На обратной стороне луны

«Судьбу свою не перепрыгнешь, вокруг ее не обойти. Все, что начертано всевышним — придется до конца пройти. Омар Хайям» Утро началось с визга Нобуо: — У тебя есть домашнее животное?! — А в чём дело? Наруто, скрывая зевок, скрестил на груди руки. Возмущённый Нобуо двумя пальцами поднял повыше кожаную туфлю: — Там моча! — Веришь, что это не я? — на полном серьёзе переспросил Наруто. — А кто?! — снова принялся визжать возмущенный Нобуо, так возмущенный, что даже не обращавший внимание на свою пафосную шапочку для волос. Наруто поднял вверх выгоревшие на солнце брови: — Это. Не. Я. Что, не веришь? — Позвольте внести ясность в возникшее … эээ … небольшое недоразумение. По поводу … кхм … слегка испорченной обуви нашего дорогого гостя. Это всего лишь лисёнок, — невозмутимо изрек неслышно возникший с предметом обсуждения на руках Ягура Ями, и, не дожидаясь, пока дорогой гость переварит пояснение, добавил: — Я о том, что он еще маленький, а потому не очень умен и гадит, где попало. — Небольшое недоразумение?! Слегка испорчена?! Но это Кога *! — фальцетом взвизгнул Хаяси: — Они достались мне на распродаже, а так стоят хренову тучу денег! — Ну, лисенку-то нет дела до людских трудностей … Наверное, Вы его чем-нибудь обидели. Звери же обычно злопамятные, если им кто не понравится, пакостят по-своему. — Но это Кога!!! — заикаясь, повторил Нобуо, в запале не понимая, как можно замахиваться на святое, — Они вообще-то коллекционные!!! Единственный экземпляр, если кто не понял!!! — Детёныш, что с него взять, — философски изрек Ями-сан. Саске сдержал скептическую усмешку. «Единственный экземпляр — на распродаже». Люди, когда говорят подобное, действительно уверены, что все остальные ничего не понимают? Даже если … как, опять же, эти люди считают, что только они — эксперты в мире высокой моды? А, впрочем … Странно, но ему вдруг стало смешно. Словно он смотрит со стороны какой-то бесконечный, непрерывный, да вдобавок комедийный, сериал. Один из тех, чьи сцены, как правило, построены сплошь на ситуационных казусах. Комедия положений в лучшем ее проявлении, так сказать. И, черт возьми, забавно и смерть, как весело, несмотря на … … Несмотря на то, что ту ночь спал он без Наруто. И, похоже, по части своих собственных ситуаций они с альфой вернулись на те же самые исходные позиции. Не удосужившись выслушать, осуждать. Так он решил в отчаянии, после бессонной ночи (то, как он все же заснул под утро, конечно же, не в счет), не зная, что еще думать, учитывая обстоятельства. … Несмотря на то, что упрямый, суровый альфа … Тот альфа, с которым они через многое прошли, теряя друг друга и вновь обретая, и многое уже выяснили … Многое, многое … Особенно там, на утесе … Тот альфа, что принял его с детьми, тот, с кем они … реально, едва не послав все к дьяволу! Начали нелегкий путь друг к другу и, ошибаясь, отрицая, ненавидя и проклиная … Все равно … … Все равно тянулись друг к другу, пытаясь удержать то хрупкое равновесие, называемое обычно счастьем … А этот … … Альфа … … Этот альфа просто ушел. А если начистоту … Ушел, отвернувшись от него. С практически повисшем на нем, нагло солгавшем русоволосым омегой, ничего не спросив, ничего не объяснив. И «Какого черта, Саске!», впридачу к высокопарному «С каких пор ты стал применять силу к тем, кто слабее тебя?!», при всем желании, на ожидание этих самых, никому не нужных, объяснений, не тянут. А на душе погано, снова погано, тревожно, просто плохо. Словно не было тех стылых лет, что они провели вдали друг от друга. Не видя и не зная ничего. Не было разговоров, не было аэропорта… Не было утеса. Не было ничего. Словно их вышвырнуло в самое начало бесконечности — в начало их пути. Во всяком случае, так Саске себя ощущал. Так пропускал сквозь себя все то, что обрушилось на него в ту секунду, когда он увидел перегородившую въезд чужую машину. Сверкающую в лучах уходящего солнца светло-сиреневую «Subaru», с отличительным знаком «омежьего такси» на передней дверце. Вернее, увидел, кого привезло это, на первый взгляд, обыкновенное, рядовое «омежье такси». И только сейчас, наблюдая, как негодующе, брезгливо кривятся губы Хаяси-куна, слушая его стенания и вопли, Саске вдруг подумал. Слишком ослепил его тогда блеск разукрашенной стразами «Сваровски» пафосной тачки. Разумеется, Саске врал сам себе. Сначала выходка Нобуо выбила его из колеи, несмотря на то, что нутром омега чувствовал какую-то гниль, пропитавшую холеного красавчика, и поэтому не ожидал от разодетого гостя ничего хорошего. И, тем не менее, когда Хаяси-кун нагло соврал, а Наруто принял его ложь, как само собой разумеющееся … Саске словно ударили под-дых. Он сам не ожидал от себя подобной реакции. Возможно, потому, что все еще немного идеализировал Наруто? И искренне считал, что тот, столь недоверчивый к нему и придирающийся к его самой малой оплошности, увидит, насколько фальшив этот дорогой гость? «Нежданный гость, — тотчас поправив себя, мысленно усмехнулся омега, вспомнив насмешливое обращение правой руки супруга, Ями-сана, по-видимому, действительно единственного, видящего суть беспомощной жертвы, и продолжая размышлять, — вот уж правда, коротко и понятно. Или …?» … Или все же Нобуо, в самом деле, был во многом прав, когда долго-долго распинался и сумел-таки вывести Саске из себя? Иначе, зачем он просидел практически полночи без сна? Ожидая, сам не зная, чего? А, возможно, все намного проще. Возможно, он подсознательно ждал, что вот-вот скрипнет дверь, и на пороге появится Наруто. С той самой улыбкой, от которой таяло сердце … И скажет … Да плевать, что, главное, скажет! Придет! Прогонит прочь все, что терзало омегу в ту бессонную ночь! Пусть по-омежьи, пусть запоздало, но — потешит самолюбие, утишит боль, заживит рану … Только одним своим возвращением! Просто потому, что вернулся. Но … … Но, как это бывает, суровая реальность всегда намного хуже трепетных ожиданий. Реальность. Ах, да. Та самая, в которой, к сожалению, ты сидишь один, без сна, а твой законный супруг утешает другого омегу. Печальный факт. А если добавить к этому коктейлю разочарований и истрепанных нервов задетое самолюбие … И элементарную гордость, не позволившую тотчас, когда прозвучала наглая ложь, начать оправдываться, пытаться объяснить, что эта лицемерная скотина лжет! Ни слова правды! Особенно в той части, когда, хныча и размазывая по лицу сопли и кровь, негодяй свалил всю вину на Саске! Да … … Да Саске до сих пор трясет от бешенства, когда он вспоминает, как можно, оказывается, одному влегкую отмазаться, а другому, блять, внимательно выслушать и согласиться! С каждым словом! Вот почему, когда бывший Учиха вспоминал эту отвратительную картину … Иногда ему хотелось задушить не только русоволосого ублюдка, но и … возможно, впервые … собственного супруга. Наверное … Наверное, Саске действительно устал. Доказывать. Оправдываться. Чувствовать вину за все. За все ошибки, что он совершил в этой и, похоже, в будущей жизни, тоже. Он сам не понимал, в какие минуты его грызло раскаяние, а когда он готов был сорваться. Без оглядки на последствия. Или он действительно изменился … за те пять лет, что жил и обходился без своего альфы?! Но, если уж начистоту, то, что Наруто просто встал на сторону Хаяси, не став ни в чем разбираться, реально вывело Саске из равновесия. Вернуло ту неуверенность … Ту самую, когда он не мог говорить. Его обвиняли во всех смертных грехах, распинали и наказывали презрением, а он не мог ничего. И сто раз проклятый блокнот не мог помочь ни единым листиком. Саске посмотрел на горячо возмущавшегося Нобуо, странно невозмутимого Наруто, и еле удержался от невероятного желания обхватить себя руками, чтобы скрыть невольную дрожь. То ли гадливости, то ли просто в холле прохладно. И, тем не менее … В самом деле … Несмотря ни на какие мрачные мысли … … Настроение отчего-то улучшилось. — Выбрось гадёныша во двор! — продолжал бесноваться Хаяси. Наруто задумчиво потер подбородок и лениво осведомился: — Ты не любишь животных? Нобуо тотчас осёкся. В поле его зрения попала хрупкая, изящная фигурка. Видно, что этот недомерок плохо спал, но … Но, сука! Как он недавно насмехался? Вернее, пытался как-то достать, уязвить? Пожалуй, самым действенным оружием, что дала матушка-природа им, слабым омегам, в пику альфам?! Ни разу ни у стилиста … Маленький, худой, с этими непонятными черно-белыми ресницами, белыми прядями, перемежающимися с черными, ками почему, выглядит все равно … Сногсшибательно. И, сука, дело ведь не только в благородной крови Учих! Сногсшибательно. Так он подумал — вернее, это пришло в голову само, вот как-то разом, словно какая-то ебучая высшая сила нагло влезла в мозги и сформулировала то, что было само собой разумеющееся! То, сука, что просто-напросто лежало на поверхности. И задевало не хуже всех громких, и таких бесполезных, слов! Что Нобуо знал и отрицал, но оно снова лезло без спросу! То самое воспоминание, гори оно в Аду!!! … Воспоминание, как сорвалось однажды все и разом пошло к дьяволу, накатило с такой силой, что свело скулы. Нобуо перевел дыхание. Злоба вернулась с новой силой. Как и решение, как и каким образом, нанести удар. И, одновременно — как обезопасить себя, родимого. Он постарался придать лицу выражение невероятной доброты и легкого удивления, мол, ты о чем? — Что ты … Я и сердился так, несерьезно, шутя, для галочки! Немножко подразнил! Ну ладно, Наруто, ты же понимаешь меня? Даа? Нобуо вдруг успокоился и улыбнулся так, что даже невозмутимого Ями передёрнуло: — Ты был сегодня на высоте … Если говорят, что есть фантомные боли, это верно. Саске словно со всего размаху хлестнули по лицу плетью. Вздрогнув, он поднял на Наруто глаза. Душу словно перевернули, столько противоречивых мыслей нахлынуло разом, и ни одна не подсказала, как быть. Так, будто они и вправду вернулись в самые первые дни. Когда Наруто ему не верил. Не верил вообще … Но Наруто же сказал: «Я тебя простил». Простил? Точно?! Потому что Саске доказал? Доказал … что теперь он для Наруто такая же подстилка, как и этот Нобуо? Или Нобуо для Узумаки предпочтительнее его, Саске? Где правда? Где ложь? Те чувства, о которых в гневе говорил Наруто? «Притворялся, что любишь, а потом предал»? Разве не в этом упрекал его Наруто, еще тогда, пять лет назад? Расценив поступок Саске как предательство? Так может … Все так и осталось между ними? Невзирая ни на какие объяснения, ни на один миг? И все слова, что они сумели произнести … все, что между ними было … уже здесь, в Шики, обман? Иллюзия? А правда — вот она? Самая что ни на есть обыкновенная, когда сброшены все маски … ... Обыкновенная правда. Простая. Как пощечина. Насколько Нобуо дорог Наруто? И насколько правда в словах омеги?! Если набраться сил … Если набраться смелости признать … Предательство … Возможно ли, что Наруто, на самом деле, так и не простил? Потому что Саске сделал … самое ужасное, что мог сделать, поправ брачные клятвы … Но как доказать, что это не так?! И не поздно ли? Не заметив, как Наруто довольно грубо взял Нобуо за плечо и повел к выходу, Саске все же обхватил себя за плечи и прошептал: — Как же так … небо … Позови меня! Кричало сердце. Обернись! Молила душа. Но Наруто не обернулся. — Так! Саске нарочно пару раз глубоко-глубоко вздохнул, заставив себя успокоиться. Немедленно. И в черт знает, какой раз воззвал к самодисциплине. Он сам выбрал свою судьбу, когда сказал себе, что тоже простил Наруто. Там, на скале. Перед тем, как они с альфой упали в океан. И когда тот спас его, Саске, никчемную жизнь. Так какого дьявола?! Какого дьявола он малодушно хочет отступить?! Он остался здесь, с самого начала, покорно приняв все условия альфы, и … Что «и», Саске не знал. Вернее, догадывался. Разве что это не было бы тем самым «пораженчеством», о котором ему когда-то промывали мозги в общине? То, от чего он бежал? То, что на самом деле называется — позорно сдаться. Трудно, да? Но кто сказал, что будет легко? Только потому, что вначале ему было достаточно просто доказать, что Наруто ему важен, а теперь нужно доказать нечто б̀ольшее? Так не послать ли к черту усталость? Он, видите ли … устал … Устал бороться. Со своим альфой. За своего альфу. Со всем миром. С конкретно одним омегой. Какого дьявола он устал?! — Саске-сан, — тихо позвал Саске Ягура. Саске, дышавший с трудом, обернулся. Ему было так плохо, что облик доверенного лица супруга виделся в какой-то неясной, наполненной кривляющимися образами, дымке. И казалось черте что. Словно Ягура-сан довольно улыбается, потому что доволен его хозяин. Ему было так плохо, что скажи тот «Наруто-сама велел мне собрать Ваш чемодан, потому что они с Нобуо-самой едут в свадебное путешествие», он бы даже не расстроился. Разве что … Саске сглотнул, пытаясь прекратить самобичевание. Разве что … Тадаши. И Хотару. Его маленькие якоря. Его спасительные якоря. — Что? Ягура Ями оглянулся, подошёл поближе: — Наруто-сама … Договорить ему не дал шум, раздавшийся внизу. Быстрые, чёткие шаги: — Ями, разве ты не должен вывести из гаража машину? Мы с детьми выезжаем через пять минут, я не хочу проблем в школе! Ягура тотчас поклонился: — Да, Наруто-сама! Громкий стук каблуков. — Мы же поедем потом по магазинам? Ты обещал! Быстро развернувшись, Саске ушел к себе. И только закрыв за собой дверь, позволил себе сползти вниз, крепко-крепко прижав к ушам руки. *** Хаяси Нобуо с рассветом не исчез, подобно призраку. Ни в первое утро, ни в последующие. А Наруто … Когда он не был в офисе, или с детьми, он всегда был — с этим омегой. А когда они с Саске были там, вдвоем, их словно что-то разделяло. Всего-навсего порог между двумя спальнями, а по факту — целый мир. И Саске даже не догадывался, насколько жестокий. *** Улыбка Саске растаяла, подобно снегу под лучами жаркого солнца. Проводив детей, он повернулся, чтобы уйти к себе, но русоволосый тотчас преградил дорогу: — Неужели тебе не интересно, что связывает нас с Наруто? Неужели ты не хочешь подробностей? Вернее … правды? Саске дождался, пока машина, увозящая Тадаши и Хотару, скроется за поворотом и уляжется облачко газа. И только после этого позволил себе обратить внимание на настойчивого просителя: — Нет. — Даже если я скажу, что когда-то должен был стать младшим супругом Наруто? Именно я? А то, что мое законное место отдали тебе … это просто роковая случайность. Затянувшаяся ошибка. Понимаешь, что я хочу сказать, и молчишь? Из упрямства, верно? Не хочешь понять очевидное … Что это не интрижка, а добровольное, обоюдное желание вступить в брак? А? Так что?! Да ты даже не представляешь, как родные Наруто были рады нашему союзу! Ведь я не Учиха! Договаривая последние слова, Хаяси практически кричал, особенно выделив «Я — не Учиха!». Выкрикнул прямо в лицо замолчавшему омеге. И бесцеремонно наклонился к тому, беззастенчиво используя явное преимущество в росте. Оперся рукой с ослепительно-алым лаком на отполированных ногтях о стену. Близко — нарушая личное пространство. Так, что Саске почувствовал природный запах Хаяси и поморщился. Кокос и белый, приторно-сладкий шоколад. Реально?! Нобуо прекрасно все заметил, несмотря на, как он это называл, «непробиваемость». Все увидел! И от этого — в довесок к причинам своего приезда, вновь почувствовал злобу. Снова приблизив раскрашенное в боевые цвета лицо к бледному, непередаваемо спокойному, он медленно продолжил свою тщательно отрепетированную речь, проговорил: — В отличие от тебя … мелкая выскочка, наш брак с Наруто был желанен. Действительно. Его хотели как мои родные, так и родные Наруто, и я не про его выжившую из ума тетку, совратившую неопытного, незрелого альфу! Я должен был выйти за Наруто из Клана Узумаки-Сенджу, не ты! Вот что связывает меня и Наруто! Мы оба этого ждали! А то, что у тебя … Это обман! Иллюзия! Понял?! Лицо темноволосого омеги по-прежнему не дрогнуло, но в глубине глаз что-то промелькнуло … мимолетно, мгновенно, но этого было достаточно для Нобуо, жадно вглядывавшегося в Саске, ожидая хоть какую-либо реакцию на свои слова. Кивнув, с удовольствием произнес последние, контрольные, слова: — Тебя ничего не интересует, верно? А то, что Наруто … в тот вечер … вечер моего приезда … не только проводил меня в комнату, но и оставался со мной всю ночь … тоже? И еще. Самое важное … Чем ты … вернее, такой, как ты, взял такого альфа-самца, как Наруто? Клан? Но, как я сказал, я тоже принадлежу к хорошей фамилии. Красотой? Пф! Так чем? Доступностью в постельных играх, да? Но … То, что ты совращаешь Наруто своей … гм … доступностью, ничего не зна … Саске, оторвавшись от стены, с неожиданной силой схватил Нобуо, как тогда, когда тот его выбесил после чайной церемонии своей тупостью и чванством, и заломил руки Хаяси за спину, ткнул опешившего врага в спину, вынуждая наклониться вперед, яростно рыкнул: — Прежде чем оскорблять других, советую задуматься о своём моральном облике! Пока, кстати, я слышу только хвастовство, да и то одностороннее, если уж по правде! И, самое главное. Если ты ещё раз перейдёшь мне дорогу … Визг и сопли тебе мало помогут. Слышишь?! Возможно, хотя бы до одной твоей извилины это дойдет, а? Впрочем, можешь дождаться возвращения моего альфы и опять жаловаться, как я тебя, несчастного, избил, но, повторяю! Не смей! Он резко встряхнул испуганно пискнувшего Нобуо и тут же почувствовал страшную боль в груди. Даже пришлось ослабить захват. Воспользовавшись этим, Хаяси мигом извернулся и неожиданно, со всей силы, ударил Саске в живот. Хотел добавить ещё, но услышал: — Эй! Ягура Ями, неслышно встав перед омегами, прервал увлекательный спор. Саске мог бы поклясться, что, помимо «эй!», личный помощник «камня преткновения» добавил «красотуля», и Нобуо тотчас оставил его в покое … Но Ягура-сан стоял с таким видом, что, поди, докажи. Проявил он непочтительность или это слух подвел. Тем временем Ягура, убедившись, что омеги смотрят на него, чуть поклонился и, выделив почтительно гостя, невозмутимо уточнил: — Это не Ваши … гм, шмотки валяются по всему дому? — То есть? — опешил Нобуо, забывая обо всем. Разве что … Похолодев, он переспросил: – Ты хочешь сказать … мои вещи валяются вот так просто … на полу? — Так точно! Бесспорно, следовало бы поучиться умению альфы держать себя в руках. В частности, перед отдельно взятым омегой. Саске даже показалось, что Ями-сан с трудом скрывает улыбку: — Простите … Я подразумевал, что точно валяются! — Но почему ты решил, что это мое? — Ну … — не выдержал Саске, пока Ягура картинно задумался, и заулыбался зашибись, — думаю, когда Нобуо-кун просвещал меня в правильности подбора гардероба для соблазнения альф … особенно з̀анятых … полагаю, трудно ошибиться. И хотя я не успел ознакомиться со всем гардеробом гостя … Ягура Ями, правильно считав заминку, учтиво добавил: — Гардероб … сплошь переливчатый, как будто его владелец, прошу прощения за уточнение, вот-вот откомандируется в звёздный состав. У Саске-сана такого точно нет. Простите, если что не так, я, по правде говоря, не разбираюсь в модных тенденциях. Возможно, мой младший хозяин еще не успел заказать на Ваших омежьих сайтах, что там надо … А значит, это Ваши вещи. Я прав? Нобуо побагровел. Переварил услышанное … И ведь не подкопаешься! — А … Ягура, как правильный помощник и телохранитель в одном лице, среагировал моментально. Нобуо не хотелось вдаваться в подробности такой оперативности мышления: — Вообще-то по всему коридору, ведущему в Вашу комнату, клочки … Гм … Правильнее будет сказать … Тряпичные. Но, если поспешить, часть гардероба спасти можно. Их животное … — прищур в сторону опять прислонившегося к стене Саске, — пометило и разорвало всё то, что валяется на полу. Кажется, кроме какого-то пиджака со стразами … Но когда я шёл, он принялся за правый рукав … — Сакай Рюдзе **!!! — заорал Нобуо, забыв обо всем и стремглав кидаясь, прочь. Мгновенно став серьезным, Ягура Ями повернулся к мертвенно-бледному Саске, прикрывшему рот ладонью, чтобы скрыть кашель. — Саске-сан … Почему Вы скрываете от Наруто-сама то, что … — Наруто-сама нет дела до моего недомогания. Впрочем, пройдет. Саске поплотнее запахнулся, не желая рассуждать о той глупости, когда он долго-долго стоял на холодном ветру, и, молодец, заработал кашель. Щеки омеги, против воли, покраснели: — К тому же … Он чуть было не проговорился «мы спим в разных постелях», но вовремя прикусил язык. Явно лишнее. То, что он самовольно ушел в ту комнатку, еще тогда, когда ждал Наруто … и что тот, вопреки ожидаемому, не стал препятствовать … это никого не касалось. Ягура, сделав вид, что не заметил прерванной фразы, мягко спросил: — Может быть, я вызову омеголога? Саске отрицательно покачал головой. Однако руку помощи принял. Альфа, перестав скалиться, подкалывая Хаяси, вмиг стал серьёзен. Помог Саске оторваться от спасительной стены, подождал, пока тот отдышится. А Саске неожиданно рассмеялся: — А Курама и вправду порезвился со шмотками Нобуо? — Курама? — недопонял Ями-сан. Саске вздохнул. И, правда … Он так и не вручил Наруто лисенка … альфе всегда было некогда. Некогда поинтересоваться, что происходит в их жизни. И что за пушистый комок скачет по постели ушедшего от него супруга. — Мой второй подарок Наруто … Лисёнок, — пояснил Саске и вдруг рассмеялся: — Не знаю, как, но он как будто догадался, что этот … словом, мне неприятен, и тоже его невзлюбил. Из солидарности … То туфли охренительно дорогие обоссал, Тадаши рассказывал подробности «преступления», то … «Проинспектировал» гардероб. Стыдно признаться, но даже я не сделал бы лучше! — Ну, — задумчиво изрек Ягура, — все, что ни делается … Вы правы, Саске-сан. Когда я шёл к выходу, увидел, как зверёк рвёт в клочья одежду этого типа. Видимо, Хаяси-кун забыл закрыть дверь в свои апартаменты, ну и … Вот тот туда пробрался и начал резвиться. Ну, я решил, что это не моё дело … А тут услышал шум. И увидел вашу разборку … Уж простите. Вмешался. — Спасибо, — Саске, немного поколебавшись, дотронулся до руки повернувшегося, было уйти альфы, и попросил: — Знаю, что задерживаю … Но ты не мог бы мне помочь вернуться обратно в комнату? Я хочу найти обезболивающее, однажды омеголог мне сказал, в крайнем случае, можно одну таблетку. Повисла пауза. Ягура понял, про какой случай говорит омега хозяина и гневно сжал губы. Не его дело?! — То, что ты видел, ты не видел, — горячие пальцы Саске настойчиво сжали руку хмурого альфы, — думаю, никакой внешний лоск не может скрыть животные инстинкты. Ягура нахмурился еще сильнее. Он искренне не понимал происходящего … даже учитывая обстоятельства … видимо, неизвестные младшему хозяину. Но кто он такой, чтобы лезть со своим мнением?! Поколебавшись ровно пару секунд, он нехотя выдавил: — Хорошо, я все сделаю. Но дайте слово, что Вы позволите все-таки вызвать омеголога. Мне кажется, у Вас температура. Вы весь горите. И еще. Было больно … Так больно, с той самой секунды, когда Наруто выбрал Нобуо … Но будь он проклят, если покажет свою слабость! Именно поэтому Саске сам, добровольно, ушел в ту комнатку … и неважно, что он ждал возвращения альфы. Он просто ушел и не желал ничего слушать и слышать. А теперь … Он вслушался в слова Ягура, отмахиваясь от тревожных мыслей, стараясь сосредоточиться, и не поверил тому, что услышал: — … дайте слово, что Вы позволите все-таки вызвать омеголога. Мне кажется, у Вас температура. Вы весь горите. И еще. Наруто-сама … Наруто-сама! Никогда еще имя альфы не имело столь сильный эффект! Саске мгновенно вскинулся, тотчас показывая, что Ягура-сан переступил границы дозволенного, что, даже если это и есть его слабость, он не опустится до того, что: — Я не желаю ничего слышать … и, более того, строить предположения про «Наруто-сама»! Отчаянно рискуя, помощник, выдержав вспышку гнева молодого хозяина-омеги, решил, подобно истинному полководцу, выиграть в малом, мгновенно определив малое как самое важное, чем можно безошибочно надавить на это самое важное: — Тадаши-чан и Хотару-чан еще дети. Они могут заболеть … Раз у папы-омеги поднялась температура, значит, это не простое недомогание. И всякое может случиться! Не хочу настаивать, но детские организмы … Теперь нахмурился Саске. Покусал губы: — Ладно. Я все же приму ту таблетку, а ты вызови врача. Оба пошли в сторону комнаты Саске, не замечая, как вернувшийся Нобуо, шедший выбрасывать безнадёжно испорченные вещи и гадавший, как заставить Наруто всё возместить, замер с остатками пиджака и брюк, зло кривя губы. — Таблетку, да? — задумчиво прошептал он одними губами и искривил губы в ещё более злобной ухмылке. Предположения, догадки, обрывки фраз … Роились в его голове, беспокойные, настойчивые, безжалостные. Напоминая следующего по пятам за своей жертвой судзумэбати ***. Как … … Как и он, упорно добиваясь своей цели. Беспощадный, упрямый, бескомпромиссный. Тот, кто заставит пожалеть каждого, ошибочно не берущего его в расчет. Вы отмахивались от меня? Принимали за обыкновенного, слабого, никчемного омегу? Омегу, о которого можно брезгливо вытереть ноги и забыть? Что ж, он удивит всех … Потому что он не такой! Никто не знал, но в первый же день … … В первый же день, выждав, когда его оставят без присмотра, Нобуо наведался в комнату Наруто и Саске. С презрительной ужимкой убеждаясь, что Саске-то, похоже, с Наруто не спит. И что-то, о чем его предупреждали, при правильном подходе к делу, может абсолютно не быть помехой его планам. То, что не случилось однажды, может случиться сейчас. Так говорил его покойный папа-омега, и Нобуо был с ним согласен. Он, конечно, надеялся, что Наруто разведется. Но этот суровый, иногда жестокий альфа, по слухам, буквально вытиравший об омег ноги, этого почему-то не сделал. Даже несмотря на то, что, когда они встретились с ним после … И Наруто был более чем вежлив и так утешал его! Заветных слов Нобуо так и не услышал. От этого желание получить то, что не получил, стало просто невыносимым. А Саске Нобуо ненавидел. Заочно — когда узнал, на ком женился его бывший жених, и лично. Когда — по звонку, по итогам переговоров … приехал в это — ками-сама видит! Забытое богом место … И увидел отстраненную, безупречную, но довольно прохладную вежливость … И только. Но … Правда … При известном упорстве можно добиться многого. Нобуо посмотрел в сторону комнаты черно-белого омеги и усмехнулся, ощущая невероятный прилив сил. Выигрывают на первый взгляд, проигрышную партию те, кто умудряется заполучить козыри для своей победы. И он искренне рассчитывал на победу в этой двусмысленной ситуации. Ведь пока никто так и не разгадал его, настоящего. И это практически победа. Если сбросить со счетов … Ягура Ями. Этот ничтожный альфа, что-то вроде «правой руки»? Возможно, он не сумел его очаровать, но, блять, какое ему дело до того, что альфа предан, по-видимому, этому проклятому недомерку?! С какой радости он должен переживать из-за одного «не приобретенного» соратника? В конце концов, и он это видел! Наруто сразу встал на его, Нобуо, сторону! А значит, если подойти к делу с умом … Он многое может успеть! За то, черт возьми, время, что ему дали. Его семейка … Вспомнив, как его провожали … Какими словами … Нобуо передернул плечами, злобно ухмыляясь. Он всегда был здравомыслящим. Всегда был способен жить, не требуя какой-то там романтики … как делали практически все знакомые ему омеги. И даже папу-омегу искренне не понимал. Когда того взяли в Клан, он не понимал, почему тот так рыдал от счастья и готов был мыть ноги своим … неожиданно приобретенным родным! А он ненавидел их всех. И, пожалуй, только младший брат оправдал его искреннее желание. Не лезть к нему с фальшивыми признаниями не менее фальшивых чувств. И то … когда детективы семейки разнюхали то, чем он занимался … Пожалуй, Нобуо ненадолго поверил, что есть кто-то, кому не безразлична его судьба. Но чего он не простит никогда — когда он просил помочь … надавить, намекнуть … чтобы Наруто все-таки развелся, ведь это было возможно! Он услышал твердое «нет». Лицемеры! Все! Все! Ничего … посмотрим, кто уйдет в прошлое. Надо только … еще немного подождать. Впрочем, у него итак много работы, скучать, в принципе, нет времени. Осторожно оглядевшись по сторонам, Хаяси быстро сбежал вниз по так называемой «черной» лестнице, как правило, используемой для доставки продуктов на кухню и, аккуратно открыв дверь, выскользнул наружу. Сначала нечеткий, неясный, так, наброски, план постепенно оброс «плотью и кровью», включая все то, чему его научили, и чему он научился сам, и теперь только осталось воплотить его в жизнь. В конце концов, если всерьез задуматься, то, что брат решил отправить его именно сюда … это не случайное совпадение. И, значит, он вполне может рассудить: все то, что ему предстоит сделать, это всего-навсего возможность самому вернуть все то, что и должно было быть его. А там … если все получится, как надо, возможно … … Возможно, он останется в этом доме навсегда. Потому что … Кто сильнее, тот и правее. * Популярная марка обуви для альф и омег из телячьей кожи. Имя вымышленное. Все совпадения случайны. ** Супермодный, «брендовый» дизайнер для омег. Имя вымышленное. Все совпадения случайны. *** Огромный шершень, в переводе — «воробей-пчела». Огромный, в длину более 4 см! Сильный, опасный, укус очень болезнен и опасен. В год убивает до сорока человек.