Как собака на сене

             До этого дня я в офисе супруга не бывал, как-то не возникало необходимости. Хотя, конечно же, не договариваю. Необходимости действительно не возникало, а желание было. Было задушено. Мною лично. Я всё ещё думал и думаю, что перспектив у нас как пары нет. Блейр живёт своей жизнью, изредка осчастливливая меня своим обществом и не делая особых шагов для сближения. У меня с запахом проблемы, но он всё же есть, пусть и слабый, не ярко выраженный. Я сам не помню, каким он был до… того, как пропал. А вот папа помнит. Ему нравились нежные ноты фиалки и ванили, немного сандалового дерева и бергамота. Сердцем моего аромата был довольно редкий в наше время цветок, в своё время, ещё до появления альф и омег, его использовали в парфюмерии. Сейчас его выращивают лишь в Индонезии. Самая главная нота запаха выделяется в тот момент, когда наступает сексуальное возбуждение. В моём же случае, сердце аромата − это ещё и афродизиак, намного усиливающий воздействие. Возможно, что именно поэтому со мной случилось то, что случилось.              Естественный запах альфы или омеги – это ещё один побочный эффект экспериментов. Мы как животные в первую очередь определяем друг друга по запаху, и только потом решаем – идти на сближение или нет. Каждый запах уникален и подделать его невозможно. Учеными проводились исследования, которые показали весьма интересный факт: в запахах и альфы, и омеги ярко выделяются пять оттенков; они имеют большой спектр от цветочных ароматов до запахов специй; идеальный аромат – это смесь запахов того, что мы больше всего любим. Учёным не удалось создать формулу идеального запаха. Между бетой, на кожу которого был нанесён специальный аромат, альфа всегда выбирал своего омегу, даже с закрытыми глазами. Видимо, какой-то особый феромон так меняет составляющие аромата, что подделать его не представляется возможным. Из всего этого выходит, что в аромате моего идеального альфы должны присутствовать нотки персика, мёда и чего-нибудь цитрусового. А для Эштона его омега должен пахнуть… Забавно, но он любит чай с бергамотом и булочки с ванилью. Хотя я не обольщаюсь, ваниль любят многие как альфы, так и омеги.              Двери лифта открылись и выпустили меня, заставив выбросить из головы глупые рассуждения о запахах. Мне необходимо было настроиться на серьёзный и неприятный разговор. Мелькнула трусливая мыслишка «А может, не надо?», но я быстро отогнал её прочь. Никогда трусливым не был и быть не собираюсь. Дело касается моей чести, между прочим, и отступать, поджав хвост, в данном случае нельзя. У нас с Эштоном был уговор. Миленький секретарь-омега бросил на меня любопытный взгляд.        − Добрый день. Меня зовут Тори Блейр. Мой супруг на месте?        − Да. Я сейчас сообщу ему о вашем визите, − подскочил мальчик и рванул было к двери, но я успел остановить его.        − Не стоит. Хочу сделать сюрприз.        − Но…              Я не стал слушать причитания и смело вошёл в кабинет. Эштон сидел за большим столом светлого дерева и сосредоточенно вчитывался в какие-то документы. Услышав громкий звук захлопнувшейся двери, он поднял голову и с удивлением уставился на меня. Я же с независимым и невозмутимым видом продефилировал через весь кабинет, подошёл к нему и нагло уселся на краешек стола. Эштон моргнул, помотал головой и неуверенно усмехнулся:        − У меня галлюцинации или мой супруг решил-таки посмотреть, чем я занимаюсь?        − Я хочу с тобой серьёзно поговорить. Ты не держишь своё слово, Блейр, − отчеканил я, складывая руки на груди и строго глядя на мужа. Он скорчил гримасу, вздохнул и отложил недочитанные бумаги в сторонку.        − В твоих устах моя фамилия звучит как ругательство, особенно, когда ты изволишь злиться. Что я сделал не так, Тори? Кажется, я следую всем нашим уговорам.        − Мы с тобой вообще неправильно начали, − выдохнул я, откинув голову назад. Собраться и сказать ему то, что хотелось, было трудно.        − Начали-то мы как раз очень даже хорошо, − вкрадчиво произнёс Эштон и неожиданно провёл рукой по моей ноге от колена до бедра, вызвав дрожь. Я как ужаленный подскочил со стола и мигом оказался подальше от него.        − Не приплетай нашу встречу в «Энигме». Я имею в виду то, что ты в первую очередь сговорился с моим отцом, меня же просто поставили перед фактом, словно я неодушевлённая вещь. Тебе не приходило в голову, что у меня были собственные планы на жизнь? – возмущённо выдал я.        − Хочешь сказать, что тебя заставили? – Эштон поднял бровь, а я насмешливо фыркнул, глядя на его притворство.        − Можно подумать ты не знал, что так и будет? Ты же наводил справки о Гранте Риардоне. Его не интересует ничьё мнение, кроме его собственного.        − Извини, я не знал. Думал, что ты согласился сам.        − Действительно?        − Это правда, Тори.        − Хорошо, я поверю. Но тебе всё равно нужно было сначала поговорить со мной, и только потом с моим отцом. Я ведь понимаю, что с помощью брака и ребёнка ты хотел закрепить своё положение в нашей компании, а не просто стать инвестором. Твои причины меня не интересуют и дела завода меня не касаются.        − Но ты позаботился о том, чтобы управление было передано Дилану, а не твоему отцу.        − И скажи спасибо. Не уверен, что ты и Грант смогли бы сработаться. А помощь заводу… Это долг перед памятью деда. Что смог, я сделал. Давай вернёмся к нашим делам. У меня есть к тебе предложение.        − Какое же? – Эштон откинулся на спинку кресла, забросил ногу на ногу и положил руки на колени, переплетя длинные сильные пальцы.        − Если судить по твоему поведению, то тебе не особо приятно спать со мной, но… Тебе необходим ребёнок, − Эштон попытался вклиниться в мою речь, но я не дал вставить и слова, настойчиво продолжая говорить: − Давай избавим друг друга от проблемы. Искусственное оплодотворение даст тебе возможность больше не посещать мою спальню! Лично мне такое решение подходит!        − Тори! – Эштон резко поднялся на ноги и навис надо мной, гневно сверкая глазами. Что он хотел сказать, так и осталось неизвестным. Настойчивый сигнал коммуникатора прервал нашу беседу. Блейр нажал на кнопку и рявкнул: − Да?!        − Господин Блейр, пришёл посыльный и ему нужна ваша личная подпись, − послышался испуганный голос секретаря.        − Иду! Мы не закончили, − прошипел Эштон и ринулся в приёмную.              Я посмотрел ему вслед и тяжко вздохнул, совершенно ничего не понимая. Он врёт мне, остаётся в городе, чтобы проводить весело время с бывшим любовником, или не совсем бывшим, живёт в другом крыле дома и ещё смеет рычать на моё вполне уместное предложение. Чего он вообще хочет? Пока я ехал в его офис, то перебрал кучу вариантов развития беседы, в конце концов отказавшись закатывать ему скандал, как обманутый истеричный омега. Решил просто попросить не выставлять меня глупеньким мужем, который терпит откровенные измены, и хотел попытаться честным путём решить свою собственную проблему. Но что-то точно пошло не так. Но что? Блейр, как всегда, непредсказуем! Брякнул звуковой сигнал входящего сообщения, и личный коммуникатор Эштона засветился на столе. Я бросил косой взгляд и заметил имя адресата. Заскрежетал зубами и прочёл. Стаси сообщал, что сегодня вечером ждёт его в ресторане «Времена года». Столик в «Летнем зале» им уже заказан. Злость вновь всколыхнулась в душе. Этот омега крайне нагл. Я уже решился напакостить и стереть сообщение, как дверь кабинета отворилась, впуская Эштона.        − Жаль, у меня нет времени на препирательства с тобой, Тори. Могу сказать только одно – никакого искусственного оплодотворения! Я хочу ребёнка нормальным путём. И с чего ты взял, что неприятен мне? Откуда такая глупость пришла в твою симпатичную головку?        − У меня есть причины предполагать, что я всё же прав, Эштон. Давай вечером поужинаем вместе в городе, и я объясню тебе, почему так думаю?        − Может быть. Сегодня вечером я свободен, − согласился Блейр, едва не заставив меня облегчённо выдохнуть, но тут он заметил свой коммуникатор. Проверил его и покачал головой.        − Планы изменились? – съязвил я, не сдержавшись.        − К сожалению, Тори. Деловой партнёр назначил встречу. Не могу отказать. Я завтра вечером вернусь домой, и мы обязательно поговорим.        − Конечно, − кивнул я и, не прощаясь, вылетел из кабинета.              Сбавил обороты я только оказавшись в собственной машине. Откинулся устало на спинку сиденья, закрыл глаза и попробовал успокоиться. «Значит, для меня у тебя нет времени, Эштон Блейр, а для смазливого блондина Стаси оно есть? Ты сам напросился», − мысленно фыркнул я, нажимая на ручном коммуникаторе нужный номер. Через несколько секунд раздался знакомый голос и полупрозрачное лицо Дрейка возникло перед глазами. Я улыбнулся ему и произнёс:        − Привет! Хочешь напакостить Стаси?        − Тебе нужен союзник?        − Мне нужна тяжёлая артиллерия, то есть ты!        − Где и когда?        − Сегодня вечером. «Летний зал» ресторана «Времена года». Кстати, нужен столик рядом с заказанным Девалаччи.        − Будет, − пообещал Дрейк и отключился. Приятно, когда тебя понимают с полуслова.              Осталось позвонить Саю и выбрать подходящий наряд. *****              Ресторан «Времена года» был довольно популярным и потому столики в нём заказывать нужно было за месяц вперёд, или иметь очень хорошие связи. У Дрейка они были, и поэтому мы не только получили свободный столик, но и располагался он именно там, где нам было нужно. Прямо перед носом моего дражайшего супруга и его наглого блондинистого омеги. Вот я миллион раз слышал ругательства Дрейка в адрес его бывшего мужа, но, признаться честно, не всему верил, списывая на кипевшую в душе альфы обиду. Светская маска Стаси являла собой изысканность и очарование, вкупе с аристократическими манерами. Талантливый танцор, добрейшей души омега с внешностью ангела. Мне с трудом верилось, что такой Стаси, каким он представал перед всеми, мог шантажировать моего друга ребёнком, чтобы получать то, что ему хотелось. Дрейк при разводе оставил бывшему мужу огромный дом, несколько автомобилей люкс-класса, не говоря уже о том, что ежемесячно выплачивал солидную сумму алиментов. И вот теперь я сам столкнулся с тёмной (или настоящей?) стороной милашки Девалаччи.              Дрейк, как всегда пунктуальный, перед тем, как отправиться в ресторан, окинул меня оценивающим взглядом и поднял вверх большой палец. Ну, ещё бы! Сай постарался на славу. Благодаря ему я теперь красуюсь в великолепном костюме изумрудного цвета, который сидит на мне как влитой. Рыжие волосы стянуты на затылке изящной заколкой с изумрудом. Подходящий по стилю и исполнению браслет украшает моё запястье. Лёгкий, едва заметный макияж подчёркивает форму глаз, делая их глубже и выразительнее. Сам себя в зеркале не узнал. Наряжаться так каждый день? Нет, спасибо. Но изредка… можно.              Я прошёл к нашему столику, старательно делая вид, что Эштона не заметил, поглощённый разговором с Дрейком. Тот сдержанно улыбался, комментируя вытянувшееся личико Стаси, который перестал стрелять в моего мужа лучезарными улыбками и застыл с открытым ртом. Мне ужасно хотелось повернуть голову и посмотреть самому, но… Я играю роль очаровательного омеги, а вовсе не мстительного обманутого супруга. Мы заняли свои места так, чтобы сидеть вполоборота к парочке и продолжили свой спектакль. Замечания Дрейка были столь точны и остроумны, что я искренне улыбался, хотя сердце трепыхалось как испуганный заяц. Я намеренно пришёл сюда сорвать свидание Эштону и… мне нравилось, то что мы делали. Эта игра возбуждала, вызывала в теле всплеск адреналина. Вдруг Дрейк подмигнул мне, взял в руку бокал вина и откинулся на спинку стула. Я понял – кто-то направлялся к нам. И подозреваю, что это Блейр.        − Добрый вечер, Периш, − прозвучал рядом голос мужа, а потом его губы коснулись моего уха, заставив меня вздрогнуть. – Добрый вечер, Тори. Могу ли я поинтересоваться, что ты здесь делаешь? Да ещё и с другим мужчиной? Мне начинать ревновать?        − Добрый вечер, Блейр, − поприветствовал мою половину Дрейк и отсалютовал бокалом. – Представляешь, позвонил сегодня своему другу и услышал в его голосе тоску. Вот решил помочь её изгнать, раз законному супругу некогда.        − Периш, тебе не кажется, что ты лезешь не в своё дело? – Блейр пытался казаться спокойным, но я отчётливо, впрочем, как и Дрейк, расслышал в его голосе рычащие нотки.              На моё плечо по-хозяйски легла его рука, и пальцы сжались, причиняя неудобство. Пришлось поднять руку и запустить остро заточенные ногти в запястье Эштона, давая понять, что я против подобных нежностей. Альфы сверлили друг друга глазами, я же пригубил вино в своём бокале и небрежно бросил:        − Я просто решил не отказываться от своих планов, дорогой. У тебя ведь была на этот вечер назначена срочная деловая встреча? Не знал, что ты решил стать меценатом.        − Кстати, Блейр, мой бывший муж очень расточителен. Если хочешь стать спонсором его номеров, будь готов к крупным расходам.        − Мы случайно встретились, − уже спокойно ответил Эштон, бросив взгляд в сторону своего столика. Я не удержался и скосил один глаз. Всего один. Хорошо, оба. Стаси едва ли не грыз салфетку, обстреливая наш столик гневными взглядами. А Эштон пытался оправдаться. – Моя встреча закончилась раньше, чем я планировал.        − Да? – Дрейк удивлённо поднял бровь, но в его глазах было больше насмешки, чем искреннего удивления. – В последнее время случайностей слишком много. Свежие фото на странице Стаси намекают, что вы довольно много времени проводите вместе. А мы всего лишь решили в кои-то веки вместе поужинать. Да, Тори?        − Давно не виделись, − вздохнул я и накрутил на палец рыжую прядь своих волос. Это не моя фишка, так часто делает Сай, когда хочет привлечь к себе внимание.        − Может, пересядете к нам, Блейр? Если уж ты боишься доверить мне Тори. К тому же за Стаси всегда бродит парочка фотографов. Согласись, что будет странно, если ты с моим бывшим мужем продолжишь ужинать за отдельным столиком, а мы с Тори… Сам ведь понимаешь, какие слухи пойдут.        − Ты прав, Периш. Пойду спрошу Стаси, согласен ли он присоединиться к вам. Я лично с удовольствием поужинаю в такой прекрасной компании. Вы уже сделали заказ?        − Да. А вы? – Дрейк был сама вежливость, хотя сомневаюсь, что он горел желанием ужинать в компании Девалаччи.        − Мы тоже.              Как только Эштон отошёл, я наклонился ближе к своему другу и тихо поинтересовался:        − А с чего ты решил, что где-то здесь шляются фотографы? Место слишком пафосное, чтобы их сюда впускали просто так?        − Вот именно. Просто так не пускают, только если за них просит кто-то из клиентов. Я возле бара заметил знакомую наглую физиономию. Бета, работает на парочку жёлтых изданий и давно прикормлен Стаси.        − Ясно. Твой бывший муж мне всё меньше нравится.        − Он опасный противник, Тори. Не нужно его недооценивать. Я в своё время поступил именно так и… проиграл. Кстати, Стаси проигрывать не любит, а когда он злится, его красивая маска трещит по швам. Не знаю, что он запланировал на сегодня, но ты поломал его планы.        − Мы поломали, − хмыкнул я, замечая, как в нашу сторону направляются двое официантов с тележкой. – Как думаешь, Стаси согласится?        − Он нас покинул, − довольно улыбнулся Дрейк, продолжая уже открыто следить за происходящим за моей спиной. Я же демонстративно даже головы не повернул.              Действительно, к нам изволил присоединиться только Эштон. И да, Дрейк оказался прав: фотограф к нам пожаловал. Сделал несколько «неожиданных» снимков, где я прильнул к Эштону и мило улыбался, глядя влюблёнными глазами. Когда господина выпихнула из зала охрана, мы продолжили наш ужин, негромко беседуя о том о сём. Неожиданно вечер стал довольно приятным, хотя я ожидал, как минимум, скандала. Дрейк с Эштоном какое-то время посверлили друг друга взглядами, видимо, у них такая привычка, потом немного поязвили и попикировались, а потом слово за слово и стали вспоминать студенческие годы. А я вдруг выяснил для себя, что когда-то они дружили. Угу. Пока не подрались из-за очередного блондинистого омеги. Эх, альфы одним словом. Профукать дружбу из-за симпатичной задницы? Глупо!        − Дрейк, ты в начале ужина намекнул мне, что встречи со Стаси могут быть неслучайными? – Эштон посмотрел задумчиво на бывшего друга и нынешнего конкурента.        − Я сегодня добрый и просто решил поделиться с тобой собственным опытом. В своё время мы с ним постоянно «случайно» сталкивались. А потом оказалось, что он подкупил моего секретаря и просто всегда заранее знал, где я окажусь.        − Оказывается, у вас не только развод был весёлым, − хмыкнул Эштон.        − Не повторяй моих ошибок, Эштон. У тебя в руках сейчас сокровище, не нужно менять его на обычный осколок стекла.        − Поклонники Стаси не оценили бы твои слова, Дрейк.        − Блистательный Стаси Девалаччи, − ехидно усмехнулся Дрейк, − не был их мужем.              Домой мы вернулись поздно. В машине разговаривать настроения не было. Моя злость за время ужина успела перегореть. Всю дорогу я чувствовал напряжение Эштона, но упрямо молчал. Когда я собрался уже повернуть в сторону своей комнаты, альфа всё-таки не удержался и поймал меня за руку. Он молчал, я тоже. Потом Эштон встряхнул головой и, грустно улыбнувшись, произнёс:        − Ты ведь знал, что по поводу встречи я солгал?        − Да. Я увидел адресата и прочёл сообщение.        − Почему промолчал?        − А кто я для тебя, чтобы указывать что делать? Ты взрослый человек, президент крупной компании, привлекательный альфа. Меня огорчает, что ты… Что я не вызываю у тебя уважения. Знаю, я просто контрактный муж. Но не я всё это затеял, Блейр! И мне не нравится слышать, как мою личную жизнь обсуждают в туалете кафе или ресторана, − не сдержался и зло фыркнул я, вырывая свою руку из хватки Эштона. – У нас с тобой был уговор! Ты его нарушил!        − Прости. Я не знал, что за Стаси так следят. Мне просто трудно ему отказать. Посетить открытие клуба, или вместе поужинать. В этом нет ничего предосудительного.        − Смотря как это подать. Стаси сам приглашает фотографов, Дрейку лгать ни к чему, а ты… Эштон, красивое личико ещё никого не делает хорошим человеком. Почему ты не хочешь взглянуть поглубже? Неужели у тебя рядом нет никого более достойного?        − Может быть и есть, − промолвил Эштон, бросив на меня странный взгляд. – Ты мне довольно симпатичен, Тори. Мне нравится проводить с тобой время, но… Ты же сам не даёшь возможности сблизиться и попытаться что-то изменить! Ты даже ни разу не вытащил свои фильтры! Откуда я могу знать, что не противен тебе? Ты ничего не делаешь, но стоит мне взглянуть на кого-то другого, при том, что ты сам дал мне такое право, как в тебе начинает играть инстинкт собственника.        − Что? Бред! Я просто не хочу выглядеть глупым обманутым мужем! Между прочим, ты сам поселился в другом крыле, − неожиданно выдал я и прикусил себе язык. С чего я вообще об этом заговорил? Эштон усмехнулся.        − Знаешь, в «Стефании» замечательная библиотека. Столько настоящих бумажных книг. Это твой дед собирал?        − Да, точнее, ещё прадед, − с недоумением уставился я на Блейра, резко сменившего тему разговора. – Ему нравились старинные книги. Поэтому он заказывал бумажные варианты оцифрованных книг.        − У меня в комнате сейчас лежит сборник пьес одного замечательного испанского автора. Очень древнего, но от этого не менее интересного. Лопе де Вега. Советую прочесть его «Собаку на сене». Главная героиня пьесы очень похожа на тебя.        − Героиня?        − Да. История рассказывает о любви между мужчинами и женщинами. И знаешь, они не слишком отличались от нас. Те же страсти, те же ошибки, те же желания, − загадочно улыбнулся Эштон, пропустил сквозь пальцы мои волосы и… ушёл! Ушёл, оставив меня в полной растерянности. Что он всем этим хотел сказать?