрогнула, когда это произошло. Билл тростью слегка ударил её по голове.  — За что? — прохныкала Пайнс, протягивая руку для того, чтобы потереть больное место. Блондин нахмурился.  — Я не ем души, глупый ты человек, — голос Билла был полон отвращения. — Они отвратительны.  — Ладно-ладно, — обиженно хмыкнула Мэйбл. — Мне жаль за все заданные мною вопросы, — ей больше ничего не хотелось спрашивать у него. На сегодня лимит интереса был крайне исчерпан, поэтому высасывать ответы из него дальше у неё не было ни сил, ни желания. На этом она остановится, но вскоре обязательно поинтересуется чем-либо ещё. Она встала с лавки, ухватываясь рукой за ветку близ стоящего дерева, и Билл в голове невольно представил, как подает ей руку, беспрепятственно помогая девушке встать, и при этом не приносит вреда. — Скоро увидимся, Билл, — она помахала ему рукой, а он лишь уставился на неё, не говоря и слова о прощании. Мэйбл засунула руки в карманы черной толстовки и зашагала в сторону Хижины.  — Мэйбл, — голос Билла прорезал тишину, и она остановилась. — Помни, что я сказал: не разговаривай с Тэдом, пока меня нет рядом.       Пайнс повернулась и сухо кивнула, показывая жестом, что поняла его, после чего подумала, что это предупреждение кажется ей несколько угрожающим, требовательным, таким, словно он был её мужем и мог контролировать каждый её шаг. Но всё же она была не прочь послушаться его: Тэд вызывал непонятные неприятные ощущения и уж точно не хорошего впечатления о себе, поэтому и водиться с ним, как она думала, не стоит. Билл сел на место Мэйбл, на котором она только что сидела, и повернул голову в её сторону, когда та пошла по уже знакомой ей тропе к дому.

***

      Диппер разложил все свои заметки на полу перед собой, пытаясь разобраться в каждой странице и каждой детали, пытаясь найти хоть одну зацепку, что могла бы указать на убийцу. Гидеон сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и сквозь бормотания Пайнса вставлял несколько фраз в виде собственных предположений, на которые тот, конечно же, отзывался. Это дело заставило парней подружиться куда больше, чем когда они дружили в детстве; им обоим было интересно узнать, что происходит в Гравити Фолз, и хоть чем-то помочь в следствии.  — Может, перерыв? — Мэйбл, вернувшаяся домой, выглянула из-за дверного проема. Её появление вполне отрезвило несколько уставшего от этих писанин Глифула, и он даже расплылся в широкой довольной улыбке. — Как долго вы уже пишете? Часа два? Когда я уходила, Диппер начинал что-то писать один.  — Я присоединился сразу, как только отец привез меня сюда. У него было какое-то дело к Мистеру Пайнсу, поэтому я и решил остаться тут ненадолго, — он похлопал рукой по рукоятке кресла, и Мэйбл подошла, думая, что он хочет поздороваться. А пока она подходила, Диппер собрал некоторые бумаги в стопку, отделяя что-то одно от чего-то другого, где было полно красных пометок. Девушка, переступая через канцелярские принадлежности, раскинутые по всему полу, закатила глаза, пытаясь сосредоточиться на телевизоре, что работал прямо сейчас и крутил одно из тупых шоу вроде «Приключений половой тряпки».       Когда она, наконец, дошла до Гидеона, то тот вместо простого приветствия или рукопожатия обернул руку вокруг её талии и потянул на себя, заставляя последнюю оказаться на его коленях, после чего обеими руками обнял её и стал отбиваться довольным хохотом. Мэйбл, чуть надувшись, отвернула его лицо от себя указательным пальцем, но так и не удержалась, издав негромкий смешок. Затем же её внимание пало в сторону брата, чьё лицо заметно посерьезнело.  — Погибших всего было четверо, — пробормотал Диппер, а она попыталась сделать вид, что не слышит. — Все эти жертвы между собой немного разные, но имеют практически одинаковые уроны, полученные в момент убийства. Я заметил это при осмотре второго трупа, когда ты убежала. Была проявлена та же жестокость, повторены те же неоднократные царапины и глубокие надрезы, — он почесал затылок, водя важным взглядом по бумагам. — Предполагаю, что убийца выбирает своих жертв наугад. Однако… все они были мужчинами. И если он однажды выберет женщину, которую мы после сможем осмотреть в морге, то это что-то может нам дать. Вдруг убийца убивает женщин несколько отличимо от представителей мужского пола? — он немного подумал. — Скорее всего, убийца — тоже мужчина.  — С чего ты взял, что это может быть мужчина? — раздраженно кинула Мэйбл, понимая, что брат будет закидывать её предположениями и, вероятно, не заткнется в ближайший час. Неудивительно, что сам Гидеон утомился слушать его, зато сейчас заметно повеселев в её присутствии. Но, честно говоря, его руки на её талии заставляют чувствовать себя неловко и несколько смущающе. — Диппер, перестань говорить об этом.  — Если я не помогу полиции, то никто так и не узнает, кто совершил весь этот ужас, — он даже не взглянул на сестру. — Я думаю, что это мужчина, потому что большинство таковых и совершают преступления. Женщине бы не хватило сил атаковать кого-то, кто по природе физически сильнее.  — Ну, извини, что спросила, Шерлок.  — Спокойнее, ребят. Не стоит ругаться из-за этого, — его руки чуть ниже скользнули по её талии, и она вздрогнула, про себя отмечая, как хитро Глифул ухмыляется. — Давайте поговорим о другом? Или хотя бы выпьем чая для начала?       Мужчина, женившийся на дятле, Тоби Решительный и ещё два байкера из клуба, с которыми близнецы были знакомы с детства, убиты. Мэйбл не узнавала их на фото, разбросанных по полу у колен брата, и вообще злилась из-за того, что о смерти слышит до тошноты много. Схватив подушку, что была расположена под спиной Гидеона, Пайнс запустила его в сидящего на полу брата.  — Мэйбл, я читаю! — он посмотрел на неё, качая головой, а та показала ему язык, несмотря на то, что это было по-детски в её понимании.  — Ладно-ладно, — нахмурился Пайнс, подбирая все свои бумаги. — Почитаю где-нибудь в другом месте, раз вам это не так интересно, как мне.  — Ты уронил! — она заметила несколько листовок печатного формата и сообщила об этом брату, что в несогласованном порядке уже утащил большинство бумаг в другую комнату.  — Не трогай эти бумаги, Мэйбл! Они важны! — предупредил Диппер, а она опустила взгляд на забытый материал. Ей не были интересны все его заметки, но сейчас ей казалось, что всё-таки стоило бы глянуть. Гидеон, сидевший до этого момента молча, выгнулся и двумя пальцами поднял пару бумаг, протягивая их возлюбленной, а та, совсем забыв, что сидит практически на его коленях и его объятиях, уткнулась в полученную вещь с внезапно накатившим интересом. А вдруг она могла бы помочь?       Изображения мертвых тел тут же бросились ей в глаза, и это заставило её почувствовать глубокий, вдоль несущийся по животу нервный кульбит. Она стала просматривать записи, а Гидеон, поняв, что она заинтересовалась, тоже принялся читать прямо с её рук. Всё шло несогласованно, ей едва удавалось разобрать почерк брата. Она почти не обращала особого внимания на те самые записи, помеченные красной ручкой, пытаясь перелистывать страницы более осторожно. Мэйбл не знала, на что смотрит в этих материалах или даже что вообще пытается в них отыскать. Возможно, она искала другие фото, сделанные Диппером в тот день.       Они выпали из страниц и самодельных бумажных кармашков, и это было неким Джекпотом, вывалившимся прямо на её колени. Глифул с любопытством взял в одну руку фото и стал осматривать. А Пайнс, дрожащими пальцами потянувшись к ним, увидела тупиковую невероятно бледную плоть, расположенную на обыкновенном металле. Единственное, что было живым на фото, так это рука Диппера, случайно попавшая в кадр.       Она сразу поняла, почему брат так одержим этим. Высеченные руны были нанесены словно каким-то ритуальным способом, на который, разумеется, требовалось время. Она провела пальцем по линии руки мертвого на фото и увидела, насколько глубоко была сделала каждая из царапин на руке жертвы. Минусом, к сожалению, стало то, что фотография распечатана в довольно низком качестве. Однако, на это смотреть было проще через фото, нежели вживую.       Это было похоже на четкие руны: Мэйбл точно поняла это. Однажды она, Диппер и Стэн ходили на какой-то фильм ужасов, который дядя смотрел молча, а брат постоянно комментировал то, что его смущало: к примеру, нелогичные действия, несогласования и прочее, что казалось ему в деталях неточным. Она тут же вынула свой телефон из толстовки и пересняла этот снимок, несмотря на несильную мутность. Гидеон, не понимавший её действий, просто замер. — Что ты делаешь? — всё же поинтересовался он, но ответа не получил, так как Диппер, появившийся в дверном проёме, перебил его.  — О, а я думал, тебе неинтересно, — Диппер подошел к ним и нагнулся, чтобы проследить за тем, что она делает.  — Мне интересно, — она пожала плечами и смахнула руку Гидеона со своей талии. На момент она даже подумала, что было бы неплохо, если бы Билл хотя бы раз так приобнял её.       Что было вообще невозможно.  — Ты хочешь помочь нам? — Диппер взглянул на готового к работе Гидеона и ухмыльнулся, переводя взгляд на сестру, что только что спрыгнула с кресла, оставляя Глифула одного.  — Конечно, как в былые времена, — хихикнула Мэйбл. — «Мистические близнецы».  — Да, отлично, — мягко ответил Пайнс. — Давай решим эту тайну так, как мы делали это раньше.       До того, как их родители погибли, Диппер не получал удовольствия от времяпрепровождения летом, читая старые книги с мифическими существами. А пока близнецы вспоминали всё это, Гидеон ещё раз пролистал материал, сравнивая снимки с вписанными данными. Между ними как будто чего-то не хватало.  — Слушай, а ты никогда не задумывался над тем, как часто мы были на волоске от смерти? Мог ли бы кто-то решать, когда мы умрем? — поинтересовалась она, отводя взгляд в сторону от заинтересованного блондина. — Я никогда не думала об этом раньше, но все погибшие, которые…  — Не совсем, — перебил её Диппер, — зачем нам думать о том, что нас пока не настигло? — он пожал плечами. — Мы умираем и всё, никто не в праве выбирать, кому сколько жить. Или жизнь, или какие-то причины, вроде тех же несчастных случаев или убийств. Не советую особо задумываться об этом.  — Я подразумеваю тот самый момент автокатастрофы, мои блуждания в лесу или тот день, когда мы впервые наткнулись на Гремоблина. Почему у нас всегда есть время прежде, чем умереть?       Диппер вздохнул и отобрал бумаги с рук Гидеона, что вновь перевел взгляд голубых глаз на девушку.  — Да, мы много раз попадали во всякие беды. Но по-прежнему живы. Кроме того, нам чаще всего удается выбраться «сухими из воды». За исключением автомобильной аварии, разумеется, — Пайнс пожал плечами и собрал бумаги в небольшую стопку.       Мэйбл погрузилась в свои мысли, не находя слов для того, чтобы сказать что-то ещё, а затем перевела взгляд на Гидеона, что любезно попросил проводить его до выхода. Голова разболелась, да и об убийствах слышать ему крайне надоело. Тем более, что они с Диппером два часа просидели за изучением всего дела. Хотя… кто его знает?       Возможно, он просто хотел побыть с Мэйбл немного наедине.