Механизмы 482

Джин Грей автор
Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Описание:
Существуют ли другие реальности? Мне кажется, что да. Судите сами, откуда бы взяться всем историям о других мирах? Все фильмы, научные доказательства, комиксы. А сны? Мечты и фантазии? Кто-то сказал, что мысль материальна. Если так, то где же осуществляются наши самые сокровенные желания? Если в другом мире, то могут ли эти миры пересекаться? И если да, то как? Порой достаточно одного слова или жеста, чтобы привести "механизм пересечения" в действие. Мгновение - и ты не понимаешь, где находишься

Посвящение:
Честно? В первую очередь, себе.
И, конечно, читателям. Мне очень приятно знать, что вам нравится.

Публикация на других ресурсах:
Запрещено в любом виде

Примечания автора:
Мне кажется, я никогда не прекращу её редактировать

Часть 60

2 мая 2019, 23:52
      Я не представляла, как долго проворочалась в постели без сна. Прохлада простыней и приятный ветерок с улицы не могли отменить того, что солнечные лучи являлись прекрасным естественным освещением, не требуя ни электрических лампочек, ни факелов. В таком состоянии «между» я снова и снова прокручивала в мыслях суд, на котором довелось побывать благодаря встревоженности… всех? Наверно, да. Как верно подметил Тор, «что ты ответишь на то, что на одной стороне с твоим павшим в бездну сыном сражается мидгардская дева, обладающая силами, превосходящими умения многих асгардских чародеев?». Кхм, спасибо Тессеракту? Мда, пожалуй, именно это. Но что конкретно хотел увидеть Всеотец? Понравились ли ему мои ответы? Почему-то у меня было такое навязчивое ощущение, что Один всего лишь взял небольшой перерыв, но вот только не отпустил меня, нет. Мы оба прекрасно знали, сколько ещё не было рассказано. Вот только ушей на том публичном слушании было слишком много.       В очередной раз перевернувшись на другой бок, я безмерно обрадовалась, обнаружив едва заметную верёвочку, сдерживавшую полог кровати в собранном состоянии. Не тратя времени на ненужные раздумья, я развязала её, скрывшись в мягкой обволакивающей тени ткани. С облегчением откинувшись на подушки, я вдохнула полной грудью, а в следующий момент готова была биться об заклад, что полог заколдован — тишина комнаты постепенно наполнялась едва слышными трелями неизвестных мне птиц, и сознание медленно уплывало на неизведанные равнины далёких миров, о которых я разве что в книгах читала. Вдалеке на свободе прерий резвился табун диких лошадей, совершенно не ведавших о таком создании, как человек. Луг был устлан покрывалом мельчайших цветов: жёлтыми, голубыми, алыми… На лазурном небе вальяжно проплывали перьевые облака, подгоняемые лишь мягким ветром. Шелковистая трава приятно щекотала кожу, и я просто шла, любуясь этой красотой. Где-то поблизости игриво журчал ручеёк, и я двинулась на его звук, напевая какую-то незамысловатую мелодию, кажется, из «Пиратов Карибского Моря».       Мимо пролетел ворон. Затем ещё один. Журчание ручейка становилось громче — казалось, что я приближалась к нему, о чём свидетельствовал прохладный ветерок, веявший со стороны потока. Солнце несколько раз скрылось за набежавшими на него облаками. Совсем близко пронёсся табун лошадей, словно встревоженный чем-то. Из леса неподалёку взметнулись птицы, разорвав покой и тишину шелестом сотен крыльев и нестройным гомоном голосов. Резкий порыв ветра выдернул меня из мирного созерцания природы, заставив поёжиться. Ещё один порыв, и безмятежность дня сменилась холодом ночи. Над головой расстилался покров мириад звёзд, посылавших свой ледяной свет вниз, не отпускавший от себя, лишённый хотя бы толики тепла. Я попыталась как-то согреться, но лёгкое весеннее платье не могло этого позволить, и я оторвала взгляд от цеплявшего неба, желая обнаружить хоть какое-то убежище.       Всё стихло. Ни малейший звук не нарушал космической тишины, вылившейся на меня подобно ушату холодной воды. Лес, равнина, ручеёк — всё живое исчезло, оставив лишь какие-то голые скалы, совершенно не вписывавшиеся в канву того, что здесь только что было. Я огляделась, не ведая, что же ещё можно сделать. Холод пробирал до костей, и я пошла дальше, не желая стоять на месте. Где-то на задворках сознания шевелилась странная догадка, что я знала это место, но я упорно гнала её прочь, двигаясь всё дальше, пытаясь осознать, зачем я здесь. Тихая поступь босых ног сохраняла первозданную тишь, и только изредка мелкие камешки неудачно перекатывались, неприятно шебурша под ногами.       Слева показалась подозрительного вида лестница вверх, подсвеченная странным голубоватым сиянием. Не сказать, что я горела желанием проверить, что там было, но ноги сами несли меня в том направлении. В конце концов, у снов же есть значения? Да и мы не всегда можем контролировать происходящее там. Поэтому, воровато озираясь по сторонам, я медленно начала своё восхождение наверх, стараясь ступать как можно мягче. Острые камешки впивались в незащищённые ничем ноги, причиняя не самые приятные ощущения, и время от времени по спине пробегали мурашки, заставляя меня оборачиваться и проверять, не преследовал ли меня кто (или что). Подъём давался не то, чтобы тяжело — всё вокруг словно подгоняло меня двигаться вверх, — но в какой-то момент я принялась считать ступеньки, чтобы так разнообразить восхождение. Пять, десять… двадцать, тридцать…       Сверху раздались голоса, и я на автомате пригнулась за ближайшей ступенькой. Сама того не заметив, я преодолела всю лестницу, но почему-то на верхнюю площадку меня выходить абсолютно не тянуло. Как же холодно. Впрочем, сидеть на месте в неведении тоже было сомнительной прерогативой.       Осторожно выглянув из-за ступеньки, я обмерла от нахлынувшего ужаса, ибо первое, что бросилось в глаза — огромное подобие трона, парившего в воздухе. А рядом… рядом стоял его хозяин.       — У нас гости.       Продолжение этой прекрасной фразы я услышать не хотела, желая лишь как можно более незаметно сбежать с этого треклятого острова, дрейфовавшего где-то в глубинах космоса, на котором я оказалась чёрт пойми как. Пригибаясь, чтобы меня не было видно из-за оставшихся ступенек, я очень медленно отступала, не спуская глаз с происходившего на плато. Как вообще.? Ладно, не это было сейчас важно. Сейчас было важно то, как уйти целой и невредимой… куда-нибудь. Поэтому, удостоверившись, что меня точно уже не видно с площадки, я развернулась и максимально тихо и аккуратно, но от этого не менее быстро, начала спускаться, глядя себе под ноги и не оборачиваясь. Пять ступенек, десять, двадцать — когда же уже эта лестница закончится? — тридцать… Меня резко перехватили куда-то в сторону, зажав рот рукой.       — Во имя… Ты что здесь забыла?       Сказать, что я была счастлива увидеть Локи, ничего не сказать.       — Я-я просто легла спать, шла, ветер, а потом я здесь, и… — младший принц слегка покачал головой, требуя тишины. В данной ситуации — всегда пожалуйста!       Бросив недоверчивый взгляд на меня, трикстер так же молча посмотрел наверх.       — Почему ты здесь? Разве ты не в темнице? Они же не дают использовать магию вне стен, только внут…       — Ещё нет. Всематерь, что мне с тобой делать? Я не могу не явиться…       Сверху послышались неторопливые шаги. Не мешкая ни секунды, Локи заставил меня сесть и велел ждать, а сам отправился на площадку. Поудобнее спрятавшись за ближайшей скалой, где меня и оставили, я поджала ноги и приготовилась слушать — благо, в такой полнейшей тишине слышно было всё. Пять шагов… десять… двадцать, тридцать… Всё смолкло.       — Ты подвёл меня, — властный голос разрубил тишину пополам, не прилагая особенных усилий.       — Твои Читаури были не готовы, так что большую часть работы мне пришлось делать самому, что, при наличии весьма заметной и неповоротливой армии, было довольно непросто. А наш уговор был не таков.       — Перечишь.       — В следующий раз я буду действовать в одиночку, а сам я проколов не допуск…       — Конечно, — перебил его голос. — Ведь за следующим твоим проколом последует смерть. Хотя, возможно, мне следует избавиться от тебя прямо сейчас, — наверху раздались тяжёлые шаги, и снова всё стихло. Я зажмурилась и скрестила пальцы на руках. Последовало ещё пара секунд затишья, и разговор продолжился: — Ведь ты уже потерял два камня.       — Я же сказал — сам я смогу их вернуть. К тому же, один из них хранится у Мстителей, а второй — в Асгарде. Я имел дело со всеми. Думаю, лучше с этой задачей справится тот, кто уже имеет немало опыта в данном вопросе. Кто лучше готов.       Последовала тишина, во время которой я продолжила молиться буквально всем известным богам (не лучшая формулировка сейчас, да), чтобы всё обошлось. Мне было безумно страшно, даже больше, чем холодно, но я сидела на месте, не смея пошевелиться, ожидая исхода беседы. Снова тяжёлые шаги, не предвещавшие ничего хорошего, и снова всё стихло. Зачем я-то здесь вообще?       — Так и быть. Это последний шанс. Подведёшь ещё раз — я этого не потерплю.       — Я же сказал, что не подведу.       Послышались уверенные, но торопливые шаги, когда голос вновь заговорил:       — Кто помогал тебе в Нью-Йорке?       Казалось, более затаить дыхание было нельзя, но я это сделала. А ещё машинально выставила блок. Оставалось надеяться только на то, что с потерей скипетра Танос не мог услышать мои мысли и каким-то образом повлиять. Надежда, хах. Однако блок я снимать не стала.       — Смертные. Пешки, только и всего.       Тишина. Мы оба знали, почему мог возникнуть данный вопрос. И если Клинту повезло чуть больше (такое себе везение, согласна), то вот по поводу всего остального всё было слишком сомнительно. Настолько, что лучше бы и вовсе не поднимать эту тему.       — Предположим. Иди.       Шаги возобновились, и буквально через несколько мгновений Локи уже схватил меня за локоть и с силой потащил за собой вниз. Я боялась подумать хоть что-то и просто бежала за ним, несмотря на то, что мелкие камешки так же больно впивались в мои босые ноги, а холод лишь усиливал своё влияние.       — Не смей никому рассказывать, что ты была здесь, что ты здесь слышала.       — Угу.       — Говоря никому, я имею в виду ни одной живой душе. Даже мне. Если Один захочет тебя проверить, он может найти какого-нибудь искусного метаморфа, и ты уж точно его не отличишь.       — Можно подумать, мы с тобой так много словами общаемся, — нервно выдала я, на что младший принц усмехнулся, но не сбросил темпа. Достигнув конца лестницы, он коротко обернулся, но когда я захотела сделать то же, оборвал меня:       — Нет. В таком состоянии очень тяжело наложить иллюзию невидимости, а уж поддерживать её на движущемся в своём темпе объекте и подавно.       — Ладно, хорошо, молчу и не спорю. Но как мы вернёмся?       — Предоставь это мне.       С глубоким вдохом я села на кровати, пытаясь отдышаться от странного сновидения. Луг, небо, космос, Танос? Что всё это значило? Пожалуй, в следующий раз стоило оставить полог открытым, а то какие-то странные сны навевала его магия. Не хотелось мне повторять подобный опыт снова, хватило сполна. Да и ладно, весеннее платье? Явно не моего фасона. И босиком я во снах не гуляла, не так я обычно представала в царстве Морфея. И метаморфы? В Асгарде? Подозрительно дотронувшись до собственного лба, я не обнаружила никаких признаков температуры. Я и так могла сделать нужный мне вывод — переутомление. Это как с гороскопами: читаешь все, а выбираешь понравившийся, только и всего. Так и я переутомилась за долгий день ожидания после странного путешествия. Нервишки шалили, только и всего.       В дверь коротко постучали. Как оказалось, ко мне была направлена прислуга (непривычно так их называть), чтобы помочь подготовиться к ужину, на который меня любезно пригласила королевская чета. Можно было предположить, что и асиний ко мне прислала Фригга, но кто я такая, чтобы делать поспешные выводы? Не став задерживать милых девушек, я попросила их войти, а сама решила вернуть полог кровати в завязанное состояние. По мере продвижения данного процесса я несколько раз сравнила его в своей голове с заправкой пододеяльника — вроде всё в руках, но непонятно ничего. Как только асиньи занесли в покои несколько вариантов платьев с украшениями и обувью, одна из них подошла ко мне и помогла справиться с неподдающейся тканью, управившись с нею в считанные мгновения. Коротко поблагодарив её, я наконец встала с кровати, собираясь рассмотреть поближе принесённые наряды, как вдруг поморщилась. Мои стопы были усеяны маленькими порезами и царапинами, словно я ходила босиком по необработанным камням.
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.