Моя неприличная материковая Испания

В Сан-Ремо утром я проснулся разбитым, хотя мне всегда по работе приходилось много и долго ходить. Олег накануне взял нас таким измором, что ухайдокал даже меня. Мой человек тоже стонал рядом в постели. Но отнюдь не от утреннего сексуального возбуждения. И только после пробуждения я заметил, что нам достался очень неплохой по всем итальянским меркам номер, даже с громадным зеркалом на одной из стен, которое вчера мы совсем не разглядели от усталости. Ну, а сама гостиница на обещанные Олегом «пять звезд», конечно, не тянула, но крепкую итальянскую «четверку» вполне себе заслуживала. Здесь, как заверял гид, не раз останавливался такой ценитель Сан-Ремо, как Антонио Бандерос, по совместительству лепший друг хозяйки, имеющей какие-то древние руссо-итальянские аристократические корни. Ну, а сама гостиница, естественно, была раньше фамильной виллой с соответствующей древней датой постройки. Впрочем, здание явно поддерживали в хорошем состоянии и регулярно ремонтировали. Прилагался к номеру и шикарный балкон, размером почти с нашу комнату. Там, расположившись на полу с пластиковым стаканчиком с водой и я покурил, пока френд приходил в себя после вчерашнего машрброска. — Нет! — чётко произнёс я вместо приветствия. — Что –нет? — ошалело произнёс френд, усаживаясь рядом и тоже тянясь за сигаретами. — Боже, на мне как будто дрова вчера возили. — Нет — это значит, что ни в какой театр песни мы идем. Мы спокойно завтракаем и отправляемся купаться на море, — отчеканил я. — А как же Олег? — дернулся испуганно френд. — Слушай, он же мозги нам потом насмерть затрахает… — Да пошёл он… — выдал я весь свой набор ругательств на русском и английском сразу, поскольку настолько меня достал за предыдущий день товарищ-особист, и я хотел получить хоть какие-то положительные впечатления от поездки. Внимательно выслушав, френд понял, что я настроен не менее решительно, чем гид. И мы принялись неспешно собираться на завтрак в гостинице. Из номера вид открывался прямо на море в обрамлении пальмовых ветвей, так что куда нам идти, я даже мог не спрашивать. В столовой нам подали на удивление неплохой кофе и съедобный, отнюдь не порошковой омлет, который мы наконец-то неторопливо съели, а потом отправились на пляж. Вообще, гостиница мне очень понравилась с учётом предыдущего опыта посещения родины Цезаря. Но здесь надо понимать, что и расценки в Сан-Ремо на порядок выше, чем в гораздо более демократичной Искье. Таща френда на пляж, я тоже прекрасно знал, что делаю. Так как, как уже упоминал, кому, конечно, что, но по мне итальянское море лучшее в мире. Там мы провели три часа, плещась в спокойнейшей и прозрачнейшей воде. Под животами у нас спокойно плавали рыбехи, которых при желании можно было поймать руками. А на обратном пути с пляжа к гостинице, я бы сказал, мы монументально зависли около уже очень своеобразной скульптуры. Взрослый мужчина, одетый в что-то типа вот той самой сутаны, обнимал за плечи и обнаженный торс юношу, тянущегося к «партнёру» губами. Впечатления сей шедевр оставлял такое, что уста обоих вот-вот сольются в поцелуе. Впрочем, ягодицы у юноши были целомудренно прикрыты чем-то вроде куска ткани… готового слететь в любой момент. До этого не бывавший в Италии френд издал хрюкающий звук и принялся интенсивно фоткать. — Боже, вот это в соцсетях выложить! — выпалил он наконец. — А ты чего стесняешь? Давай третьим паровозиком к ним! — ухмыльнулся я. — Выбрать можешь любого! — Пошляк, — заржал френд, все-таки «присоединяясь» к живописной группе. А в его глазах наконец-то появился довольный блеск, свидетельствующий, что мы отдохнули от адового темпа этой поездки с Олегом. В номере мы приняли душ, после чего ещё больше посвежели, собрали вещи и ещё успели немного погулять по самому городу. И, что характерно для Италии, опять же нигде не встретили её легендарных бутиков с местными брендами! А в полтретьего нас ждал…разъяренный до красной морды Олег, которого, как выяснилось, с культурной программой послали уже две трети группы. — Значит так. Поскольку, как видимо, эта группа живет исключительно материальным, — прорычал в микрофон гид, специально употребляя слово «эта» и таким образом отделяясь мысленно от нас, не оправдавших его духовные надежды, — то в Каннах я вам дам целых три часа свободного времени на «пожрать», «пожопиться» и так далее, что составляет суть вашего обывательского сознания, над которым вы расти и подниматься не хотите! Честно говоря, после этой тирады я еле удержался, чтобы не заржать откровенно вслух, потому, в общем и целом, нормальные люди в отпуске и занимаются, в том числе, посещением ресторанов и шопингом. — Ах да. Совсем забыл рассказать об очередном разочаровании Франции — Каннах! — спохватился Олег, что забыл всем нагадить по профессиональному как гид. — Легендарная красная дорожка одноименного фестиваля, на которой многие из вас, конечно же, захотят запечатлеть себя наподобие кинозвезд первой величины. Так вот! Такого шанса у вас точно не предвидится. Потому что народу даже не в сезон на этой дорожке, как грязи! А длина составляет жалкие 54 метра, а не те бесконечные километры, о которых складывается впечатление по съемкам и пишут в модных журналах! А так городишко самый заштатный, из всего, что я только видел. Ну, а что ещё вы хотите от бывшей рыбацкой деревушки, где и не одного-то нормального музея нет? И вот за это вы заплатили ваши 200 евро. Ну, что сказать, други. И насчёт дорожки Олег не соврал. Хотя здесь я испытал наименьшее из-за всего разочарование, поскольку всегда знал, как умеют снимать хорошие операторы. Так что шоком для меня её преувеличенная длина не стала. Не получилось у меня вправду сделать хотя бы один кадр без чьей-то мадам «сижу» крупным планом на заднем фоне на лестнице. Туристы сменяли друг друга как сумасшедшие, все суетились, толкались и только мешали друг другу, вместо того, чтобы организоваться. Ну, а само здание Дворца кинофестивале и конгрессов, пусть и напоминающее корабль, на меня особого впечатления не произвело. Мне строение напомнило стекляшки и фасады пафосного питерского «Ленэкспо», где до 2016 года проходил Петербургский международный экономический форум. Ждал я и большего от набережной Круазетт. Точнее, правильным будет сказать следующее. Я ждал от Ниццы и Канн какой-то магии Франции. А получил ощущения типичных курортных городков, которых нельзя соотнести ни с какой конкретной страной. Совсем другие ощущения сложились от Монако, где я попал в другой мир и Сан-Ремо с его бесконечным духом Италии. Ну, а самым же, пожалуй, наибольшим «французским» разочарованием для меня за всю поездку стала …не менее легендарная у отечественного бомонда фуагра, которую после прогулки по набережной я заказал в кафе ради любопытства. Френд выбрал «деликатесы» тартар из говядины. В моем случае в итоге выяснилось, что блюдо представляет собой элементарный… слишком жирный паштет из гусиной печенки, сто раз мною пробованную у украинских родственников. Просто здесь блюдо было красиво украшено киви и разрезанными виноградинами. А под «изысканным тартаром» маскировала себя нарубленная сырая говядина в невнятном соусе, так и оставлена несъеденной френдом. Присмотрев нас в кафе, Олег также не удержался, чтоб не подъеб*нуть. — Ну, и как вам фуагра, Слава? — осклабился гид, наблюдая за моим вялым ковырянием вилки в блюде. Я передернул плечами. По мне, так сам гусь, запеченный с черносливом, яблоками и апельсинами, казался и то вкуснее. — Никак, — честно признался я. — Вы просто ничего не понимаете в тонкой французской кухне, — нравоучительно передразнил тон лучших кулинаров и звезд с «Первого канала» Олег. — Чтобы получить такой вкус, французы вывели специальную технологию, когда гуся насильно откармливают, содержа в … — В полной неподвижности в мешке и не давая птице двигаться для набора массы, — рявкнул я, продолжая за гида. — Рецепт пятисотлетней давности во всех украинских селах. И назвали это модным словом. — Ну, что ж. Вот вы и получили свой кусок романтической утонченной Франции, — припечатал гид. — Кстати, вашему другу, если он все-таки хотя бы немного попробовал тартар, на родине советую провериться на наличие гельминтов. В полном молчании френд саданул остатки вина в бокале, налил ещё, выпил и полетел в направлении клозета. Я тоже резко потянулся за своим, чтобы повторить трюк. Потому что я также продегустировал ради интереса «тартар». — По одному, по одному, господа! — просиял Олег. — Здесь, знаете ли, как и везде во Франции, воруют. — Бывают же люди, которым надо все испортить, — выдавил бледный френд, вернувшийся из клозета. — Бывают, — кивнул я. — Но у нас с тобой есть потрясающее Монако и море в Сан-Ремо! — И памятник! Памятник-то какой! Мы чокнулись принесенными от заведения стопками коньяка и счастливо улыбнулись друг другу. Дорога домой заняла весь остаток дня и мы, затарившись предварительно этим крепким напитком, успешно проспали все остальные занудствования Олега. Кстати, в Испании, как выяснил я позже, коньяк, на название которого Франция наложила вето, найти при желании тоже можно. Но за граммы этого напитка не лучшего качества вам выставят такой счёт, что гораздо проще купить целую бутылку более вкусного местного бренди. После всего этого, стоит ли тратить 200 евро на поездку во Францию, Монако и Италию? На мой взгляд — да. Потому что за такие деньги в сердце Европы уж точно сам никуда из России не выберешься, да и три страны за раз не посетить. Ну, а почувствовать себя хотя бы на день на равне с самыми крутыми мировыми миллиардерами, так вообще бесценно!