Глава вторая. Друг познаётся в беде, часть 1.
25 ноября 2018 г., 01:25
Гарри вяло приоткрыл глаза. Даже такое действие далось ему с большим трудом. Он попытался сесть, но обнаружил, что на это ему недостаёт сил. Оглядевшись как смог, Гарри понял, что находился в какой-то больнице. Сверху ему в глаза ярко светил ослепительно белый свет. В комнате не было окон, лишь одно большое зеркало вдоль одной из стен. Над Гарри стояла, склонившись, неизвестная тому женщина. Она холодно на него взглянула, и затем быстрым движением руки уколола иглой руку Гарри.
Боли не было, но ему сразу стало неуютно. Парень со времён прививания от кори в школе ненавидел уколы, они пугали его. Гарри пытался сдержать рвотные позывы, ощущая, как по правой руке расползается холод. Несколько секунд спустя игла была убрана, и Гарри раскрыл свои зажмуренные глаза. Он снова огляделся и понял, что зрение стало нечётким, но не из-за отсутствия очков, ведь у него были контактные линзы, благодаря которым он мог ясно видеть. Его зрение было как в тумане, голова кружилась. Приложив немного усилия, он смог привстать.
— Вод… воды? — тяжело закашлялся Гарри. В горле было ужасно сухо. Женщина дала тому маленькую чашу, из которой он жадно отпил. Чувствуя себя лучше, но по-прежнему растерянно, он поставил её на столик рядом, затем потряс головой в попытке прогнать головокружение. Оглядев себя, он заметил, что чёрная одежда и большое количество разнообразного оружия были убраны и заменены парой белых штанов без чего-либо ещё. Гарри был удивлён произошедшим с его телом изменениям. Вчера он был бледен и тощ. Сейчас же он обнаружил больше мышц, нежели торчащих рёбер. У него даже были видны кубики, хотя скорее благодаря его поджарости, а не набранной массе мышц. Он взглянул обратно на женщину, которая снова склонилась над ним. Она выглядела лет на 25, с завязанными в узел белыми волосами под шапочкой, и на ней был надет белый фартук. Очевидно, это медсестра.
— Где я? — спросил Гарри. Из его горла вырвался хрип, похоже, он потерял голос.
— Ты разве не узнаёшь? — холодно усмехнулась медсестра. Она не смотрела ему в глаза, продолжая свою работу.
— Если б я знал, то стал бы спрашивать? — парировал Гарри. Почему всем так хочется относиться к нему так снисходительно? Хотя это и было лучше чужих взглядов с тыканьем пальцами, но всё равно раздражало. Он вежливо задал вопрос, а в ответ получил лишь сарказм. Разве он такое заслужил?
— Ты находишься в защищённом крыле в Святом Мунго, — прохладно проинформировала она того. — Тебя проверяют перед допросом.
— Допросом? — непонимающе повторил Гарри. Зачем его нужно допрашивать? Он помнил, как авроры притащили его, но они же должны были узнать его. Наверняка Дамблдор со всем разберётся. Гарри знал, что не стоит так полагаться на директора, но он же и правда ничего не сделал. Наверняка после всех прошлогодних махинаций Фадж прислушается к директору.
— Мне не позволено общаться с заключёнными, так что заткнись! — крикнула медсестра. Похоже, она сильно была на него зла, но Гарри не мог понять почему. Он её чем-то обидел?
— Я вас чем-то обидел? — мягко спросил он.
— Заткнись!
Гарри сел на кровати, свесив ноги и глядя вниз. Что бы она ему не вколола, из-за этого ему было нехорошо. Едкий ответ медсестры затерялся в кружащейся перед глазами комнате.
— Что вы мне вкололи? — спросил он, пытаясь стряхнуть головокружение.
— Успокоительное. Второй раз мы ту же ошибку не совершим.
Какую ошибку?
— А почему укол? — наконец сказал тот. Гарри провёл достаточно времени в больничном крыле, но ни разу не видел ни одного шприца. Ни даже в Святом Мунго во время визита к мистеру Уизли. В том и заключалась красота магической медицины: ни игл, ни инвазивной хирургии, ни рассечения людей.
— Раз ты у нас такая знаменитость, я не могу пользоваться палочкой, — усмехнулась медсестра. — Будь у тебя палочка, я бы была уже мертва, прежде чем сказала бы флобберчервь. И всё же немного боли — лишь малая доля, того, что ты заслуживаешь.
Гарри посмотрел на неё и хотел уже было возразить, но затем заметил в её руке скальпель. Парень тут же среагировал, да так, что даже себя удивил. Он спрыгнул с кровати, сделал два шага и развернулся на месте, встав за спиной медсестры. Затем схватил её за запястье, скрутил и потянул вниз, уперев колено той в спину. Сестра осталась согнутой спиной через его левое бедро; левой рукой парень держал ту за запястье руки, завёрнутой за её спиной, в правой же руке был скальпель, который Гарри поднёс к горлу медсестры.
— Что ты хотела со мной сделать? — прошипел он.
— У вас шрапнель в руке засела, — в ужасе выдохнула та. — Прошу, у меня две дочки, не раньте меня, я лишь хотела помочь вытащить её.
Гарри взглянул на руку и верно, на ней был глубокий шрам с кусочками металла. Откуда они взялись? Он осторожно отпустил медсестру, вернув её в нормальное положение. Гарри чувствовал себя глупо и напуганно. С чего вдруг он это сделал, да каким вообще образом? Его навык был чем-то неведомым, а движения были почти неуловимы. Хоть Гарри никогда не учился дзюдо или чему-то похожему, но знания сами всплывали в голове. Неужели его подчинил себе Волдеморт? Нет, вряд ли, шрам-то не болел. Гарри никак не мог сообразить, что на него нашло.
— Извините, — пробормотал он. — Мне казалось, что вы хотите меня заколоть.
— Соблазнительное предложение, Поттер. — сказала та, взяв маленький стальной инструмент.
Не успел парень опомниться, как в его животе торчал дротик. Она вколола ему транквилизатор! Дротик был длиной в пять сантиметров с красным оперением на конце. Гарри вытащил его, заметив, что тот был полым и пустым. Каким бы то ни было наркотиком или зельем, теперь оно текло по его венам. Вдруг его тело потяжелело, ноги ослабли и, не успел он сказать и слова, как упал, ударившись об угол стола. Гарри осознал, что лежит на полу, не в силах пошевельнуться. Ребра горели от удара об острый край стола.
Затем распахнулись двери, и внутрь забежало двое в красных мантиях.
— Что случилось? — спросил один. — Вы нажали на тревожную кнопку!
Гарри смотрел, лёжа без движения, как авроры подошли, вытащив свои палочки.
— Я в порядке, — гневно пробурчала медсестра. — Он мог убить меня, а вы появляетесь минутой позже и спрашиваете, что случилось? Идиоты!
От такого авроры побледнели, а Гарри усмехнулся бы над ними, если мог.
— Нужно ли его снова оглушить? — спросил аврор, направив палочку на голову Гарри.
— Нет, — ответила медсестра к облегчению парня. Затем она взяла шприц со стола и грубо уколола им Гарри в зад.
— Прошу меня извинить, мистер Поттер, — холодно сказала сестра. — Хотя нет, шутка. Мне понравилось вас колоть. Сейчас я вколола антидот, должно полегчать, разве что голова покружится. Теперь у вас внутри два успокоительного и один стимулятор, всё придёт в норму через несколько секунд. Но помни, если попытаешь что-нибудь выкинуть, я снова вколю дротик, а антидот уже нет.
— Мы будем снаружи, — пробормотал один из авроров, направившись к двери. Скорее всего, ему хотелось кинуть в Гарри заклятием, а теперь ему приходится уходить, поджав хвост.
Оба стража развернулись и медленно пошли к двери. Прежде чем им это удалось, та открылась совсем чуть-чуть, и что-то маленькое и серое закатилось в комнату. Шарик диаметром в четыре сантиметра.
Гарри посмотрел на него, и хоть никогда раньше не видел подобное, понял, что это такое. Хорошо, что он мог снова двигаться.
— Ложись! — прошипел парень, схватив медсестру и свалив её на пол. Затем перевернул кровать так, чтобы она укрывала их обоих. Оглушающая граната взорвалась с такой силой, что оба аврора отлетели в стену. От ударной волны кровать немного сдвинулась, а Гарри с медсестрой остались невредимыми, если не считать их ушей. В них у Гарри звенело, но от взрыва или от лекарств, он не знал. К тому же, ничего не было слышно. Парень зажал нос и продул уши, но толку от этого не было никакого — звон так и остался.
— Лежи тихо, — прошипел Гарри медсестре, которая была слишком напугана, чтобы воспротивиться указанию. Он осторожно поднял голову, так, чтобы заглянуть за кровать. В углу валялись две фигуры в красных мантиях, которые едва-едва двигались. Из их ушей текла кровь, а сами они крутились в агонии. Всюду по комнате валялись обломки, и витал дым. От взрыва стекло, пластик и другой мусор разлетелись по комнате, а шкафы, бутылочки и лампы разлетелись на куски. Гарри откашлялся от заполнившего его лёгкие дыма и увидел, как четыре силуэта зашли в комнату и тихо подошли к лежащим телам. Его уши всё ещё звенели от взрыва, и он не мог слышать, о чём они говорили, разве что только скулёж медсестры, схватившей его за руку.
К своему ужасу, Гарри увидел две зелёные вспышки и быстро спрятался за кровать.
— О, Мерлин! — пробормотала медсестра. Она была в истерике, и говорила достаточно громко, чтобы привлечь зашедших людей. — Они их убили, они их убили! — истерично повторяла та. По щекам медсестры текли слёзы, и сама она была на грани гипервентиляции.
— ШШШШШ! — прошипел Гарри. Если зашедшие их услышат, что, скорее всего уже и произошло, тогда им обоим конец.
— Поттер? — позвал голос. Блядь! Их уже услышали.
— Сиди тут! — прошептал он медсестре с доброй улыбкой. — Всё будет хорошо.
— ПОТТЕР! — крикнул один из вторгшихся.
Гарри медленно встал. Мужчины стояли в паре метров от кровати. Парень поднял свои руки и тихонько обошёл кровать, держа руки так, чтобы их было видно, надеясь, что в него не бросят заклятием без причины. Они только что убили двух авроров, вошедшие явно убийцы, если не Пожиратели смерти.
— Я здесь, — мягко произнёс Гарри, придвигаясь ближе. Они оба обменялись взглядом и опустили палочки. Теперь он смог их увидеть сквозь дым. Каждый из вошедших был в мантии яркого цвета. Первый носил синюю, второй — фиолетовую, третий был в жёлтой, а четвёртый в зелёной. Это такая маскировка? Гарри их облачения показались весёлыми, но он не решался засмеяться и начать бой, будучи невооружённым. Те опустили свои палочки, когда парень подошёл, что запутало его ещё больше.
— Сэр, нам нужно выбираться немедленно! — твёрдо сказал мистер Синий. Гарри про себя решил их называть по цвету мантий. Мистер Синий закатал рукав, показав Чёрную метку. — Мы пришли вас освободить.
— Вы Пожиратели смерти! Это что, больная шутка Волдеморта? — выплюнул Гарри. Неужели Волдеморт заставил Фаджа думать, что Гарри — пожиратель? — Он меня подставил?
— Вы чё ваще такое несёте? — спросил мистер Фиолетовый, прежде чем его глаза расширились от ужаса. — Прошу, простите меня, сэр, извиняюсь за грубость, умоляю, простите.
— Это всё идея Волдеморта? Заставить меня думать, что они живы? Заставить людей считать меня Пожирателем смерти, просто охренеть как смешно! –саркастично сорвался Гарри. Только Волдеморт мог такое сделать. Он заставил кого-то, кто похож на Фрэнка Лонгботтома, подразнить его? Пытался ли он заставить Гарри сломаться, чтобы он отчаялся и убил себя?
— Что они с вами сделали, сэр? — спросил мистер Зелёный. Он выглядел озабоченно. Зелёный посмотрел на шрам Гарри, на кровавую рану на плече и на заплывший глаз, полученный благодаря тому, кто притворялся Фрэнком. Тогда же медсестра подняла голову и посмотрела через кровать. Вряд ли бы ей удалось подобрать время неудачнее — пожиратели тотчас же увидели её.
— Медсестра ещё жива, — сказал мистер Фиолетовый со злобной ухмылкой. — Мне её того или вы сами хотите, сэр?
— Её того? — повторил Гарри. Он не понял вопроса.
— Есть, сэр! — ухмыльнулся мистер Фиолетовый, направив палочку на медсестру. — Извиняй, крошка! АВАДА…
— НЕТ!
Гарри среагировал мгновенно. Он схватил мистера Фиолетового за запястье и оттолкнул его в сторону, заставив проклятие промахнуться и ударить в модель скелета, который разлетелся на тысячи осколков, добавив к уже разбросанному по комнате мусору. Затем, парень ударил мистера Фиолетового в живот, а потом пнул мистера Жёлтого в грудь. Как только тот упал на пол, Гарри вмазал ладонью в нос мистера Фиолетового. Парень почувствовал, как сломалась кость и его руку залила кровь. Фиолетовый рухнул на пол окровавленной кучей, а пока он падал, Гарри вытащил из кармана того палочку.
Гарри повернулся к мистеру Синему, но затем заметил, что мистер Жёлтый, лежащий на полу, тяжело дыша, поднял палочку. Парень увернулся от проклятия Жёлтого, которое попало прямо в лицо Синему, убив того наповал. Гарри выпнул палочку из руки Жёлтого, который успел пнуть его в колено. От такого он упал и при падении выронил отнятую палочку. Секунду спустя оба вскочили на ноги.
— Какого чёрта, сэр? — прокричал мистер Жёлтый. Его глаза расширились в осознании. — Ты не Поттер! Ловушка! Я тебя на британский флаг порву, аврор!
Пожиратель достал из кармана стилет и кинулся на Гарри. Тот инстинктивно увернулся, разминувшись с ножом на доли миллиметра и в движении, ударил вторгшегося коленом в живот. Гарри затем развернулся на месте и ударил мистера Жёлтого ногой с разворота, послав того в стену в трёх метрах от него. Жёлтый быстро оправился, схватил палочку и послал заклятие в парня. Тот отпрыгнул с дороги, проскользив по полированному полу, чувствуя, как обломки больно его оцарапали по голому животу. Гарри схватил отброшенную палочку и бросил оглушающим заклятием в мистера Жёлтого. Оно ударило мужчину в живот, и он свалился на пол.
Гарри встал и осмотрел последствия боя. Мистер Фиолетовый лежал кровавой кучей на полу, рядом с ним два оглушённых пожирателя и мистер Синий, убитый мистером Жёлтым. На Гарри не осталось места, где не было бы царапин. Он никогда не изучал боевые искусства и определённо не знал, как сражаться с вооружённым ножом противником. Когда же он схватил палочку, первым делом ему хотелось использовать убивающее проклятие, понадобилось много выдержки, чтобы бросить лишь оглушающее. Гарри не должен был уметь это всё, но каким-то образом он мог, словно сработали инстинкты, и ему не удавалось контролировать свои действия. Что со мной произошло?
— Можешь выходить, — сказал он медсестре.
Парень присел возле мистера Фиолетового, лежащего в луже крови. Он был ужасно бледен. Гарри приложил два пальца к его шее, а его сердце ёкнуло, как только он осознал, что натворил. Мистер Фиолетовый был мёртв. Гарри определённо не хотел никого убивать, но не получилось. Все движения словно были вбиты в него, так, что он смог бы повторить их неосознанно, он бы мог просто им отдаться; так Гарри и чувствовал себе во время боя. Он победил четырёх Пожирателей смерти за секунды, не получив ни царапины. Гарри смотрел на труп Фиолетового, но не чувствовал ни вины, ни раскаяния, на жалости, несмотря на то, что он кого-то убил. Он не чувствовал ничего.
Гарри вспомнил свои чувства после смерти Сириуса и Седрика, но сейчас ничего не было. Это лишь шок, подумал Гарри. Когда адреналин отпустит, меня настигнет вина. Гарри стал желать, чтоб ему было больно, чтобы появилось чувство вины. Он же должен что-то чувствовать, он же стал теперь убийцей.
— Н-н-не д-д-двигайся! — проговорил за его спиной испуганный голос. Медсестра стояла за кроватью, нервно направив на него палочку, которую подняла с пола. Всё её тело тряслось, и она тяжело дышала. Гарри бросил палочку, которую он держал и поднял руки.
— Я вас не раню, — нежно сказал он. Медсестра теперь неконтролируемо тряслась. Гарри подошёл на несколько шагов ближе, чувствуя, как инстинкты начинали брать верх. Он заставил себя оставаться спокойным, ведь он не должен ударять или ранить её. Парень чувствовал желание напасть, но быстро подавил его.
— Н-не подходи б-ближе! — пробормотала она. — Я се-серьёзно!
Гарри подошёл ещё на несколько шагов, пока не оказался в пяти сантиметрах от кончика палочки.
— Всё хорошо, — попытался он успокоить ту. Она сделала шаг назад. Гарри быстро, но нежно оттолкнул палочку, и, когда медсестра начала падать, подхватил её и положил на пол. Она была в сознании, но совершенно напугана. Шок был не за горами.
— Смотри на меня, — приказал Гарри. — Держись, сестра, смотри на меня, всё уже закончилось, успокойся. — Гарри нужно было помочь ей, уже и так много людей сегодня погибло. — Так, здесь есть сигнальная кнопка поблизости?
Медсестра кивнула, хотя её дыхание становилось всё отрывистее и быстрее. Гарри увидел, как она указала на коробку на стене. Он подошёл к ней и нажал на кнопку.
Затем он подобрал подушку со спасшей их кровати и вернулся к медсестре, положив под её голову подушку. Он не знал никакой первой помощи и не мог ничего сделать.
— Медсестра, — тихонько спросил Гарри. — Как тебя зовут?
— Клэр, — прошептала она, тяжело дыша.
— Что ж, Клэр, — нежно сказал он. — Я думаю, что у тебя просто шок. Успокойся, всё закончилось, никто тебя не обидит. Ты мне нужна в сознании, давай, Клэр, говори со мной, — её дыхание стало ещё быстрее.
— Расскажи о себе, Клэр, чтоб я знал, что ты ещё в сознании.
— Хорошая попытка, Поттер! — выдохнула та. Она дышала со свистом и к тому же кашляла. Гарри вдруг вспомнил, что видел нечто подобное в школе.
— У тебя астма? Нужен ингалятор? — спросил он. Медсестра отчаянно закивала и указала на сумку. Гарри подбежал к ней и вытащил голубой ингалятор, затем присел рядом с девушкой и приложил его к её рту. Парень раньше видел, как им пользовались в его прежней школе и потому примерно знал, что делать. Он надавил на серебряный цилиндр и Клэр резко и глубоко вдохнула. Она стала краснеть, задерживая дыхание, и через несколько секунд выдохнула. Гарри почувствовал себя счастливым, так как он никогда не страдал астмой. Ужасная болезнь.
— Ещё раз? — спросил Гарри. Та кивнула, и он снова поднёс баллон к её рту. Вскоре дыхание медсестры стало возвращаться в норму.
— С тобой всё хорошо? — тихонько спросил он. — Извини за промедление, я думал, что у тебя просто шок. Теперь ты знаешь, почему я не собираюсь становиться целителем. — Он попытался пошутить, но Клэр не улыбалась. Гарри протянул ей руку. Она осторожно взяла её, и парень потянул девушку в сидячее положение, оставшись сидеть на коленях сам.
— Ты их убил! — проговорила она, восстановив своё дыхание. Гарри словно обухом огрело. Я их убил! Теперь он стал убийцей не лучше Волдеморта.
— Я не хотел этого, я просто… — начал Гарри, но не мог подобрать слов. Он отнял жизнь, убийству нет оправдания. Вот и всё.
— Я не об этом. Они пришли за тобой, чтобы освободить, а ты их укокошил.
— Это же Пожиратели смерти, — нежно ответил Гарри, что было правдой, хоть и не отменяло убийства.
— Но ты же… — начала она. В глазах медсестры была комбинация шока и удивления.
— Что я? — спросил Гарри. За кого его все принимают?
— Ты… — начала девушка, но не договорила.
— ПОТТЕР! — закричал голос. — ОТОШЁЛ, РУКИ ЗА ГОЛОВУ И ВСТАЛ НА КОЛЕНИ. — Гарри обернулся и увидел в дверном проёме несколько авроров. Он покорно встал, отошёл на пару шагов назад и опустился на колени, положив руки за голову.
Два аврора подбежали и грубо схватили медсестру, вытащив её из комнаты волоком, а оставшиеся четверо направили на Гарри свои палочки. Один подошёл к шести телам в углу, двое из которых были аврорами, остальные пожирателями. Гарри смотрел, готовясь к неизбежному. Он увидел, как лицо аврора сменило выражения от осторожности до шока, до отвращения и потом до гнева.
— Мерлин! — выдохнул он, увидев тела. — Оглушите этот кусок…
Гарри так и не расслышал, куском чего же он был, как оглушающее заклятие ударило его прямо в грудь. Всё вокруг окутала тьма, и он упал в беспамятстве на пол.
— И немножко перца, — пропел Джеймс Поттер, добавляя щепотку молотого белого перца на сковороду. Запах от лосося с бананом, сделанным по его рецепту, был, по крайней мере, интересным. — И немножко… — не договорил он, как громкий стук по двери вырвал его из процесса готовки. Чёрт возьми! — подумал Джеймс. Ему не хотелось, чтобы его новое кулинарное изобретение подгорело. Мужчина поставил сковороду на огнеупорную подкладку и закрыл дверцу плиты. Если это коммивояжёр, я его так прокляну, что не опомнится и через десять лет, — гневно подумал Джеймс.
— ДЖЕЙМС! — крикнул голос. — ДЖЕЙМС? СОХАТЫЙ? ДЖИМБО, ТЫ ЗДЕСЬ? ЛИЛ? ЛИЛИ? ДЖЕЙМС? ОТКРЫВАЙТЕ!
— Я открою! — сказал голос, и, перепрыгивая через три ступеньки, с лестницы спустилась Рози Поттер. Иногда она бывала такой милой и нежной, а иногда была словно стадо гиппогрифов. Девочка открыла защёлку и распахнула входную дверь, за которой стоял очень взволнованный Сириус Блэк.
— Сириус! — закричала она, обняв своего любимого крёстного. Обычно тот стал бы её щекотать, маниакально смеясь, но сегодня он не двинулся с места. Мужчина стоял неподвижно с бледным лицом, пока его обнимала крестница. Он не сказал ни слова.
— Бродяга, — сказал Джеймс, выходя к двери, совершенно забыв, что на нём был надет цветастый фартук жены, и держа в руке бутылку соуса табаско. Сириус впервые в жизни проигнорировал шанс отмочить шутку и стоял, глядя на Джеймса.
— По какому поводу ты так стучал в мою дверь, словно в барабан Армии спасения?
Сириус даже не ответил, он просто прошёл мимо Роуз и, прежде чем Джеймс среагировал, захватил того в крепкие объятия.
— Я думал, что ты мёртв! — выдохнул Сириус. Джеймс такого совсем не ожидал и не знал, что и ответить на такое.
— Мёртв? — сконфуженно повторил он.
— Мы его поймали, Джеймс, — мягко сказал Сириус. Он выглядел бледным, как сама смерть. Мужчина не улыбался, и Джеймс не помнил, чтобы его друг выглядел так серьёзно с тех пор, как пропала Рози. К счастью, она лишь пропустила автобус и пошла домой пешком, но всё равно напугала их всех до смерти. Лили не находила себе места и чуть не задушила дочь в объятиях, когда та наконец вернулась домой. Джеймс про себя был поражён, что семилетняя девочка смогла в одиночку пройти пятнадцать километров.
— Мы схватили Гарри, — продолжил Сириус. Сердце Джеймса ёкнуло. Он не видел своего сына два года, с тех пор, как… Даже вспоминать об этом было тяжело.
— Он сказал, что вы мертвы, я это услышал от Фрэнка несколько часов назад. Он сказал, что вас убили!
Джеймс не знал, что и сказать, а это говорило о многом, так как он был известен как самый болтливый человек во всём Аврорате.
— Вы схватили Гарри? — послышался голос. Сириус отпустил своего лучшего друга, когда в комнату зашла Лили Поттер. Пока она шла, за ней развевались её рыжие волосы, обычно ярко блестящие глаза были полны слёз, а лицо бледней обычного. Она держала руки у рта и готова была расплакаться. Одно лишь упоминание этого имени всегда доводило Лили до слёз, если не до истерики. Она приняла его побег хуже всех, веря, что в этом была её вина, что она провалилась как мать. Джеймс увидел надежду в красивых глазах своей жены, и её слёзы растопили его сердце. Он нежно обнял её, обхватив руками. Гнев на сына за всё это стал подниматься в его сердце, но Джеймс подавил его в себе. Он всегда любил и будет любить Гарри, он лишь хотел, чтобы Лили так сильно не страдала. Джеймс до сих пор любил её как во время их венчания и её слёзы причиняли ему боль.
— Прошлой ночью, — мягко ответил Сириус, глядя на Лили, затем на Джеймса и обратно. — Фрэнк схватил его где-то в Девоне. Он сейчас в Святом Мунго.
— С ним всё хорошо? — выдохнула Лили. — Вот же изверги! Что они с ним сделали?
— Его обследуют, так как он получил незначительные повреждения, как сказал Фрэнк.
Лили села на пол и разрыдалась. Джеймс снова почувствовал укол гнева, в этот раз в сторону Фрэнка Лонгботтома. В нём всегда была жестокая жилка, о которой Джеймс знал не понаслышке. С тех пор как его беременная жена была убита, нет, даже до этого, с тех пор, как его сын, Невилл, был замучен до безумия, он был подвержен импульсам жестокости. А ведь он был таким хорошим человеком. Добрый, дружелюбный, весёлый собеседник, но потеря всего ему дорогого, якобы от рук Гарри, превратило его в хладнокровного хищника. Теперь же он, в целом, был трудным человеком. Джеймсу пришлось однажды даже оттаскивать от пойманного подозреваемого, который после этого не выглядел как раньше. Что Фрэнк сделал с его сыном и что он считал незначительными повреждениями? Если он ранил Гарри…
Предательство Гарри серьёзно повлияло на Лили. Само упоминание имени доводило её до слёз. У неё были такие планы для своего первого сына. Он должен был вырасти и стать аврором, игроком в квиддич (правда, это было скорее идеей Джеймса и Сириуса, а не Лили) и вступить в Орден. Но нет, он наплевал на всё это и сбежал к Волдеморту. Лили считала, что в этом её вина, что её неудача в качестве матери заставила Гарри искать новую семью, которую он нашёл у Волдеморта. Всякий раз, когда его имя появлялось в Пророке, каждый раз, когда в нём было написано, кого тот убил и замучил, груз вины на её плечах становился всё тяжелее.
— Мам? — прошептала Роуз. Роуз-Мари Поттер была младше Гарри на десять месяцев. В этом году ей предстояло сдавать СОВ. На вид она была похожа в чём-то на брата, а в чём-то и на свою мать. Лицо её было практически точной копией Лили в её возрасте, за исключением веснушек. Глаза её были зелёного цвета, совсем как у матери и Гарри, волосы же были как у отца и брата чёрными-чёрными. Рост девочки был не высокий, ни низкий, обычный для её возраста. Джеймс осознал, что двое его детей выглядели очень похоже и обладали глазами матери. Он подумал, что у следующего ребёнка, если они решатся его завести, должны быть рыжие волосы и карие глаза. Ему не было завидно, он не был разочарован. Мужчина до смерти любил обоих, но чувствовал, что что-то должно измениться. Они не планировали ещё одного ребёнка, оба решили, что и двоих достаточно. Гарри обожал Роуз и наоборот; до его предательства перед четвёртым годом, они с сестрой были не разлей вода. Затем всё изменилось. Роуз была очень красива, что неустанно повторяла Лили каждый раз. Как раз в её возрасте ей начали нравиться мальчики. Лили знала это и вспоминала себя в этом возрасте. Она часто обсуждала с всё это с мужем. Однако страх потерять Роуз так же, как потеряла Гарри, сделал её слишком покровительственной. Лили преподавала в зелья в Хогвартсе и жила в замке, имея возможность видеть дочь каждый день. Она пыталась быть беспристрастной, но слишком любила дочь, чтобы наказывать её. Хорошо хоть Роуз не пыталась обернуть это в свою пользу. Она унаследовала от матери чувство справедливости и умение более-менее придерживаться правил. Также от отца ей достались любовь к полётам и находчивость. Джеймс любил считать, хоть и не признался бы в этом жене, что Роуз унаследовала его хитрость и хулиганскую натуру. Он был либо неправ, либо она была таким хорошим мародёром, что её никто не смог поймать. В любом случае, Джеймс был горд дочерью.
— Мам? — снова прошептала Рози, обхватив руками плачущую мать. Джеймс также подошёл к жене, нежно положив на плечи жене руку.
— Если б только твой брат был так же хорош, как и ты, — проплакала Лили, пытаясь выдавить улыбку. Она посмотрела на Сириуса. — Я хочу с ним увидеться.
— Лили, я не думаю, что… — начал тот.
— Я ХОЧУ УВИДЕТЬСЯ С СЫНОМ! — закричала Лили, заставив всех отпрыгнуть. Она не утратила своего темперамента и Роуз начала подавать признаки унаследования этого нрава. Похоже, что в конце прошлого года, когда Нюниус зашёл к Лили в кабинет отдать ей некие ингредиенты, тот с ней начал спорить. Роуз зашла в середине разговора и встала на защиту матери, высказав Нюнни всё, что о нём думала. Джеймс не знал, правда ли это, и Лили отказывалась об этом говорить, но он бы хотел это видеть. Ему бы надолго такое запомнилось. К несчастью, он был на службе. Обычно Роуз была тихой, милой и доброй девочкой, но у неё был характер как у матери, и Джеймсу было жаль всякого, кто перешёл ей дорогу. По опыту он знал, что такое действие относительно Лили Эванс означало неминуемую травму. Рози не была по своей натуре жестокой, агрессивной, склочной или злобной. Довести её до ручки было сложно, но стоило это сделать… Уйди с дороги всяк жить хотящий!
— Рози, — мягко сказал Джеймс. — Ты не хочешь взять летучего пороха и отправиться в Нору к Джинни?
— Это просьба или приказ? — спросила та, показывая, что она и вправду дочь своей матери. Джеймс не мог не улыбнуться. Её зелёные глаза, такие же, в которые он влюбился все эти годы назад, блестели, пока дочь выжидающе глядела на отца.
— Мы с твоей матерью отправляемся в Министерство, — ответил он.
— Прекрасно, — твёрдо сказала она. — Я тоже иду.
— Рози, — сказала Лили. — Всё это не…
— Гарри также мой брат, как и ваш сын. У меня тоже есть право увидеться с ним!
От этого Лили признала поражение. Оба родителя улыбнулись упёртому выражению лица своей дочери. Им в голову пришёл вопрос, от кого она унаследовала это упрямство, ведь у обоих из них его было предостаточно.
— Она может пойти, Джеймс, — сказал Сириус. Он обожал Рози и, когда Лили не видела, баловал её донельзя. — Гарри захвачен, и она не будет в опасности.
— Сириус! — прошипел Джеймс. Он знал, что дочь отчаянно хотела увидеться с давно потерянным братом, но не хотел подвергать её опасности, неважно, насколько она выглядела разбитой или как долго она глядела на него своими щенячьими глазами. –Говорят, что он безумен и планировал убить нас эти два года!
— Да, конечно, «говорят», — парировал Сириус.
— Что ты хочешь этим сказать?
Джеймс ненавидел, когда Сириус пытался звучать умным. Тому такое совсем не подходило. Он также ненавидел, когда люди говорили загадками, что означало, что разговоры с Дамблдором для него были просто раздражающими.
— Я всего лишь хочу сказать, что мы не знаем, в каком он положении сейчас находится. Последнее, что я слышал, так это то, что он оглушил четырёх пожирателей, спасая медсестру, которую впервые видел.
— То есть он поехал крышей? — спросил Джеймс. Либо так, либо это любовь с первого взгляда.
— Не знаю, но тебе ведь известно, как мы содержим заключённых. Он сейчас в камере защиты третьего класса. Третьего класса, Джеймс. Полные барьеры, метровая разделительная зона вокруг щита, магия внутри невозможна, сквозь щит ничто не может пройти. Он не сможет её коснуться, Джеймс.
— Ладно, — вздохнул тот.
— Рози, — сказал он дочери, которая одними губами говорила крёстному «спасибо». — Иди, переодевайся и будь готова к выходу как можно быстрее.
Маленькая гриффиндорка забежала по лестнице и начала грохотать наверху. Джеймс проводил её взглядом и повернулся к лучшему другу.
— Что случилось, Бродяга? — спросил он, отпустив Лили, что перестала плакать и вытирала глаза от слёз. Джеймс пошёл на кухню и поставил чайник. Всем им было просто необходимо выпить чая.
— Фрэнк много не сказал, засекреченная информация и всё такое, — горько отметил Сириус. Он также не был высокого мнения о Фрэнке Лонгботтоме. — Всё, что он мог сказать, так только то, что они были в рейде в Девоне. Лишь немного людей знает, что Гарри схвачен, в прессу всё попадёт, как только мы убедимся, что это он. Похоже, он бродил по полю, а самое странное то, что когда его схватили, он не сопротивлялся и не понимал, что вообще происходило.
— То есть? — Джеймс был ошеломлён этими словами. Из того, что было написано в Пророке, его сын был психопатом. Как он мог не знать, что происходит? Парень убил монашку, чтобы отобрать у неё плащ и скрыться от авроров. Теперь же он не стал сражаться? Что происходит?
— Он всё говорил, что Фрэнк был в Святом Мунго и что ты мёртв. Сказал, что тебя убил Волдеморт пятнадцать лет назад.
— Гарри сошёл с ума? — у Джеймса упало сердце. Что с ним сотворил Волдеморт? Он услышал, как Лили заплакала вновь. Мужчина быстро подвинулся к ней, придвинув к себе, и почувствовал, как она положила голову ему на грудь, плача. Не может такого быть. Гарри не безумен! — Всё хорошо, Лил, — успокаивающе прошептал он. Вот бы ещё он сам в это верил.
— Мы ещё не знаем, — медленно произнёс Сириус. — Допрос… прости, Лили, — Бродяга поправился, поняв свою ошибку. — Опроса ещё не было.
— Я ГОТОВА! — крикнула Роуз, зайдя в комнату. Она была одета в хогвартскую мантию поверх чёрных джинсов и синевато-белой короткой блузки. Прежде чем кто-либо сдвинулся с места, она уже схватила горшок с летучим порохом с каминной полки.
— Вы идёте? — спросила она.
Примечания:
Главы очень большие, будут распилены на части.
