На обратной стороне луны

«Не задерживай уходящего, не прогоняй пришедшего» Мягкий, глубокий голос Итачи, казалось, стал еще более насыщен какими-то едва уловимыми, но невероятно сексуальными нотками: –… И мы сможем вместе, одной семьей, отметить Цукими Мацури *. Правда, скажу по секрету, мы с Яхико считаем, что, вообще-то, задумчивые лица и философствования больше подойдут каким-нибудь нанятым артистам для развлечения туристов … Прервав сам себя, Итачи рассмеялся. Саске так и увидел, как обычно непроницаемые глаза старшего брата словно осветились изнутри, а в уголках собрались небольшие морщинки. Ухмыльнувшись, он лукаво предложил: — Но тогда, может, в самом деле, не станем тянуть и просто уговорим твоего благоверного отпустить нас с тобой в город? Что, мы не найдем какую-нибудь кафешку, где нам подадут данго? — Это нарушение традиций, — тотчас откликнулся Итачи и поспешно добавил, — и духа японской семьи! — А я разве сказал что-то плохое? О семье вообще и твоей в частности? И разве поедание данго как-то нарушает семейные традиции? И, заметь, я сладкое не люблю, а вот ради своего братика готов выстроить себе целую огромную тарелку с вагаси! Саске так и услышал, как хмыкнул явно деморализованный нии-сан и продолжил соблазнять того тоном коварного искусителя: — Мы с тобой так давно не виделись, почему же ты не хочешь пойти мне навстречу? Понять, что я очень хочу, как и раньше, посидеть только с тобой, пообщаться, поговорить о том, что интересно только нам двоим … — Не думаю, что созерцание меня, поедающего данго, с видом лица, утраченного для этого мира, невероятно поспособствует твоему эмоциональному росту, — негромко, ласково перебил младшего омегу старший и строго спросил, — да и как ты можешь делать вид, что ничего не понял из моего объяснения про семейные ценности? Старший из братьев, как всегда, умел явный упрек подать под соусом благожелательности. Заставив собеседника, к которому обращен этот упрек, испытывать довольно ощутимое раскаяние. Когда ты выказываешь невольную обиду, а все равно чувствуешь себя неправым. — Вот скажи еще, что это плохо повлияет на меня, — цокнул Саске, почувствовав легкое раздражение по вполне понятной причине. Подумав немного, прибавил убежденно: — Наверное, твой Фуума где-то рядом, что в тебе проснулась совесть? — С чего ты так решил? — совершенно искренне удивился Итачи. — Когда ты жил с нами, тебе всегда было некогда. А стоило удалиться на семейные хлеба, сразу принялся поучать меня, что такое семья, и почему нельзя быть эгоистом. Я о своем скромном желании пообщаться наедине. Что? — Маленький глупый брат, — не обиделся на упрек старший омега, — мне действительно было некогда. Но я действительно заботился о тебе. И, еще. Возвращаясь к нашей беседе. Я уговорил Яхико и все произойдет в одном месяце. Саске хлопнул себя по лбу: — О! Точно! Начало последнего триместра и праздник любования луной! Как удачно они совпали! Просто фантастика! Против воли, в тоне младшенького проскользнул едва уловимый сарказм. Словно не заметив этого, Фуума Итачи спокойно договорил: — И, вообще-то, если уж начистоту. В общую копилку семейных праздников … туда еще можно добавить университет, я бы даже поставил его на первое место по значимости празднуемых событий нашей семьи. Мама сообщила мне про твой феерический успех. Получается … наверное, с моей совестью все в порядке. Так что? Так что? Удивительным образом один незначительный вопрос словно отрезвил. Саске, тот, кто минуту назад справедливо подкалывал брата вечной занятостью того, вдруг ощутил бесполезность упреков. Ведь Итачи нельзя было в буквальном смысле назвать старшим братом, прохладно воспринимающим наличие в этой жизни младшей копии себя, любимого. И с точки зрения родственных связей, о своем отото бывший Учиха помнил всегда. Всегда защищал, всегда решал насущные проблемы, всегда беспокоился и играл с ним, когда мог. Даже частенько прикрывал перед родителями, когда младший слишком путал берега. Поэтому то, что Саске ехидно назвал «совесть проснулась», относилось, скорее всего, к нему. И это уже было совсем из другой области. Хотя тоже семейной. Свои неприятности он привычно срывал на том единственном, кто никогда не упрекал его за это. Зачастую, шутя, списывал придирки отото на бушующие гормоны подрастающего омеги. На своего всепонимающего старшего брата. На Итачи. Так было и сейчас. Ведь, на самом деле … На самом деле старший брат, его любимый аники, был абсолютно и бесспорно не при чем. Вся суть проблемы была … в понимании. И омега … … Омега не понимал, почему так. Что с ним происходит. Почему нет покоя. Почему он не может окончательно смириться со своим поражением. Вообще смириться. Но то, что ему было не по себе, к сожалению, факт. Начиная с того момента, когда он узнал, что неведомый альфа, которого ему приказали соблазнить, не просто альфа, а тот самый Узумаки, который, несмотря на взаимные подколки и пренебрежение … в конце концов, спас ему жизнь! И, наконец, спонтанный сеанс самоедства заканчивался на мрачной ноте … … Ноте, под лозунгом осознание неправильности и неблаговидности своих поступков. Приведших его, в конце концов, к небольшому столику с лужицей от пролитого кофе. И звонку в грозовую ночь. Наруто … Возможно, если бы это действительно был абстрактный, незнакомый альфа, было бы легче. Неизмеримо легче. Возможно, если бы он, этот «абстрактный альфа», оказался бы … кем угодно, но только не тем, кто спас его от тех подонков! Кого он узнал ближе, и с кем он … спал … … По приказу, и в то же время нет. Ни разу. Наверное … *** Давным-давно попрощавшийся с ним Итачи, назначив время встречи, и кто за кем заедет, нажал на «отбой», а Саске сидел, прижав ноги и, обняв себя за колени, смотрел куда-то вдаль, вяло вслушиваясь в частые гудки. И, прежде чем он окончательно упал духом, ему любезно показали, что дно еще не достигнуто. И что он фатально ошибся, если считал так. Сигнал о пришедшей sms воспринялся им как неизбежное зло. Вздохнув и сосчитав до десяти, омега открыл текст. Он как-то ни разу особо не задумывался, а что, собственно, хотят от него, принуждая быть вместе с Наруто. Вернее, конкретно что. Однако иллюзиями себя не тешил никогда. Поэтому, когда минуту спустя Каидзоэ-сан сухо спросил: — «Надеюсь, ты не отказал? Саске сразу понял, о чем тот говорит. Тамада намекал на предложение. Зная, что невидимый собеседник отличается злобным характером и терпением обделен, Саске поспешно ответил «да», упустив из виду еще одно важное обстоятельство. Откуда он — Каидзоэ-сан то есть — все знал заранее? Впрочем … Впрочем, когда началось подробное объяснение того, что когда-то называлось насмешливым, издевательским «обещанное мною твое счастливое будущее», из головы Саске вообще все вылетело. Он ощутил себя … как, наверное, ощущает себя тот, кого все сильнее и сильнее сдавливают безжалостные путы, оплетая все тело так, что ты не можешь пошевелиться. Обездвижен. Связан. И только бессильно наблюдаешь, как с каждым мгновением пут становится все больше и больше. А воздуха в легких все меньше и меньше. — Ты все понял? Голос Каидзоэ-сана приобрел угрожающий оттенок. Потому, что Саске отвлекся и замолчал, и вместо очередного «да» ничем не показал свою покорность. И когда омегу все же снисходительно переспросили, Саске понял, что слишком увлекся своим размышлением на тему, сколько еще будет продолжаться «это» и пропустил самое ужасное, когда наивно считал, что, собственно, все ужасное уже случилось … –… Первое, что ты сделаешь, когда приобретешь статус замужнего омеги, это возьмешь под контроль то, что делает твой супруг. Саске вздрогнул. Вот для чего. — Зачем?! Вопрос вырвался невольно, почти как отчаянно-злой крик и он, по сути, догадывался об ответе, но изо всех сил отказывался слышать, что: — Мне необходима компания твоего супруга. Несмотря на то, что он старше тебя ненамного, он альфа. Поэтому, согласно нашим благословенным законам, имеет намного больше прав, чем жалкая омега. Даже такая клановая, как ты. Если бы это был другой альфа, я бы аплодировал стоя, но, увы … Это не наш случай. Но я отвлекся! Я знаю, что у него из родственников сейчас только сестра-омега, поэтому, как ты понимаешь, семейная компания переходит под его единоличную власть. Для начала ты привяжешь его к себе, сам знаешь, чем, а потом, усыпив бдительность, ты станешь докладывать мне обо всем. О распорядке его дня. О делах. Включая режим питания, и даже сколько раз он ходит в туалет. Ясно?! Так просто и эффективно. Или правда, в самом деле, редко когда запутана? В самом деле? Саске на секунду прикрыл глаза. Тело содрогнулось в бессилии. Сквозь зубы произнес, стараясь не срываться на рык: — Шпион? За собственным мужем?! — Пфф, — пренебрежительно отозвалась трубка, — ну что так пафосно называть то, то небольшое дело, что будет поручено тебе. Ведь ты-то … малыш … не особо и перетрудишься. Сплошной плюс, не находишь? Будешь целыми днями валяться на диване, сюсюкаясь с какой-нибудь комнатной шавкой, будешь покупать тряпки … Болтать с дружками-омегами, такими же замужними бездельниками … Ходить к косметологам … ну чем там занимаются омеги богачей? Ах да, тебя иногда будут … эээ … сексуально иметь … Тоже плюс. Саске вскочил на ноги, роняя учебники по менеджменту и финансам. Он даже не обратил внимания на то, что проклятый и всемогущий обратился к нему, как Наруто тогда. Малыш … — Я не предатель! Я … не … Мне противно! Я отказываюсь! Слы … — Видео посмотри, — тотчас перебили его, — а то, смотрю, обнаглел. Осмелел! Ну, так освежи свою бесполезную память». «Dospara» исправно мигнул. — «Вам видеосообщение. Откройте». Он уже видел эту нарезку. Запомнил на всю оставшуюся жизнь. Только теперь … Глаза Саске расширились в изумлении. Да, он это видел. Уже видел. Но … «Хостесс Лав». Проклятый «Хостесс Лав». Проклятая скрытая камера. Причем так называемое видео было смонтировано очень хитро. Несмотря на волнение и страх, охвативший Саске при просмотре порношедевра «Радость педофила», он увидел, как невидимый оператор (или операторы) отлично с ним поработали. Сознательно убрав те куски, где можно бы увидеть, как он кривится, или брезгливо морщится, как прикусывает кулак … хоть что-то в оправдание! Но нет. На протяжении трех минут видно, как клиент его ощупывает, едва ли не трахая потными похотливыми пальцами … а он … якобы стыдливо уворачивается от слюнявых поцелуев, улыбается, кокетливо трепеща ресницами, практически умоляя перейти в следующий Зал!!! Но … сердце Саске захолонуло не из-за этого напоминания. Вернее, эмоции были те же самые, что и при первом просмотре, но эффект сильнее. Намного. Тот стоп-кадр … когда он якобы стыдливо уворачивается от слюнявых поцелуев, улыбается, кокетливо трепеща ресницами, переделали. Он снова видит этого дряблого сластолюбца. С непередаваемо кислым запахом перегоревшего пота и больного желудка. Видит, как трется альфа о его тело, прижимаясь как можно ближе … Как шепчет: — Если захочешь, мы перейдем в приват-номер и я доплачу. Хочешь сто тысяч йен лично тебе, мой сладкий мальчик? Но, если в той реальности он вежливо отказался, повторяя заученное … — К сожалению, в ближайшее время я занят. «Хостесс Лав» в восторге иметь дело с подобным Вам. Надеюсь, Вам действительно было хорошо. Оставьте свой номер, может быть в следующий раз … И — низкий-низкий поклон, чтобы клиент не увидел кое-что абсолютно другое, очень отличающееся от вежливых слов благодарности, согласно дресс-коду Отеля. В этой черной реальности Саске поворачивается к клиенту и, пошло облизнувшись, неестественно-пошло мурлычет … — О да, мой господин, с радостью! Картинка тускнеет, якобы ретушируя дальнейшее, но итак ясно, что там должно быть дальше по сценарию. Приват. Со всеми вытекающими. И глумливый смех тамады это подтверждает: — «Ну что? Достаточно или показать этот самый приват? Саске сжал руки в кулаки, почти сорвался: — Это подстава! Грубая и пошлая! Даже если представить, что … те кадры просто умело смонтированы … То … то … Неправда! Все ложь! Это монтаж! Это … это не я! Вернее … я, но … где согласие на приват … И дальше … Черт! Это не я! Не я! — Докажи, — впервые искренне рассмеялся Каидзоэ-сан, — Ты уже путаешься в собственных словах, бесишься … а разве невинные так себя ведут? А? Жалкие оправдания! Бездарный лепет! А пока ты будешь это делать, напомню. Огласка … Она штука такая … неприятная. Факты могут быть неправильно истолкованы, а грязью уже измазан. Вроде у тебя есть престарелый дед … и, вроде, у Мадары-сана больное сердце? Как думаешь, он выдержит подобный позор? Или отлетит в мир иной, под впечатлением от своего развратного внука-омеги? А твои родители? Твой брат старший … вот, кстати, он же недавно вышел замуж? И его взяли в приличную семью? Вот славно будет для семейного бизнеса Фугаку-сана… Когда новые родственники с позором вернут в лоно семьи старшенького, потому что младший сын оказался … подзаборной шлюхой! Хороший скандал, да? Наверное, твой нии-сан будет тебе петь осанны всю оставшуюся жизнь … Да если еще и придется сделать аборт, или вообще потом ребенка отдать бывшему супругу … Как Итачи-кун тебе будет благодарен! И мама, твоя идеальная, заботливая мама, думаю, не сможет ходить на свои благотворительные собрания … да ее ж там со свету сживут завистливые, но очень праведные подружки! А? Что замолчал? Впечатлен перспективами или список продолжить, еще более подробно? Ну, так что? Продолжать? — Нет, — голос Саске сел и он испугался, что надолго, если не навсегда. Отстраненно и с черным юмором тут же поправляя себя. Это единственное, что его реально взволновало? Поэтому дальнейшее воспринялось как нечто само собой разумеющееся. — Присмирел, значит. Хорошо. Убавил гонор, а то я уже начал думать, что мне придется-таки выполнить обещание! А это очень хлопотно … Ну ладно. Покричали-пошумели… А теперь серьезно. Когда ты окончишь школу, я имею в виду после твоего последнего, второго триместра **, будет назначена свадьба. Иногда, знаешь ли, позволено дату свадьбы выбирать родителям слабой половины … то есть родителям омег. Как в нашем случае. Верно? Саске почувствовал, как по спине пополз холодок. Сглотнув комок, еле выдавил: — Но я же должен после нового года ... в апреле, приступить к занятиям в университете! Я же … по новой программе… сдал заочно тест и … и меня зачислили, а отец … — Гениальный ты наш, — заботливо «заквохтала» трубка, — нетипичный для омег. Такой старательный … Приятно, когда к красивой головке еще и мозги, верно … Блондиночка? Холодок превратился в мурашки. Мерзкие и такие … не отпускающие из своих невидимых когтей, как тот, кто в открытую издевался над сжавшимся в комок омегой. Блондиночка. Еще одно напоминание, что он, Учиха Саске, у того как на ладони. Саске закрыл глаза и привалился к стене, чтобы не сползти по ней же вниз. Хватит позора б̀ольше того, что он уже испытывает. А Каидзоэ-сан, хмыкнув, вдруг оборвал сам себя: — Я думаю, то, что господин Узумаки повелся на твою смазливую мордашку … и то, что ты все это время отлично слушал все указания … привело к тому, что план сработал на … как это обычно говорят у вас, у студентов? А, вот. Тест сдан на «отлично». То есть наш план получил «отлично». Ну и отвечая на твой вопрос. Про занятия. Думаю, эти нюансы ты уже будешь обговаривать со своим супругом. Разрешит ли он тебе, замужнему омеге, тереться среди половозрелых альф … или нет. Может, он все же пойдет на компромисс и вместо университета выберет для тебя какой-нибудь безобидный, простенький колледж … Ну, там … по домохозяйству или воспитанию детей. Впрочем, не будем загадывать. Я еще не решил, стоит ли тебе разрешить, собственно, то, из-за чего мы с тобой имели честь … хм … подружиться. То есть отвлечься на какую-то там учебу. Даже учитывая тот факт, что некий Узумаки … Окажется демократичным в плане учебы альфой. В данный момент тебе необходимо как можно крепче привязать к себе некоего Узумаки и готовиться к свадьбе. До связи! Вернее, как я люблю говорить, чтобы взбодрить: время пошло! Едва смолк ненавистный голос, Саске все же сполз на пол. Продолжая лихорадочно думать об одном и том же. Как спастись?! И понимая, что никак. Во всяком случае, после услышанного он пока не знал, как. Прикрыв глаза, он несколько раз несильно стукнулся затылком о стену и едва не подскочил, услышав: — Дорогой, ты меня уже реально пугаешь! Прохладная мамина ладонь внесла некоторое успокоение в смятенные, запутавшиеся мысли. Саске открыл глаза и невольно потерся лбом об эту ласковую ладонь, едва не заурчав: — То ты кричишь на весь квартал и прыгаешь по постели, с риском сломать шею … то норовишь нанести себе увечье. Если идти от противоположного, неужели у тебя случилось что-то плохое?! — Маам … Рациональное включилось. Меньше всего младший Учиха хотел, чтобы чертов тамада выполнил свою угрозу только потому, что одному отдельно взятому неудачнику пришла фантазия себя пожалеть! Ослепительно улыбнувшись и взъерошив волосы бессознательным жестом, он пошутил, стараясь говорить как можно более беззаботно: — Смотрю, ты действительно вылитая продвинутая окаа-мэ ***! Я тебя реально напугал? Отчего? Рассмеявшись, Микото-сан, подражая излюбленному жесту Итачи, несильно ткнула младшего в лоб: — Все очень просто! Я беспокоюсь! Саске улыбнулся еще шире: — Ничего страшного, мам. Я задумался о предложении Итачи. Ты знала, что он придумал? Микото увидела, собственно, последний фрагмент. Не момент, когда Саске, ни с того, ни с сего бьется затылком о стену. Мама-омега увидела то, что он сидит с закрытыми глазами, сморщившись, как от боли, и предположила, что омега споткнулся, а потому сидит на полу. Ну, а дальше сработали инстинкты: — Мы с ним, собственно, только что разговаривали. И идея Итачи, между прочим, думаю, неплоха. Ведь, если подумать, это твой последний триместр! И после — твое обустройство в университете. Одобренное отцом. Думаю, нашей семье есть что праздновать … А если подумать … когда еще мы сможем собраться все вместе? Как когда-то? Что ты думаешь? Что ты думаешь об этом? *** — Так что ты думаешь об этом? А, Блондиночка? Или ты возражаешь? Саске так разволновался, что опять не обратил внимания на то, как его назвал Наруто. Вот, вроде, он только что обсуждал с мамой предстоящий Цукими Мацури. В очередной раз поддакивая, какой сообразительный и предусмотрительный наш Итачи — теперь — Фуума. Так, мелочи, что «1» и «15» сентября … Это, вообще-то, числа разные. Впрочем, Саске действительно был рад. По-настоящему. Потому, что Итачи долго не видел и так теперь будет всегда. И, если учесть, что поводов для радости катастрофически мало. Теперь. Спохватившись, вскочил, нахмурил брови: — Подожди. Ты действительно считаешь, что … Что … Сглотнув, он принялся накручивать на палец белоснежную прядь волос. Так похожую на луну. Так напоминающую один из особых праздников для их семьи. Выдохнув, заставил себя улыбнуться и тут: –… мы можем открыться? Именно на «вечере созерцания полнолуния»? Наруто на другом конце провода сдержал длинный-длинный вздох. Как жаль, что Саске его не видит. Как хорошо, что между ними только мобильная связь. Заинтересовавшись — да и, признаться, чтобы немного отвлечься, альфа неожиданно спросил, перебивая омегу и ставя в тупик одним-единственным: — Что на тебе? — Тто есть? — Малыш … тебе не кажется, что пора начать привыкать? К тому, что в любой паре есть … некие элементы игры? Вот, например … — Какой я тебе малыш?! — мгновенно рассвирепел Саске, теряя покладистость. Даже прекращая терзаться угрызениями совести. Впрочем … Пока Наруто подыскивал достойный, оптимально невинный ответ, омега вдруг поймал себя на мысли … Что, если уж так сложились обстоятельства … Это хорошо, что его вынужденный альфа — Узумаки Наруто. И, если у него мелькали подобные мысли … что ж, значит, он постепенно открывал в этом самом заносчивом экземпляре «сильного пола» новые и новые хорошие стороны. А если что … Если что … Может, у них все получится. Может быть, они смогут все исправить … Мысль была столь спонтанна, и неожиданна, что не успела толком закрепиться, вот вроде мелькнула на подсознании, а уже ты вслушиваешься в голос альфы, реально хочешь услышать его голос, и мысль пропадает, неуловимо, быстро, и ты не успеваешь понять ее ценность. А альфа … … Альфа негромко повторяет, сглаживая неудовольствие омеги: — Хорошо, Блондиночка. Покладистый, убеждающий тон. Довольно мягкий, практически напевный рокот голоса Наруто, в котором слышались отголоски рыка альфа-самца, усмирившего свое «эго», выдернул Саске из путаных размышлений. Отвлекшись, он тотчас начал огрызаться и та самая, важная, мысль отошла на задний план. Где и затаилась до лучших времен. И строго: –Тебя разве не учили, что на вопросы необходимо давать ответы? Вопросы своего альфы? Подавившись воздухом, Саске на секунду завис. И неожиданно мирно сообщил: — Я уже в пижаме, так, к сведению. — А, у тебя комендантский час! — С чего бы? Только потому, что я омега?! — Смотрю, тебя это очень заботит? Твоя сущность? Именно сейчас? Или тебе не нравится быть под альфой? А? Разговор опять принял игривое направление. Саске так и представил, как Наруто это говорит. Вернее, каким тоном. И покраснел, как омега на выданье. Сообразил, о чем подумал, и вообще побагровел. Вот умеет же недоумок так все перевернуть, что хочется провалиться сквозь землю от стыда! То ли за себя, то ли за слова недоумка, то ли … — Это не то, о чем ты подумал, — строго расставил приоритеты Учиха и едва не оглох: — А о чем я подумал?! Запутавшись, Саске взмолился: –Давай мы вернемся к этому вопросу потом. Завтра. А? — Как же мне не подчиниться своему омеге … — протянул на полувыдохе Наруто, да так изуверски-соблазнительно, что у Саске едва не началась преждевременная течка. Вернее … Вернее, когда они прощались и желали друг другу «неспокойной (с подачи Саске) ночи» … Саске выпустил из виду самое важное. Что Наруто больше не затронул тему Цукими Мацури. *** В школе для омег «Акита рёку» царило оживление. В большей степени это было связано с тем, что после Нового года омеги официально заканчивали обучение. Если говорить об этом событии с хорошей точки зрения, у омег начиналась новая жизнь. На этом хорошие новости заканчивались. Далее все зависело от семьи омеги. В основном большинство омег уже были помолвлены или собирались вступить в брак. А далее, как объясняла когда-то Микото-сан, все зависело от брачного разрешения супруга. Поэтому Саске так и стремился обойти этот щекотливый пункт закона об образовании омег … Что сам не заметил, как попался в собственный капкан. — Кстати, о капкане. Саске огляделся. Пара-тройка дней ладно. Даже — с натягом, неделя. Не говоря уж о том, что все эти дни кое-кто буквально гасился от него. Он сжал руки в кулаки. Иногда мечты в прямом смысле на все сто мечты: — Хаку не видел? Вообще где этот мудозвон?! Сай оглядывал себя в зеркало, то и дело, натягивая V- ный вырез тонкого джемпера на слишком откровенные засосы. Получалось плохо. Проворчав «Неджи мне обещал, что засосов не будет», присвистнув «А я и поверил!», Акаши прикинул что-то в уме, и, развернувшись всем телом, умудрился за одну секунду оценить обстановку и стащить широкую бархатную ленточку у дремлющего соседа сзади. Тотчас завязанный широченный бант спереди смотрелся несколько вызывающе, и лиловый не был любимым цветом, но Сай удовлетворился и этим. Философски пожав плечами, расправил края банта, изобразив нечто вроде пышного цветка. И только после беззаботно ответил: — Юкки-то? В душе не ебу. Ты мой лучший друг, не он. «Душа» Саске отозвалась неприятным холодком. Акаши, конечно, не в курсе их с Хаку дел. Да и, похоже, ему, судя по банту, вообще сейчас не до подобных аллюзий. Но не странное ли совпадение, что все попытки узнать что-либо об этом странном омеге провалились? Этот довольно мутный тип, про которого говорил Хаку … Как-то не верилось, что все пошло от него, но … тогда от кого? И просто хотелось прижать Юкки к стене, да встряхнуть … хорошо так, до стука зубов друг о друга … И спросить … Да, собственно, он просто хотел посмотреть в глаза друга и задать один-единственный вопрос. Даже если он совершил ошибку … Кто дал Хаку право помогать тем, с помощью кого он ее совершил?! Или, может быть … Юкки тут не при делах? А он зря злится на него, просто потому, что устал от всей этой истории? Как же не хочется, чтобы он был замешан! И не отвечает на звонки и отсутствует дома потому, что … что занят, например. Сотовый тихонько звякнул. Едва не вскрикнув от неожиданности, Саске едва не перекрестился. Разумеется, первое, что пришло на ум, что это чертов персональный мучитель. Он же Каидзоэ-сан. Но это была долгожданная sms-ка от Итачи: «Решено ночь полнолуния провести в поместье Фуума. Отец согласен» Прикрыв на секунду глаза, младший Учиха потер лоб, не без усилия сдержав вздох облегчения. Никогда еще ему не было так легко и спокойно! Ведь его рука реально дрогнула, когда он взял мобильный телефон и нажал иконку «входящие сообщения»! Улыбнувшись, Саске набрал ответ: «Можно, я возьму с собой своего альфу?» И только нажав «отправить», он осознал, что, несмотря ни на что, несмотря на двойственность ситуации … он действительно стал считать Наруто своим альфой. Впору испугаться, до какой точки невозврата он успешно дошел, но Саске, как уже решил несколько минут назад, просто захотел быть счастливым. Без приказов и принуждения. Забыв … забыв о том, что его альфа — на самом деле мираж. Кто-то, шагнувший к нему с другой стороны луны. Разумеется, омега об этом забыл. Да и Итачи, что тотчас перезвонил с восклицанием: — Мой братик вырос?! … ничем не напомнил своему отото то, что могло бы того насторожить, вернуть прежнюю подозрительность. Тем временем Итачи, воспользовавшись заминкой, тотчас добавил: — Ханзо-сан велел украсить террасу, а Широ-сан уже приготовила угощения. Так что … хочешь знать, о чем я подумал? Я думаю, это будет очень хороший семейный праздник. И еще … Про твоего альфу. Саске замер. Он впервые всерьез задумался о том, что собирался сделать. Но Итачи не дал ему возможности уйти в свои беспокойные мысли, слишком задуматься. Сердито шикнув на Яхико, принявшегося провокационно потираться бедром о бедро, старший омега дернул задравшуюся коварными усилиями супруга пол̀у кимоно вниз и великодушно предложил: — Знаешь, я думаю, что будет правильно, если вы приедете немного раньше родителей. Так удачно сложилось, что отца опять задерживают на фирме, а мама опять должна уладить кое-какие дела в своем Благотворительном Фонде. Предполагалось, что я заеду и заберу тебя в поместье Фуума … Но, учитывая то, что ты мне сообщил … Тебя есть, кому забрать и привезти к нам. Я прав? — Когда-то меня ужасно бесило, что ты мой старший-самый-умный-брат, — хмыкнул Саске, — но … Странно, правда? Впервые я согласен. Послышался довольный вздох и — Саске даже удивился! — тихое: — Я надеюсь, что этот альфа … которого ты к нам приведешь, действительно достоин тебя, отото. Потому что я очень хочу, чтобы ты был счастлив. И чтобы все, что ты наметил в этой жизни, сбылось. Не на словах, а на деле. Я знаю, ты искренне считаешь, что меня поразили в правах, когда я вошел в семью Фуума, в качестве, как у нас часто любят говорить, домохозяйки, вместо университета … И что только случайность то, что по любви. Но, Саске … Если весь мир … Если тебя будут уверять в обратном, когда луна будет светить нам с Яхико … посмотри на нас в эту минуту. Хотя бы ненадолго. И ты меня поймешь. Потому что иногда обстоятельства кардинально меняются. В словах брата было что-то такое, что младший Учиха даже растерялся. Посмотри на нас в эту минуту. Так сказал Итачи … и он, конечно же, посмотрит. Чтобы убедить себя, что можно быть счастливым. Вопреки всему. И что, возможно, эти самые кардинальные обстоятельства … не такие уж и кардинальные. Он убеждал себя, уговаривал, только чтобы как-то справиться с все сильнее и сильнее увеличивающимся чувством несправедливости происходящего. Хотел все забыть и быть счастливым, и в то же время, то и дело агнестил, загоняясь и усиливая неуверенность. Возвращаясь к одному и тому же. Он меня спас! А я!! А вдруг он заметит мою неискренность?! А тот же червячок сомнений провокационно нашептывал: уверен? Уверен, что это так? Уверен, что, когда ты стонал под ним, когда раздвигал шире ноги, выгибаясь навстречу толчкам, и умирал, возрождался … взлетая к небесам … видя звезды … в эти благословенные минуты упоения ты был неискренен?! Уверен?! Саске не знал. Он уже ничего не знал. Особенно, когда вышел из дома и увидел Наруто. Легкий кивок головы: — У меня для тебя небольшой сюрприз. Мы немного покатаемся … а потом я отвезу тебя к Фуума-сану. Не против? Наруто произнес эти слова, стоя около ослепительно-алой, роскошной «Mitsubishi», с аэрографией в виде оскалившегося огненно-рыжего лиса с девятью хвостами, раскинувшимися, казалось, везде. На дверцах, на кузове, один даже прикрывал огромные лапы лиса … Небрежно подкинув в воздух, и ловко поймав ключи от зажигания, Наруто наклонил голову к плечу, чуть прищуриваясь и становясь похожим на этого самого лиса. Может, рисунок с него и копировали? — Выпендрежник, — пригвоздил Саске, подходя вплотную. «Новая тачка, да?». И безмолвно ахая, когда Наруто по-хозяйски привлек его к себе. Одним плавным движением, молча, расставляя приоритеты и давая понять, кто тут главный. Тотчас забыв обо всем, Саске кивнул. Впрочем … Впрочем, следующие полчаса, в которые уложился Узумаки, назвав их немного покатаемся, оказались для омеги теми самыми, что можно смело назвать счастливыми. *** Наруто водил машину как бог. Он эффектно выруливал с трассы на трассу, огибая препятствия, и при этом умудрился ни разу не нарушить правила дорожного движения. Ветер играл с их волосами, ласково трепал, подбрасывал вверх. Иногда, когда Саске, смеясь и стараясь удержаться на особенно крутом вираже, чуть прижимался к альфе, причудливо переплетал снежные, лунные пряди с пшеничными, обласканными солнцем. Крутанув руль, альфа плавно свернул в сторону широкой дороги, ведущей к дому Фуума. — Нервничаешь? — Ты … о чем? Саске вынырнул из своих мыслей, повернул голову, тотчас встречаясь с пристальным, очень внимательным взглядом удивительно теплых глаз. Напоминающих отблеск ушедшего лета. Пальцы левой руки **** легли на руку омеги, чуть сжав ее: — Сначала ты так искренне смеялся … забыв обо всем. А теперь снова сжался. Так ведут себя те, кого что-то тревожит. Так что тебя тревожит, Блондиночка? — Нне понимаю, — предельно честно ответил Саске. А альфа нахмурился: — Все серьезнее, чем я думал, ты абсолютно перестал вспыхивать и огрызаться, когда я называю тебя Блондиночкой. Пальцы Саске напряглись. Закусив губу, он посмотрел в сторону. Туда, где мигали огни светофора, и виднелся съезд к усадьбе новых родственников Итачи. Внезапно он почувствовал себя неуютно. Оказывается, не дождавшись ответа, Наруто вернул руку обратно на переплетенный светлой кожей руль и уверенно втопил педаль газа вниз: — Ты чего?! — испугался Учиха, увидев, как удаляется заветный съезд, а машина Наруто, набирая скорость, несется непонятно куда, — С ума сошел?! Только потому, что я не отвечаю? Ну, хорошо, да, да, меня корежит, когда ты меня называешь идиотскими слащавыми прозвищами … Найди, блять, себе какую-нибудь милую, покладистую омежку и ее развлекай так, устраивает?! Теперь ты повернешь, куда надо?! Или мне что сделать? Минет? Или сразу по яйцам?! — Остынь, истеричка! — коротко хохотнув, Наруто слегка повернулся и подмигнул, — Тут недалеко! Надеюсь поэтому, яйца мои останутся при мне … а про минет обещаю подумать! Честно! Прежде чем опешивший Саске снова что-нибудь возразил, Узумаки сделал сразу две вещи. Нажал на незамеченную омегой ранее кнопочку и мимолетно коснулся его чуть подрагивающих губ своими, жаркими и намекающими на б̀ольшее. Значок на приборной панели осветился мягким зеленым светом. И тотчас у Саске захватило дух. … Верх кузова плавно сместился куда-то назад, позволив ветру свободно гулять по салону. Осмотревшись, он заметил, что Наруто выехал на дорогу, где не было ни одной встречной машины, а скорость не убавил. Саске вопросительно посмотрел на альфу. Вернее, увидел хитрый-прехитрый взгляд в зеркальце заднего вида … Сменивший тот, от которого он, Саске, так смутился несколько минут назад … Но сейчас … Сейчас все было иначе! Тихо выдохнув, Саске отстегнул ремень безопасности и решительно подбросил тело вверх. Выпрямляясь, вставая во весь рост и раскидывая руки в разные стороны. Так, как он сделал, когда узнал о своем зачислении в Кайоко. Конечно, кресло великолепной «Mitsubishi» не было близнецом его верного складного «samurai», но … кого это остановило?! Чуть подпрыгнув, едва не свалившись обратно в салон и не обратив на этот казус никакого внимания, Саске задрал голову как можно сильнее вверх и завопил, тотчас по децибелам побив собственный рекорд: — Йоху! АААААА! Он кричал и кричал, замолкал ровно на секунду и снова орал, хохоча от собственного могущества, от нереальной свободы и захватывающих дух ощущений, а Наруто … Наруто просто гнал машину, ненавязчиво успевая подстраховывать. И только когда, выдохшись, омега рухнул обратно на сиденье, чуть притормозил и, пока раскрасневшийся, возбужденный Саске переводил дыхание и выравнивал сердечный ритм, спросил:  — Ну что? Теперь можно? Дождавшись решительного кивка, добавил: — Никогда не думал, что пятый пункт «топа -10: как снять стресс» ***** такой действенный. Кстати, за тобой должок. Ты, гм, отсосешь мне позже. Прежде чем приводящий себя в порядок Саске что-либо возразил, Наруто снова повернул руль. Возвращаясь к повороту, ведущему в сторону поместья Фуума и полностью сосредоточившись на дороге. Красноречиво намекая, что мешать водителю чревато. Поэтому Саске ограничился тем, что закрыл удивленный рот, пристегнулся обратно с как можно б̀ольшим шумом и, фыркнув, показательно отвернулся от альфы. Однако, когда «Mitsubishi», сверкнув алым боком, притормозила около слегка приземистого поместья, Саске мгновенно забыл не только о своих страхах, но и о том, что он сердит. Потому что также мгновенно попал под очарование террасы, где предстояло встретить луну во всей ее красе. Что там говорил Итачи? Что Ханзо-сан велел все украсить к празднику? Вот верно говорят мудрые люди … Лучше один раз увидеть … чем сто раз услышать … — Я специально подъехал не с парадного входа, — прошептал Наруто, оказываясь рядом и ероша непослушную прядь волос Саске своим дыханием, — хотел дать тебе время окончательно успокоиться … Сказал и запнулся. Он не первый раз любовался Учиха, но отчего-то именно сейчас тот был каким-то … необычным, что ли. Черно-белые волосы, усилием хозяина зачесанные назад, красиво обрамляли лицо омеги, слегка топорщась сзади, и только одна белоснежная, словно жемчужина, отливающая серебром, прядка выбилась из прически, не желая подчиняться. И было что-то еще … уже, где-то на подсознании, отмеченное им … Наруто придвинулся поближе, пытаясь уловить ускользающее ощущение. Едва уловимый аромат омеги … Мята и нероли… Вернее, мята, нероли практически не ощущался … Почему? Аромат … Омега подался вперед, этим движением отвлекая альфу и переключая его внимание на новые ощущения. Как омега красив, когда стоит вот так, словно сливаясь с природой. Действительно, Саске на секунду прикрыл глаза, вдыхая аромат роз, а потом залюбовался зарослями вереска, подступившими вплотную к террасе. Белоснежные, нежно-розовые, кремовые кусты покачивались под нежными, несильными дуновениями стихшего ветра, отчего казалось, что это движется разноцветное море. В гармонии с пламенеющими красным отблеском цветами шафрана и более нежным лиловым оттенком гортензии. На душе установилось спокойствие — то ли № 5 «От Наруто» помог … то ли … Саске, скользнув мимолетно по фонарикам, светильникам и свечам, ожидающих своего часа, повернулся к Узумаки, протянул руку и уверенно дотронулся до руки того, никак не прокомментировав поднятую вверх бровь: — Все хорошо. Пойдем! Взявшись за руки, молодые люди прошли по тщательно подметенной дорожке, украшенной с обеих сторон отполированными временем камнями, и, спустя пару минут, вошли в просторный холл, уже знакомый Саске по прошлому визиту. Негромкие приветствия, поклоны. — Саске-чан! Радостно улыбаясь, госпожа Фуума, Широ-сан, в шелковом, расшитом золотом парадном кимоно, устремилась к паре, удивительно быстро двигаясь по паркету, несмотря на то, что на ногах пожилой омеги была довольно громоздкая обувь ручной работы — окобо. Обычно такие высокие туфли для официальных церемоний рисковали надевать юные девушки-омеги, да и то немногие, но Широ-сан, наплевав на стереотипы, смело и быстро двигалась вперед, вдобавок умудряясь проделывать это маленькими шажочками, как в старые добрые времена. — Ты стал еще красивее! Я говорила своему самонадеянному сыну, что такой красивый омега сам найдет себе альфу! — Мама! — жалобно взмолился Яхико, мгновенно вспотев и тотчас отвлекая гневный взор Саске, естественно, на свою персону. Так вот кто подогнал тогда ему некоего Кагуя! Саске не без удовольствия принялся любоваться багровыми щеками зятя, тем более, судя по виду Итачи, изо всех сил сдерживающего смех, защищать супруга тот и не собирался. А Ханзо-сан, всегда делающий то, что хочет жена и слушающий только ее мнение, похоже, тем более. Идиллию разбил один-единственный возглас: — Выродок Сенджу! Немедленно убрал свои грязные руки от Учиха! Смех стих. В лоб Узумаки смотрело дуло пистолета. * Праздник любования луной. ** Как уже упоминалось, у омег обучение было по сокращенной программе. То есть не три, а два триместра. *** «Продвинутая» мама. **** При «левостороннем» движении водитель сидит «справа». ***** Если кому интересно: 10 — расслабление в том месте тела, где наибольшее напряжение и дыхание, 9 — плач, 8 — как будто взбесившаяся правая/левая рука, ноги/таз/все тело, 7 — подушка как злейший враг, 6 — баня, 5 — крик, 4 — танец, 3 — секс с любимым человеком, 2 — массаж, 1 — спорт. Почему Наруто не предложил № 3 — это не ко мне).