Моя неприличная материковая Испания

Первое, что надо забыть про тореадоров… так это само слово «тореадор». Други, его не существует ни в одном другом языке мира, кроме русского. И если нае*ка начинается уже с этого, то можете представить себе с ходу весь её масштаб. В испанском языке используются два понятия, обозначающих профессиональных убийц быков. Хотя тут бабушка надвое сказала, и в этом мы ещё разберёмся, но по факту таких людей называют либо «тореро», либо «матадор». Но никак не «и то, и другое, и можно без хлеба». «Тореадоров» придумали советские литераторы и режиссёры. Так же, как и окутали представителей этой одной из древнейших флером романтического бесстрашия, одиночества и бесеребряничества. Все это к правде близко не стояло даже в средние века. Хотя с тех пор коррида очень сильно изменилась. Ну, а, чтобы окончательно убедить вас в том, как нас #наБали, сдаю сразу и вторую фишку. Помните русское выражение «как красная тряпка для быка»? Так вот — его тоже в топку. Быки от природы …дальтоники, други. Им похрен, какого конкретно цвета тряпкой вы будете размахивать у них перед носом. В чем же с ней прикол? Вот в этом самом махании, резких движениях и громких криках. И в этом я быков очень даже хорошо понимаю. Когда у меня под носом вдруг ни с того, ни с сего начинают громко орать, делать пальцы веером и тыкать ими в меня, я тоже мгновенно зверею и за адекватность своего поведения на какое-то время отвечать перестаю. Зачем же понадобился всем известный красный плащ? Ушоб было покрасивше. То есть, для нас с вами. Человеческий глаз, если не встретились два несчастья-дальтоника, красный неизменно воспринимает и выделяет его сразу же среди всех других цветов. Кстати, откуда взялся в современной корриде сам плащик? Он элегантным движением руки, как брюки из известного фильма, превратился …из шляпы. По одной из легенд, во времена, когда коррида ещё была конной, и в ней участвовали исключительно дворяне, жил да был более чем зажиточный крестьянин. Он часто ссуживал деньги не очень-то обеспеченным товарищам с голубыми кровями. И вот, увидев однажды, что один такой должник вот-вот отдаст Богу душу во время торирования, крестьянин, отлично знавший повадки быков, выбежал из толпы вперед, сорвал с себя обычную чёрную шляпу и начал ей махать перед животным, отвлекая его от жертвы. Народу это зело понравилось. Вышло эффектно. С тех пор шляпа стала обязательным атрибутом. Поменялся её и цвет. Почему мы больше не видим исконного конного торировования, распространённого в средние века? Да потому что это была кровавая и короткая бойня для всех с минимумом так полюбившихся современному человеку спецэффектов. Быки — животные очень мощные, это я тоже дальше опишу, но хитро устроенные. Поскользнувшись и завалившись на мощенной мостовой, они больше не могли подняться сами на ноги без посторонней помощи. Их оставалось просто закалывать без всякой драмы и интриги. Таже байда была и с лошадьми, когда они сверзивались. При этом часто подминая под себя всадника. После чего он становился прекрасной мишенью для разъяренного быка, и шансов у человека практически не оставалось. Теперь о бесстрашии пока для лошадей. Им …обязательно надевали на корриду шоры на глаза. Потому что у любой лошади, увидевшей прущего на неё быка, тут же случается от страха инфаркт миокарда. И, если, как я уже упоминал, тореро или матадорами в средние века могли стать только обеспеченные дворяне, то теоретически в современном мире обучиться этой профессии, и вправду, может любой желающий. Другое дело, что это как по советскому анекдоту. «Скажите, есть ли у меня право. Да есть. Но вы даже не спросили, какое?! Имеете, имеете! Хорошо, объясню по-другому. Могу ли я…? Нет, нет, нет, не можете!». Так вот. Первый способ стать тореро — это пройти обучение на специальных курсах. Около десяти -двенадцати месяцев там изучают то, что собственно и помогает взаимно убивать друг друга — психологию и анатомию быка и человека. На втором году обучения дело доходит до первой крови. Ученикам предлагают сражения с молодыми 1,5- 2х летними быками весом от 100 до 200 килограммов. Для сравнения: профессиональные тореро сражаются с 5- 7 летними животными под 500 кг. На этом втором году обучения сами себя отбраковывают до 80% обучающихся, а оставшиеся 20%, получившие свидетельства о прохождении курсов, далеко не факт, что вообще выйдут на арену, потому что есть… второй путь. И он пусть и не короче, но гораздо вернее. Как многие спортсмены и балерины, тореро выходят «на пенсию» где-то лет в сорок. К этому времени, самые известные из них — это …. суперобеспеченные люди, типа наших футболистов и с такой же славой. Собственно, футболисты и матадоры –это и есть национальные герои Испании, которых все почитают и любят. Потому-то ими так и стремятся стать. А выйдя на пенсию, прославленные тореро начинают искать себе учеников среди 8-10 летних сыновей знакомых. При этом многие родители умоляют выбрать именно их отпрысков. Но решает все исключительно сам бывший матадор. Потому что становится мальчику потом вторым отцом. И если считается, что первый даёт жизнь, то второй всю жизнь несёт ответственность за то, что её у другого отобрали, если ошибается с выбором. Потому –то навязать насильно ребенка в ученики невозможно ни за какие коврижки или деньги. Гонзало такое «нет» в свое время услышал. Ну, а те, кому «посчастливилось», проводят большую часть детства и юности на ранчо матадоров, где в отдалении от человека выращиваются и сами быки, ещё один источников доходов. Получается, что будущие «убийцы» и их «жертвы» растут практически бок о бок. К 18 годам такие мальчишки уже в совершенстве владеют техникой, за плечами у них уже есть первые победы, и шансы выйти на арену чрезвычайно высоки. Ни в пример выпускникам курсов. Собственно, первые уже занимают низшие ступени Табеля о рангах, главного в жизни тореро документа. А к 20-25 уже даже могут попасть в первую десятку. Чем выше ранг матадора, тем больше денег. И никакого бесеребряничества. Ну, а теперь мы подходим к главному #наБали: представлению о том, что победа в поединке предначертана для человека, бык обязательно погибнет, а уж зрителям –то точно ничего не будет. Хрена лысого. И в том, и в другом, и в третьем случае. Испанцы истово и люто ненавидят китайцев и японцев, единственных, кто перед началом поединков начинают радостно хлопать в ладони, как будто в театре собрались. А заодно обожают сажать их на передние места под цене «со скидками». Дело в том, что для безопасности VIP зрителей спереди, конечно, есть ров, но разъяренные и взбешенные быки на раз перелетают его, и начинается «коррида» несколько другого плана. Не для китайцев и японцев существует и другое поверье: когда человек сидит внизу, он болеет за тореро, а когда наверху –за быка. Так есть ли шанс у животного выжить? Более чем. Если он победил тореро, которому судьи вынесли поражение, то быка отвозят обратно на ранчо. Он уже никогда больше не отправится на поединок, считаясь особо ценным генетическим материалом. Собственно, выходит на бой бык один раз в жизни. Что ему над сделать, чтобы победить? В идеале поднять матадора на рога или хорошо потоптать. Все не обязательно должно закончиться уже смертью человека, достаточно увечий. За первые десять лет «нулевых» погибли 13 тореро, за последние 8 — никто, но двое были серьезно ранены. Один находился на грани жизни и смерти. Его все-таки спасли. Отсюда особая заточка испанской медицины на «рваных» ранах. Считается, что в этом вопросе их хирурги лучшие в мире. Кстати, о том, что никто не знает, чем все закончится, свидетельствует и ещё один факт. Во время корриды в кулуарах стадионов обязательство дежурят бригады врачей и отдельная со всем необходимым оборудованием — реаниматологов. Есть и скрытая часовня для тореро: чтоб помолиться, если что, в последний раз. У тореро за спиной всегда стоит смерть. Но иногда она не подходит слишком близко. Вот этого-то японцы с китайцами и не понимают. Самые курьёзный случай новейшей истории произошёл с матадором в 2013 году. Тореро, находящийся в Табели о рангах на 4 позиции, уже готовился убить быка. Делается это так: боевая сабля (достается в последний момент, да этого муляж) всаживается животному на всю длину между 2 и 3 шейными позвонками. Это практически мгновенная смерть, что и должно было случиться. Но в последний момент тореро поскользнулся на том, что часто оставляют коровки на полях, а бык начал поднимать голову. Рог в итоге прошёл сквозь глотку матадора, и именно этот момент до кучи попал на фотокадр. Тореро выжил, ему пришлось сделать много пластических операций. Но он снова оказался потом на арене, чтоб хоть как-то очистить, пардоньте, обосранную во всех смыслах этого слова репутацию. Помните об этом в тот момент, когда вдруг захотите почувствовать себя последним лузером. Наступали и поскальзывались на говне хоть раз в жизни все. Но не так публично и не с такими последствиями для внешности и здоровья. Ест ли шанс обычному сельскому бычку Борьке попасть на поединок? Нет. Быков для этих целей выращивают в специальных условиях на упоминавшийся мною уединенных фермах. Главное требование: животные не должны даже близко видеть человека. Пастухи никогда не подходят к быкам, а перегоняют их при помощи очень расторопных собак, если те не хотят стать первыми жертвами рогов. Даже транспортируют на корриду животных по одиночек в индивидуальных фургонах. Работает это так: перед выходом бык уже раздражен от всего. Ещё бы: ведь на него обваливается куча новых запахов, звуков, а ещё его срывают с привычного места, и куда-то прут. Тут любой опсихеет на раз-два. Самой лучшей школой у быков считается мюрская. Оттуда было больше всего быков-победителей. Её воспел концерн Ламборджини серией «мюра Посейдон» (Lamborghini Miura), где второе — это имя быка, затоптавшего в бешенстве тореро насмерть. Животных распределяют между матадорами по закрытой жеребьёвке, где нет кличек, а есть только цифры. «Своего» быка тореро видит лишь на поединке. А вот работать с соперником начинает далеко не матадор, а его помощники. Для начала они гоняют быка просто так минут 10, чтобы матадор мог оценить бойцовские качества. Есть специальный пируэт «Вероника», имеющий библейские заморочки в названии по аналогии с историей с плащаницей. Помните, когда сия дева падала платок Христу, и что из этого вышло? Платок быку, конечно, не падают, но… Помощник расстилает плащ капоте на земле, встаёт на колени, даёт сигнал, чтобы животное выпустили. В последний момент вскакивает с колен, водит плащом, а бык пялится на тряпку как завороженный и ходит за ней. Затем в дело вступают пикадоры на лошадях, с опять же зашоренными глазами. Задача этих товарищей нанести три удара пиками в холку и пустить первую кровь. Так быку намекают, что на сем шутки для него закончились. Здесь-то нас и поджидает очередное #наБали. Гордый матадор — это вовсе не одиночка, а целая команда единомышленников, где только один из которых купается в лучах славы, а все остальные у него на «на побегушках», «подпевке», «подтанцовке», как хотите. «Подтанцовка» в виде пикадоров, это, кстати, очень крутые и очень здоровые мужики, которые тоже пашут не за одну любовь к искусству, а за регулярную зарплату, которую платить своим людям тореро, часто выступающий в статусе ИП, то бишь, индивидуальный предприниматель. Он же платит налоги. Есть ещё вариант с ООО. Короче, это уже давно поставленный на ноги и крепко держащийся на них бизнес. После пикадоров в дело потягиваются братцы с бандерилиями. Это штуки длиной около 90 см крюками на конце. Их тоже втыкают в быка. А вы бы после этого не озверели и не поперли бы с налитыми кровью глазами на придурка с плащом, интенсивно стуча копытами? Я бы попер! Тем более, что дурр-бандерилий шесть. Тут уж точно шутки, нахрен, в сторону. И вот только после этого наступает время выхода «примы» матадора. Он выходит — до этого высматривал все из-за заборчика- и кидает шапку. Куда он метнул снаряд, тоже очень важно. Кинул в центр поля, значит, бой посвящен всем зрителям. Если к конкретному сектору — конкретному человеку, матери, сестре, своей Кармен или своему Кармену. Такое у матадоров тоже случается. Коррида длится в Испании с весны по осень, зимой её не увидеть. Обычно бывает по 6 торирований за раз. По два круга для матадора и его команды. Если они, все вместе, одерживают две чистые победы, то тореро зрители выносят на руках. Для зрителей самое дорогое удовольствие сходить на корриду может обойтись в 120 евро. Средний ценник — 50-60 евро. Но если знают, что быки точно мюрской породы победителей, а тореро очень знаменит не важно чем, то на черном рынке цена вопроса может подскочить до 500-600 евро. Спекуляция она на то и спекуляция, хоть и на родине Пилата. И отправляясь на испанскую корриду, надо быть готовым ко всему. Не только к гибели животного или тореро, но и к тому, что бык запросто может попереть по рядам вверх. Такое тоже случалось. Быка не очень-то спешат вернуть вниз. Что … все равны перед быком. Если удача улыбнулась быку, то на поле выпускают коровок. Следуя главнейшему инстинкту размножения, животное постепенно успокаивается и топает покорно за прекрасными дамами. А те тоже хотят свалить с поля подальше от толпы. А то мало ли чего. Не даром же кровью воняет. Так бык оказывается в тесном загоне, где коровок вдруг отсекают перегородками, но появляется возможность подштопать победителя, извлечь из него бандерильи, которые приходится вырезать. Иначе крюк не извлечь. А впереди беззаботная жизнь и почётная старость. Свирепых быков-победителей ценят настолько, что дают умереть естественной смертью, если речь не идет о каких-то чудовищных болезнях с откровенными мучениями. К корриде, конечно, можно относиться по-разному. Но среди её ярых поклонников были Сальвадор Дали, Фидель Кастро, Хемингуэй и великий «Че» — Че Гевара.