V - значит...

      Номер маленького придорожного отеля, насквозь мокрая толстовка и помятая рубашка, лежащие на чистом скрипучем полу, босые ноги и тяжёлое дыхание. Белое постельное бельё с приятным запахом лаванды и трепещущая под пальцами нежная кожа, покрывающаяся мурашками от нежных поцелуев. Ощущение, будто прикасаешься к чему-то запретному, к тому, на что не положено даже смотреть. Грани реальности стёрлись ровно в то мгновение, когда старенькая дверь их комнаты закрылась с характерным хлопком. Юнги продолжал с наслаждением прикасаться к заветному телу младшего, всё больше убеждая себя в том, что для него нет ничего желаннее. Чимин молчал, покрывая шею блондина влажными поцелуями, постепенно растворяясь в темноте дождливой ночи. Мин медленно стянул брюки, кинув их на спинку деревянного стула. Пак запрокинул голову назад, лежа на просторной кровати и вытягивая руки вперёд, словно приглашая старшего в свои объятия. Юнги не спешил, растягивая долгожданное мгновение на вечность, словно это было возможно. Блондин стянул джинсы младшего, небрежно бросая их на маленькое кресло в углу номера. Парень постепенно придавил своим телом вздымающуюся грудь Чимина, вдыхая аромат мокрых серебряных волос. Пак принимал каждый поцелуй и прикосновение, как нечто ценное и сокровенное, будто самый дорогой подарок. Мин жадно впивался в чужие губы, погружаясь в нереальность всего происходящего. Это сон. Нет. Это лучше чем сон! Юнги не хочет, он просто не готов проснуться. Младший ласково обвивает его шею холодными ладонями, притягивая всё ближе, что бы заполучить каждый возможный поцелуй. Ожидание больше не имело никакого смысла, Юнги со всей нежностью и страстью, погрузил длинные пальцы в плотно-сжатое колечко мышц младшего, упиваясь каждым стоном и всхлипом. Мин пьян, пьян настолько, что сумел вставить член внутрь лишь с помощью маленькой ладошки Чимина, переместившейся затем на его спину. Блондин двигался как можно медленнее, но младший не был против более ритмичного развития событий. Одним движением Пак взобрался на старшего верхом, насаживаясь на возбуждённый член, позволяя старшему ласкать ладонью собственный. Несколько резких толчков и Чимин кончает в унисон со старшим, без сил валясь на белоснежную простыню, жадно проглатывая воздух, будто пропитанный свинцом. Из глаз Юнги посыпались мириады звёзд, рассеивающихся по потолку, как и для Чимина, надеялся он. Пак был не в силах уловить каждую из этих мерцающих звёздочек, но он чувствовал их присутствие всеми частичками обнажённой кожи. Мин на секунду затаил дыхание, что бы послушать, как дышит его луна, самая прекрасная и желанная. Мин всем телом развернулся в сторону младшего, запуская пальцы в спутанные серебряные волосы. Чимин растянул на лице широкую искреннюю улыбку, наблюдая за меняющимся выражением лица блондина. — Знаешь, я не встречал никого прекраснее. — Мечтательно прошептал Мин, что бы его услышали лишь Чимин и эта постель. — Знаю. — Ехидно воскликнул младший, зарываясь в объятия старшего, как можно глубже. Юнги было радостно и грустно одновременно, силясь преодолеть чувство пустоты, парень наконец прижал к себе младшего, заполняя каждую дыру в своём сердце запахом его мокрых из-за дождя волос. Каждая его ресничка стоила миллиард жизней, думал в тот момент Мин, зарываясь носом в серебряную копну. — Я люблю тебя больше всего на свете. — Серьёзно выпалил блондин, с силой сжимая в руках младшего, словно тот раствориться в воздухе, если отпустить. — Я тоже тебя люблю, поэтому будь рядом со мной, я тебя не предам. — Всхлипывал Чимин, впервые открывая для себя, что такое истинные чувства. — Что бы отделить меня от тебя, нужна сила покруче Ким Сокджина. — Усмехнулся блондин, медленно закрывая глаза. — Смерть? — Пак поднял покрасневшее лицо вверх, что бы посмотреть в тёмные глаза старшего. — Она нам тоже ничего не сделает, клянусь. — Мин ласково улыбнулся, чмокая Чимина в кончик носа.

***

— Прекрати это наконец! — Выкрикнул Намджун, привлекая внимание всех, кто находился в участке на тот момент времени. Хосок удивлённо вскинул брови, прикладывая указательный палец к губам, прося друга быть чуть тише. — Почему ты мне не веришь? — Шёпотом спросил Чон, разводя руки в стороны. — Потому, что ты несёшь откровенный бред. Джин-хён не виновен, поэтому заканчивай свои игры в детектива. — Ким устало откинулся на спинку кресла, потирая переносицу пальцами. — Дураку понятно, что большинство улик, предоставленных хёном — фальшивка, но все боятся об этом заявить. — Хосок вцепился в собственные волосы, скрепя зубами от негодования. — Так не честно! — Хочешь, что бы Джин сел? — Голос Намджуна звучал более, чем угрожающе. — Хочу, что бы всё было по справедливости. — Между парнями повисло тяжёлое молчание и весь участок будто молчал вместе с ними, пусть никто и не вслушивался в их разговор. — Хорошо, я даю тебе один шанс, попытайся убедить меня в том, что хён виновен. — Шатен сложил руки на груди, нервно стуча ногами о пол. — И так… — Начал было своё повествование Чон, как его мобильный издал пиликающий звук. — Извини, сообщение. — Хосок поднял сотовый со стола и его глаза увеличились в размере. Парень продолжал стучать пальцами по экрану, снова и снова прокручивая пришедший видеоролик. — Думаю, мне даже доказывать ничего не нужно, сам посмотри. — Красноволосый протянул другу телефон. Джун взял смартфон дрожащими пальцами, включая видеоролик, ранее просмотренный Хосоком. — Не могу поверить. — Выпалил Ким, снова и снова наблюдая за происходящим на записи. Спустя пару мгновений на смартфон Намджуна, также пришло сообщение странного содержания. — Что там? — В нетерпении спросил Хосок, подрываясь с места. — «Распространите видео по всему полицейскому участку в течении 48-и часов. Если условие не будет выполнено, по истечению вышеуказанного времени, Ким Сокджин умрёт.» — С дрожью в голосе прочитал Ким, опуская мобильник обратно на стол. — Ты мне и теперь не веришь? — Почти крича спрашивал Чон, стараясь не привлекать лишнего внимания. — Я должен поговорить с ним. — Шатен спешно поднялся с рабочего места и направился в сторону выхода. — Поговорить? Чёрт тебя подери Ким Намджун! — Хосок побежал вслед за другом, разворачивая его к себе лицом у самого выхода. — Остановись, иначе я разошлю видео прямо сейчас. — Намджун замер. — Хосок, поехали, если со мной что-нибудь случится, распространи ролик. — Стальным голосом процедил шатен, выходя наружу. — Идиот. — Бросил Чон, выбегая за другом.

***

      Сокджин ласково улыбался, наблюдая как Тэхён заливается от смеха, после очередной шутки Чонгука. Парню приятно наблюдать за тем, с какой любовью младший разглядывает Тэ, украдкой обнимая второго за плечи или поглаживая ладонь. В кабинете было прохладно благодаря кондиционеру, развивающему розовые волосы. — Рад, что тебе лучше. — Выпалил Джин, продолжая улыбаться во все зубы. — Спасибо хён, чувствую себя прекрасно! — Тэхён расправил руки в стороны, случайно задевая ладонью Чонгука, сидящего рядом. — Извини, я случайно! — Старший принялся успокаивать брюнета, дуя на место удара. — Больно? — Хён, всё хорошо, успокойся, мне не больно! — Кричал младший, пытаясь скинуть с себя светловолосого, упавшего на него всем телом. — А вот то, что ты упираешься локтём мне в живот, весьма неприятно. — Прости! — Снова начал извиняться старший, убирая из-под себя руки и теперь, уже полностью падая на брюнета. — Я теперь вообще шевелиться не буду. — Ким грустно надул губы, зажмуриваясь до кругов перед глазами. — Господи, за что ты мне такой достался! — Начал смеяться Чон, зарываясь в чужие волосы пальцами. Романтическую идиллию нарушил звонок мобильного Джина, который парень поспешил прервать своим ответом, дабы не отвлекать воркующую парочку. — Алло? Да, я сегодня свободен, а что? Куда подъехать? — После этого вопроса в комнате повисла гробовая тишина, а розововолосый моментально изменился в лице. — Там и делать нечего, если хотел пригласить меня на свидание, мог найти место получше. — Попытался отшутиться Джин, но выражение его лица не выдавало никаких эмоций. — Ладно, я подъеду туда через пару часов, до встречи. — парень быстро сбросил вызов, с грустью смотря на Тэхёна и Чонгука, молча слушающих весь разговор. — Чонгук, мне нужна твоя помощь. — Что случилось? — Озадаченно спросил Тэ, принимая сидячее положение и высвобождая младшего из-под себя. — Дело рискованное, но один я не справлюсь. — В каком смысле? Я не хочу, что бы Гуки подвергал себя опасности! — Чонгук не встревал в диалог парней, он понял всё, по взгляду розововолосого, после вопроса «куда подъехать?». — Всё в порядке, я поеду с тобой. — Выпалил брюнет, поднимаясь с дивана и целуя светловолосого в макушку. — Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? — Тэ в недоумении метался взглядом от Сокджина к Чонгуку, но так и не дождавшись ответа, поднялся с места. — Ну и ладно, просто будьте осторожны. — Чон широко распахнул глаза, его удивило насколько быстро сдался его хён, доверительно заглядывая в тёмные зрачки. — Я верю, что вы не наделаете глупостей. — Улыбнулся светловолосый, пряча руки в карманы широких брюк. Брюнет улыбнулся в ответ, намекая старшему, что пора уходить. — Мы совсем скоро вернёмся, обещаю. — Кинул младший напоследок и выбежал за дверь. На памяти Чонгука, Сокджин ещё никогда не вёл машину самостоятельно, но сейчас старший был занят именно этим. Авто не спеша останавливалось на красный свет светофора и снова начинало движение, как только загорался зелёный. Ким не торопился попасть в пункт назначения, поэтому замедлялся при каждом удобном случае. — Хён, я пожалею, что поехал с тобой? — Возможно. — Отрезал старший, внимательно смотря на дорогу. — Может, хотя бы мне скажешь что происходит? — Брюнет теребил край чёрной рубашки и не осмеливался посмотреть на попутчика. — Ты помнишь, что случилось с моей тётей? — Конечно, она спрыгнула с моста, если я не ошибаюсь. — Чонгук нахмурился и прекратил издеваться над одеждой. — Мы едем на тот самый мост. — Тебя туда Намджун позвал? Романтично, ничего не скажешь. — Младший издевательски усмехнулся, откидываясь на спинку кресла. — Моя тётя не сама спрыгнула с того моста. — В одно мгновение все звуки будто испарились, даже приглушённый шум двигателя куда-то запропастился. Чон мог услышать собственное дыхание и быстрое биение чужого сердца. — Это был я. Я скинул её под поезд. — Если до этого момента сердце Чонгука билось безумно быстро, то сейчас оно просто лопнуло с характерным ощущением преданного доверия. — И почему ты раньше об этом не рассказывал? — Младший из последних сил сдерживался, что бы не накричать на хёна за годы обмана. — Думал, что вы перестанете мне доверять. — Ким с силой сжал руль, постепенно разгоняя автомобиль. — Я злюсь лишь на то, что ты не рассказал мне этого раньше, а в целом, мне плевать кого ты там убивал. — Чон проглотил обиду и прикрыл веки на несколько секунд. — Знаешь, если бы ты не заказал убийство моего отца, то я вероятнее всего убил бы его сам, поэтому можешь не волноваться об этом. — Спасибо, я знал, что ты меня поддержишь. — Думаю, Тэхёни-хён и Чимин-хён тоже тебя поддержат, а вот на счёт Юнги-хёна не уверен. — Брюнет задумчиво потёр подбородок, поглядывая на то, как меняется обстановка за окном. — Юнги уже ничего не сделает, его самолёт в США улетел четыре часа назад. — Чон со злостью посмотрел на старшего. — Ты отправил его в Америку?! Как ты мог хён?! — Его здесь больше ничего не держит, в Штатах ему будет лучше. — Да откуда тебе знать, что его держит, а что нет?! — Брюнет обиженно скрестил руки на груди и всем телом отвернулся от старшего, будто ребёнок. — Мне жаль, но Юнги предал моё доверие, а сейчас мне нужны только преданные люди. — Глаза Кима стали влажными, но он сумел сдержать подступившие слёзы. — Приехали, отсюда пешком. — Старший поспешил покинуть автомобиль, дожидаясь младшего, продолжающего думать над тем, стоит ли ему выходить. Решив, что всё-таки должен поддержать хёна, парень яростно захлопнул дверцу машины и быстрыми шагами пошёл в сторону моста. Чонгук всё шёл вперёд, не заметив, как Сокджин пропал из поля зрения. — Хён? — Младший осмотрел пространство вокруг себя и обнаружил Сокджина на лестнице, ведущей на мост. — Чёрт, а меня под мостом оставил, предатель. — Чонгук уже направлялся к лестнице, как за спиной послышался незнакомый мужской голос. — Вы кто? — Брюнет мгновенно обернулся, кладя ладонь на пистолет в кармане. — А вы кто? — Тон парня выражал недоверие, а из-за темноты невозможно было понять, кто стоит вдали от фонарного света, под которым Чонгука было прекрасно видно. — Чон Хосок, детектив Сеульской полиции. — Незнакомец вышел на свет, предъявляя полицейское удостоверение. — Сейчас здесь ведётся расследование, поэтому вам следует уйти. — Чонгук потерял дар речи, рассматривая до боли знакомое лицо. Нет ничего удивительного в том, что старший не узнал в нём брата, всё-таки столько лет прошло, брюнет вырос и возмужал, под корень истребив в себе худощавого подростка. Парень откровенно пялился на полицейского, чем начинал понемногу раздражать старшего. — Господин, я попросил вас уйти. — Хосок сделал несколько широких шагов в сторону собеседника и застыл на месте, вглядываясь в чёрные глаза. — Неужели, в полиции можно ходить с таким ярким цветом волос? — Чонгук широко улыбнулся, убирая ладони с пистолета и поднимая их вверх. — Простите, но что бы заставить меня уйти, вам придётся меня арестовать. — Чон ещё сильнее сощурил улыбающиеся глаза. Хосок ещё несколько секунд рассматривал незнакомца, а затем набросился на второго с объятиями. — Идиот! — Прокричал старший на всю улицу, продолжая всё сильнее сжимать брата в руках. Чонгук был не в силах сдерживать подступающие слёзы. Младший опустил руки на спину красноволосого обнимая не менее сильно, чем Хосок. — Где ты был всё это время?! — Продолжал надрываться старший, вытирая слёзы о плечо младшего. — Я искал тебя! Почему ты просто не вернулся?! — Старший настойчиво сыпал вопросами, на которые Чонгук пока не мог ответить, то ли из-за непрекращающейся истерики, то ли из-за груза ответственности. — Мне так жаль… — Наконец выдавил из себя брюнет, заикаясь в каждом слоге. — Я… Так… Виноват… — Виноват! Ещё как виноват! Придурок! — Хосок продолжал крыть младшего всевозможными ругательствами, но из объятий не выпускал, боясь вновь потерять родного человека. — Я очень скучал. — Более спокойно пролепетал Чонгук, постепенно расслабляя руки. — Хён, мне столько нужно тебе рассказать, но я не могу. — Брюнет вытянул руки вперёд, сжимая плечи старшего в ладонях. — Почему? Чонгук, я не причиню тебе вреда. — Хосок дрожал словно лист, который сорвали с ветки. Ему было непривычно смотреть на своего маленького братишку снизу вверх. — Я познакомился с людьми, очень хорошими людьми, я не хочу, что бы они пострадали. — Клянусь тебе, никто не пострадает, все кто дорог тебе, дорог и мне, я всё сделаю, Чонгук! — У красноволосого ещё никогда не было столь сильного желания защитить кого-нибудь. После смерти сестры, он каждый день думал о том, где пропадает Чонгук, спит ли он в тепле? Хорошо ли питается? С кем общается? Плачет ли он по ночам из-за чувства вины? А сейчас, он здесь, прямо перед ним, плачет и пытается оттолкнуть от себя и своих секретов, но Хосоку плевать на все секреты, плевать на опасность и прочие препятствия между ним и братом. — Я убивал людей, хён, много людей, я ужасный человек. — После этих слов, старший будто погиб, умер в ту же секунду. «Это моя вина» — проносилось в голове красноволосого. «Если бы я нашёл его раньше, то он бы не стал убийцей». — Плевать. — Хосок улыбнулся настолько ярко, что свет фонаря, падающий на парней, показался самым ничтожным на планете. — Мне всё равно. — Старший продолжал плакать, но уже сквозь улыбку. Чонгук обнял брата с новой силой, позволяя горячим слезам впитаться в полицейскую форму. — Я не убивал Мирэ, я не трогал нашу сестру, клянусь! — Я знаю, я всегда это знал. — Красноволосый ласково гладил младшего по спине, пытаясь успокоить, одновременно сам нуждаясь в утешении. Резкий холодный ветер насквозь пронизывал органы парня, медленно поднимающегося по ступеням на мост, где уже стояло полицейское авто. Намджун что-то листал в смартфоне, опираясь спиной об машину. Синий свет телефона освещал его уставший профиль. Джин с наслаждением любовался, трепещущими на ветру, каштановыми волосами, словно шёлк на ощупь. Сокджин сделал несколько, едва слышных, шага навстречу своей второй половинке и полицейский тут же поспешил убрать мобильник в карман. — Долго ждёшь? — Натягивая на лицо улыбку, старший крепко обнял Джуна, пытаясь запомнить его тепло и запах в мельчайших деталях. — Минут пять. — Младший хладнокровно выпутался из объятий, вытягивая руки перед собой. — Нам нужно поговорить. — За одну секунду лицо Джина наполнилось такой печалью, что заплакать можно было лишь от одного вида на это жалостливое выражение. Парень спрятал ладони в карманы кремового пальто и пристально уставился на Намджуна. — Ты уже в курсе да? — Конечно, я же не дурак. — Старший снова натянул на лицо улыбку, но уголки губ дрожали, словно он вышел без одежды в лютый зимний мороз. — Хён, я не понимаю. — Джун сделал широкий шаг назад. — Я окончательно запутался. — Как и я. — Розововолосый опустил лицо в пол, сдерживая подступающие слёзы. — Зачем? — Голос младшего дрогнул. — Когда ситуация выходит из-под моего контроля, я предпочитаю решать проблемы радикально. — Ледяной поток воздуха бил по лицу, морозя нос и щёки. — Понимаешь? — Нет, не понимаю, объясни мне, прошу. — Полицейский нрав дал серьёзную трещину и Намджун резко схватил чужую ладонь. — Я хочу знать правду. — Правда в том, что я прогнил, Намджун. — Старший одёрнул ладонь, возвращая её обратно в карман. Парень медленно подошёл к железному ограждению, опуская голову за перила и рассматривая рельсы где-то внизу. — Я лгал всем, кто меня окружал, но самое ужасное, что я лгал самому себе. — Хватит с меня лжи! — Намджун перешёл на крик, впиваясь ногтями в кожу ладоней. — Перед тем, как я всё расскажу, ты должен кое-что понять. — Розововолосый развернулся к полицейскому лицом, вплотную прижимаясь спиной к ограждению. — Мои чувства к тебе, были настоящими, я никогда не лгал о любви к тебе. Ты имеешь полное право не верить мне, но я клянусь, что продолжу любить тебя, несмотря ни на что. — Ветер смахнул с лица старшего несколько слезинок. — Это я виноват в смерти Кан Чеджона и Ли Юнсона, но что ещё хуже, я лично убил свою тётю. — Намджун оцепенел, он не мог и слова проронить. Видео, которое прислали Хосоку ещё в участке, запечатлило тот самый момент, где Сокджин толкает свою тётю с моста, прямо на железнодорожные пути. Полицейский в нём проводил беспристрастный расчёт, выводил мотив преступления и составлял психологические портреты, но любящий человек до последнего отказывался верить в реальность происходящего. — Сбросил с того самого места, где стою сам. — Старший развёл руки в стороны, поднимая замёрзшее лицо к небу. Рука младшего дрогнула, а затем выхватила пистолет из кобуры. Намджун будто прекратил отдавать отчёт собственным действиям, разум затуманен обидой и вопросами, на которые он не желает знать ответ. Парень навёл оружие на старшего, задыхаясь от слёз. — Вот значит как. — Джин опустил руки по швам, внимательно наблюдая за действиями младшего. — Пристрелишь меня? — Может быть… — Шатен щёлкнул предохранителем, сжимая приклад всё крепче. Глаза, заполненные слезами, искажали образ старшего до неузнаваемости. В тот момент, когда влага наконец скатилась по щекам, перед Намджуном предстало самое красивое зрелище в его жизни. Его драгоценный хён жадно глотает холодный воздух, его нежно-розовые волосы путаются и лезут в мокрые глаза, переливающиеся разноцветными бликами, тонкие пальцы дрожат от каждого тяжёлого вздоха, а расстёгнутое пальто мечется из стороны в сторону. Широкая грудь вздымается, а затем будто проваливается, облачённая в шёлковую белоснежную рубашку, несколько верхних пуговиц которой расстёгнуты и обнажают пульсирующую венку на шее. Если хорошо подумать, то Джун наверняка вспомнит на каком именно месте красовался его засос и на сколько миллиметров выпирают ключицы старшего, когда он дышит. Позади розововолосого раскинулись мириады звёзд, которые невозможно разглядеть на фоне сияющего ночного города. Где-то вдалеке слышался шум автомобилей, сигнализаций и сирен скорой помощи, но каждый звук растворялся в вакууме его собственных мыслей. — Тогда стреляй. — Спокойно проговорил Сокджин, улыбаясь сквозь слёзы. — Если бы мне дали выбрать где умереть, то твои руки прошли бы вне очереди. — После этих слов ладонь младшего дрогнула, а слёзы подступили с новой силой. — Не можешь? — Молчание стало знаком согласия, хотя Джин никогда не верил в это глупое выражение, сейчас оно подходило как нельзя кстати. — Тогда я помогу тебе. — Парень сделал решительный шаг назад, перегибаясь через ограждение спиной, всего секунда и носки его дорогих ботинок отрываются от земли. Он летит. Словно птица, готовящаяся приземлиться на стальные прутья, тянущиеся по земле. Сокджин взглянул в ночное небо и очень пожалел, что не разглядел на нём звёзды. Вот и всё, парень слышит приближающийся поезд и искренне верит, что заслужил каждую сломанную кость после падения, которое вот-вот состоится. — Никогда! — Намджун бросил пистолет на землю, подбегая к старшему так быстро, насколько мог. Младший с силой вцепился в ворот рубашки старшего, возвращая того обратно на мост. — С ума сошёл! — Джин не мог удержаться на ногах, поэтому упал в объятия младшего, рыдающего навзрыд. — Я не брошу тебя! Мне плевать, убийца ты, или ещё кто похуже! Не смей так поступать со своей жизнью! — Шатен с силой прижал к себе дрожащее тело старшего. — Мне нужна твоя любовь и я верю тебе, всегда верил…