Золотая клетка.

      Погода портилась. Сначала накрапывал мелкий дождик, постепенно усиливаясь и превращаясь в настоящий ливень, а вскоре начало и громыхать. Небо раскололось надвое от яркой вспышки молнии. Ветхая крыша протекала, с потолка падали капли воды, запах гнили становился все резче и отчетливее. С очередным раскатом грома Ричард проснулся. Он не боялся грозы, но с раннего детства откровенно ее недолюбливал, жалуясь на чуткий сон. Пробуждение принца было слишком быстрым, поэтому лишь через несколько секунд он заметил, что в комнате находится еще один человек. Прямо перед кроватью стояла Ирен, ее взгляд был устремлен куда-то за спину юноши, а глаза стали янтарными и издавали легкое свечение. В помещении царил полумрак, отчего представшая перед принцем ведьма выглядела еще более жутко и теперь сильно походила на страшные изображения ее сестер в картинах: отрешенное, безразличное лицо с ноткой безумия, развевающиеся на ветру длинные волосы, хотя непонятно, откуда взяться ветру в доме, не хватало только котла, метлы и остроконечной шляпы. Ричард проследил за взглядом Ирен и обернулся, но ничего странного за собой не увидел, лишь деревянную стену, потемневшую от времени. Беглец был напуган до чертиков, и все же старался сохранять спокойствие, с момента их первой встречи эта девушка ни разу не навредила. С чего бы ей сейчас менять тактику? — Совсем скоро предсказание свершится, великая сила проснется. Она необузданна и страшна. Грядут перемены, прежний строй рухнет, на смену ему придет новая эпоха. Вы в опасности, враг уже знает, что его истинное лицо раскрыто. Совсем скоро наше королевство поглотит кромешная тьма. Вы погибните. — Голос Ирен звучал необычно, словно говорила не она, а кто-то другой, находящийся внутри её тела. Когда девушка замолчала, юноша на мгновение замер, а придя а себя, поднялся с кровати и зажег свечу, чтобы хоть как-то отогнать нарастающее с каждой секундой ощущение опасности, принца трясло от страха. Раньше ему не приходилось сталкиваться с такой странной магией, он видел только безобидные перевоплощения, тайные проходы в стенах и заколдованную розу. Как только сияние глаз ведьмы потухло, она обмякла и упала на колени, под глазами образовались темные круги, а кожа стала мертвенно-бледной, на ней выступили темные линии, напоминающие кровеносные сосуды. Его Высочество тут же кинулся к девушке и подхватил ее. Она была холодная, почти как труп, но сердце все еще билось. Перенеся Ирен на кровать, Ричард отыскал в комнате какую-то дырявую льняную простыню и укрыл девушку. Стоило как можно скорее рассказать о случившемся Жаку, несмотря на то, что после ссоры говорить с ним не было никакого желания. И все-таки юноша переборол свою взбунтовавшуюся гордыню.       Бертлен спал на холодном полу в соседней комнате, завернувшись в старенькое покрывало, и выглядел таким умиротворенным, словно ангел, каким-то чудом спустившийся с небес на землю. Похоже, мужчина очень устал, раз мог дремать в таких условиях, либо привык к бедности, в то время, как младший сын короля только начал понимать тяготы жизни простого люда. Принц присел на корточки и аккуратно тряхнул друга за плечо, отведя взгляд в сторону, меньше всего сейчас хотелось видеть недовольное лицо этого не по статусу высокомерного бедняка. Однако в глубине души Ричард надеялся, что их ссора забудется. Надежды не оправдались, как только Жак проснулся и понял, кто его разбудил, тут же выказал все свои чувства. Столько презрения и надменности было в глазах этого простолюдина, что его дерзости позавидовал бы любой дворянин. — Что Вам нужно? — Бертлен отшатнулся от Его Высочества, как от прокаженного, отчего тот поморщился и стиснул зубы, борясь с гневом. Ричард искренне не понимал, что такого ужасного прозвучало в его словах, да, он был несдержан, немного груб, но раньше Жак терпел все подобные выходки. Получается, дело в Ирен. На миг принца обуяла злоба, что он готов был передумать рассказывать о произошедшем минуту назад кошмаре, в какой-то момент юноша почти возненавидел рыжую ведьму, хотя и не понимал, в чем причина столь внезапного порыва агрессии. Простолюдин какое-то время выжидательно глядел на друга, всем своим видом давая понять, что не рад его видеть, но вскоре устал играть в молчанку и поднялся. Беглец тут же пришел в себя, буря эмоций постепенно утихала вместе с ненавистью к гостье. — Я был неправ вчера, прошу прощения за свое недостойное поведение. Если тебя настолько задели мои слова, можешь и дальше не замечать меня, но сейчас выслушай, это важно. Я разбудил тебя не для того, чтобы ругаться. Только что в соседней комнате произошло кое-что странное: Ирен пришла ко мне и начала говорить какие-то страшные вещи, да еще и таким голосом, словно в нее вселился дьявол, а потом вдруг упала без чувств. Она холодная, Жак, как лед, но дышит. Ты знаешь, что можно сделать? Я не могу сейчас отнести ее к лекарю, меня ищут повсюду. — Принц старался держаться отстраненно, не показывать чувств, но пусть лицо и оставалось спокойным, его голос дрожал то ли от страха, то ли от обиды. — О нет… — Жак поспешил к девушке, а Ричард, мысленно ругая себя за честность, сжал ладони в кулаки так сильно, что ногти больно впились в кожу. Но после драки кулаками не машут, принцу оставалось лишь последовать за другом, чтобы понаблюдать за дальнейшим развитием событий.       За то время, что Ирен находилась одна, в ее состоянии произошли изменения. Если сначала она просто выглядела изнеможденной, то теперь представшая перед ребятами картина была поистине кошмарной. Девушка билась в судорогах, а изо рта ее шла пена. Бертлен сразу же кинулся на помощь и начал проводить какие-то странные манипуляции, непонятные принцу. Спустя какое-то время приступ прошел, дыхание девушки выровнялось, теперь она выглядела так, будто просто уснула. Отчего-то принц испытал облегчение, хотя еще недавно готов был самолично убить рыжеволосую красавицу без какой-либо видимой причины. — С ней все будет в порядке? — Ричард подошел ближе и остановился в шаге от сидящего на краешке кровати Жака, простолюдин держал в руках ладонь Ирен, не сводя глаз с самой ведьмы. Принц ощутил, как что-то кольнуло в груди, ему было неприятно смотреть на эту идиллию. Ей богу, как муж с женой, девушка ведь накануне призналась в чувствах, так почему Бертлен не ответил на них, раз с такой нежностью смотрит в сторону этой ведьмы? Странные мысли витали в голове беглеца, с каждой секундой все сильнее ощущавшего себя лишним рядом с друзьями. — Да, ей лучше. Эй, Ричи… Прости меня, я переборщил. — Наконец-то Жак отпустил руку девушки и повернулся к Его Высочеству, в глазах простолюдина больше не было надменности, лишь сожаление о сказанных словах. — Не знаю, почему так разозлился, ты просто выводишь меня из себя, рядом с тобой я теряю контроль. И мне страшно, что однажды потеряю и тебя самого. Мы оба поступили неблагоразумно, поэтому не вини только себя в случившемся. В любом случае, спасибо. Ты попросил прощения, поэтому мне стало легче, я боялся подойти первым, думал, что ты злишься на меня. — Да, я злился, но тебе хочется прощать все на свете. Не знаю, в чем причина. Наверное, потому что ты много сделал для меня. Я благодарен за все. — Ричард не смог сдержать радостной улыбки, от слов друга по телу разливалось приятное тепло: мягкое и тягучее, словно мёд. — Однако у нас появилась проблема. Как мы покинем город без магии Ирен? У ворот, должно быть, усилили охрану, в этот раз маскарад не сработает, они наверняка останавливают всех подозрительных. — Есть у меня одна идея… Но тебе не понравится. Конечно, так мы вряд ли сможем покинуть город, слишком рискованно, но дождаться, пока Ирен станет лучше, думаю, получится. — Жак усмехнулся, окинув друга оценивающим взглядом, и облизал пересохшие губы. — Доверитесь мне, Ваше Высочество?

***

      Ричард был искренне рад, что в захудалом домишке не оказалось ни одного зеркала, потому что не желал видеть то, во что превратил его хитрый простолюдин. Негоже Его Высочеству в женские платья наряжаться, хотя на деле план, быть может, не такой плохой. Вероятно, стража разглядывает на улицах города юношей, поэтому переодеться в девушку наиболее безопасно. Только вот проблема состояла в волосах, которые принц не так давно безжалостно отстриг. Несмотря на то, что с момента второй встречи с Ирен они стали немного длиннее, на прическу девушки тянули слабо. Ричард еще не успел показаться Жаку, да и не хотел, уж слишком неловко он ощущал себя в непривычной одежде. Однако спутник беглеца спрашивать разрешение не стал и вошел в комнату, где переодевался принц, без стука. — Я сразу сказал, что это никуда не годится. — Его Высочество начал с нападения, не желая выслушивать насмешки друга, но тот и не думал смеяться, а стал с нескрываемым интересом разглядывать перевоплощенного юношу, не произнеся ни слова. — Хватит смотреть, мне дурно от такого внимания. Платье мало, корсет слишком тугой, не представляю, как его затянуть. И плечи, наверное, широкие. — Нет, ты очень красивый. Только волосы зря обрезал, сейчас бы пригодились. Дай-ка. — Жак подошел к Ричарду, встал позади и резко затянул шнурок корсета, да так ловко, чему юный принц был бы немало удивлен, если бы на мгновение не забыл, как дышать. — Надо накрутить кудри и красиво убрать. Сейчас придумаю, как это сделать. — Сначала скажи, как не задохнуться в этой штуковине. Мне искренне жаль женщин, которые постоянно в этом ходят, — прохрипел беглец, ловя губами воздух, но уже через пару секунд юноша позабыл о неудобстве, в его волосы зарылись чужие пальцы и начали приятно массировать кожу головы, отчего по телу пробежали мурашки. — М-м, так намного лучше. Сделай так еще. — Нравится? Сядь на диван, а я скоро вернусь и продолжу. — Жак ласково провел ладонью по идеально прямым волосам принца и удалился. Как и обещал, он вскоре вернулся, держа в руках тонкую веревку и какие-то сухие ветки. Разломав их руками на небольшие, примерно равные части, простолюдин набрал в миску немного воды и, вновь подойдя к Ричарду, принялся накручивать небольшие прядки волос на самодельное приспособление для завивки, немного смачивая их водой и в конце завязывая веревкой. Иногда Его Высочество ощущал, как от чужих прикосновений по телу пробегает приятная дрожь, а иногда морщился от боли, но в целом Бертлен работал аккуратно, внимательно следя за каждой реакцией своего спутника. Вскоре на голове Ричарда образовалась странная конструкция, из-за которой тот чувствовал себя очень глупо.       Минуты казались вечностью, неудобный корсет сдавливал ребра, а страх лишний раз повернуть голову сильно раздражал, принц не понимал, зачем нужны эти ужасные кудри, если он не собирается выходить на улицу, но не задавал вопросов, надеясь вскоре услышать объяснения. Наконец-то Жак принялся снимать самодельные бигуди, но по его молчанию было трудно сказать, доволен ли он результатом. — Конечно, прическу трудно назвать идеальной, но получилось даже лучше, чем я ожидал. Уже начало светать. К открытию рынка как раз успеем. Идем. — Бертлен схватил ошарашенного принца за руку и потянул на улицу, игнорируя всяческие попытки сопротивления. Если расхаживать в платье по дому для Его Высочества уже стало делом почти привычным, то находиться среди людей было отвратительно. Ричарду казалось, будто все вокруг знают, что он мужчина. — Послушай, разве мне не безопаснее сидеть дома? Куда ты меня повел? — выразил недовольство принц, плетясь за другом и то и дело поглядывая по сторонам. Не хватало еще напороться на кого-то из королевской стражи, время раннее, зевак на улицах не было, только трудяги спешили открывать свои лавки, потому что привыкли работать от рассвета до заката. — Нужно купить тебе платье побольше, Ирен вряд ли расстроится, что ты взял ее сменную одежду, но все-таки брать чужие вещи без разрешения некрасиво, а еще нужны лекарства и еда, когда покинем город, не сможем завтракать в таверне. Тебя с собой беру, потому что со мной безопаснее. — Жак шагал достаточно быстро, уверенно ориентируясь в городе, будто живет здесь много лет. Это немало удивляло Его Высочество, который почти не помнил дорогу до центрального рынка. Заметив любопытство в глазах друга, простолюдин улыбнулся. — У меня отличная память, если один раз увижу человека, смогу запомнить его лицо в мельчайших деталях, либо пересказать любую из прочитанных книг дословно. В моем роду почти все такие. Но с этим «даром» немало проблем, порой хочешь что-то забыть, а не можешь, в какие-то моменты кажется, что голова перегружена, это довольно неприятно. — У меня тоже есть особенность. Это деньги и статус. Видишь ли, я притягиваю людей. Даже если они меня недолюбливают, все равно идут на контакт, хотя не раз случалось, что такое поведение противоречило их морали. Я повидал много женщин, почти каждая легко соглашалась на близость, хотя среди них были и те, кто всегда ведет себя прилично, не вступает в столь легкомысленные связи. Раньше мне казалось, что дело в нашем падшем обществе, утратившем главные ценности, но я мало чем от него отличаюсь. При дворце меня раньше тоже недолюбливали, как и горожане столицы, как и всё наше королевство на данный момент, и тем не менее никто из слуг ни разу не предал, потому что все боялись. Напротив, они тянулись ко мне больше, чем к Виктории или Карлу. Это мои сестра и брат, хотел бы я познакомить вас однажды… — Ричард редко рассказывал о своем прошлом, о детстве во дворце, о погибшей матери и жестоком отце. Наверное, в этом не было необходимости. Народ и так знал о том, что происходит в королевской семье, а детали никого не касались. — Вот и со мной сработала сила притяжения, только здесь дело не в деньгах и не статусе. Уехал с тобой черт знает куда, все бросил и нашел на свою голову немало проблем… И знаешь, ничуть не жалею. Ты действительно каким-то магическим образом влияешь на меня. — Жак остановился и повернулся лицом к принцу, встав почти вплотную, сердце беглеца забилось как бешеное, Бертлен тоже ощутил это и вмиг улыбка стерлась с его губ. Он стал серьезен, словно собирался с мыслями, но так и не решился произнести слова, что вертелись на языке. — Ты тоже странно влияешь на меня. Я боюсь этого, потому что привязанности мне чужды. Иногда хочется тебе полностью открыться, но потом вспоминаю, как в детстве все мои друзья общались со мной лишь из-за того, что я принц. Богатый, влиятельный. Мне страшно, что ты рядом только из-за моего статуса, как все остальные. — Ричард опустил взгляд, стараясь унять дрожь. Момент, когда атмосфера вокруг накалилась, был упущен, простолюдин вновь натянуто улыбнулся. — Мне моя жизнь дороже любых богатств, я ни за что не стал бы ею рисковать ради денег. — В голове Жака прозвучала досада, которую Его Высочество сразу уловил, но ничего не мог с собой поделать, он испугался странных чувств, просыпающихся в глубине души. Они разъедали его изнутри.       Друзья стояли неподвижно, оба чувствовали неловкость, но никто не решался её разрушить. Это могло длиться ещё долго, но вдруг на лице Жака отразилось негодование, он снова резко схватил своего спутника за руку и потянул за собой, уводя с главной улицы, свернув в переулок, они остановились перед добротной дощатой дверью. По одному взгляду простолюдина принц понял, что случилось неладное. Ребята зашли внутрь и оказались в пивнушке. Людей было не очень много, видимо, остались только те, кто просидел здесь всю ночь. Посреди зала располагалась небольшая зона для танцев, где вяло двигались под музыку парочки, за столиками и у барной стойки расположились мужики, вливающие себе в глотку янтарную жидкость. Жак заказал две кружки пива, сел возле барной стойки, нахмурил брови и принялся о чём-то размышлять. В этот момент двери пивнушки открылись, и на пороге показался человек в форме с королевским гербом. Бертлен тут же схватил Его Высочество за локоть и увлёк за собой на танцпол. Не растерявшись, Ричард обвил руками шею друга, который, в свою очередь, прижал младшего сына короля к себе, обхватив за талию. В помещении играла громкая музыка, но принцу все равно казалось, будто он слышит дыхание партнера, так близко к друг другу они находились. Тем временем, стражник сел туда, где недавно находились беглецы, и попросил пива. Ричард напряг слух, надеясь раздобыть полезную информацию, но из-за музыки различить слова оказалось непросто. Жаку, похоже, в голову пришла та же идея, поэтому он начал плавно перемещаться ближе к стойке. — Я знал его с самого детства, ещё до того, как поступил на службу, брат… Да, у Его Высочества непростой характер, но не верится, что он мог вынести половину казны. Может, он жесток, но никогда не был жадным. Что-то нечистое замышляют во дворце. Многие дворяне настроены против принца, говорят, у них личные счеты, но есть и те, кто его поддерживает. Не знаю, откуда ноги растут, но у Его Высочества есть влиятельный покровитель. Они должны как-то держать связь. — Стражник тяжело вздохнул и глотнул хмельного напитка. Ричард бросил вопросительный взгляд на Жака, но тот, похоже, тоже впервые слышал о таинственном союзнике. Подойдя ещё немного ближе, парни сконцентрировали все внимание на разговоре. — А знаешь, я бы встал на сторону принца. Он, конечно, не самый приятный человек, но смог бы стать достойным правителем. У него есть совесть, в отличие от… Ох, опасно чесать языком. Если кто услышит, у меня будут серьёзные проблемы. Найти бы ещё Его Высочество, да он хорошо прячется. Город покинуть не мог, иначе б доложили. Сейчас стража обыскивает дома горожан. Долго придется слоняться по округе, да выхода нет. — Артур, я бы на твоем месте не стал сейчас рассказывать о королевской семье. Позади тебя танцует подозрительная парочка, может услышать и растрезвонить всем, кажется, они сильно заинтересовались, все ближе подходят. — Бармен, который, по всей видимости, являлся братом стражника, старался говорить не очень громко, но Ричард услышал и постепенно начал удаляться, осознав, что вряд ли Артур скажет ещё что-то полезное, да и будет нехорошо, если кто-то догадается о том, что парни подслушивали. Оказавшись в самом центре танцпола, принц нехотя отстранился, легонько оттолкнув друга. Они выждали пару минут и, оставив пиво нетронутым, покинули заведение. Ричард уже расслабился, поворачивая на главную улицу, как позади раздались быстрые шаги. — Именем короля приказываю остановиться! — Голос стражника прозвучал угрожающе, это был конец. Принц готов был попрощаться с жизнью. Если его лицо увидит человек, служивший при дворце, то наверняка узнает, не поможет ни платье, ни новая прическа. На мгновение беглец представил, как лезвие гильотины отсекает ему голову, и тут же пожалел об этом. Страх медленно проникал под кожу юноши, а от осознания, что придется расплачиваться за чужой грех, Ричарду стало горько. Когда принц уже готов был сдаться, сильные руки крепко прижали его к чужому, но такому знакомому телу. Стало спокойнее. Несколько секунд парни стояли неподвижно, а потом Жак ободряюще улыбнулся и неожиданно поцеловал друга в губы. Ричард готов был взорваться от нахлынувших чувств, которые он так старательно сдерживал уже давно. Руки сами потянулись к Бертлену, пальцы самовольно скользили по щекам, плавно переходя на длинные волосы мужчины. Это было похоже на безумие, принц никогда никого не целовал с такой страстью, он был полностью поглощен процессом. Хотелось прижать отважного простолюдина еще ближе, если бы это было возможно. Это походило на глоток свежего воздуха, такой необходимый, желанный, но мимолетный. Ты не никак не можешь надышаться, поэтому продолжаешь жадно глотать, боясь, что в любой момент это может прекратиться. Наконец-то Жак оторвался от губ Ричарда и улыбнулся ещё шире. — Милая, я разберусь. Подожди меня за углом. Тебе не нужно это слышать. — Бертлен подтолкнул Его Высочество, а сам пошел навстречу стражнику. — Прошу прощения, что подслушал разговор. Я готов принять любое наказание, но не трогайте мою невесту. Я не шпион, просто стало любопытно, что в подобном месте делает человек королевским гербом на форме. Обычно они ходят по улицам. — Лучше бы мне убить тебя, но… Я сегодня добрый. Если хочешь жить, держи рот на замке. И не думай, что мне не удастся найти тебя. — Артур сделал грозное лицо, но то была лишь маска. Жак видел обман насквозь, он слишком хорошо разбирался в людях, но был достаточно умен, и не подал виду, что раскусил дешёвый трюк. Молодой простолюдин давно понял, что глупым живется проще. Даже несмотря на то, что стражник вовсе не собирался убивать случайного свидетеля, все равно мог стать серьезной помехой, поэтому не стоило привлекать к себе внимание. Утвердительно кивнув, Бертлен натурально изобразил страх и раскаяние, продолжив играть роль недалекого человека. Похоже, Артур поверил, потому что немного успокоился и даже смягчился. — Красивая у тебя девушка. Я видел лишь мельком, но есть в ней что-то особенное. Береги её и помни про наш уговор. И постарайся больше не искать на голову неприятности, любой другой на моем месте арестовал бы вас. — «Это вряд ли, иначе пришлось бы объяснять королю Вильгельму, как простому пареньку удалось подслушать разговор о делах государственной важности. Он испугался ещё сильнее, чем мы, — пронеслось в голове Жака, но вслух он сказал совсем другое. — Верно, она всë для меня, моя жизнь. Благодарю за оказанное милосердие, Господь этого не забудет. Я буду молиться за Вас.       Пока отважный простолюдин решал проблему, Его Высочество стоял за углом, стараясь унять дрожь в теле. Сердце готово было вот-вот вырваться из груди от одного лишь поцелуя. Ричард долго убегал от своих чувств, но теперь был вынужден принять неизбежное: он впервые в жизни по-настоящему влюбился. Влюбился без памяти. Отныне он не видел будущего без этого странного паренька, посланного самим Богом. Только теперь юный принц осознал, как сильно хочет отдавать, а не получать, дарить, а не забирать. Душа ему уже не принадлежала, она была полностью во власти человека по имени Жак Бертлен.