На кровавых рассветах.

, но ты подносишь револьвер к моей груди. и громовой раскат будет ещё долго вместо сердца грохотать у меня внутри.

***

      Утро следующего дня началось для девочек весьма паршиво. Дикая жажда, после такого колоссального количества алкоголя, пульсация в висках, распространяющаяся по всей области головы, тошнота и невозможность сконцентрироваться- вполне ожидаемые последствия. «Сейчас бы опохмелиться» Думаю, эта мысль посетила каждую, но увы, сейчас им это не светит. Девушки чувствовали дикую вину за эту слабость на вчерашней вечеринке. Но паршивей всего чувствовала себя Горохова. Вспоминая вчерашнюю ситуацию с Милас, она себе места не находила. Абсолютно точным был тот факт, что Ксюша симпатизировала Рыжей, её даже тянуло к этому нарциссу, но девушка пыталась вбить себе в голову, что это было ошибкой. А что? А если? Гора испугалась. У неё никогда раньше не было такого. Она металась из стороны в сторону, пытаясь найти себе место, пытаясь разобраться в своих мыслях. Она отрицала факт влюбленности, хотя все было настолько очевидно. Аня пыталась оправдать все это накопившимся стрессом и прочей ерундой. Девушка присела на кровать, склонив голову и закрыв лицо руками, обреченно и тяжело вздохнув. — Эй, Гора, ты че? — Анжела присела рядом, приобняв девушку. — Не очкуй за выгон, ты была не самая худшая, — пыталась её подбодрить Зарина. Дверь второй комнаты медленно открывается, и в общую комнату выходит Милас. Горохова поднимает на девушку взгляд. Такой потерянный и виноватый, такой испуганный и запутанный. Глаза девушки заблестели, и она, резким рывком поднявшись, покинула комнату. А девочки весьма не глупы. Они кинули возмущённые взгляды на Ксюшу, заставив ту, в глубине души, изрядно понервничать. — Че? — в своей обычной манере Милас изогнула бровь. — Че у вас произошло вчера? — подхватила Зоря. — Ничего. Схуяли вы взяли что что-то произошло? — девушка отвечала раздраженно, но весьма спокойно, не выдавая себя. Это же короночка нашего нарцисса. Вечные маски и высокие заборы внутри- её сущность. «Не договаривать не значит лгать» — постоянно повторяет себе Милас. И это так. Она не лжёт, никогда. Она недоговаривает. Но сколько людей, столько и мнений. — Вот не надо из нас дурочек делать, — начала возражать Саша-Настя. Милас хотела было ответить, но не успела и слова сказать. — Серьезно, Ксюх, — начала Конор, — давай на чистоту, Аня была не в говно, есть люди, показавшие себя намного хуже вчера, она не за выгон парится. — Эта хуйня сейчас, стоило тебе войти и она с места сорвалась. Так ещё и вчера, вы куда-то свалили, потом ты с разбитой бровью, но обе такие счастливые приперлись, — закончила Зарина. В комнате повисла гробовая тишина. Было слышно лишь тяжелое дыхание и быстрое сердцебиение нарцисса. Это был удар, которого она не ожидала. Она никогда не могла подумать, что кому-то тут будет дело до такой, своего рода, херни. — Ваше какое дело? — рявкнула Ксю. — Да успокойся, просто если вы.там, — начала аккуратно Марадона, но не успела закончить свою фразу. Лучшая защита- это нападение. Милас сразу одуплила что к чему, и не желая слушать это дальше, наехала на девушек в стиле «че за хуйню вы несёте, отъебитесь от меня.» И спеша покинула комнату.       Тоже испугалась? Мнения? Осуждения? Или просто давно не было такого? Забыла как вести себя в подобных ситуациях? Почему Гора себя так повела? Ты что-то не так сделала? Внутренний демон в голове девушки всплывал гадкими вопросами, нанося сильные удары, от которых никак нельзя было избавится. Мысли отравляли все внутри этим блядским ядом. Надо покурить. Надо побыть одной.       Девушка вышла во двор, доставая пачку сигарет, как заметила чуть левее от себя, в паре метров сидела Гора. Она нервничала, хрустя фалангами пальцев, еле заметно тряслась и тяжело вздыхая. Попытка не пытка, Милас. Действуй. Ксюша подошла к девушке и присела рядом. — Будешь? — она протянула Рыжей открытую пачку. — Нет, спасибо, — немного дрожащим голосом ответила Горохова. «Что ж ты волнуешься, милая, все же было хорошо» — думает про себя Ксю. Ей так хочется сейчас обнять Аню и узнать, в чем причина такого волнения. Но она всего лишь фыркает, доставая сигарету и зажимая фильтр между зубов, закуривает. Едкий бело-серый дым собирается в клубок, возвышаясь к небу. Терпкий, с горечью, но такой приятный вкус никотина проходит по горлу и попадает в легкие. Какое облегчение. Нарцисс делает облегчённый выдох, выпуская собравшийся дым наружу тонкой струйкой. Она переводит взгляд на Аню. Сначала молчит. Любуется. Выжидает. Она ловит такой кайф от этих бледных веснушек, огненных волос, от этого прекрасного взгляда. Чуть опускает взгляд, делая ещё затяжку. — Ань, что произошло? — начинает аккуратно, коротко. Горохова молчит. Боится? Обдумывает? — Это из-за вчерашнего? Ты скажи, что не так, я... — Все не так, Милас, — срывается Гора, — все. Я думаю, это было ошибкой. Она опустила взгляд. Она была неуверенна. Милас даёт слабину. Она как маленький брошенный щенок. Опять, сука. Опять её кидают, наебывают, оставляют одну. Слезы подступают к уголкам глаз, но она пытается держаться. Не выходит. Внутренний забор падает, обнажая всю настоящую сущность девушки, такую слабую и нежную натуру. — Но, ты же сама меня поцеловала, ты же...- голос Ксюши дрожит, слезы предательски начинают скатываться по щеке. «А я знала, что ничего не изменится, не надо было говорить об этом.» — Прости, это все алкоголь, крыша едет от всего, что тут происходит, поэтому так вышло, — бросает Аня, опуская взгляд. Милас смотрит на предмет своего обожания, который сделал ей так больно, но все равно во взгляде читается нежность и любовь. Проходит пару секунд, но они тянутся так долго и мучительно. Ксюша докуривает сигарету, и тушит ее, выпуская последний клубок дыма. Глубокий вдох. Она смотрит на Аню с улыбкой на лице. — Все в порядке, Ань, — она подмигивает девушке, и собирается идти вперед. «Ни черта не в порядке, Милас. Че ты городишь?» Горохова остаётся позади, чувствуя внутри какие-то смешанные чувства. Ложь, правда, испуг, чувства, потребность. Сука, как сложно. Она делает тяжелый вздох и следует за девушкой.